Имперская рацион-марка

Вторая неделя “плена” подходила к концу, хотя теперь это было уже сложно назвать пленом. Хурст привык к такой жизни гораздо быстрее, чем предполагал. В какой-то мере ее можно было даже назвать безмятежной. Луа обучила его базовым навыкам выживания в условиях местной планеты, так что теперь каждый день зависел только от него. Впервые Хурст почувствовал свободу, живя без контроля протекторов. Былая жизнь казалась ему чем-то недосягаемым. По ночам то и дело были слышны звуки выстрелов орбитальных пушек, но они происходили далеко от этого места, поэтому Хурст не думал об этом. На двенадцатый цикл, во время приема пищи Луа вручила Хурсту красную окрашенную монету. — Что это? — Удивился Хурст. — В честь знакомства, — ответила Луа. — Слышала от ваших, что вы дарите такие на Мондфест. — Так Мондфест будет только в конце сезона — с непониманием продолжал Хурст. — Ну и пусть, бери без лишних вопросов, — с настойчивостью проговорила Луа. Хурсту это показалось странным, однако он принял монету. — По правде говоря, мильхбарт, — продолжала она, стараясь максимально осторожно подбирать слова. — Я владею Биорезонансом. — Да, я знаю — спокойно ответил Хурст, вызвав очень сильное удивление у девушки. — Но…как? — Луа была чуть ли не шокирована от такой проницательности. — Нас инструктировали о том, что у империи есть медиумы, предрасположенные к использованию этой технологии. — продолжал Хурст, уплетая завтрак, совершенно игнорируя удивление девушки. — Говорили еще про то, что с этой силой можно читать мысли и контролировать волю, как по мне, это отлично объясняет почему гражданин нации стал тепло относиться к имперцу. Луа смотрела на него с непониманием, после чего рассмеялась, чуть не выронив паек. — Нет, Хурст. — вытирая проступающие слезы ответила Луа. — твое отношение обусловлено не Биорезонансом, а тем, что мы отличная команда, если это можно так назвать. Однако… — улыбка на ее лице сменилась задумчивостью. — В одном ты прав, я действительно читаю мысли. Моя миссия заключалась в том, чтобы втереться к тебе в доверие и извлечь секреты, хранящиеся у тебя в голове. — Я понимаю, — ответил Хурст. — В отличии от меня, выброшенного расходного материала войны. У тебя все еще есть долг перед родиной. Я бы на твоем месте поступил точно так же. — Закончил Хурст, доедая свою порцию. Для девушки эти слова были как камень с души. Однако, к ее огорчению, это была не единственная проблема. — Есть еще кое-что, — начала подводить она с не меньшей серьезностью. — В штабе решили, что информация, полученная в ходе твоего допроса, не несет существенной ценности, поэтому несколько дней назад пришел приказ о твоем устранении. — Вот как. — Хурст был краток, его не удивляло, что империя в конце концов окажется ничем не лучше нации. — Собираешься убить меня? — Можешь думать обо мне что хочешь, истина в том, что я не желаю быть бездумным инструментом войны. Поэтому империя может катиться ко всем чертям с такими приказами, — закончила Луа. — Ого, — удивился Хурст, такое решение шло в разрез с его представлением об имперцах, и он даже не думал, что бывают такого рода исключения. — Стало быть, они захотят тебя устранить? — Верно, — ответила Луа. — факт моего неподчинения уже вскрылся, так что теперь это лишь вопрос времени. — Так давай устроим им засаду. — Все не так просто, вероятнее всего они не будут действовать напрямую, и, скорее всего, они “случайно” допустят утечку информации о нашем местоположении. Хурст прекрасно понимал, что это значит. Если нация узнает о наличии шпиона у себя под носом, то приложит все усилия для его устранения. Перспектива убивать своих его нисколько не радовала, однако он уважал решимость девушки. — Я помогу. — Нет, — возразила она. — У тебя еще вся жизнь впереди, тебе нет смысла умирать здесь, на чужой планете, ради имперца-отступника. — Ты правильно подметила, когда назвала нас командой, я не буду стоять без дела, наблюдая, как убивают моего напарника. — Я знаю, даже Биорезонанс не нужен, чтобы прочесть такую открытую книгу как ты. Я уже обо всем позаботилась. — Что? — Откуда ни пойми взявшаяся усталость навалилась на него подобно буре, голова кружилась, а силы стремительно покидали его. — Ты еще помнишь ту легенду, которую я рассказывала тебе? О пастухе, что мог снять проклятие одной монетой, но у которого не оказалось даже ломаного медяка в кармане, и пока он искал его в своей деревне, наступило утро, и волшебный город исчез? Возможно, когда-нибудь эта монета окажется именно той, что снимет это бессмысленное