Mirage of Blaze / Призрачное пламя / Honoo no Shinkirou

Глава 3 - Встречный ветер

Такая проснулся оттого, что во сне смутно показалось, будто кто-то назвал его имя. Холод тут же пробрал его до костей, заставив окончательно стряхнуть сон. Он обнаружил, что лежит под одеялом, и на него смотрит одна из девочек Мицуи. Совсем рассвело. - А? - К тебе гость, Оги. Говорит, пришел повидаться. "Ко мне?" Преодолевая вялость, он, не снимая одеяла, кое-как выпрямился. Ярко светило утреннее солнце: оно успело подняться уже высоко. "И кто б это мог быть?" - недоумевал Такая, протирая глаза. Тут ввели гостя. У Такаи едва челюсть не отвисла: "Нарита!" - Так ты все это время был здесь, - Юзуру тяжело вздохнул, и его дыхание повисло облачком пара в морозном воздухе. Он был одет не в школьную форму, а в повседневную одежду, хотя по идее должен был давным-давно сидеть в классе. - Каяма с приятелями рассказали мне об этом месте. Сказали, что тебя можно здесь найти, потому что ты водишься с неким Мицуи. Обескураженный до потери голоса, Такая только таращился на Юзуру в немом удивлении, а тот подошел и потянул его за руку. - Т-ты чего? - Пойдем. Тебе здесь не место. - Ты меня в школу, что ли, потащищь? - Если не хочешь, мы туда не пойдем. На входе они столкнулись с Мицуи. Парень глянул на них с удивлением и встретился с Такаей взглядом, но ничего они друг другу сказать не успели: Юзуру упорно тянул Такаю прочь. - Эй, да хватит уже! Когда они вошли в небольшой парк, Такая все-таки пришел в себя и оттолкнул Юзуру. Но на этот раз мальчик не отшатнулся, а бесстрашно смотрел на Такаю, который ответил таким же взглядом и выплюнул: - Да что ты творишь? Какого хера ты о себе возомнил? - Если будешь там спать, замерзнешь до смерти, - вызов в словах Такаи, вот что, должно быть, придало твердости голосу Юзуру, да и страх исчез из его глаз. - Ты правда хочешь умереть молодым? - Нарита... Чтоб тебя... Да какого это тебя волнует? Зачем ты это делаешь? - недоумевал Такая. Этот вопрос на момент озадачил Юзуру: он в упор смотрел на Такаю, и взгляд его больших ясных глаз в самом деле немного обескураживал. - Н-ну что? Чего ты на меня так смотришь? - Не хочешь, не ходи в школу, но и там тебе быть нельзя. Попробуешь туда вернуться, я тебя к себе домой приведу, даже если придется силой всю дорогу тянуть. Под "там" и "туда" он явно подразумевал гараж Мицуи. Взрослый тон Юзуру вывел Такаю из себя. - Фиг ты меня заставишь. Теперь овальные глаза Юзуру еще пристальнее встречали злобный прищур Такаи: - Но даже там ты один, ведь правда? Такая едва не подавился на эту реплику. "Да что с этим парнем?" - подивился он и разозлился уже по-настоящему. - Заткнись! Я же тебе говорил, вали с глаз моих! Или ты не утихомиришься, пока не получишь как следует?! Вместо ответа Юзуру продолжал смотреть. Такая невольно отпрянул, почувствовав его взгляд почти физически: вот о чем говорил Каяма. Да и на молчание не ответишь. Поэтому Такая просто круто развернулся и пошел прочь. Но Юзуру висел у него на пятках. Тогда он рывком оглянулся и заорал: - Не таскайся за мной! По морде захотел? Ни слова в ответ. - Черт, да я тебе все зубы повыбиваю! Но Юзуру молчал, и Такае подумалось, что при наличии папы-дантиста эта угроза не произвела на него должного впечатления. Разозлившись еще больше, Такая снова прибавил ходу, надеясь стряхнуть надоедливый "хвост". Так они прошли мимо рва, окружающего замок Мацумото, и тут Такая снова остановился: - Все-таки, врезать тебе? - Может, ты... - Юзуру не спускал с него глаз, - голодный? Такая немедленно почувствовал, что да, в самом деле голоден. Теперь, когда ему напомнили, он понял, что не ел ничего после вчерашнего обеда у Сакураи. - Тьфу, - Такая отвернулся. - Хочешь жрать - вперед, да и вообще, шел бы ты в