Былая боль станет твоим домом

В лагере идеологической обработки находилось лишь несколько человек да немногочисленный вспомогательный персонал. Вошли они глубоко за полночь, почти на рассвете, и Вэнь Чжулю сначала обезвредил часовых, а затем — спящих солдат. Стражи хранилища сдались Вэнь Чжулю без сопротивления, и Вэй Усянь присвистнул, увидев количество мечей и личных вещей, оставленных наследниками Орденов и их свитами, когда те не вернулись с последней вылазки под началом Вэнь Чао. Вэнь Чжулю достал несколько запасных мешочков-цянькунь и протянул их брату с сестрой Вэнь и Вэй Усяню, сказав: — Всё это нужно забрать. Вэй Усянь кивнул: — Я займусь вот этими вещами. Вижу клинки Не и мечи Цзян… Вэнь Цюнлинь подошёл к углу и спросил: — Забрать и вещи второго молодого господина Ланя? Вэй Усянь резко, со свистом вдохнул, а затем кивнул: — Пожалуйста. — И вздохнул. — Наверное, стоит забрать и вещи Павлина. — Так вы близки с наследниками Орденов? — спросил Вэнь Чжулю. — Лань Чжань… Второй молодой господин Лань, мы… Он мой… Полагаю, можно сказать, что мы были равны в совершенствовании, пока я, ну, вы знаете. Он наверняка возненавидит то, что я делаю с энергией обиды, но, видимо, ничего не поделаешь. — Выражение его лица стало сложным, и Вэнь Чжулю уловил в нём нотки тоски. Вэй Усянь продолжил: — Павлин, то есть Цзинь Цзысюань… тут и говорить нечего, но он проявил характер в лагере, и, пожалуй, я должен ему за помощь Цзян Чэну. Что до Не Хуайсана, то он — друг. Упаковка всего содержимого хранилища заняла у них больше двух шичэней. Вэнь Цюнлинь рассортировал мечи и вещи по Орденам, насколько это было возможно, пока Вэнь Цин и Вэнь Чжулю складывали рассортированное в мешочки. Вэй Усянь же лично занимался вещами Не Хуайсана, Лань Ванцзи, Цзян Ваньиня и Цзинь Цзысюаня. Последним предметом на полу оставался Суйбянь, и Вэй Усянь долго смотрел на него, не решаясь поднять. — Тебе следует взять его с собой, — мягко сказал Вэнь Чжулю. — Носи при себе. — Какой в этом смысл? — безразлично произнёс Вэй Усянь. — Я не могу… — Люди зададут больше вопросов, если у тебя его не будет, — тихо возразил Вэнь Чжулю. Вэй Усянь прикрыл глаза: — Ладно. — Затем он наклонился и поднял меч. Казалось, будто он поднимает мёртвого друга, когда выпрямился, держа Суйбянь в одной руке и наполненный мешочек-цянькунь — в другой. Стиснув зубы, он произнёс: — Уходим отсюда. Они вышли в утренний туман, редеющий в солнечных лучах, и услышали голоса из казарм, которые уже покинули. Вэнь Чжулю поднял руку, приостановив движение, когда донёсся чей-то голос: — Кто-то опередил нас. Они все мертвы. Вы знаете, где хранилище? Другой голос, более низкий, отозвался: — Мне следует сыграть «Расспрос». Возможно, один из мёртвецов знает, что случилось с Вэй Ином. И где хранилище. Вэй Усянь шикнул Вэнь Чжулю: — Это Цзян Чэн и Лань Чжань. — Что ты хочешь делать? — спросил Вэнь Чжулю. — Я… — Вэй Усянь заколебался, и в этот момент с вершины длинной каменной лестницы раздался крик: — Глава Цзян! Вэни! Вэй Усянь вздрогнул, затем сорвал верхнюю часть одолженной мантии, позволив рукавам свисать с пояса, и отбросил шляпу в сторону, когда заклинатели хлынули из казарм. — Встаньте позади меня, — прошипел он своим спутникам, и все трое отступили