Мандевилла

Стрела пролетела мимо древесного ствола, слишком далеко от цели. Нейтири тихонько вздохнула, что-то среднее между усталостью и сдержанным недовольством. — Ты опять держишь её неправильно, — сказала она, подойдя ближе, чтобы поправить его осанку. Джейк попытался сосредоточиться. Наконец-то он получил разрешение Грейс снова использовать аватар, но почему-то это уже не вызывало у него такого восторга, как раньше. Его мысли были где-то в другом месте. Солнце уже было высоко, наверное, около десяти. Он тренировался с раннего утра, с тех пор, как вошёл в другое тело и почувствовал эту странную тяжесть в груди — ту самую, которая была с ним последние два? Три дня? Он был потерян. Он вытащил ещё одну стрелу, пытаясь удержать руку неподвижно, но, глядя на цель, морпех мысленно начал возвращаться назад, к тому, о чём он пытался не думать. День после этого разговора был слишком тихим. Джейк проснулся, всё ещё испытывая это ощущение — рука Цу'тея осторожно коснулась его волос. Нелегко объяснить. Весь день он делал вид, что ничего не произошло. Делал вид, что ничего не ждёт. Что он не поглядывает время от времени на лес, словно кто-то мог оттуда появиться. Но никто так и не появился. Когда наступила ночь, он ненавидел себя за некое разочарование. Потому что у него не было никаких оснований ожидать чего-либо вообще. На следующий день морпех попытался быть умным и занять свой разум работой. Норм рассказывал ему о том, как обстоят дела у ворот, Грейс жаловалась на поломку оборудования в камере снаружи… но всё звучало как-то отдалённо. Каждый звук внутри базы делал Джейка всё более беспокойным, всё более замкнутым в себе. Поэтому он уехал наружу, даже не заметив этого. Когда он осознал, что находится снаружи базы, он просто сидел на траве — неподвижно и смотря в никуда. Или ждал чего-то, чего, как ему казалось, он не должен был ждать. И тут он увидел, как что-то задвигалось на том же самом месте, где всегда. На'ви появился так же, как и всегда: без предупреждения, без колебаний, словно часть леса, которая перемещается. На этот раз Джейк не испугался, но и не знал, что ему делать. Охотник приблизился без колебаний, но его уши были опущены. Цу'тей иногда выглядел как огромный синий кот, когда Джейк думал о его поведении. Когда он подошел ближе, рука протянулась вперед, и в ней был жёлтый цветок. Вот и всё. Когда Джейк взял его, он понял, что руки немного дрожат — его и Цу'тея тоже, совсем чуть-чуть, но всё же. — Я не мог прийти вчера, — сказал на'ви тихим голосом. — Я могу прийти только сейчас. Это звучало почти как извинение. Почти. Джейк попытался что-то сказать, но у него перехватило дыхание. И Цу'тей тоже ничего не сказал. Они стояли там — неподвижно. Тишина заполнила пространство между ними, но она не была неловкой. Не в плохом смысле. Цу'тей ушел тем же путем, каким пришел. А Джейк держал цветок, пока не исчез последний след света. — Жейк! — Голос Нейтири вернул его в настоящее. Стрела, которую он должен был крепко держать, немного выскользнула, и девушка нахмурилась. — Твои мысли далеко, — сказала она, а не спросила. — Очень далеко. Джейк глубоко вздохнул и снова поправил лук. Впервые с момента прибытия на Пандору его отвлекал не лес. Не тренировка. Не тело аватара. Это было что-то другое. Кто-то. И он не знал, что с этим делать. Джейк сделал ещё один вдох, пытаясь сосредоточиться, но напряжение в груди только усилилось. Он натянул тетиву лука, но пальцы двигались медленно, почти нерешительно, словно тело знало, что разум отвлечён. Стрела полетела криво. Нейтири нетерпеливо фыркнула: — Ты ни во что так не попадёшь, — он знал. — Извини, — пробормотал он, снова поправляя осанку. На этот раз Нейтири внимательнее наблюдала за ним, прищурив глаза, словно пытаясь понять, что стоит за его постоянной рассеянностью. В тот момент она напомнила ему Мо'ат. Ужасающе. — Тебя что-то беспокоит, — тихо сказала