школу. - Рамен, - предложил Юзуру, глядя еще пристальнее. - Хочешь? Под напором этого сверхъестественного упрямства Такая начал уступать. "Откуда этот чудила вылез?!" На счастье Юзуру, до Такаи не дошло, что его настойчивость, которая произвела такое ошеломительное впечатление, была вызвана элементарным, до зубовного стука пронизывающим страхом. Юзуру выдержал еще один убийственный взгляд и выдавил: - Я угощаю. Не успел Такая оглянуться, а они уже сидели в ресторанчике рамена перед станцией. Кстати, хоть место и именовалось рестораном рамена, но подавали здесь и собу, поэтому Юзуру, изучив предложенное на стенде меню, заказал две порции собы в бульоне. Они, должно быть, представляли собой жутковатое зрелище для постороннего наблюдателя, когда сидели друг напротив друга и в зловещем молчании хлебали собу, но ни одного это ни капельки не волновало. Такаю не желала отпускать навязчивая подозрительность. "Какого черта он задумал?" Он не мог объяснить поведение Юзуру и очень по этому поводу беспокоился. Покончив с завтраком, Юзуру сомкнул ладони, благодаря за еду. - Что? - глаза Юзуру, итак отнюдь не узкие, округлились еще больше, когда он натолкнулся на взгляд Такаи. Пропасть между поступками Юзуру и выражением его лица еще больше конфузила Такаю. Он, накручивая себя, отложил палочки: - Черт, о чем ты думаешь? - О чем думаю? Неплохо поели, да? - Да не про то! - Такая повысил голос и налег на край стола. - Тебя не спрашивают про собу! Я про тебя говорю! Почему я должен с тобой по кафе ходить, будто мы закадычные друзья?! Юзуру бросил очередной странный взгляд из-под ресниц, и Такаю передернуло. - Моя птичка... Ну, которая умерла... Такая с трудом сообразил, о чем он. - Я подобрал ее возле дороги несколько лет назад. Ее ранили, и она упала. Такая недоуменно молчал. - Если бы я ее оставил, ее, наверное, кошка слопала. Здесь так много бездомных котов. Я не знал, кто ее хозяин, поэтому, хоть и не собирался заводить домашнее животное, но ее забрал. Собеседник бессмысленно моргал. Юзуру выглядел смущенным, будто сам не понимал, для чего все это рассказывает. Тут Такая вышел из ступора и презрительно фыркнул: - Ха, так ты вместо своей пташки меня спасать собрался, что ли? Как мило, я тащусь. А теперь катись отсюда. - Ты не так понял! - вспыхнул Юзуру. - Я просто... Ты все эти безумные вещи творишь, и я беспокоюсь. Той ночью... Вдруг Такая с шумом толкнул стул и вскочил на ноги. Юзуру пробрала дрожь, когда он угрожающе прорычал: - Еще раз вякнешь об этом, я тебя прикончу! Но тут же Юзуру вскинул глаза и тоже поднялся: - Прекрати так говорить! Все эти "убить", "сдохнуть" - нельзя такие вещи говорить! Думаешь, от этого сильнее становишься? Неправда! Только трусом! - Что ты сказал?! - кровь бросилась Такае в лицо. - Меня это достало! Выйдем-ка через заднюю дверь, и я уж тебя поколочу. - Не могу, здесь нет задней двери. Ты только все лаешь, а не кусае... Такая молниеносно сгреб Юзуру за воротник. Юзуру, дрожа, не спускал с него глаз, на которые начали наворачиваться слезы. У Такаи рука не поднималась. Он отпихнул Юзуру и направился к выходу. Юзуру быстро расплатился и припустил следом. - Оги, постой... Оги! Ноль внимания. - Оги, подожди! Он поймал Такаю за руку. Тот повернулся, и Юзуру охнул: подобного выражения лица он у бывшего одноклассника еще не видел. На секунду Юзуру почудилось, что Такая плачет, но глаза его были сухие. - Чего тебе? - голос Такаи срывался. - Что тебе надо?! Он рывком освободил руку и зашагал прочь не оглядываясь. Ошеломленный, Юзуру остался стоять. - Оги... Такая проигнорировал его. Он растворился в потоке прохожих, засунув руки в карманы. По виду его сгорбленной спины чувствовалось такое одиночество, что Юзуру казалось, будто оно кричит. Он не мог просто так отпустить Такаю. - Оги!