за него. — Они со мной, Цзян Чэн! — крикнул он. — Вэй Ин??? — полный неверия возглас низкого голоса прозвучал почти одновременно с узнаваемым криком Цзян Ваньиня: — Вэй Усянь? Какого чёрта? — Встаньте на колени позади меня, — снова прошипел Вэй Усянь Вэнь Чжулю. Все трое немедленно опустились на колени, когда Лань Ванцзи, Цзян Ваньинь и десяток учеников в белых одеждах Гусу Лань с оттенками синего и фиолетового, а также в мантиях Юньмэн Цзян, не совсем совпадающих с теми, что помнил Вэнь Чжулю, приблизились к ним. Вэнь Чжулю заметил мешочек-цянькунь у ноги Вэй Усяня — тот выпал из рукава, когда юноша торопился сбросить самую узнаваемую часть униформы Вэней. Он потянулся вперёд и поднял его. — Где ты, чёрт возьми, пропадал? — начал Цзян Ваньинь, всё его внимание было приковано к брату, с непримечательным мечом, выставленным перед собой, с обнажённым лезвием. — Это долгая история. Но мы достали ваши мечи! Именно в этот момент Цзян Ваньинь заметил троих Вэней, стоящих на коленях за Вэй Усянем. Тот шарил рукой по своему рукаву, затем у пояса, и Вэнь Чжулю протянул ему мешочек. — Немедленно отойди от моего брата!!! — заорал Цзян Ваньинь, и одолженный меч выпал из его руки, когда Цзыдянь метнулась вперёд. Вэй Усянь среагировал инстинктивно. Он поднял Суйбянь в ножнах, чтобы блокировать удар плети. Та отскочила мгновение спустя после касания, отозванная в панике Цзян Ваньинем. Глаза Вэнь Чжулю расширились от ужаса, он уронил мешочек-цянькунь и подхватил Вэй Усяня, когда тот, дрожа, рухнул на землю. «Нет, нет, нет, нет, глупец. Не ради меня». — Он на нашей стороне, идиот! — крикнула Вэнь Цин. — Вэй Ин! — воскликнул Лань Ванцзи, бросаясь вперёд. Он оттолкнул Вэнь Чжулю в сторону и притянул Вэй Усяня к себе, проверяя его пульс. Вэнь Чжулю позволил себя оттолкнуть и опустил руки на землю, ладонями вниз. Он вздохнул и опустил голову. Он подумал о том, чтобы защититься от неизбежной атаки, но… нет. Если такова его кончина… — Прошу, — прошептал Вэнь Цюнлинь, а затем уже громче закричал: — Прошу вас! Мы пытаемся помочь! Вэнь Чжулю отдавал молодому господину Вэй ваши мечи! Они в том мешочке, на земле. Пожалуйста, позвольте моей сестре помочь вашему брату. — Почему он упал от Цзыдяня? Я же даже не попал прямо в него! — испуганно вскрикнул Цзян Ваньинь, и его глаза расширились от ужаса и ярости. — Что вы, чёрт возьми, сделали с моим братом? — Я никогда не касался его ядра, — сказал Вэнь Чжулю, глядя в землю. — Пожалуйста, позвольте Вэнь Цин позаботиться о нём. Он всё ещё восстанавливается после нашего пребывания в Могильных курганах. Цзян Ваньинь преодолел последнюю ступеньку и протянул руку, чтобы прикоснуться к животу брата. — Вы бросили его в Могильные курганы? — произнёс Лань Ванцзи, голос его кипел от гнева, пока он прижимал к своей груди бессознательного Вэй Усяня, игнорируя судорожные руки Цзян Ваньиня. Те события казались теперь такими далёкими. — Вэнь Чао… — начал Вэнь Чжулю, но Цзян Ваньинь уже стоял над ним. — Если ты не трогал его золотое ядро, то где оно, чёрт возьми? — Цзян Ваньинь шагнул вперёд, Цзыдянь испускала искры. — Оно в твоём даньтяне! — выпалил Вэнь Цюнлинь. Вэнь Чжулю услышал, как Вэнь Цин вздохнула. Он закрыл глаза, вспоминая отчаяние на лице Цзян Ваньиня, когда он