девушка. — Что-то… большое. Джейк сглотнул, отводя взгляд. Он не знал, как ответить на это. Как он мог объяснить тяжесть в груди, странное чувство в животе, мысли, которые постоянно возвращались к одному и тому же мужчине, каждый раз, когда он пытался сосредоточиться на чём-то другом? У него даже для самого себя не было ответа. Нейтири отступила назад, давая ему пространство. — Снова. Целься. Дыши. И выстрели. Джейк кивнул, но, поднимая лук, заметил, что его рука слегка дрожит. Та же самая глупая дрожь, что была, когда он держал цветок. Та же самая, которую он не мог скрыть. Он ненавидел это. Он глубоко вздохнул, пытаясь удержать руку неподвижно… но воспоминание о ярком жёлтом цветке снова всплыло, почти так же ярко, как тогда, когда Цу'тей передал его ему в руку. Не в силах сдержаться, Джейк на секунду закрыл глаза. Тихий голос. Тихое присутствие. Опущенные уши. То, как Цу'тей казался… другим в тот день. Не потому, что он был зол. Не потому, что он боялся. А потому, что он казался… почти нервным. Джейк слишком резко открыл глаза, словно пытаясь выбить эту мысль из головы. Стрела выскользнула из рук, рассекая воздух и не долетев до цели. Глаза Нейтири расширились от удивления. — Что с тобой сегодня не так? — спросила она, теперь уже с явным раздражением. Джейк провел рукой по лицу, пытаясь взять себя в руки, но это не помогало. — Я… — начал он, голос его дрожал, — просто меня многое беспокоит. Нейтири внимательно изучала его. Слишком внимательно. Словно она видела его насквозь. — Ты о ком-то думаешь, — сказала она, в её взгляде читалось веселье. Джейк замер. Его сердце бешено колотилось. И он не понимал, почему это так его пугало. — Я… я не… — попытался он отрицать это, но голос его оборвался. Нейтири подняла бровь. Она не злилась и не осуждала его. Ей было забавно. — Когда сердце беспокойно, руки не подчиняются. Так бывает со всеми воинами. Есть кто-то, кто тебя интересует, Жейксулли. Джейк снова отвел взгляд. Слово «сердце» казалось слишком большим, слишком тяжелым, неуместным. Он чувствовал по отношению к Цу'тею в основном нарастающее беспокойство. Он просто хотел понять, чего тот хочет, ведя себя таким образом. Джейк знал, что Цу'тей явно его не узнал, но все же он был осторожен и деликатен с человеком. А Джейк знал, что Цу'тей не любит людей. Так почему же он приносит ему цветы? Почему он выглядит виноватым? Почему он прикасается к нему? Почему он верит ему, когда тот лжет о том, кто он?! Нейтири подошла ближе и крепко коснулась его руки. По спине пробежал холодок. Заметила ли она мою тревогу? — Если хочешь продолжить, очисти свой разум. Если нет… — девушка сделала вдох, — мы можем остановиться на сегодня. Джейк посмотрел на мишень, затем на землю, затем на окружающий их лес. И он с нарастающим дискомфортом понял, что не способен очистить ни одну из своих мыслей. Потому что всё возвращалось к одной и той же точке, к одному и тому же лицу, к одной и той же тишине, к одному и тому же простому жесту — цветку, протянутому в сумерках. — Давай попробуем ещё раз, — сказал он, даже зная, что это может не помочь. Нейтири кивнула, отступая назад. Джейк поднял лук, целясь… Но прежде чем он успел выпустить стрелу, он увидел нечто, что заставило его замереть. Почти тень, спрятанную между деревьями. Кожа Джейка покрылась мурашками. Нейтири увидела его реакцию и нахмурилась. — Жейк? Он не ответил. Он не мог. Потому что даже не видя ясно, он знал. Он точно знал, кто там прячется. Стрела всё ещё была натянута, когда тень снова двинулась. На этот раз это была не просто фигура. Цу'тей вышел из-за деревьев с той же естественной грацией, что и всегда — словно лес сам открыл ему путь. Его тело было прямым, выражение лица серьёзным, но… что-то в его ушах выдавало, что он не так спокоен, как притворялся. У Джейка сжалось сердце. Нейтири выпрямилась, удивлённая появлением охотника. Цу'тей остановился в нескольких шагах, полностью