Глава 6.
1 декабря 2025 г., 23:23
Неделя двадцать первая.
— Добро пожаловать, дорогие мои молодые родители! Я — ваш тренер. Меня зовут Эджа. В вашей жизни наступил самый счастливый момент — вы ожидаете ребёнка, и данный курс поможет вам легче пережить беременность, роды, а также воспитание малыша, — приятный голос тренера заполнил небольшой зальчик. — Ах да, я совсем забыла! Вы все, наверное, обратили внимание на странную парочку, сидящую во-о-он в том дальнем углу? — она улыбнулась двум мужчинам. — Нам довелось увидеть уникальный случай мужской беременности. Юнхо-ши, не стесняйтесь и расскажите, каково это быть беременным мужчиной. — Э-э-эм-м-м, — Юнхо замялся, явно чувствуя себя здесь неуютно. — Ну, Юни, давай, ты же прекрасный оратор, — подбодрил его Джеджун, легонько приобняв. — А вы Джеджун-ши? — обратилась тренер к Дже. — Совершенно верно, — улыбнулся Дже, переместив руки на живот Юнхо. — И как вам роль будущего отца? — не унималась женщина. — Отлично! Я очень счастлив и с нетерпением жду рождения нашего ребёнка, — он погладил живот мужа. Тот покраснел и попытался незаметно спихнуть его руки. — Ну, не буду вас больше мучить, давайте лучше начнём наш первый урок… Все полтора часа Джеджун веселился, обнимал мужа, болтал с другими мамочками — в общем, как обычно, был в центре внимания. С одной стороны, Юнхо нравилось, что Дже гордится своей ролью и внимательно слушает всё, что говорит тренер. Но с другой, он чувствовал на себе взгляды других мужчин, отчего ему становилось не по себе. Но постепенно он расслабился, плюнув на всё, и погрузился в урок. — Чон Юнхо? — окликнули его после занятия. — Да, — Юнхо обернулся. Перед ним стоял мужчина, примерно одного с ним возраста. — Вы, наверное, меня не помните. Я Ёнхван, — произнёс собеседник и уставился в пол. Юнхо замер. Он не мог поверить, что снова столкнётся с этим человеком через столько лет. Человеком, которого он пытался забыть все эти годы. — Ну как я могу тебя забыть, — он выдавил из себя улыбку. Жизнь научила его прятать свои эмоции, когда это было необходимо. Юнхо подошёл к мужчине и пожал ему руку. — Поздравляю, — он кивнул в сторону его жены. — И я тебя... Неожиданно… Ты хорошо выглядишь. — Спасибо, — поблагодарил Юнхо. — Приятно было тебя снова увидеть. Мне пора. — Юнхо, мы можем как-нибудь встретиться? Просто, как друзья. Посидим, поговорим, — он неловко улыбнулся, просяще смотря на Юнхо. — Ок, — Юнхо кивнул, протягивая свою визитку. — Позвони, как надумаешь. Пока, — распрощавшись, Юнхо подошёл к ждавшему его Джеджуну, взял под руку и вышел из зала. — Ты чем-то обеспокоен? — спросил Дже, пристёгиваясь. — Нет, просто устал. — Ты как-то странно отреагировал на этого парня, — заметил Дже. — О чем ты? — удивился Юнхо. — Ты запаниковал, — спокойно ответил Дже. — Не говори ерунды! — нервно бросил Юнхо. — С чего мне вдруг паниковать, встретив старого друга? — А может, он не просто друг? — предположил Дже. Юнхо удивлённо взглянул на него — неужели он видит его насквозь? — Если тебе нужно выговориться — я рядом, — Джеджун погладил пальцы мужа, легонько сжал. — Он — моя первая любовь, — проговорил Юнхо, глядя на руку, сжимающего его пальцы. — Нам тогда было по пятнадцать. Его перевели в наш класс, и он почти сразу стал звездой. Высокий, красивый. К тому же умный парень — какая девушка не мечтает о таком? Я