забирал его золотое ядро. Его изначальное ядро. Цзян Ваньинь отшатнулся: — Что… Нет. Баошань Саньжэнь… — Баошань Саньжэнь не восстанавливала Ваше ядро, — сказала Вэнь Цин, её голос звучал безнадёжно и плоско, пока она двигалась вперёд. Цзян Ваньинь не сделал ни малейшей попытки остановить её, когда она мягко приложила два пальца к груди Вэй Усяня. Затем она произнесла: — Он… Он умолял меня, пока я не сдалась. Он заставил меня извлечь его золотое ядро и пересадить Вам. Что мы и сделали, на вершине той горы. — Вы… Нет. Я не просил этого. Я не хотел этого. Он сказал… Как вы могли сделать это с ним? — голос Цзян Ваньиня дрожал, слёзы катились по его щекам. — Он хотел, чтобы Вы жили, больше, чем хотел иметь золотое ядро, — проговорила Вэнь Цин. — Он ушёл, прежде чем Вы проснулись, направившись в Илин, чтобы ждать Вас. — Его там не было… — начал Цзян Ваньинь. Целительница вздохнула: — До того как Вы добрались туда, его схватил Вэнь Чао, и они увезли его к Могильным курганам и сбросили вниз. Солдат сказал ему, что я помогла Вам; мы уже были в заточении, когда он нашёл Вэй Усяня. — Когда он падал в Могильные курганы, по пути вниз, он поймал меня и Вэнь Чао с помощью нового талисмана, который назвал связывающим. Или, возможно, соединяющим? — добавил Вэнь Чжулю. — Могильные курганы затянули всех нас троих. Вэнь Чао приземлился головой вниз и не выжил. — Хорошо. — Цзян Ваньинь плюнул. — Почему ты жив? — Он спас мне жизнь, — просто ответил Вэнь Чжулю. — Зачем? После всего, что ты сделал? Вэнь Цин тихо проговорила: — Вэнь Чжулю давал твоему брату еду и воду и доверил ему нож. А Вэй Усянь на ходу придумывал методы, как использовать энергию обиды, чтобы перевязывать их раны и фиксировать многочисленные переломы. Не знаю, выбрался бы кто-то из них в одиночку. — У меня был полевой паёк, — тихо поведал Вэнь Чжулю. — Я варил много похлёбки. А он вытащил нас оттуда. Я обязан ему своим существованием. Подозреваю, что он, возможно, выжил бы и один. Я знаю, что я — нет. Я поклялся в верности его делу. — Ты варил ему суп, — Цзян Ваньинь внезапно стал выглядеть очень усталым. — Конечно, ты это сделал. Какого чёрта! — Я была в заточении, и мой брат тоже, за помощь вам, — сказала Вэнь Цин, перемещая пальцы к запястью Вэй Усяня. — Вэй Усянь вызволил нас. Если вы позволите моему брату взять мешочек, мы сможем вернуть вам ваше оружие. Лань Ванцзи кивнул Вэнь Цюнлиню, который тут же выскочил вперёд, поднял мешочек и сказал: — И Бичень, и Саньду внутри, а также множество другого оружия. У нас есть другие мешки для остальных заклинателей, но, возможно, нам стоит разобрать остальное в другом месте? Руки Цзян Ваньиня дрожали, когда он извлёк Саньду и передал мешочек-цянькунь Лань Ванцзи, тот немедленно вынул оттуда Бичень. — С ним всё будет хорошо? — тихо, почти беззвучно спросил Цзян Ваньинь. — Он только что попытался применить духовную силу против Цзыдяня, и это плохо кончилось, потому что у него её нет, — пояснила Вэнь Цин. — Его меридианы плохо перенесли воздействие плети. Потребуется немало времени, чтобы стабилизировать их. Но если дать ему время на исцеление… Думаю, мы, возможно, сможем ему помочь. Мне нужно изучить уникальные навыки Вэнь Чжулю, чтобы понять, есть ли способ помочь твоему брату заново