проклятье кровопролития с людского рода. По крайней мере, я хочу в это верить. Прощай, Хурст. Усадив спящего кадета на стул, она связала его как в первый день их знакомства, после чего принялась заметать следы их присутствия, готовясь к своему последнему выступлению. Ударный отряд нации состоял преимущественно из реплик, это решение было обусловлено как техническим, так и тактическим превосходством в сравнении с малым отрядом гештальтов. Изначально для таких операций использовались модули Штар, со временем от них отказались в пользу Колибри, ввиду их умеренного роста, которые хоть и были менее предрасположены к боевым операциям, все еще превосходили гештальтов, ввиду пуленепробиваемого-броневого покрытия, низкого роста, а так же возможности коллективного мышления, способствующего быстрому принятию решений в условиях ограниченной видимости. В здание вошло шесть реплик, каждая оснащена защитным шлемом с тепловизором и пистолетом-пулемётом типа-84, как более эффективным средством подавления живой силы противника. Холл был довольно просторный, в его центре под потолком красовались остатки огромной люстры, по всей видимости, раньше тут было какое-то административное здание или, возможно, отель, это было не важно. Согласно полученной информации, цель находилась на верхних этажах. Они осторожно продвигались, осматривая каждый уголок и пол на наличие растяжек, мин и прочих средств противодействия. По пути к лестнице, произошел несчастный случай, цепь, удерживающая люстру, не выдержала, обрушив некогда внушительную конструкцию на реплик. Две из них не успели среагировать, оказавшись под обломками, к счастью, благодаря корпусу, это не нанесло им существенных повреждений, повредив лишь тепловизоры. На время операции модулям присваивают временные номера, которые так же служат своеобразной иерархией. Реплика с единицей является главной и всегда передвигается в центре, трое из них двигаются во главе построения, обеспечивая обзор трех направлений разом, а двое оставшихся прикрывают тыл, таким образом образуя идеальный обзор реплики, находящейся в центре. Однако в таком построении есть фатальный недостаток для узких пространств. Свалившееся граната с отверстия, расположенного прямо над головой центральной Колибри, замечается слишком поздно, взрыв разрывает механическое тело как тряпичную куклу, оставляя торс истекающий оксидантом и разбрасывая ударной волной остальных реплик по разным участкам этажа, приводя в негодность защитные шлема. — Первая! — крик третьей колибри разнесся эхом по пустому этажу. — Соберись! Ей уже не помочь! — скомандовала вторая. Если бы не профессионализм первой, которая успела отключить ментальную связь, болевого импульса хватило бы, чтобы обездвижить на какое-то время сразу весь отряд. — Я не могу встать, — эхом раздался голос в голове от пятой колибри. Ее откинуло так, что часть потолка этажа не выдержала и завалила ее камнями, лишив возможности передвигаться. К разочарованию, со своим оснащением Колибри были совершенно не в состоянии разгрести завал самостоятельно. — Мы вернемся за тобой, дождись нас, — попыталась успокоить ее четвертая. Оставить ее было нежеланным, но необходимым решением, поскольку враг все еще представлял угрозу и мог нанести удар в аккурат, пока они пытаются разгрести завал. Поднявшись на этаж выше, они уделяли вдвое больше внимания каждой щели, каждому отверстию, ожидая атаки, этот этаж был похож на лабиринт, часть стен обвалилась, создавая запутанный путь через комнаты к заветной лестнице на следующий этаж. — Я вижу цель! Повторяю, я ви… — резкий скачок боли в области глаз, после чего тишина. Пятая отключила ментальный канал связи. — Шаисе! — Выругалась третья реплика, приходя в гнев от потери уже двух товарищей. — Отряд, применить пси-атаку, — раздался в их головах голос второй. Луа скорчилась от боли, ее голова переполнялась отвратительными образами, эмоциями и желанием ее смерти. Сквозь боль она подобрала автомат-пулемет и достала торчащий нож из второго глаза истекающей оксидантом реплики. Раздалась пулеметная очередь, Луа смогла избежать критического попадания, заняв укрытие, но пара пуль все же зацепила ее. К ментальной боли прибавилась физическая, исходящая от правого плеча, теплая кровь текла по локтю, делая форму влажной. Собрав волю в кулак, она испустила ответный ментальный импульс, направленный на резонанс колибри. — Враг использует Биорезонанс! Повторяю, враг использует Биорезонанс! — прозвучал голос шестой в голове у остальных Колибри. С этого момента использовать пси-атаку было