Цена одного дня

Утро, противное утро, кричащие утро о том что прожито ещё одно суточное тупое существование. Зачем всё это? Какой смысл бороться? Может Гостем быть не так уж и плохо? Ходишь себе, жрешь всяких зевак и не думаешь себе ни о чем, красота же. Догадки догадками, а подъем есть подъем. Длинные дрожащие пальцы Домовладельца с трудом стали шуршать по деревянной поверхности, движения были похлопывающими, словно он наказывает непослушную тумбочку зато что она не даёт ему проклятый будильник. Наконец злополучный предмет был захвачен и надоедливая мелодия перестала выедать мозги, один плюс в ушах точно не будет насекомых. Сесть было не такой сложной задачей по сравнению с тем чтоб открыть глаза, которые были ярко красными, капилляры лопаются каждый день всё сильнее, внешне он уже давно гость по данному признаку, но на самом деле у любого адекватного человека с таким режимом будут красные глаза, головная боль и нервные тики. Может Гости наоборот самые адекватные кто здесь есть? Босые ноги с трудом делали шаги в сторону ванной, дверь открывается с протяжным скрипом, умоляющем о пощаде. -Йоу, Чувак, чего кого? Чё такой кислый? - игривым тоном, жизнерадостный как и всегда спрашивает Растаман, на то он и Растаман чтоб радоваться. Его рука приобнимает плечи Домовладельца прижимая к своей теплой груди. -Просто устал. Ничего лишнего, ещё один день в аду, - буркнул низким сонным голосом Домовладелец и умылся ледяной водой, жаль, что не помогает уже давно. Грудь тяжело поднимается и каждый вздох дается с титаническим усилием, словно в грудную клетку залили бетон и теперь чувствуешь как он тянет вниз, застывая. -Как прям в Константине, да? Клево, Чувак, не грусти. Выпей пивка и легче станет или приходи ко мне, оттопыримся, - средний и безымянный пальцы Растамана сжимаются изображая своеобразную козу, а брови прыгают, как баран по ухабам. Домовладелец лишь кивнул, ему ещё новеньких проверять, какой к черту отдых? Покинув ванную комнату, домовладелец даже не думает о том чтобы пойти завтракать, его желудок присохший к диафрагме уже давно не требует еды, ему и пива нормально, но это потом. Пиво как награда, как для ослика яблоко. Вот и он этот ослик, что качаясь из стороны в сторону, грозится уже завалиться на бок и издавая крики боли, дергая копытами, стеклянным взглядом готов созерцать как всё катится к черту. Очередная дверь открывается с мяуканьем, словно коту прищемили яйца и держат два маленьких комочка в тисках, ржавых старых тисках. На кухне сидел слепой, его губы немного дрожали, а обе руки держали чайник, как что то святое, драгоценное, как для пастыря алтарь. Бубнёж было не разобрать. Внутри домовладельца закипает легкий гнев, волна ещё совсем низкая, но хлещет по щиколоткам противно лаская их. Ноги прилипли к полу, будто там жвачка, засасывает его глубже в пучину гнева. Слепой по прежнему обнимал чайник, качаясь с ним из стороны в сторону, как маятник. Молиться чайнику было занятие странное, но может он просто фанат чая? Кто ж его знает, этого Слепого. -Эй, ты чё творишь? Чайник у тебя вместо алтаря? - наконец подал голос домовладелец, хмуря брови от чего на лбу появляются некрасивые морщины, а нос характерно подергивается, пытаясь разобрать запах, хотя бы их примерное наличие, но кроме могильной земли и сырости ничего не было. Слепой вздрогнул, его длинные пальцы разжались мгновенно слегка подрагивая, отрыгивая от своего импровизированного алтаря, как дикий зверь от человека. Замотав быстро отрицательно головой, его грязные смолистые волосы стали щекотать его же шею от чего мускулы на щеках подрагивали в такт. -Я... Просто хочу чай, пожалуйста, можно мне чай? - дрожащий голос был еле слышен, даже не смотря на отсутствие глаз, он стыдливо опустил голову, заламывая себе пальцы, впиваясь в запястье ногтями, оставляя отвратительные рваные следы полумесяцы, таких было множество и они не заживали, кровоточили и даже гнили, оставаясь шрамами на его и без того убитом теле. Домовладелец не