Джин Ман и Хонда

Вечер был тихим и насыщенным тем глубинным покоем, который возникает только после долгой бури. Джин Ман, укладывая Хонду спать, по привычке потянулся, чтобы начать вечерний массаж, но пальцы наткнулись не на привычное напряжение, а на расслабленные, мягкие мышцы. Хонда повернул голову и улыбнулся - лучистый, настоящий. Его руки мягко остановили руки Джин Мана, а затем поднесли к губам, чтобы поцеловать. Потом жестами сказал: “Спасибо за заботу. Но теперь всё в порядке. Просто будь рядом”. Джин Ман почувствовал, как что-то щемяще-сладкое разливается у него внутри. Теперь он видел в любимых глазах не пустоту или боль, а умиротворение. Согласился кивком, и их обычный вечерний ритуал сменился на новый- тихий совместный душ, где вода смывала не грязь и кровь, а остатки прошедшего дня, а прикосновения были не медицинскими, а нежными. Они заснули, сплетясь в обнимку, и впервые за многие месяцы сон Джин Мана был тихим и спокойным, без привычного дежурства внутреннего часового. Утро встретило их солнцем. Хонда, проснувшись первым, какое-то время просто любовался безмятежно спящим Джин Маном, потом протянул руку и нежно провел по его щеке, увидел, как слегка дрогнули любимые губы, и не удержался от поцелуя. -Мне нравится твой способ сказать доброе утро- с улыбкой сказал Чон и притянул к себе Дэ А. Еще десять минут они просто лежали в объятиях друг друга, иногда лениво целуясь, наслаждаясь непривычным спокойствием. Потом Хонда жестами предложил Джин Ману: “Сходи на пробежку. Один. Я приготовлю завтрак”. В его глазах читались вызов самому себе и доверие к миру - что может случиться за полчаса? Джин Ман колебался. Инстинкт, заточенный годами опасностей и усугубленный недавним кошмаром, протестовал.Но он увидел в Хонде не хрупкого выздоравливающего, а партнера, который просит вернуть ему кусочек нормальности. Согласие было нелегким, но он кивнул. Пробежка не задалась. Ноги двигались автоматически, но разум был в квартире. Каждый шорох ветра казался подозрительным, каждый прохожий - потенциальной угрозой. Через двадцать минут, не в силах терпеть это внутреннее варево из тревоги и вины, он развернулся и бегом помчался назад. Джин Ман ворвался в квартиру, сердце колотилось где-то в горле, паника накатывала, но его встретили лишь запах жарящихся тостов и вид Хонды у плиты, спокойного и сосредоточенного. Волна облегчения была такой мощной, что на мгновение перехватило дыхание. Чтобы прийти в себя, Джин Ман решил принять душ. Но едва он включил воду, как услышал сквозь шум стук в дверь. Чон замер, но потом расслабился - наверняка курьер за оружием, Хонда справится. Но через пару минут понял, что тишина в квартире стала какой-то недоброй. Джин Ман вытерся наскоро, натянул штаны и футболку и вышел в гостиную. Вместо курьера он увидел Шерифа -заместителя Ли Ен Хана. Рядом с ним стоял мужчина, наемник лет тридцати - почти ровесник Джин Мана, с расслабленным лицом, покрытым татуировками. Взгляд у него был пустым, но оценивающим. Джин Ман узнал Пасина мгновенно. Не по фото из досье, а по памяти о той ночи в Бангкоке и хриплому голосу в рыбацкой лодке. Шериф улыбался, но его улыбка не достигала глаз. -А, вот и наш герой! - голос его был слишком громким, нарочитым. - Решил, раз спящая красавица пробудился, можно и дополнительной работки вам подкинуть. Это Пасин. Через три месяца должна быть миссия в Таиланде, нужен местный, но свой. Твоя задача - обучить его корейскому до уровня базовой коммуникации, чтобы можно было брать с собой на задания. Он кивнул Хонде, который стоял неподвижно, как изваяние. -Иди, покажи гостю спальню. Я знаю, у вас одна свободна. Приказ, замаскированный под предложение. Хонда бросил короткий, вопросительный взгляд на Джин Мана. Тот, сохраняя лицо каменной маской, едва заметно кивнул. “Подчинись. Пока”. Хонда развернулся и жестом показал Пасину следовать за собой. Тот прошел, окинув Джин Мана безразличным взглядом, в нём не было ни капли узнавания. Шериф дождался, когда за ними закроется дверь спальни. -А тебе надо вниз. Коробки с оружием у порога уже погрузили в микроавтобус. Отнеси последнюю, - он указал взглядом на ящик у выхода. -А потом поговорим за перекуром на свежем воздухе, без лишних ушей. Джин Ман молча взял ящик. Он был тяжелым, но его мысли были тяжелее. Каждая клетка его тела кричала об опасности. Этот визит, этот гость, этот тон - всё было неправильно. Внизу, у открытых дверей, Шериф закурил. -Ну что, - выдохнул он дым. - Рад, что твой