опасно, ведь противник мог ее просто перенаправить. — Кажется, я ее зацепила, — проговорила четвертая. — Отлично, воспользуемся моментом для перегруппировки, — скомандовала вторая. Луа сбросила окровавленный пиджак, после разорвав рукав от своей рубашки и использовав его как импровизированный жгут. Пули прошли насквозь, но боль все равно была адской. Нужно было что-то предпринять для избежания болевого шока. До конца не понимая как, Луа ограничила часть нервных окончаний, расположенных в правом плече, тем самым снимая боль. Даже в такой плачевной ситуации она отказывалась сдаваться. “Еще немного… нужно продержаться еще чуть-чуть” — продолжала думать она, предвкушая, как после победы будет любоваться прекрасным пейзажем заката солнца. — Вижу цель! — проговорила третья, открыв огонь по тени, что мелькнула в сторону пожарной лестницы. — Не преследуем ее! Идем на перехват по основной лестнице, — отдала команду вторая. Отряд медленно приближался к четвертому этажу, следов цели не было видно. Услышав шум, отряд во главе с второй продвинулся к источнику звука, им оказалась старая музыкальная шкатулка. В следующий миг возникшая из неоткуда тень, воспользовавшись всем своим весом, столкнула стоящую дальше от всех реплику в шахту лифта. В ответ на шум по тени тут же была открыта пулеметная очередь. — Я не слышу шестой, — раздался взволнованный голос четвертой. — Возможно, она потеряла сознание от падения с такой высоты, мы проверим позже, — раздался голос второй. Она осмотрела местность, от шахты лифта вел кровавый след, все указывало на то, что последняя очередь все же зацепила имперца. Вторая колибри отдала команду, после чего остальной отряд стал рассредотачиваться, обходя тянущийся, кровавый след с разных сторон. Луа была на пределе, боль она уже заглушила, однако кровь остановить не получалось, — у нее оставалось мало времени. “Нужно добраться до следующей комнаты, там я смогу активировать последнюю ловушку и избавиться от оставшихся реплик”, — думала она. Уже показался дверной проем, но его преградила колибри. Они смотрели друг на друга несколько секунд, после чего одновременно выпустили очередь друг по другу. Остальные реплики, услышав звуки выстрелов, поспешили к источнику шума. Пули отскакивали от бронированного корпуса реплики. Луа поняла, что обычная стрельба будет бесполезна. Она выглянула из-за угла, но очередной град пуль заставил ее спрятаться обратно. Она напрягла все органы чувств в попытке услышать звук опустошенной обоймы. Ей повезло, среди всей суматохи она все же смогла разобрать, как колибри возится с подсумком в попытке поменять магазин. Выждав момент, она ринулась в сторону колибри, открыв очередь по оружию неприятеля, тем самым выбив его у нее из рук. Патроны были на исходе, так что Луа использовала пистолет-пулемет как импровизированную дубинку, но колибри перехватила его. От напряжения рана в плече дала о себе знать, боль стала проникать через ментальное подавление. Луа прекрасно понимала, что по силам она значительно уступает реплике, поэтому, воспользовавшись силой противника, она резко отпустила автомат, позволив ему потянуть реплику по своей инерции, выиграв тем самым себе долю секунды. Ловким движением выхватив нож, она ударила им прямо в глаз реплики. та пошатнулась и спустя несколько шагов повалилась на спину, споткнувшись о лежавшие камни. Луа не медлила, она ринулась прямо за репликой, вознося руку для добивающего удара. Со спины раздалась пулеметная очередь, она пронзала тело девушки подобно камням, пробивающим водную гладь, останавливая и не давая завершить ей удар. Луа повалилась на бок, было так странно, — она совершенно не чувствовала боли. Ментальное напряжение от ран куда-то пропало, она больше не использовала биорезонанс. Вместе с этим, куча вещей, которые до этого не давали ей покоя, словно потеряли свой смысл. В ее разуме не осталось ни злости, ни обид, ни страха. Лишь уходящее за горизонт огненное солнце, что так красиво окрашивало бескрайний океан в цвета давно исчезнувших фруктов, тем самым вызывая тепло на покидающем тело душе. Перед глазами в последний раз пронеслись образы событий последних двух недель, после чего она с улыбкой шагнула, растворившись в бескрайних водах бездонного океана. — Цель нейтрализована, — прозвучал хриплый голос четвертой колибри, лежащей под телом имперского лазутчика. — Превосходно, обыщите тут все, — скомандовала вторая, попутно убирая пистолет-пулемет за спину и подходя к второй для оказания помощи. — Я нашла гештальта… на нем наша униформа… кажется, он еще жив.