***

И все же Юзуру нагнал его, но Такая бесцельно блуждал по городу и, хоть и заметил, что за ним идут, делал вид, что рядом никого нет. Он зашел в гейм-центр, потом вышел, потом заглянул еще в пару-тройку местечек... Было уже около трех, когда Такая, не зная, куда бы еще податься, отправился домой. Юзуру не отставал. А около подъезда Такая заметил знакомого человека. Тот был уже в возрасте, но оставался широкоплечим и стройным. Мужчина посмотрел на Такаю сквозь очки и кивнул в знак приветствия. - Казаи-сан... Этот человек был тем самым инспектором по семейным делам, который консультировал развод родителей Такаи и Мии. Похоже, он ждал Такаю, и подошел к нему с мягкой улыбкой: - Эй, давно не виделись. Как дела? - Ээ, да ничего. Но почему вы?.. - Видно, твой папа еще не вернулся, - сказал Казаи. - Что ж, неплохо, потому что я заглянул поговорить с тобой. Я и в школу заходил, но там сказали, что видят тебя куда реже, чем хотелось бы... - И вы все это время здесь прождали? - Да, - и тут инспектор заметил Юзуру. - Твой друг? - А? Угу... - Ясно, - Казаи учтиво поприветствовал Юзуру. Такая пригласил было гостя в дом, но Казаи вежливо отказался. - Не сегодня. Я просто хотел узнать, как вы с сестрой поживаете. - А что? - Отец в последнее время буянил, да? Такая угрюмо молчал. Окинув его взглядом, Казаи пригласил их с Юзуру в ближайший парк. Там инспектор присел на скамейку, выудил из кармана несколько конфет и вручил по одной каждому. Казаи вообще был довольно занятной персоной, так, например, он всегда таскал в карманах карамельки, наверное, сам их любил. Мия прозвала его "Карамелька" - Такая находил это прозвище слишком ребячьим, но сам Казаи ничего не имел против. Вот и сейчас, перед тем как заговорить, Казаи с удовольствием закинул в рот конфету: - Сакураи-сан говорил о твоем отце... Такая стал мрачен и изучал асфальт под ногами. Казаи сочувственно продолжил: - Полтора года назад, при разводе, твой папа тоже вел себя не слишком хорошо. Я даже несколько растерялся. И для твоей мамы это было очень тяжело. Мы понимали, что она почти не в себе от беспокойства. Но Оги-сан твердо пообещал, что присмотрит за вами, и я убедил суд передать вас под опеку отца. Но, по правде говоря, я очень волновался о том, что будет дальше. Вопрос состоял в том, сможет ли твой отец сдержать обещание. Такая молчал. - Тогда твой папа поклялся, что будет заботиться о вас изо всех сил. У него даже слезы на глазах были, и я поверил, что он говорит искренне, - Казаи тихонько вздохнул и оглянулся на дерево камелии. - Дела обернулись не лучшим образом, да? - Он не сдержал обещания, - выдавил Такая, рассматривая невидимые камешки под ногами. Казаи и Юзуру посмотрели на него. - Он всегда эгоистом был. Маму до слез доводил тысячу раз. Натуральный трус, вроде как упал и хныкает, потому что сам подняться не может. А еще взрослый... Казаи серьезно разглядывал профиль Такаи. Тот выдохнул и опустил ресницы: - Я только его провалы и вижу. Он настолько тупой, что просто забивается глубже и глубже в свою нору. Он никчемный дебил, любит кого-нибудь обозвать, унизить, но... - Такая озадаченно сдвинул брови. - Но я просто подумал, что его кровь во мне, и от этого не отвертишься. Я родился с этой никчемной кровью... Его кулаки сжалились на колене так, что побелели пальцы. - Бывает, как подумается, что его кровь превратит меня в такое же ничтожество, так по ночам вскакиваю. Кажется, как бы я ни сопротивлялся, а все равно превращусь в бесчувственную скотину... И я начинаю ненавидеть эту кровь... И тогда думаю, может, убить