игнорируя Джейка, и его взгляд остановился на Нейтири. Это напомнило Джейку о том, что они помолвлены. Странно. — Нейтири, — твёрдо сказал воин. — Моа'т хочет с тобой поговорить. Прямо. Сухо. Без вопросов. По крайней мере, Джейк начал понимать основные моменты, когда на'ви говорили медленно. Нейтири удивленно, но не встревоженно подняла брови. На самом деле, ее взгляд скользнул с Цу'тея на Джейка… и на лице медленно появилась улыбка. Джейк узнал эту улыбку. Он так улыбался всякий раз, когда у него в голове возникал какой-нибудь забавный план. Неужели люди чувствуют себя так же, когда он улыбается? Он уже опускал лук, чтобы сбежать, пока еще мог, когда... — Цу'тей, — решительно и озорно позвала Нейтири, — помоги Жейку с луком, пока я приду. Джейк чуть не подавился воздухом. — Что? Цу'тей мгновенно замер, словно подруга попросила его обнять палулукана. Он медленно повернул лицо к ней, затем к Джейку — и Джейку отчаянно захотелось превратиться в дым и исчезнуть. — У меня есть обязанности в клане, — тут же резко ответил Цу'тей. — Я не могу оставаться здесь и решать твою проблему… — Отлично, — перебила Нейтири, скрестив руки и широко улыбаясь. — Тогда я могу рассказать Моа’т о том, как ты с ним обращался. Джейк почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Цу’тей остановился. Прямо посреди предложения. Его глаза слегка расширились — едва заметно, но для Цу’тея это было почти криком. — Нейтири, — предупредил он тихим, возмущенным голосом. — Да? — ответила она совершенно спокойно. Целая секунда молчания. Цу’тей смотрел на нее так, словно бросал ей вызов. Нейтири выдержала взгляд. Джейк наблюдал за ними, чувствуя себя все слабее с каждой секундой. Наконец, Цу’тей выдохнул воздух сквозь зубы, словно признав собственное поражение. — …Хорошо, — сказал он сухо. — Я помогу. Джейк почти пожалел, что не выбрал какой-нибудь другой вариант. Любой. Нейтири победоносно улыбнулась — той самой улыбкой в стиле «я гений» — и так сильно похлопала Джейка по плечу, что он чуть не потерял равновесие. — Я вернусь позже. Она повернулась, чтобы уйти, но бросила на Джейка последний взгляд — озорной, прямой — и прошептала: — Вдохни глубоко, Жейксулли. И исчезла в лесу. Теперь остались только они двое — наедине. Джейк стоял, слегка подрагивая, с луком в руке. И Цу'тей стоял перед ним, скрестив руки, с выражением лица, которое невозможно было разглядеть — что-то среднее между раздражением, чувством долга и отвращением. Наконец, Цу'тей заговорил: — …Покажи, как ты его держишь. Его голос всё ещё был хриплым, властным… Джейк всё равно вздрогнул. По крайней мере, он сказал это по-английски, иначе Джейк, вероятно, ничего бы не понял. И, стоя там наедине с ним, Джейк понял, что тренировка с луком, вероятно, была самой незначительной из его проблем. Джейк сглотнул, перебирая лук в руках. Его собственные руки дрожали ещё сильнее. На'ви оставался перед ним, скрестив руки, подняв подбородок, с твёрдой осанкой, словно хотел дать понять, что он здесь против своей воли. И он был против. Джейк это знал. Боже, кто-нибудь, убейте меня. Цу'тей напряженно вздохнул. — Как ты держишь его, — повторил воин нетерпеливо, словно разговаривая с надоедливым ребенком, — я хочу видеть. Джейк медленно поднял лук. Цу'тей наблюдал за каждым движением, его глаза были прищурены и полны критики. Когда Джейк натянул тетиву, воин издал низкий звук, почти раздраженное рычание. Дикий кот. — Неправильно. Он сделал два быстрых шага, приближаясь, прежде чем Джейк успел отступить. Джейк задержал дыхание. Цу'тей стоял слишком близко. Недостаточно близко, чтобы дотронуться. Но достаточно близко, чтобы Джейк почувствовал его жар, чтобы ощутить, что Цу'тей изо всех сил старается не вонзить ему нож в горло. Голос охотника стал низким, резким: — Твоя рука слишком расслаблена. Выпрями ее. Джейк попытался приспособиться, но движение было неестественным — дело было в