сформировать ядро. — Но ты же говорила, что это невозможно… — Ваши меридианы были раздроблены и не заживали, пока золотое ядро Вэй Усяня не оказалось внутри Вас. Его же меридианы были рассечены, но не разрушены. У меня есть некоторые теории, но чтобы проверить их, потребуется больше времени, чем у нас есть сейчас. Цзян Ваньинь долго смотрел на неё, затем перевёл взгляд на Вэнь Чжулю, и выражение его лица стало сложным. — Вам всем нужно отправиться с нами в Цинхэ, — наконец произнёс он. — Мы найдём время. — Мы следующим делом собирались вызволить мою семью из Дафаня, — возразила Вэнь Цин. — И он хочет выступить против Вэнь Жоханя. — Чёрт побери, конечно он хочет, — Цзян Ваньинь закатил глаза. — И с помощью чего? Своих локтей? — У нас ушёл месяц на создание инструментов, которые ему были нужны, чтобы вытащить нас из Могильных курганов, — сказал Вэнь Чжулю. — Когда он овладеет ими в полной мере, думаю, он сможет уничтожить почти любой источник энергии обиды. Включая иньское железо. — С помощью чего он совершенствуется, без ядра? — спросил Лань Ванцзи, и в голосе его звучала странная напряжённость. — Это ему следует объяснить, — ответил Вэнь Чжулю. — Я всё ещё не уверен, что полностью понимаю, но знаю, что он очистил небо над Могильными курганами с её помощью, что ему помогали призраки и что он вытянул энергию обиды из злобного дерева-яо. Думаю, он, возможно, даже преобразовал эту энергию обиды во что-то иное. Если он сможет сделать то же самое с марионетками Вэнь Жоханя, то, возможно, даже переломит ход вашей войны. — И ты не против, что мы пойдём против твоего господина? — спросил Цзян Ваньинь. — Я оставался с Вэнь Жоханем из благодарности за помощь в трудное время. Теперь же понимаю, что эта помощь была оказана не из чего иного, как из жажды власти. Вашему брату же я обязан жизнью. Этот долг — превыше всего. Он помог мне, когда для этого не было никаких причин, больше причин было этого не делать. И вы видели, как он принял удар за меня. Я сделаю для него всё возможное. Цзян Ваньинь резко развернулся, отошёл на два десятка шагов и с досадой крикнул в небо. Вэнь Цин и Вэнь Чжулю переглянулись, приподняв брови. — А вы двое? — обратился Лань Ванцзи к Вэнь Цин и Вэнь Цюнлиню. — Он спасал меня снова и снова, — сказал Вэнь Цюнлинь. — И сестру. — Вы тоже спасли его и его брата, — добавила Вэнь Цин. — И я им помогала. У нас сложные узы — долг жизни и… и дружбы. Вэй Усянь достоин нашей верности. — У вас есть к нему романтический интерес? — прямо спросил Лань Ванцзи Вэнь Цин. Та озадаченно моргнула: — Что? — Всё не так, — пояснил Вэнь Цюнлинь. — Он просто… хороший. Мы не встречали много хороших людей в нашей жизни, особенно за пределами деревни, где родились. Он добр ко мне. А таких мало. И сестра понимает, что он чувствует к своему младшему брату. — Он сначала спас вас двоих, — повторил Лань Ванцзи. Вэнь Чжулю ответил, глядя в землю: — Он знал, что они были в заточении и, поскольку Вэнь Чао мёртв, беспокоился о них. Вэнь Цин была ближе всего. Как только мы вызволили её, имело смысл забрать и Вэнь Цюнлиня. Мечи были его следующей задачей. Затем — вывезти людей Дафаня из-под контроля Вэнь Жоханя, чтобы тот не мог использовать их против неё. — Людей, что живут на горе статуи