себя прежде, чем я стану... Последние слова он проговорил едва слышно. А потом вдруг пришел в себя, дивясь вдруг напавшей, ничем не обоснованной разговорчивости. С Казаи почему-то всегда так выходило. Иногда Такая почти серьезно подозревал, что в раздаваемых им карамельках содержится что-то вроде сыворотки правды. Но Такае и вправду хотелось облегчить перед кем-нибудь душу. Вот он и рассказывал наперекор грусти, которую чувствовал при мысли, что для собеседника его горе только работа, один случай из многих. А, неважно перед кем раскрываться. На самом деле, просто не перед кем было до сих пор. Но Казаи понял его терзания и, помолчав, негромко отозвался: - Такая-кун, родство с отцом ничего на тебя не навязывает. Такая вскинул глаза, в которых стоял вопрос. - Люди... Все верно, мы не можем жить без того, чтобы в жилах не текла кровь предков, но сколько людей связаны родством... Ты об этом подумал? - В смысле? - Твои родители и родители твоих родителей, и их родители... Если проследить линию... Понимаешь меня? Люди, которых ты не знаешь, которые жили много-много лет назад - они тоже внесли свой вклад в твою кровь. Так кровь скольких людей течет в тебе? Это ты представляешь? - Казаи-сан... Казаи в очередной раз улыбнулся: - На самом деле в твоей крови много-много жизней, очень много. И только от тебя зависит, которую ты выберешь. Кажется, именно это называется "потенциал". Можно возразить, что в этом случае в мире не появляется ничего нового, но как по мне, старое всегда дарит жизнь новому. Такая слушал. - Пока ты берешь лишь ту часть потенциала, которая исходит из крови и фамилии папы, но если ты не хочешь становиться таким, как он, почему бы не почерпнуть что-нибудь не от него? - кашлянув, предложил Казаи. - А то ведь придется взять двойную порцию. - Двойную? - переспросил Такая. - Еще от твоей мамы. Такая уставился на Казаи, за стеклами очков мужчины плескалась улыбка: - Не думаю, что нужно бояться своей крови. А с другой стороны, не стоит оправдываться тем, что во всем отец виноват. Ощущение получилось, будто нож под ребра всадили. "Я никогда этого не делал!" - хотел выкрикнуть Такая, но тут понял, что где-то на задворках сознания повторял иногда: "Все из-за того, что я сын этого мерзавца" и на том основании позволял себе оступиться с правильного пути. Казаи, видимо, понял все, но не подал виду. - Ты ведь... будешь в порядке? - прозвучало это почти как предостережение, и инспектор повернулся к Юзуру. - Если он заблудится, выведи его на нужную дорогу, хорошо? Юзуру удивленно взглянул на Казаи, потом на Такаю. Такая отвернулся. Казаи поднялся и, посмотрев в небо, сунул руки в карманы: - Если случится вдруг увидеть Мицуи-кун, передай ему, что я беспокоюсь насчет выбранного им пути. - Вы...знаете Мицуи? Казаи оглянулся: - Я несколько раз защищал его. Он делал некоторые вещи, из-за которых попадал под предварительный арест... Такая хлопал глазами. - Он тоже довольно сложный юноша. И неважно, насколько глубоко пал человек: я уверен, что любому можно указать путь истинный, но все же... Надеяться в который раз, а потом снова и снова сталкиваться с разочарованием... довольно больно, - пробормотал инспектор, но тут же повеселел. - В любом случае, я рад, что застал тебя сегодня. Я ухожу, но еще загляну вечером. Твой папа к тому времени будет дома, и я с ним поговорю. - Казаи поднял воротник пальто. - Пожалуйста, не стесняйся рассказывать, если что-то случилось. Если смогу, я обязательно помогу. - Казаи-сан... - А сегодня иди домой, договорились? И Казаи, подарив им еще одну