понял, что пропал, но не мог же я к нему подойти и спросить, будет ли он со мной встречаться. Мне тогда было сложно определить, гей он или нет. Я все уроки на него пялился, мечтал о нём по ночам, но думал, что это всё так и останется мечтой. И вот в один прекрасный день он подошёл ко мне и сказал, что нам нужно поговорить, и назначил встречу на футбольном поле. Я долго думал, о чем он хотел поговорить, ведь мы толком не общались. Я минут двадцать ждал его на поле, уже было подумал, что он пошутил, и хотел уходить. Но тут заметил, что он быстрым шагом идёт мне навстречу. Я уж было протянул руку для приветствия, но он оттолкнул её и поцеловал меня! — У-у-у, как романтично! — пискнул Дже. — Не перебивай, — осёк его Юнхо. — Так вот, я стоял как пень и наблюдал, как меня целуют. Но когда понял, что отпускать меня не собираются, закрыл глаза и ответил на поцелуй. После он мне признался, что я ему нравлюсь, и он хотел бы со мной встречаться. Э-э-эхх, это был безумный роман. Мы прятались по туалетам, подсобкам, целовались как сумасшедшие. — И трахались, — опять встрял Джеджун. — Дже! Между прочим, я был порядочным парнем, и мне было страшно — всё же первый раз. — О-о-о, что-то я не помню, чтоб ты стеснялся, когда заваливал меня на свою постель, — усмехнулся Дже. — Когда я тебя заваливал, то был уже взрослым мужиком, переспавшим с достаточным количеством людей. И я знал, чего хочу. А тогда я был зелёным и всего боялся. Но суть не в том. Чем больше я находился с ним рядом, тем отчетливее понимал, что втрескался по уши. Я ревновал его и к парням, и девушкам. Любовался им на парах. Всячески баловал его. А когда мы всё же переспали, то мне вообще крышу снесло. Я хотел его всегда и везде. Мне повезло, что он оказался парнем без комплексов, посему в наших домах не осталось ни одной поверхности, где бы мы не попробовали безобразничать. Я был безмерно счастлив, когда он в порыве страсти шептал мне, что любит и никогда не отпустит. А я верил. Даже когда спустя два года он пришёл ко мне и сказал, что нам нужно расстаться и что он нашёл себе девушку, которую любит. Я подумал, что он сошёл с ума. Но позже сам убедился, когда на одной из вечеринок случайно застукал его, развлекающимся с какой-то девицей. Хорошо хоть к тому времени мы закончили школу. Я решил, что жить рядом с ним не смогу. Поэтому уехал в Сеул и постарался забыть. Меня ломало год. Я не мог ни с кем встречаться, мне были противны отношения. Но я везунчик и спустя много лет все же выкинул его из своей головы. — Ты его до сих пор любишь? — осторожно спросил Джеджун. Юнхо вздрогнул. — Скорее всего, нет, — после недолгой паузы ответил Юнхо. — Нет, я, конечно, его не забыл, но прошло уже почти пятнадцать лет, тем более, у меня есть ты и я не ринусь сломя голову изменять. — Тогда зачем ты дал ему свою визитку? — Он попросил о встрече. Ты мне не доверяешь? — Конечно, доверяю, но переживаю за тебя. — Я люблю тебя, — Юнхо потянул Дже на себя, нежно поцеловав в губы. — Не ревнуй, ты же знаешь, что я принадлежу только тебе. — Знаю, — улыбнулся Дже, наслаждаясь губами супруга.***
