Просто так

Наташа лежала на широкой кровати.Ее сердце стучало частой,ритмичной дробью о ребра.Не страх,нет.Скорее,сладкое,дурманящее предвкушение.Она слышала,как в соседней комнате двигается Нугзар,приглушенные звуки извлекаемых из шкафа вещей.Он готовился.И она готовилась,мысленно повторяя данные себе обещания: доверять,не сдерживаться,просить,если нужно. Шаги.Он вошел в спальню.Его молчаливое присутствие сразу изменило плотность воздуха.Наташа приподнялась на локте,глядя на него.Нугзар стоял,держа в руках несколько катушек мягкого шелкового шнура и широкую повязку из черного бархата.Его лицо,обычно такое открытое и доброе,сейчас было сосредоточено,взгляд темных глаз тяжелый и неотрывный. — Ты уверена? — его голос был низким,почти густым.Он не спрашивал о согласии – оно уже было дано,обговорено,подписано их совместным желанием.Он спрашивал о ее готовности здесь и сейчас. — Да, — выдохнула Наташа,откидываясь на подушки. — Очень Он кивнул и медленно приблизился к кровати.Сначала он положил предметы рядом с ней,а потом нежно ладонью провел по ее щеке.Прикосновение было одновременно знакомым и новым – оно несло отпечаток власти,которую она ему добровольно отдавала. — Руки, — тихо скомандовал Нугзар,и она послушно закинула их вверх,к резной деревянной спинке кровати.Его пальцы,ловкие и теплые,начали работу.Шелк скользил по ее коже,плотно,но без болезненного давления,обвивая запястья.Каждый виток был обдуманным,точным.Она наблюдала за его лицом,за тем,как сжаты его губы,как тень ресниц падает на скулы.Он был полностью поглощен процессом,этим актом упаковывания,ограничения.Последний узел,крепкий,но с определенной точкой сброса.Она потянула за шнурки – руки прочно держались.Чувство беспомощности нахлынуло первой теплой волной,заставив сердце екнуться. — Теперь глаза, — прошептал он,беря повязку. Наташа кивнула,приподнимая голову.Бархат лег на лицо,мягко,но окончательно отсекая мир.Зрение исчезло,и сразу же обострялись другие чувства.Она услышала собственное дыхание,шорох его одежды,когда он наклонился ближе.Почувствовала запах его кожи,смешанный с едва уловимым ароматом дерева от шнуров. — Красивая, — прошептал он прямо в ухо,и ее тело дрогнуло от вибрации его голоса. — Моя красивая,связанная птичка Его губы коснулись мочки уха,затем спустились по шее,к ключице.Каждый поцелуй был медленным,осмысленным,словно он ставил печати на своей территории.Его руки нашли подол ее легкой шелковой ночнушки.Он взялся за ткань и начал поднимать ее,сантиметр за сантиметром.Прохлада воздуха коснулась голеней,бедер.Он не торопился,наслаждаясь моментом,ее мелкой дрожью в ответ на неторопливое обнажение.Ткань скользнула выше живота,груди,и наконец,он снял ее через голову,стараясь не сдвинуть повязку.Теперь она лежала полностью обнаженная.Ее кожа покрылась мурашками от внимания и прохлады. Его ладони легли на ее бедра,широко и тепло.Пальцы прочертили пути по внутренней поверхности,двигаясь навстречу друг другу,но не спеша соединиться в самом центре.Он целовал ее живот,вдоль линии бикини,дразняще избегая более чувствительных мест.Его дыхание жгло кожу. — Нугзар… — она прошептала его имя.Просьба,мольба,подтверждение. — Тихо, — он успокоил ее.Губы снова нашли ее плоть.Он опускался ниже.Его сильные руки раздвинули ее бедра шире,зафиксировав их в открытой,уязвимой позе.И тогда она почувствовала первое прикосновение – не его рта,а лишь теплое дыхание на самой интимной части себя.