дернулся, плечи расправились под осознанием как тяжко ему придется жить, он втянул воздух и медленно через тонкую щель губ выдохнул, посчитав до десяти и обратно. -Хорошо, но потом мне нужно тебя осмотреть, - твердо заверяет домовладелец и его большие руки проворно справляются с обыденной домашней задачей, казалось даже немного иронично непривычно, спустя столько времени делать что-то такое уютно простое, как налить чай кому то. Подушечки пальцев Слепого были стёртые от постоянного контакта с окружающим миром, которое ему дорого обходилось, а пальцы Домовладельца наоборот грубые, кожа наслоилась друг на друга от вечного оружия. Но даже не смотря на разительную разницу по телам этих двоих ударил ток от такого короткого контакта, вызывая незнакомые прилив волнения, не связанного и близко с выживанием. Такие утерянные чувства, чужие, словно тело на секунду стало чужим. -Твой чай, осторожно, горячий, - предупредил домовладелец и сам не заметил, как начал помогать Слепому делать первый глоток чай от чего тот сразу расслаблялся, позволяя себя заточить в клетку из тела домовладельца, чувствуя себя в безопасности, впервые за долгое время. Глоток за глотком, теплые нити внутри связали большой свитер защиты в первую очередь для самого себя и Слепой даже попытался улыбнуться, вышло так себе, одна сторона слегка перекошена, другая трясется, теряясь от ощущения внутри. Громкий кашель Домовладельца вернул их назад, в суровую, холодную реальность, где нет мира вокруг и тепла с надеждой, есть обломки и гнилая плоть, гнилые как они сами. -Проверка точно... Что ты хочешь поверить? -содрогаясь говорит возможный гость, от этой мысли становится тошно, не может быть он гостем, такой хрупкий и сломанный, он точно не гость. Нет. Только не он. Кто угодно, но не он. -Снимай рубашку, - сухим, как ветка дерева, что ломают пополам голосом требует Домовладелец. Глаза сужаются, эмоции летят к черту, им не место. Пальцы быстро нащупывают знакомый дробовик и с губ слетает привычное: "блять" опять забыл, ошибка стоить может дорого, но плевать, он же слепой, убежать от него проще, чем от ребенка, ребенка без ног. -Что? Это что за проверка такая? Это же дом, а не бордель, - удивленно отвлекается Слепой, бровь единственный способ показать степень эмоции, глаз то не было, только глубокие черные дыры, как космос, он и сам был каким то космическим монстром для этого мира. -А ты слабо похож на шлюху, раздевайся, говорю. Я не педик, наверное, - усмехается своей же шутке домовладелец, острые идеально белые зубы поблескивают на кухонном свету. Длинные пальцы Слепого дрожали, отказывались сгибаться, от них веет холодом, как и от него самого. Привычные когда то пуговицы даются ему с трудом. Звук щелканья зажигалки разбивает в нем личный огонь страха, тревоги и против своей воли он замирает, пытаясь понять с какой стороны звук и крутит головой, как ребенок игрушкой. -Ты хочешь меня поджечь? - глупый вопрос срывается с припухлых от вечного покусывания губ Слепого. Вызывая одобрительный смешок Домовладельца, чьи глаза скользят за каждым движением юноши с дефектом глаз, взгляд поедает бледную кожу, представляя как впивается в нее зубами, оставляя отметки. Какие странные мысли, а ведь он сам виноват, провокатор. Не в силах держать себя в контроле, Хозяин дома делает шаг вперед, громкий, посуда издает печальную серенаду, сталкиваясь между собой. Рубашка с хрустом разрывается на пуговицах и летит на стол. -Повернись, подними руку,- требует Домовладелец, терпение не его конек, да и некогда ему тут нянькой для какого то дефектного быть. Худощавое тело Слепого дрожит, но поддается, меж волос на подмышках имеется странное, мерзкое красноватое покраснение и какие то белых чешуйках, похожих на перхоть. -Это что за хуйня? Ты когда мылся последний раз? - слова вылетают резкими, грубыми, как сам характер, как движение с которым он дергает Слепого в сторону выхода с кухни и тот с грохотом падает в коридоре, издавая жалобный скулеж. Насилие не выход, но вариант.