Уравнение Дрейка для двоих

      Следующие дни Драко Малфой провёл в состоянии тихой, изматывающей осады. Нет, это была война не с министерством, а с его собственным разумом, ставшим полем боя. С одной стороны — врождённое высокомерие, шептавшее, что Киара Грин — никто. Полукровка. Фоновое пятно в его биографии. С другой — навязчивая, унизительная память о том, как её тёмные глаза поглотили его, а запах оставил невидимый, пылающий шрам в сознании.       Он пытался вернуть себе контроль с помощью привычного презрения. Он ловил себя на том, что искал в ней изъяны. Слишком короткие волосы для девушки. Слишком громкий смех. Слишком развязные манеры — сидеть на столе, болтая ногой. Но каждый раз его внутренняя критика давала сбой, натыкаясь на неоспоримый факт: она была чертовски компетентна. Её отчёты были безупречны — точные, лаконичные, с изящными выводами, до которых он сам, порой, не додумывался. Это раздражало его ещё сильнее.       Он начал наблюдать. Украдкой, конечно. Брошенный взгляд через толпу в министерской столовой. Краем уха — её остроумную реплику, заставляющую смеяться целую группу коллег. Он видел, как она легко парировала сарказм зануды-начальника из «Отдела контроля магических популяций», и в её улыбке не было ни капли подобострастия, лишь живой, острый ум.       Она была загадкой. Загадкой, которая пахла розами, кедром, и чей взгляд обещал забвение.       Однажды вечером Драко задержался, пытаясь разобраться с особо запутанными директивами магической таможни по ввозу драконов из Норвегии. В отделе уже никого не было, лишь призрачные уборщики лениво проплывали по коридорам. Взглянув на разделяющую их дверь, он увидел свет в её комнате.       Дверь была приоткрыта. Любопытство, сильнее благоразумия, заставило его заглянуть внутрь.       Киара не работала. Она стояла спиной к двери, у своей карты звёздного неба, и палочкой в воздухе выводила сложные астрономические схемы, которые тут же гасли, рассыпаясь серебристой пыльцой, медленно опадавшей, мерцая, как следы комет. Это не было частью её работы. Это была магия ради магии. Ради красоты. И в её сосредоточенной позе, в точных движениях руки была та самая глубина, та самая мощь, которую она так тщательно скрывала за маской легкомысленной сотрудницы.       Он кашлянул.       Она резко обернулась, и серебристая траектория кометы растаяла в воздухе. На её лице на мгновение мелькнуло нечто неуловимое — не испуг, а скорее… настороженность дикого зверя, застигнутого врасплох. Но тут же вернулась её привычная, слегка ироничная маска.       — Мистер Малфой. Я думала, все уже разбежались.       — Кажется, не все, — сухо ответил он, шагнув в кабинет. Воздух был густ от её духов. — Что это было?       — Разминка для ума, — пожала она плечами, опуская палочку. — Старые, забытые созвездия. Никакой практической пользы, но красиво, не так ли?       Он подошёл ближе, его взгляд скользнул по карте, а затем вернулся к её лицу. Вблизи её глаза были ещё более гипнотизирующими. Они были не просто чёрными; они были многослойными, как ночное небо в безлунную ночь, там где-то в глубине таились туманности, невидимые невооружённым взглядом.       — Вы умеете удивлять, мисс Грин, — его пальцы медленно провели по краю стола, сокращая и без того небольшое расстояние между ними.       — Надеюсь, приятно, — в её глазах заплясали чёртики. Она не отступила, лишь слегка откинула голову, бросая вызов.       — Скорее… настораживающе, — поправил он, наклоняясь так близко, что его дыхание коснулось её кожи. Он был так близко, что снова чувствовал её тепло, исходящее сквозь тонкую ткань одежды. Его рука непроизвольно сжала край стола, суставы побелели от напряжения.       Малфой поднял руку к карте, указывая на случайное созвездие. Его рука прошла в дюйме от её плеча. Напряжение повисло между ними — тонкое, как нить заклинания перед взрывом. Он видел, как вздрогнули её ресницы, как тёмные зрачки расширились.       — Вы знаете, — тихо сказала Киара, не отводя взгляда. — В Хогвартсе вы бы никогда со мной так не заговорили.       — В Хогвартсе, мисс Грин, я был глупым мальчишкой, который многого не понимал, — он медленно провёл рукой по подбородку, словно стирая призраки прошлого.       — А теперь поняли? — в её голосе прозвучал лёгкий вызов.       — Я начинаю кое-что понимать, — его голос стал низким, почти бархатным. Он наклонился чуть ближе, вторгаясь в её личное пространство, проверяя границы. — Например, что за маской остроумия скрывается куда более интересный собеседник.       Он ждал, что она отступит, смутится. Но она выдержала его взгляд. Её губы тронула едва заметная улыбка.       — Осторожно, мистер Малфой, — она медленно подняла руку, поправляя воображаемую прядь волос, хотя её причёска была безупречна. — Ваше любопытство может быть истолковано превратно.       — А как его следует толковать? — он почти прошептал, наклоняясь так близко, что его губы оказались в сантиметре от её виска. Его дыхание коснулось её кожи, заставляя мелкие волоски на затылке подняться.       Внезапно снаружи послышались шаги и голоса ночной смены. Натянутое заклинание между ними рухнуло. Драко резко выпрямился, отступив на шаг, словно обжёгшись. Его пальцы непроизвольно дёрнулись, поправляя идеально сидящий галстук. Маска безразличия вернулась на его лицо с быстротой щелчка.       — Поздний вечер. Вам не стоит задерживаться, мисс Грин, — его голос вновь приобрёл привычные ледяные нотки, но в нём проскальзывала лёгкая хрипота. — Улицы небезопасны.       — Я справлюсь, — она медленно повернулась к карте, проводя пальцем по одному из созвездий, будто проверяя его устойчивость. Демонстративно заканчивая разговор, она добавила чуть тише: — Спокойной ночи, мистер Малфой.       Он задержался на мгновение, его взгляд скользнул по её профилю, освещённому мерцанием карты, затем резко развернулся и вышел, чувствуя, как адреналин пульсирует в его висках. Это была не его победа. Это была ничья. Или, что более вероятно, его поражение. Он вторгся на её территорию, пытаясь запугать, доминировать, но она не отступила ни на йоту. Она приняла его вызов и парировала его.       Выйдя на улицу, в прохладный лондонский воздух, он всё ещё чувствовал на себе её взгляд. Тот самый, чёрный и бездонный, который видел его насквозь — и мальчишку-задиру из Хогвартса, и запутавшегося мужчину, которым он стал. Она видела его, и это было страшнее любого проклятия.       В своём кабинете Киара облокотилась о стол, её руки дрожали несколько долгих секунд. Он приближался, как хищник, и её тело отозвалось на это первобытным трепетом. Но её ум уже анализировал, раскладывал по полочкам всю эту ситуацию: «Проверка границ. Демонстрация интереса, замаскированная под агрессию. Следующий шаг — либо отступление, либо эскалация».       Она посмотрела на карту звёздного неба. На холодные, далёкие точки. Он был похож на одно из таких созвездий — красивое, ясное, но ледяное и недоступное. Но она уже чувствовала гравитацию. И знала, что рано или поздно, одна из вселенных должна будет упасть в другую. И она дала себе слово, что падающей стороной будет не она.