Несколько дней спустя Ёнхван позвонил и спросил, может ли Юнхо с ним сегодня встретиться. Джеджун, конечно, немного поворчал, но всё же доверял супругу, посему отпустил, но сказал, что приедет и заберёт его. Юнхо чмокнул ревнивца в губы и ушёл на встречу. Ёнхван ждал его в уютном кафе, за столиком, скрытым чудной травяной ширмой. — Добрый вечер, — поздоровался Юнхо, подходя к столику. — О, ты быстро добрался, — мужчина было подорвался встать и подвинуть для Юнхо стул, но вовремя одумался. — Хорошо выглядишь, — он растерянно улыбнулся. — Спасибо, — Юнхо сел на стул и развернул меню. Они болтали ни о чём. Вспоминали школьные годы, друзей, кто чем занимался после школы. Но тему своих отношений избегали. — Знаешь, — лицо Ёнхвана стало серьезным, — я хотел извиниться. — За что? — не сразу понял Юнхо. — За своё поведение, я тогда не понимал, что совершаю самую большую ошибку в своей жизни, ведь я, — он вздохнул, — всё ещё люблю тебя. Юнхо, в это время делавший глоток, замер, чуть не подавившись, сглотнул и уставился на собеседника: — Прости, но я не могу сказать того же. — Неужели ты ко мне ничего больше не испытываешь? — Лишь приятные воспоминания, - ответил Юнхо. — А если бы представилась такая возможность, ты бы хотел меня вернуть? — он легонько дотронулся до руки Юнхо, посмотрев тому в глаза. — Ты женат и скоро станешь отцом, у меня есть муж и мы ждём ребенка, — Юнхо убрал руку, — о какой возможности ты говоришь? — Семья — это хорошо, но и о развлечениях не стоит забывать, — подмигнул ему Ёнхван. — У меня есть с кем развлекаться, — отрезал Юнхо. — Прости, но твоя возможность прошла пятнадцать лет назад. Я нашёл человека, с которым мне комфортно и которого я люблю. И мне не нужны романы на стороне, потому что они не принесут ничего кроме проблем. Тем более, я не хочу изменять Джеджуну, — он встал изо стола, намереваясь закончить на этом разговор. — Прости, мне пора. — Он тебе действительно так дорог? Юнхо не ответил, лишь посмотрел на него и, улыбнувшись, вышел. Он не позвонил Джеджуну, решив самостоятельно доехать до дома, ибо нужно было переварить информацию и подумать. Юнхо почти поднялся на свой этаж, как в кармане зазвонил мобильный. — Юни, ты там скоро освободишься? — раздался нежный голос Джеджуна. — Я уже почти дошёл до нашей квартиры, — проговорил Юнхо. — Ты что? Почему не позвонил? — набросились на него с вопросами. — Потом, — выдохнул Юнхо и отключился. Войдя в квартиру, он напоролся на злого Дже, стоящего в дверях кухни. — Ты что, не мог позвонить? Ты же мог навредить ребенку! — возмущался Джеджун, пока Юнхо раздевался. — Прогулка ещё никому не навредила. Успокойся, — он чмокнул его в лоб и вошёл на кухню. — Юни, я же волнуюсь. Мало ли что может с тобой случиться. Вдруг тебе плохо станет или что-то понадобится, — не унимался тот, следуя за Юнхо. Юнхо налил себе стакан сока и, кряхтя, уселся на стул. Дже торопливо подвинул второй стул и присел рядом. — Ну хоть расскажи, как всё прошло. Вы рано закончили. — Мы разговаривали, а потом он предложил стать любовниками, — спокойно ответил Юнхо. — Он что? Лю…бовниками? — оторопел Дже. — Сказал, что любит меня до сих пор и сожалеет, что так со мной поступил… но слишком поздно, — Юнхо взял в руки ладонь Джеджуна, поцеловал и приложил к щеке, закрыв глаза. — Юни, ты чего? — Дже смотрел на него с беспокойством. — Ничего, просто ты такой смешной, когда беспокоишься. Ладно, пойду в душ, — Дже помог ему встать, проводил до ванны, и уже собрался вымыть его, но был мягко выставлен за дверь с указанием греть постель для беременной плюшечки.Неделя двадцать вторая.