немой очухался. Красивый парень, ничего не скажешь. И преданный, да? Прямо тень твоя. Видно же, что дышит тобой. Слова висели в воздухе, ядовитые и двусмысленные. Джин Ман не шелохнулся, но внутри напрягся еще больше. -К чему это? - его голос был ровным, ледяным. -А к тому, что ресурсы “Вавилона” не безграничны. Квартира, еда, медикаменты - всё стоит денег. Выполненные заказы по сборке -это хорошо, но капля в море. Через три месяца ты начинаешь выходить на задания. Полноценные. Желательно с обоими напарниками. Пасин к тому времени должен быть готов. Твой молчун… Думаю, ради тебя он на стену полезет или в огонь пойдет. Не так ли? Или придется отправить его на долгую реабилитацию после пережитого. Подальше и одного, чтобы ничего не отвлекало от выздоровления. -Договорились, - выдавил Джин Ман через полминуты напряженного молчания. - Через три месяца. Я и Пасин, Хонда- если будет готов. -Умный мальчик, - Шериф швырнул окурок, раздавил его каблуком. - Не провожай. Когда микроавтобус уехал, Джин Ман еще минуту стоял на холодном воздухе. Ярость, которую он сдерживал, теперь билась в висках. Шериф видел их. Он не предполагал, а знал. И теперь использовал это знание как рычаг. Джин Ман поднялся в квартиру. Пасин уже вернулся в гостиную. Он не смотрел на Хонду, не осматривался, он просто ждал, его поза была неестественно нейтральной. Как у человека, который знает, что за ним наблюдают. Джин Ман не стал ничего объяснять. Он кивнул Пасину и резко, отрывисто бросил на английском: -Помоги проверить комнату. На предмет жучков. Всё: стены, розетки, вентиляцию. Ты знаешь, что делать. Его тон не оставлял сомнений: это приказ, тест и демонстрация. Пасин молча кивнул. Без лишних слов они принялись за работу. Джин Ман яростно рылся в полках, срывал со стены розетки. Пасин методично простукивал плинтусы, проверил корпус телевизора. Их движения были синхронны. Хонда, бледный от напряжения, наблюдал за этим странным, молчаливым спектаклем. И вот Джин Ман замер, его взгляд, острый как бритва, зацепился за детектор дыма на потолке. Он встал на стул, провел пальцами по пластику. И нашел. Крошечное, почти невидимое отверстие для объектива. В этот момент его лицо стало страшным в своем холодном спокойствии, взгляд, полный обещания смерти, направленный в камеру, пугал через экран. Джин Ман слез, взял со стола тяжелую металлическую деталь, размахнулся и со всей силы, вложив в это всю накопившуюся ярость, запустил ее прямо в потолок. Глухой удар, хруст пластика и электроники, осколки посыпались на пол. В потолке осталась вмятина, из дыры беспомощно торчали провода. В наступившей тишине Джин Ман тяжело дышал. Затем он повернулся к Пасину и, опустив голос до шёпота, заговорил снова на английском (чтобы Хонда не понял): -Долг выплачен в той лодке. Какого чёрта ты здесь делаешь? Пасин держал паузу, его взгляд скользнул к Хонде, а затем вернулся к Джин Ману. -Долг за одну жизнь выплачен, - так же тихо ответил он. - Ты спас две в ту ночь в Бангкоке. Мою жизнь и её. Математика проста: еще один долг остался. Потом Пасин сделал крошечную паузу, и в его глазах появилось живое любопытство. -И мне было интересно, -добавил он. - Увидеть… кто стоит такого риска. Риска, на который ты пошел, чтобы добраться до него. Эти слова повисли в воздухе. Джин Ман почувствовал, как тугая пружина разжимается у него внутри. Это не было угрозой, это было признанием. Он отступил на шаг, разрывая напряженное поле между ними. -Ты спишь во второй комнате, - уже громко сказал он, снова переходя на роль. -Уроки начинаются завтра. Не зевай. Пасин понял намек, коротко кивнул и беззвучно направился в свою комнату. Когда дверь закрылась, Джин Ман подошёл к Хонде, который всё ещё стоял, завороженный этой пантомимой. Он взял его лицо в ладони, заставив встретиться взглядом. Затем его пальцы, тёплые и уверенные, заговорили на их тайном языке: “Он не враг, он контрабандист. Я как-то спас его и его жену. Пасин считает, что еще должен мне. Шериф не знает, что мы знакомы. Это наше преимущество. Но будь осторожен, доверяй только мне. Всегда”. Хонда слушал, в конце кивнул - коротко, чётко: “Понял”. И затем его собственные руки поднялись, чтобы задать вопрос, самый важный: “А мы, что будет с нами? Мы в безопасности?” Джин Ман притянул его к себе, обнял, прижавшись губами к его виску. Жестом, скрытым от всех посторонних глаз, он провёл ладонью по его спине - один долгий, твёрдый штрих. Это означало: “Пока я здесь -да. Я - твоя безопасность”.