Оно обожгло сильнее любого поцелуя.Она ахнула,выгнув спину.Он замер,наслаждаясь реакцией. И только потом,когда ожидание достигло пика,он коснулся.Языком.Он провел одним медленным,бесконечным движением снизу вверх,от самой чувствительной точки промежности к спрятанному бутончику.Наташа вскрикнула.Ее пальцы вцепились в шелковые связки.Он продолжал,вырабатывая неспешный,размеренный ритм.Язык кружил,нажимал,ласкал,затем уступал место губам,которые обхватывали клитор с нежным,сосущим движением.Он изучал ее тело,как карту,каждую реакцию,каждое вздрагивание,каждое прерывистое дыхание.Он знал ее лучше,чем кто-либо,знал,что сводит с ума,а что позволяет дышать. — Такая сладкая, — прошептал он.Его голос,приглушенный,доносился снизу,еще больше усиливая сюрреалистичность ощущений. — Вся дрожишь.И вся моя.Связанная и отданная на мой вкус Его пальцы присоединились к пиру.Один,потом два,вошли в нее легко,скользяще,встречая горячую влагу.Он начал двигать ими,глубоко и мерно,в то время как его язык сосредоточился исключительно на клиторе,теперь работая точечно и более быстро.Двойная стимуляция заставила Наташу застонать.Ее бедра затряслись в его железной хватке.Она плыла в темноте,где не было ничего,кроме этих ощущений: влажного тепла его рта,упругого наполнения его пальцев,шепота,который вился вокруг,как дым. — Пожалуйста…еще… — вырвалось у нее. — Еще? — он приостановился,и это было пыткой. — Как ты хочешь «еще»,Наташенька? Она не успела ответить.Он убрал пальцы,и она услышала щелчок,звон стекла.Знакомый,но оттого не менее волнующий звук.Что-то холодное и гладкое коснулось внутренней стороны ее бедра – стеклянная игрушка,охлажденная лубрикантом.Он водил ею по ее коже,не вводя,а просто играя.Потом округлый наконечник уперся во вход,надавил и медленно,неумолимо вошел.Наташа задержала дыхание.Это было другое – гладкое,твердое,безжизненное,но управляемое его рукой.Он повращал игрушку,заставив ее работать изнутри,массируя те точки,которые знал так хорошо.Потом начал двигать ею,вводя и извлекая,сначала медленно,потом быстрее.В темноте ощущений этот холодный предмет казался еще более дерзким,более откровенным вторжением. Но и этого ему было мало.Она услышала новый звук – тихий жужжащий гул.Вибрирующая игрушка коснулась ее клитора,и Наташа взвыла.Волна удовольствия прокатилась по телу,острая и электрическая.Он совместил все: глубокие,размеренные толчки стеклянным стержнем внутри,вибрирующую пульсацию снаружи и свой голос,который продолжал шептать пошлости,описывая,что он делает,что видит,как она выглядит,распятая на шелках,с влажным от его слюн и ее соков промежностью,вся отданная на его волю. — Ты вся блестишь,дорогая.Вся открыта.Я могу делать с тобой все,что захочу.И сейчас я хочу,чтобы ты кончила.Кончила от моих игрушек,как шлюшка. Ее сознание помутнело.Она металась на кровати.Ее тело выгибалось,натягивая шелк.Она была на грани,но он,как опытный дирижер,то ускорял темп,то замедлял,не давая ей сорваться. — Прошу…ну,пожалуйста…войди в меня... — выдохнула она,и это была уже чистая,нефильтрованная нужда. — Нет, — его ответ прозвучал твердо,но не без ласки. — Сейчас все для тебя.Только для тебя.Кончай И он снова изменил тактику.Убрав вибратор,он снова взялся пальцами,но теперь его движения были быстрыми,виртуозными,сосредоточенными исключительно на ее клиторе,в то время как игрушка внутри замерла,создавая приятное чувство наполненности.