Всё больше и больше Джеджун проникался уважением к себе самому. Потому что настоящий мужчина всегда найдет выход из любого, даже безвыходного, положения. Какое-то время назад, Джеджун осознал для себя ещё одну немаловажную вещь. Он нашёл у Юнхо еще один объект для невинного фетиширования. Даже сейчас, он продолжал мысленно обзывать себя дураком. Губы Юнхо были столь же замечательны, как и его грудь. Джеджун кинул быстрый взгляд на заднее сиденье. На последнем приёме врач посоветовал ввести в рацион побольше продуктов, содержащих калий. Бананы — самые лучшие фрукты! Джеджун искренне так считал. Он даже немного сожалел, что беременность длится всего девять месяцев. Потому что Юнхо, упрямый, как осёл, только в этот период выполняет все наказы по поводу еды, но стоит ему только родить, как он тут же будет артачиться. А сейчас он покладисто ест всё, что ему даёт Джеджун. Волшебная фраза: «Так сказал доктор!» — действует безотказно. И сейчас Юнхо только тяжело вздыхал, а Джеджун уже подумывал начать снимать домашнее видео. Съёмочная площадка уже готова. Освещение самое выигрышное. Актёр — настоящий профи. Сценарий, хоть и простой, но потому гениальный. Фильму обеспечен стопроцентный успех. А фильм бы Джеджун начал так... Долгий кадр на банан, затем камера медленно проходит по всей его длине, доходит до плодовой ножки, и тут уже фокус на руку, держащую фрукт. После чего она удаляется и показывает уже общую картину происходящего. Великолепный Юнхо, в свете кухонной люстры, в своих домашних штанах и футболке, сидит за столом. Под свободной футболкой вырисовывается контур животика, круглого и невинного. Юнхо сосредоточен. Поднимает руку и начинает чистить плод. Камера опять приближается. Фокус на длинных пальцах, которые взялись за кончик банана и начинают отделять полоску кожуры, скрывающей сладкий плод. Здесь камера движется вокруг всей композиции, показывая со всех сторон, как постепенно нежный плод освобождается от безвкусной кожуры. Одна полоска, вторая... После чего эти великолепные пальцы нежно касаются плода и извлекают его из остатков шкурки, которая теперь неровными полосами свисает у основания. После этого судьба кожуры уже никого не интересует! Джеджун, стоя на перекрестке, позволяет себе ненадолго зажмуриться от удовольствия. Но за рулём не стоит увлекаться. Хотя эрекция тот ещё фактор, который один в движущейся машине сам не скоро ликвидируешь. А как она отвлекает! Ещё один взгляд на заднее сиденье. И снова в воображении Джеджун прокручивает кадры неснятого фильма. Сейчас камера фокусируется на невероятно эротичных и незаслуженно забытых губах. Чёткой формы, идеального возбуждающего цвета — рот Юнхо настоящее произведение искусства. Кокетливая ложбинка над верхней губой и притягательная, идеально пухлая — нижняя. Джеджун невольно сглатывает, увлёкшись своей фантазией. Вот рот открывается — и медовый плод погружается в жаркую глубину развратного рта. Губы смыкаются вокруг банана в идеальной окружности. Юнхо откусывает кусочек и жмурится от удовольствия. Губы скользят по плоду, оставляя слегка блестящую полоску слюны. И снова манящая глубина рта, идеальный круг из губ, и скольжение... — Юнхо, сладкий мой! — елейным голосом произносит Джеджун, появляясь на пороге гостиной. — Пошли есть фрукты!Неделя двадцать третья.