Богини? — уточнил Лань Ванцзи. Вэнь Цин кивнула: — Вэнь Жохань уже однажды допустил, чтобы им причинили вред. И он вырезал целую деревню Вэней, чтобы создать ту бездну, которую отправил на озеро Билин. Думаю, он сделал это, чтобы я знала, что он способен на такое. — Так и есть, — подтвердил Вэнь Чжулю. — Тогда это не казалось мне мудрым, но его сила… даже я один не смогу противостоять ей. — Но ты думаешь, мой брат сможет? — хмуро поинтересовался Цзян Ваньинь. — Думаю, он создал нечто ужасающее, но я никому другому в мире не доверил бы поступать правильно с этим. И он будет не один. — Энергия обиды развращает, — твёрдо произнёс Лань Ванцзи. — Всегда. Неизбежно. Я чувствую… он ею пропитан. — И всё же всё, что он делал с тех пор, как был сброшен в Могильные курганы, — это работал над очищением этого места, над исцелением, над созиданием, — возразил Вэнь Чжулю. — Когда другие сдались бы, он находил новые решения. Да, это причиняет ему боль, но я не думаю, что это губит его душу. Его приоритеты по-прежнему… достойны. Если в его инструментах есть какое-то сознание, я верю, что они согласны. — Если мы вытащим всю энергию обиды из его костей, они развалятся, — сказала Вэнь Цин. — Он будет испытывать мучительную боль. Он может умереть. Думаю, без энергии обиды и его контроля над ней он был бы уже мёртв. — Он научился контролировать её, лёжа среди трупов, имея как минимум дюжину переломов, — добавил Вэнь Чжулю. — Я бы не смог. Я даже не понимал, с чего начать. Худшее, что я видел, — это вот этот обморок после того, как он переусердствовал. Не думаю, что мы понимаем, как его тело работает теперь, и уж точно не понимаем его путь совершенствования. Я могу нести его, но нам следует скоро отправляться. — Он убил солдат здесь? — спросил Цзян Ваньинь. — Это сделал я, — ответил Вэнь Чжулю. — Он бережёт свои силы, а я провёл со слабым ядром больше времени, чем он. То, что у него есть мощный инструмент, не означает, что он должен использовать его без нужды. Он проявляет осмотрительность, на какую только способен в этих обстоятельствах, и всё же выживает. — Я понесу его, — сказал Лань Ванцзи. — Он мой брат, — начал Цзян Ваньинь, но затем вздохнул. — Ладно. Но его путь совершенствования — дело Цзян. Не хочу слышать об этом от твоего дяди. Или от тебя. — Если его золотое ядро утрачено, он не сможет идти путём меча, пока оно не будет восстановлено. Я направлю все доступные мне ресурсы, чтобы помочь восстановить его ядро, — решительно заявил Лань Ванцзи. — Я не проведу ещё одну пересадку. Никогда! — твёрдо заявила Вэнь Цин. — Первой и той было достаточно. Но другая помощь была бы желанна. Лань Ванцзи склонил голову. — Вы не возражаете, если я встану? — спросил Вэнь Чжулю. — Держи свои руки подальше ото всех, — резко сказал Цзян Ваньинь. — Нет слов, которые стали бы достаточным извинением, — произнёс Вэнь Чжулю. — Я думал, что следую единственно возможному пути, но оглядываясь назад… — Заткнись, — оборвал его Цзян Ваньинь. — Ты ответственен за худшее, что случалось со мной, и мы даже не начнём разговор о прощении, пока у моего брата не будет золотого ядра, а голова Вэнь Жоханя не окажется на пике. — Эти условия приемлемы. Я постараюсь их выполнить, — с поклоном проговорил Вэнь Чжулю. — И держи руки