черезмерной близости. Конечно, дело было в этом. Он нервничал из-за близости. И это только усугубило ситуацию. Боже, Эйва, кто бы там ни был, пожалуйста, убейте меня. Цу'тей на секунду закрыл глаза, раздраженный, а затем, со вздохом, словно вынесенным смертным приговором, поднял руку. — Вот так. На'ви наконец коснулся его. Крупная рука крепко обхватила предплечье Джейка, направляя его в нужное положение. Джейк почувствовал, как отреагировало все его тело — сердце подскочило к горлу, дыхание перехватило, разум словно взорвался. Цу'тей тоже что-то почувствовал, потому что прикосновение остановилось на полпути. Его рука замерла. Всего на полсекунды — но достаточно долго, чтобы Джейк заметил напряжение, пробегающее по руке другого. Словно он коснулся чего-то заразного. Цу'тей быстро отдернул руку, его лицо исказила гримаса. — Твердо. — Еще один короткий взгляд. Неловко. — Вот так. Джейк лишь слегка кивнул, пытаясь игнорировать тот факт, что его сердце бешено колотилось. Цу'тей сделал еще один шаг назад — почти незаметно — словно это небольшое расстояние было необходимо ему, чтобы нормально дышать. — Теперь целься, — сказал он, голос снова стал напряженным. — И не думай ни о чем, — Джейк коротко и нервно рассмеялся. — Если бы я знал, как это сделать, я бы уже это сделал. Цутей бросил на него раздраженный взгляд. Не из-за комментария. А потому, что стрела все еще дрожала. Было бы проще, если бы он просто убил меня. — Жейксулли, — гнев стал очевиднее, — сделай это правильно. Джейк открыл рот, но тут же закрыл его. Ему нечего было сказать. Поэтому он попытался снова натянуть тетиву. Попытался дышать. Попытался игнорировать ощущение, что его оценивают, по каждому выражению лица Цу'тея. Стрела едва успела стабилизироваться, как Цу'тей снова заговорил: — Сосредоточься, — Джейк фыркнул. — Я стараюсь. Цу'тей снова подошёл ближе. И на этот раз, когда Цу'тей схватил его за руку, прикосновение длилось дольше, чем следовало. Его челюсть была напряжена, глаза прикованы к луку — не к лицу Джейка — пока он держал руку Джейка неподвижно и поправлял его осанку. — Теперь отпусти. Джейк выпустил стрелу. Она полетела чисто, прямо — попала в цель, но всё же немного ниже идеального положения. Цу'тей не радовался. Но и не критиковал. Он быстро отступил назад, на его лице читалось что-то среднее между отвращением и усталостью, руки снова скрещены, дыхание такое, будто эта простая тренировка полностью его истощила. Джейк вытер пот со лба, всё ещё не понимая, как он остался жив. Цу'тей оглядел его с ног до головы, затем посмотрел на мишень. — Скао. Сукин сын, я почти попал идеально! — Эй. Я понял. — Не говори ничего, — произнес воин со своим сильным акцентом. — Просто продолжай. Тренировка продолжилась — или что-то, что можно было бы назвать тренировкой, учитывая, что половину времени Джейк пытался контролировать дыхание, а другую половину — делал вид, что не замечает каждого раздражённого выражения лица на'ви. Они повторили движение ещё четыре, может быть, пять раз. Каждая стрела, попавшая в цель, вызывала короткий звук у Цу'тея. Не одобрение. Не упрек. Джейк начал верить, что эти тихие звуки — его тайный язык. В какой-то момент Джейк дернул за тетиву, и она соскользнула раньше времени. Стрела упала на землю. Унизительно. Цу'тей закрыл глаза, словно испытывал физическую боль. Джейк поднял руки: — Это была просто случайность. — Некомпетентный, — сухо ответил Цу'тей, без тени юмора. Он ужасен. После ещё нескольких попыток — одной отличной, двух посредственных, одной ужасной — Цу'тей наконец отступил, словно ему хватило страданий на сегодня. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, вероятно, чтобы приказать Джейку тренироваться одному, когда по поляне разнессся мощный голос: — Цу'тей! Джейк мгновенно обернулся. Высокий на'ви с воинскими нарукавниками и серьёзным лицом подошёл быстрыми шагами. Джейк никогда его не видел, но по тому, как он смотрел на Цу'тея… он явно был другом. Цу'тей ответил ещё до того, как тот остановился: — Что случилось? — Проблемы в патрулях возле восточного утёса, — сказал другой воин. — Ты нам нужен. Сейчас же. Ладно, Джейк мог немного похвастаться — он понимал некоторые моменты в разговоре. Цу'тей не колебался. Ни секунды. Его тело уже развернулось, готовое к действию. Он уже быстро уходил, исчезая в лесу вместе с другим воином, пока Джейк обескураженно моргал. Ни «увидимся». Ни «до скорой встречи». Даже дополнительного взгляда. Придурок. Джейк стоял там, с луком в руке, с нелепым ощущением, что без Цу'тея воздух словно стал холоднее. — Отлично, — пробормотал он. — Теперь только я и тишина. Опять. Он огляделся — не хотелось оставаться там одному. И не хотелось слишком много думать. Поэтому он принял самое очевидное решение — он пойдет к Мо'ат. Нейтири будет там с ней. В любом случае, через несколько часов ему придется оставить аватар отдыхать — одно из новых правил использования тела аватара. Ему разрешалось оставаться только восемь часов, после чего он возвращался на отдых — и за разрешением снова войти. Грейс воспринимала это очень серьёзно. Сегодня морпех был не в настроении слушать её нравоучения. Он перекинул лук через плечо, поправил осанку, сделал вдох и пошёл по тропе, пытаясь игнорировать мысли, которые постоянно возвращались к тренировке. К прикосновению. К Цу'тею и ко всему, что он делал. Джейк немного сильнее топнул ногой, пытаясь отогнать эти мысли. Тропа была тихой. Спокойной. Ему просто нужно было добраться до главной тропы… И тут он услышал звук. Лёгкие шаги. Очень лёгкие. Он остановился. Оглянулся через плечо. Ничего. Он снова пошёл, медленнее. И шаги продолжались. Маленькие. Быстрые. Словно тот, кто за ним следил, не знал, как правильно скрыть шум. Джейк глубоко вздохнул, его тело само собой напряглось. Он резко обернулся. — Хорошо, я знаю, что кто-то там есть, — сказал он вслух, стараясь говорить менее испуганно, чем чувствовал на самом деле. — Можешь выйти? — он попытался сказать это на языке на’ви. По крайней мере, в его голове это звучало лучше. На секунду воцарилась полная тишина. А потом… Из-за дерева выглянула маленькая голубая головка. Огромные глаза, полные любопытства. Маленький на’ви. Ребенок. Может быть, восемь человеческих лет? Девять? Джейк ужасно плохо запоминал возраст. Маленький, худой, с короткими косичками и простым гримом на лице. Малыш выглядел как мини-воин. Он был таким милым. Он смотрел на Джейка так, словно увидел экзотическое животное из учебника по науке. Джейк моргнул. Ребенок медленно моргнул в ответ. Затем он сделал шаг вперёд, показав всё своё крошечное тело — грудь была приподнята, словно малыш собирался сделать что-то очень важное. Джейк глубоко вздохнул. Конечно. Потому что его день мог стать ещё более странным. — Калтхи? — попытался заговорить он. Глаза ребёнка расширились, словно это было подтверждением его желания. Он побежал к Джейку так быстро, что у него было только полсекунды на размышление: всё. На меня сейчас нападёт мини-на’ви. Но ребёнок лишь с удивительной силой схватил его за ногу, подняв уши и виляя хвостом по земле, как счастливый щенок. Мальчик не выглядел опасным, он выглядел взволнованным. Слишком взволнованным. — Оэ… оэ сё… Жейксулли, — попытался заговорить мальчик, запнувшись и словно пытаясь подобрать слова родного языка. Сказанное ребенком имя звучало скорее как «Жейксулиии». Джейк моргнул. Ребёнок тоже моргнул. И продолжал смотреть на него, словно ожидая чуда. — Да… это я, — медленно ответил он. — А кто ты? Понимает ли этот мальчик английский? Он сомневался, что какой-либо язык подойдёт — малыш был моложе, чем он думал, судя по тому, как он говорил. Или, может быть, Джейк просто глуп. Ребёнок широко улыбнулся, обнажив крошечные белые зубки. Затем он сделал вдох и заговорил разом, на языке на’ви, быстро и невозможно для