улыбку, ушел. Такая со странным лицом провожал глазами его удаляющуюся фигуру. - Оги, - позвал Юзуру, но хмурый Такая упорно смотрел в землю. Тогда замолчал и Юзуру; он просто тихо пристроился рядом с Такаей, который размышлял о чем-то, видно, очень серьезном. - Нарита? Ты, что ли? Услышав, как его зовут, Юзуру встрепенулся: к ним направлялся высокий светловолосый школьник. - А... Каяма, - бормотнул Юзуру. Такая тоже вскинул голову, и Каяма, который только-только его заметил, был так изумлен при виде этих двоих рядом, что не мог и слова сказать. А потом вспомнил, что Юзуру не было на уроках. - Что вы тут делаете? - Да вот, встретились случайно. Занятия уже закончились? - Юзуру не сразу нашелся с ответом. Каяма недоверчиво сдвинул брови, ответил утвердительно, однако не отвязался: - Странно увидеть вас вместе. Я даже не представлял, что вы знакомы. Такая, который не забыл роль Каямы в недавнем происшествии, уставился на него так, будто желал, чтобы тот провалился под землю и желательно прямо сейчас. Каяма многозначительный взгляд проигнорировал и вдруг обратился прямо к Такае: - Кстати, Оги, сегодня случилось кое-что из ряда вон... - Что? - Парни Мицуи заявились в школу. Позвали Екомори с его шайкой выйти и хорошенько отколотили. - Что? - Такая побледнел. - Это просто жуть была. Они притащили эти... знаешь, деревянные мечи, и все произошло так неожиданно. Оонуки и остальные наши клоуны застыли, как памятники, так что Екомори и еще двоим мягко говоря здорово досталось. Потом копы примчались, и скорая примчалась, в общем, жуть что творилось. По-моему, кого-то даже в больницу увезли. Понимаешь, я только и подумал: "Ни фигааа себе"... Юзуру вскинул глаза на Такаю, а тот побледнел и весь дрожал. - Оги? Такая вскочил на ноги и пулей бросился обратно: сдерживать себя он больше не мог. В гараже несколько парней резко развернулись, когда внезапно с шумом распахнулась дверь. На пороге, хватая ртом воздух, стоял Оги Такая: - Мицуи... Он здесь? Сквозь гудение голосов пробился знакомый: - Здесь! При виде Мицуи, затянутого в кожаную куртку, Такая сверкнул глазами и прорычал: - Это ведь твоя банда избила Екомори? Мицуи только холодно глянул вместо ответа, а Такая не успокаивался: - Я ж тебе говорил не лезть в это! - Не заблуждайся, - Мицуи снова сел. - Это не за тебя. - Тогда зачем? На притворно спокойном лице зловеще вспыхнули глаза, и Такая невольно отшатнулся. - Просто надо бы им знать, что от плохого поведения иногда случаются последствия. А их предупреждали. И о тебе предупреждали. Без моего приказа тебя никто и пальцем не тронет. - А! - Они нарушили правила, за что и поплатились. С чего тебе взбрело в голову, что это была месть за тебя? Такая, не в силах подыскать достойный ответ, молча смотрел на него. По знаку Мицуи все присутствующие покинули гараж, оставив их наедине. Старший парень подождал, пока за последним закроется дверь, и поинтересовался: - Да, к слову, как тебе вчерашний вечер? Такая оцепенел, и плечи его начали вздрагивать. Мицуи, облизнув губы, изучал его с напряженным интересом: - Неплохая, должно быть, штука. Могу поспорить, растворитель и рядом не стоял? - Ты... - Еще хочешь? Так я еще достану. Сколько хочешь достану, пока ты не вляпаешься так глубоко, что никогда не выкарабкаешься. Насмешливый взгляд Мицуи... Этот парень, он и правда получает удовольствие, наблюдая, как другие сбиваются с дороги и погружаются в темноту все глубже и глубже. "Наслаждается прямо как демон", - в негодовании подумал Такая. А потом злость вдруг переросла в острое чувство опасности - Такая сообразил наконец, чего именно добивается Мицуи. Однажды выбрав жертву, он не оставляет ей выхода. Он учит других быть преступниками, затаптывает в грязь, насаживает, как червяков на крючок, и никогда не отпускает. Он не кажется демоном, он и есть самый настоящий демон, скрывающийся под человеческой маской. Такае показалось, что он понял, почему в первый раз Мицуи предстал перед ним действительно ужасным. Это Мицуи втянул его во всё: растворитель, воровство, шантаж... Мицуи хочет загнать его в западню, так низко, что дальше просто некуда. Вот почему так обхаживает его. И если он останется еще чуть подольше, то другого пути не будет... Как только Такая поспешно повернулся к выходу, его настиг голос Мицуи: - Я не отпущу тебя, Оги. Такая замер. - Ты ведь как барсук в норе. Такой же, как и мы: в одной лодке тонем, одной ниточкой повязаны. Наркотики ты тоже уже попробовал. Если что-то случится со мной, ты просто так не отвертишься. Такая с ненавистью оглянулся, и Мицуи подарил ему неприятную улыбку: - Бежать тебе некуда.

***

Полностью стемнело. В окнах ближайшей многоэтажки теплился мягкий свет. Сколько же времени прошло? Каяма взглянул на Юзуру, который терпеливо сидел на ступенях: - И долго еще ты его ждать собираешься? Юзуру подышал на сложенные чашечкой ладони, и его дыхание тут же обратилась в белесый пар: после заката температура ощутимо упала. Перчаток у него не было, пальцы и щеки покраснели. - Не думаю, что Оги сегодня вернется. Но Юзуру не слушал его: он неотрывно смотрел на темную дорогу и пытался согреть руки. Каяма обреченно вздохнул: - Тебе кто-нибудь говорил, что ты и вправду чудной? Зачем ты его ждешь? Вы не друзья и даже не приятели. Юзуру снова отмолчался. Каяма пробыл с ним все это время, хоть и сам не знал почему. Или просто его сильно заинтересовало столь загадочное беспокойство за Такаю? - Нарита, что у тебя в башке творится? Юзуру, доселе молчавший, вдруг отозвался: - Хочешь домой, иди. - А? - Лично я подожду. Неужели ты можешь оставить кого-то в подобном положении? На самом краю? А Каяма в толк не мог взять, о чем он вообще толкует. Впал в депрессию? Он заглянул было Юзуру в лицо, но тот ответил таким ужасающе серьезным взглядом, что Каяма зарекся так делать: подобное выражение лица Юзуру было ему в новинку. - Ты слышишь его голос? - Нарита...    Юзуру хмурился в темноту. "И почему я сижу здесь и жду такого, как он?" Юзуру, совсем закоченев, обхватил себя руками. Он никогда не встречал человека, в котором обжигающая свирепость сочеталась бы с поразительной хрупкостью. Такая... Он так привык разыгрывать ненависть к миру, что уже сам поверил в нее. Неужели никто не замечает правды? Юзуру мог только дивиться слепоте окружающих. Пускай даже кто-нибудь протянет ему руку - он не примет ее. Его столько раз предавали и ранили, и повторения он не хочет. Он приучил себя подозревать всех и каждого, отвергать даже искреннее предложение дружбы. Почему никто не догадывается о его одиночестве? Почему никто не спасет его? Юзуру понятия не имел, что бы ему сделать для Такаи. Пускай, но подождать-то его можно - если понадобится, один. Подождать его возвращения, чтобы сказать пару слов: "Я слышу тебя". Ради этого можно и подождать: до ночи, потом до утра... "Чем он меня так зацепил? Глупость какая-то", - решил Юзуру, подтянув к груди колени и уткнувшись в них лицом. Надо бы идти домой и оставить этого хулигана в покое. Они живут в разных мирах, это уж и дураку понятно. "А все-таки..." Дрожа на холодном ветру, Юзуру закусил губу и плотнее сжался в комок.