Этого было достаточно.Волна,которую она больше не могла сдерживать,накрыла ее с головой.Конвульсивный,яркий,разбивающий оргазм пронзил ее,вырывая долгий,надрывный стон.Ее тело сотрясалось.Мускулы живота болезненно напряглись,а затем расслабились в блаженной истоме. Но он не остановился.Он позволил ей лишь немного спуститься с пика,смягчив ласки,а затем снова начал.Его пальцы,его язык,его игрушки выжимали из нее второй,третий оргазм,менее интенсивные,но более протяжные,растекающиеся по телу теплым сиропом.Она плакала,смеялась,бессвязно бормотала,умоляла остановиться и продолжать одновременно.Он был неумолим,щедр в своей жестокости. И только когда она уже полностью обмякла,задыхаясь,когда ее тело перестало слушаться,он все убрал.Наступила тишина,нарушаемая лишь ее прерывистым дыханием.Она чувствовала,как он двигается по кровати,как его вес смещается.Потом нежные поцелуи на ее животе,груди,шее.И наконец его руки на ее лице.Он развязал бархатную повязку. Свет,даже приглушенный,резанул глаза.Она зажмурилась,потом медленно открыла их.Над ней склонилось лицо Нугзара.Его маска строгого Доминанта треснула.Сквозь нее проглядывала бешеная смесь возбуждения,нежности и обожания.Он смотрел на нее,словно видел впервые.Смотрел на ее заплаканные глаза,растрепанные волосы,раскрасневшиеся щеки. — Наташа… — прошептал он,и в его голосе снова был он,ее любящий муж. Она попыталась улыбнуться,но губы дрожали. — Я…я не могу больше… — Я знаю, — он поцеловал ее в лоб,потом в губы,долго и глубоко. Его тело прижалось к ее боку,и она почувствовала его напряжение,его непокорную,твердую плоть,которую он так долго сдерживал. И тогда,собрав последние силы,она посмотрела ему прямо в глаза,в эти темные,бездонные озера,и произнесла свою последнюю,отчаянную просьбу.Не умоляюще,а с полной отдачей,с любовью и доверием: — Нугзар.Пожалуйста.Я хочу тебя.Войди в меня. Он замер,изучая ее лицо.Потом тень улыбки тронула его губы.Он наклонился,чтобы прошептать прямо в губы,делясь воздухом: — Ты невероятная.В этой позе,связанная,вся в моих следах…Ты самая красивая куколка,которую я когда-либо видел И он выполнил ее просьбу.Медленно он вошел в нее.Это было иное наполнение – живое,пульсирующее,горячее.Он не спешил,двигаясь с такой нежностью.Он освободил одну ее руку от пут,и она немедленно обвила его шею,впиваясь пальцами в волосы.Он взял ее бедро,приподнял,углубив проникновение.Их ритм родился сам собой – не яростный,а глубокий,волнообразный,как отлив и прилив.Они смотрели друг другу в глаза,и в этом взгляде было все: игра закончилась,осталась только правда – любовь,страсть,единство. Его движение участились,дыхание стало сбивчивым.Она чувствовала,как внутри нее все сжимается,готовясь к новому,совместному падению. — Вместе, — прохрипел он. — Вместе, — кивнула она. И они сорвались в пропасть вместе.Ее имя на его устах,его имя – на ее.Он рухнул на нее,затем,осторожно,освободил вторую руку и прижал к себе,как самое дорогое сокровище.Они лежали,сплетенные,слушая,как бьются их сердца,возвращаясь к обычному ритму.Тени в комнате сгустились,наступил вечер. — Я люблю тебя, — сказал он,целуя ее висок. — Я знаю, — она прижалась к его груди. — Я тебя тоже люблю.Спасибо И в этой благодарности было все – за доверие,за власть,за нежность,за эту темную,сладкую сцену,которая снова напомнила им,насколько они живы и насколько принадлежат друг другу.