понимания. Это больше походило на словесный взрыв, чем на предложение. — Помедленнее, медленнее… — Джейк поднял руки. — Я ещё не всё это понимаю. По крайней мере, ребенок, кажется, понимал немного английского. Сколько лет этому мальчику — или это все же девочка? Маленький на'ви сделал раздражённое лицо. Казалось, что медленная речь причинила ему физическую боль. Но он всё равно попытался: — Моа’т… ка… нга, — и указал на Джейка. Затем указал на тропу впереди. — Мауэ. — Он позвал жестом следовать за собой. — Си… эфу… фва… нга лу скао. — Хорошо. Я определенно понял последнюю часть. Эй, я слышал там «скао»*, — сказал Джейк, не в силах сдержать улыбку для такого милого малыша. Глаза ребенка расширились, он закрыл рот обеими руками и отступил назад с выражением лица «мне не следовало этого говорить». Его маленькие косички подпрыгивали. — Мм... — пробормотал Джейк. — Я это понял. Увидев, что гость его народа не злится, мальчик нетерпеливо топнул ногой и снова указал на тропу. — Ка! Моа’т! Хорошо. Эта часть была достаточно ясна. — Ладно, я иду, — вздохнул морпех, всё ещё улыбаясь. Малыш цокнул языком — точно так же, как Нейтири делала всякий раз, когда он говорил что-нибудь глупое, — скрестил тонкие ручки и пошел рядом с ним, словно миниатюрный профессиональный гид. Ребёнок действительно выглядел как крошечный воин: плечи подняты, уверенная походка, хвост, покачивающийся от решимости. Краска на его лице была размазана, но всё ещё напоминала что-то, что использовали воины. Пока они шли, мальчик повернулся к Джейку с серьёзным выражением лица, слишком взрослым для его возраста. — Нга нуме слайу нгати. Джейк нахмурился. Прежде чем он успел спросить, малыш добавил — на этот раз с озорной улыбкой, такой недопустимой для такого юного возраста: — Си Цу’тей. Джейк остановился. Ребенок тоже остановился, глядя на него с тем выражением лица, которое бывает только у детей, когда они умеют раздражать других детей. — А что же Цу’тей? — спросил Джейк, стараясь говорить ровным голосом. Ребенок пожал плечами, словно это было очевидно. — Цу’тей си Жейксулли. — Мальчик сделал жест… сложив руки вместе. Как будто две вещи соединены. Или вместе. Ты что, шутишь, что у на’ви есть своя версия «под деревом»? — Нет! Нет, дело не в этом, он меня тренировал, — сказал Джейк слишком быстро. Мальчик поднял брови с самым подозрительным взглядом, который морпех когда-либо видел у ребенка. — Нет, — повторил Джейк, потому что это показалось необходимым. Ребенок снова повернулся спиной, но покачал головой с драматическим вздохом, словно Джейк был самым глупым существом во всем лесу. И мальчик пошел дальше, теперь уже еще больше торопясь, повторяя его имя и имя Цу'тея. Что за несмышленая приставучая мелочь. Джейк глубоко вздохнул и последовал за маленьким недоразумением, снова пытаясь не думать ни о чем, связанном с Цу'теем. Потерпел жалкое поражение. Джейк шел с ребенком рядом, продвигаясь по тропинке, ведущей к Древу Дома. Маленький на'ви шел короткими шажками, чуть не спотыкаясь о корни, которые Джейк обходил в последнюю секунду. Через каждые два-три шага мальчик или девочка — морпех все еще не знал точно — бормотал одни и те же имена, как мантру. «Цу'тей Жейксулли». Джейк тихо вздохнул. Это был уже десятый раз. Может быть, больше. Тем не менее, он не попросил ребенка остановиться. Он знал, что дети могут очень быстро усугубить ситуацию. Они прошли ещё несколько метров, пока вдруг ребёнок не остановился. Остановился полностью, замерев на месте. Джейк сделал ещё два шага, прежде чем заметил это. Оглянувшись, он увидел большие, внимательные глаза малыша, устремлённые на него. Ребёнок наклонил голову, протянул руки к Джейку и стал ждать. Ничего не сказал. Просто стоял там, подняв руки, настойчивый и тихий. Джейк простоял несколько секунд, не зная, хорошая ли это идея. Он огляделся, словно кто-то вот-вот должен был разъяснить поведение маленького