— Юниии! Посмотри, какая прелесть! — крикнул Джеджун, лавируя между стеллажами с детской одеждой. К груди он прижимал две пары пинеток синего и зелёного цвета. — А там ещё розовые, желтенькие, красненькие есть, и с цветочками, и со зверятами. М-м-м, чего там только нет! — Хм, а розовые-то ему зачем, он же не девчонка? — поинтересовался Юнхо. — В следующий раз, когда ты наденешь свои любимые розовые боксы, буду звать тебя девчонкой, — хихикнул Дже. — Ну уж нет! — вскипел Юнхо. — Розовые боксы и розовые пинетки — это совершенно разные вещи! — Да ну? — гыкнул Дже. — Если парень носит розовое, это ещё ничего не значит. Кстати, ты ещё ползунки не видел — закачаешься! — он мечтательно закатил глаза. — Ух, нам ещё коляску выбирать и кроватку. Столько дел, столько дел! — щебетал Джеджун, покуда хмурый Юнхо следовал за ним, краснея каждый раз, как любопытные продавщицы хихикали в сторонке, завидев столь странную парочку. Через два часа таскания по магазинам, Юнхо сдался и бухнулся на скамейку. — Всё, я больше не могу, — выдохнул он. — Ты как хочешь, а я с места не сдвинусь. — Фи-и, слабак, — Дже устроился рядышком. — Мы только начали! — Дже, зачем ему столько одежды, а? — Юнхо покосился на кучу разноцветных пакетов под их ногами и в тележке. — Как зачем? Наш сын должен быть самым модным парнем во дворе! — Дже гордо задрал нос. — Только попробуй вырастить из него шмоточника, — пробубнил Юнхо. — Я не шмоточник, а всего на всего обладатель хорошего вкуса и любитель красивой одежды, — насупился Дже. — И только не говори мне, что в первую нашу встречу, ты запал на мои внутренние качества, а не на те серые брюки, что так аппетитно обтягивали мою попку. — Э-эо! — хотел что-то добавить Юнхо, но вспомнил те самые брюки, и аргументы как-то стали несущественными. — Ладно, ты победил, — он пожал плечами. — Но я и в правду устал. Спина болит. Давай закончим как-нибудь в другой раз. — Как скажешь, моя булочка, — Дже чмокнул его в щёку. — Но позволь мне забежать в ещё один маленький магазинчик, — он вскочил и убежал в «ещё один магазинчик». В отдел мужского белья.Неделя двадцать четвертая.
Этим утром Юнхо проснулся не как обычно. Ни от пинка по почкам от малыша. Ни от страстного поцелуя сексуально неудовлетворенного Дже. А от тихого шёпота и жаркого дыхания в районе живота. Он приоткрыл глаза, чтобы не выдать, что уже проснулся. Картинка была прямо как из книги о счастливых семьях. Джеджун лежал на животе так, чтобы его голова оказалась как раз напротив живота Юнхо. Он аккуратно стащил одеяло. Чуть задрал футболку Юнхо и приблизил губы к самому животу. Его горячее дыхание щекотало кожу и посылало будоражащие волны по всему телу. — А потом, мой маленький, — похоже, это был длинный разговор, — мы все вместе поедем на побережье. Я покажу тебе волны, и ты почувствуешь всю мощь океана. А в это время папа будет сидеть на берегу и смотреть на нас с тобой и щуриться от солнца. После этого мы присоединимся к нему. Мы сядем на большое одеяло, которое принесём с собой. Папа тебя покормит своим вкуснючим молоком, а потом ты будешь спать у него на руках. А ещё я вас сфотографирую. А когда ты немного подрастёшь и будешь уже сам ходить, мы будем с тобой ездить к твоим бабушкам и дедушкам. Они тебе очень понравятся… Юнхо не удержался и улыбнулся, глядя на то, как Джеджун разговаривает с их ребёнком. Он чувствовал, что малыш спокойно лежит у него в животе и слушает голос своего отца. — Малыш, когда ты появишься, мы станем самыми счастливыми родителями на свете. Я буду каждую ночь петь тебе колыбельную песню. А папа научит тебя танцевать, и ты будешь всех сводить с ума. Ты, главное, хорошо себя веди, чтобы нам не надо было тебя ругать, — малыш немного поворочался. — Нам это тоже не нравится, ведь мы с папой тебя очень любим. — Дже, — Юнхо не удержался и тихо произнёс имя любимого. Тот поднял на него сияющие глаза, нежно поцеловал его живот и подтянулся вверх, чтобы также нежно поцеловать и самого Юнхо. — Доброе утро, любимый, — тихо произнёс мужчина, голосом полным любви и обожания. — Доброе, — немного хрипло ответил Юнхо. — Только давай вы не будете на меня брызгаться, когда мы поедем к океану, хорошо? Джеджун хрипло рассмеялся, и еще раз поцеловал своего мужа. — Люблю тебя, моя сладкая булочка!