подальше, — повторил Цзян Ваньинь. — Я не могу причинить твоему брату больше вреда, чем ему уже причинили, — возразил Вэнь Чжулю. — Не могу обещать не прикасаться к нему, если ему потребуется моя помощь. Ему требовалось много помощи, он всё ещё слаб. Но я не использую свою силу снова против твоих людей. — Если Вэй Ину потребуется помощь, я окажу её, — сказал Лань Ванцзи. — Он мой, чёрт возьми, брат. Я помогу ему, если потребуется. — Это всё очень мило, — сухо заметила Вэнь Цин, — и, полагаю, каждый из вас может предложить что-то уникальное, но… Обещаю, если Вэнь Чжулю предпримет враждебные действия против кого-либо из вас, я остановлю его сама. Все удивлённо моргнули, глядя на неё. Целительница подняла иглы. — Я быстрее с ними, чем любой из вас с мечом. Нам нужно убираться отсюда, — продолжила она. — Мечи у нас, враждебные Вэни мертвы. Можем мы забрать моих людей по пути в Цинхэ? — Если вы скроете наши личности от основных сил, — добавил Вэнь Чжулю, — тогда меньше шансов, что до Вэнь Жоханя дойдёт весть о смертях здесь или о том, что именно мы забрали Вэнь Цин и Вэнь Цюнлиня. — Думаешь, среди нас есть шпионы? — гневно воскликнул Цзян Ваньинь. — Я точно знаю, что да, и если я их увижу, то, возможно, смогу указать на них, — спокойно ответил Вэнь Чжулю. Глаза Цзян Ваньиня расширились, затем сузились. — Что ещё ты знаешь? — Расскажу вам всё, но давайте сначала уйдём, — сказал Вэнь Чжулю. — Вэнь Цин права. Это место — частый пункт остановки для войск. Нам не следует задерживаться. Лань Ванцзи обнажил меч, поднял Вэй Усяня и шагнул на клинок, когда тот поднялся на несколько футов в воздух. — Вэнь Цин должна провести нас в Дафань. — Что мы будем делать с кучей стариков? — спросил Цзян Ваньинь. — Они из семьи целителей. Мой дядя делает вино. Моя бабушка — очень, очень хорошая повариха. Неужели вашей войне не нужен вспомогательный персонал? — сказала Вэнь Цин. — Я уверен, что моя семья может быть полезной, — добавил Вэнь Цюнлинь. — И среди них есть дети. Вэнь Жохань не станет считаться с детьми. Вэнь Чжулю оглядел их всех. Все они для него всё ещё были детьми. Цзян Ваньинь с болью закрыл глаза. — Нет, не станет, не так ли. — Вэй Ин считал важным спасти их, — произнёс Лань Ванцзи. — Почти таким же важным, как забрать наши мечи. Рука Цзян Ваньиня сжалась на эфесе Саньду. Затем он поднял Суйбянь и на мгновение вздрогнул. — Он отозвался? — спросил Вэнь Чжулю. — Как ты… — Я раньше помогал ковать духовное оружие, до… до всего. Оно обычно отзывается на золотое ядро. — Саньду всё ещё отзывается, — сказал Цзян Ваньинь. — Вы уже начали делать это золотое ядро своим, — пояснила Вэнь Цин. — Оба меча будут отзываться на Вас. Вероятно, если Вэй Усянь сформирует новое золотое ядро, Суйбянь будет по-прежнему отзываться на него. — Все ли из вас могут летать? — спросил Цзян Ваньинь. — Я могу нести моего брата, — сказала Вэнь Цин. — Я сделаю это, — одновременно произнесли Цзян Ваньинь и Вэнь Чжулю. Они посмотрели друг на друга, и Вэнь Чжулю сказал: — Если я возьму его, Ваши руки будут свободнее, и Вы будете сильнее, когда мы прибудем. Вэнь Цюнлинь встал позади Вэнь Чжулю. — Со мной всё будет хорошо, — сказал он. — Молодой господин Вэй доверяет ему. — Ладно, — сдавленно согласился Цзян Ваньинь и отвёл взгляд.