на'ви. Но ребёнок не опустил руки. Даже не моргнул. В конце концов, Джейк сдался. Он медленно подошёл и поднял его. Мальчик легко освоился на руках гостя, словно это уже стало обычной частью его дня. Он просто положил голову на плечо Джейка и замолчал. Последовавшая тишина была чудесной. Весь остальной путь прошел так же, в комфортном молчании. Джейк шёл осторожными шагами, ребёнок прижался к нему, больше ничего не говоря. Только лёгкое дыхание малыша задавало ритм. Разум Джейка успокоился вместе с разумом ребёнка. Когда они приблизились к Древу Дома, раздался шепот. Некоторые Оматикайя обернулись, чтобы посмотреть. Другие приостановили свои дела, просто наблюдая за происходящим. Джейк сделал вид, что не замечает взглядов, но немного ускорил шаг, направляясь прямо туда, где обычно находилась Мо'ат. Малыш не двигался. Крепко держался за его плечи, спокойный, словно это было самое безопасное место, которое он знал. Прибыв на место, Джейк остановился перед местом старейшин и глубоко вздохнул, готовый встретить всё, что произойдёт дальше. Перед тем как войти, он услышал голоса. Нейтири и Мо'ат тихо говорили — что-то о травах, возможно, — пока не заметили его. Они оба остановились. Мо'ат подняла лицо, сохраняя обычное спокойствие. Нейтири ничего не скрывала. Ее улыбка была мгновенной и игривой, вопросительной. Взгляд девушки опустился на маленькое тельце, прижавшееся к Джейку. —Са’нок, — пробормотала она, не теряя улыбки. — Жейксулли привел компанию. Малыш еще сильнее прижался к его груди. Мо'ат глубоко вздохнула — один из тех вздохов, которые издает тот, кто уже знает, что объяснение будет сложным, — а затем позвала: — Арвок. Никакой реакции, ребенок не двигался. —Арвок, ма’итан, — повторила Мо'ат тише. Единственным ответом на это была крошечная ручка, еще крепче сжимающая волосы Джейка. Тот замер. Нейтири подняла бровь, сдерживая смех. Мо'ат лишь медленно кивнула, смирившись с упрямством малыша. — Прошу прощения, Жейксулли, — цахик сложила руки в знак уважения. — Он обычно так не ведёт себя. Это не в его характере. Ему несвойственно цепляться за кого-либо. Джейк махнул хвостом — жест, который он всё ещё не контролировал, — не зная, что сказать на это. Он кивнул, слегка улыбнувшись. — Всё в порядке. Но зачем ты меня позвалa? — спросил он, снова поправляя ребёнка на руках. Цахик слегка нахмурилась. — Я тебя не звала. Джейк растерянно моргнул. Он посмотрел на Нейтири, которая лишь подняла брови, так же растерянно. — Мальчик… Арвок, — поправил он, глядя на ребёнка. — Он пытался это сказать. Не совсем так, но он так настаивал, что я подумал… — Джейк неловко рассмеялся, — ну… — женщина коротко, почти беззвучно рассмеялась. — Ах. Вот и всё. — Она легонько коснулась плеча дочери, словно уже привыкла к беспорядку, который устраивает малыш. — Он всё понимает, но речь у него не так развита для его возраста. Он произносит слова, которые не имеют правильного смысла. Но почему он пошёл к тебе, я не знаю. Джейк на мгновение замолчал, глядя на ребёнка, прижавшегося к нему. Что-то сжалось в груди — краткий, смутный момент, когда его мать однажды давно с горечью заметила, что Джейк тоже долго... учится говорить, какой упрямый мальчик. Слова звучали сбивчиво. У Тома никогда не было такой проблемы... Морпех медленно вдохнул, выражение его лица смягчилось. — Я понимаю. Не задавая лишних вопросов, Джейк сел рядом с двумя женщинами. Как только он устроился, Арвок полностью расслабился, его дыхание стало медленным и теплым, малыш все прижимался к груди Джейка. Через несколько секунд маленький на'ви начал засыпать, и все вокруг словно немного успокоилось. Мягкий свет Древа Дома тихо пульсировал, словно следуя за его дыханием. Джейк просто оставался там, в тишине, чувствуя легкость тельца ребенка — и странное ощущение, что, сам того не осознавая, он только что шагнул в новую главу истории этого места. В конце концов он тоже заснул.