Mirage of Blaze / Призрачное пламя / Honoo no Shinkirou

Глава 2 - КРОВАВЫЙ ЗАМОК

— Поэтому вы позвали нас? — спросил Чиаки Сюхэй, и Саори утвердительно кивнула. — Я бы, конечно, сама могла провести изгнание... если бы у меня было хоть чуточку способностей. А ты-то зачем приехал, Чиаки-кун? Чиаки обессиленно вздохнул. Дело было на следующий день, на станции Тосима Юэн. Вчера, после разговора с Юико, Саори сразу же позвонила Юзуру, чтобы посоветоваться и через него (важный момент) попросить Такаю приехать в Токио. Юзуру пообещал всё передать, но при этом сказал: «Только учти, какой-то он в последнее время бешеный». Девушку насторожила эта оброненная недовольным голосом фраза, но понастоящему её смысл стал понятен лишь на следующий день, когда Саори увидела Такаю воочию. «Да, как-то жутковато...» — вот было её первое впечатление от встречи, состоявшейся у выхода из станции. Проблема была не в том, как он выглядел, а в том, как себя вел - очень неприветливо. Такаю и раньше ругали за вызывающий взгляд, но таких холодных глаз Саори не замечала у него никогда. Увидев девушку, Такая посмотрел на неё свысока и ничего не сказал, так что привычные беспечные слова замерли у неё на языке. Саори лишь окинула его испуганным взглядом и тихо пробормотала: «Привет». «Кажется, ему эта наша просьба сейчас совершенно некстати...» — Привет, Морино-сан! Извини за опоздание, — ответил Юзуру, заполняя паузу. Саори тут же повернулась к нему, ища поддержки, и тихо спросила: — Что с ним, Нарита-кун? Он меня просто пугает. — Не знаю. — Чувствовалось, что Юзуру и сам встревожен. — Это уже не первый день. — Бесится по-тихому, идиот, — добавил стоявший рядом Чиаки, которого Юзуру, видимо, позвал за компанию, сомневаясь, справится ли Такая один в его нынешнем состоянии. — И ничего ты с ним не сделаешь, пока он молчит, как партизан. — Чем он недоволен? — пробормотала Аяко. — Ума не приложу... Да, она тоже была здесь — примчалась из Иокогамы после звонка Чиаки. Все трое только что встретились на станции Синдзюку. Причина дурного настроения Такаи оставалась для его друзей загадкой, да и откуда им было знать, когда он сам ничего не рассказывал. По словам его сестры Мии, это продолжалось уже дней десять. Такая бродил неизвестно где, часто не ночевал дома, иногда возвращался пьяный и в синяках. Он стал ещё более молчалив, чем прежде, как будто его занимали какие-то раздумья, но временами вдруг ни с того ни с сего начинал буянить, срывая непонятный никому гнев на домашней мебели. «Что стряслось с моим братом? — в отчаянии спрашивала Мия. — Поговори с ним, Нарита-сан!» Но Юзуру знал по опыту — вытянуть что-либо из Такаи в подобном состоянии было практически невозможно, он всегда носил всё в себе. Спросишь его, что случилось, так он улыбнётся наигранно и ответит: «Ничего страшного». Не то чтобы он им не доверял, просто не хотел загружать своими проблемами. При этом людей, которым он хотя бы отвечал по-доброму, было всего двое: Мия и Юзуру. Пока Такая не расскажет, никто ничего не узнает. Юзуру оставалось только ждать, и это выводило его из себя. Но сейчас Такая даже ему больше не улыбался и «ничего страшного» не говорил. На вопросы не отвечал, только смотрел грустным взглядом. Что бы там ни случилось, это было серьёзно. Кое о чём Юзуру мог догадаться. Такая предупредил его, что уезжает с Наоэ в Тояму, а спустя несколько дней поздним вечером внезапно появился на пороге его дома, насквозь промокший и продрогший до костей: добирался пешком от станции под проливным дождём. С ним явно что-то было не так. На вопрос, где же Наоэ, Такая с какой-то горечью ответил, что приехал один. Он как будто хотел о чём-то рассказать, но не мог подобрать слов. Что-то произошло за те несколько дней в Тояме, однозначно. — Оги-кун, — робко проговорила Юико, которой показалось, что Такая злится из-за внезапного вызова, — извини, что вытащили ни с того ни с сего. Я и в прошлый раз доставила тебе столько хлопот... Такая посмотрел на неё сверху вниз, и его колючий взгляд внезапно смягчился. — Считай, что это был несчастный случай. С тех пор всё в порядке? Юзуру вытаращил глаза. Чиаки с Аяко тоже удивлённо обернулись, да и Юико, не видевшая Такаю четыре месяца, заметила, что он ведёт себя иначе. — Со мной — да... — Вот как. — Такая кивнул, и выражение его лица было на удивление спокойным. «Это кто-то другой...» — подумал Юзуру уже в который раз. В последнее время он стал замечать за Такаей странности: что-то почти величественное проскальзывало в его взгляде и осанке, какое-то спокойствие и уверенность в себе, словно он обрёл опору под ногами. Чиаки и Аяко тоже видели перемены, но для них это означало лишь то, что Кагэтора становится самим собой. Они знали, каким он был раньше, и воспринимали «Такаю» как нечто непривычное — теперь с особенной остротой. «Что с тобой будет?» - Юзуру наблюдал за Такаей и видел, как уходит куда-то его очаровательная неловкость, бесхитростная сердечная теплота, а на их месте вырастает нечто совершенно другое. И при каждом новом проявлении этого Юзуру пугался: вдруг в следующее мгновение Такая превратится в кого-то недосягаемого? «Такая... Что произошло?» Словно в ответ на его незаданный вопрос, Такая опустил глаза и снова помрачнел. — Э... Ну ладно, что мы тут стоим, пойдёмте! — громко сказала Саори, чтобы разрядить обстановку. Привычная здоровая непосредственность сейчас почему-то плохо давалась ей, и стоявшая рядом Аяко попыталась помочь. — Да, надо поскорее переодеться, — сказала она нарочито весёлым голосом. — Давненько я не была в бассейне! — Давай пошли, Нарита-кун! — Ага... — Юзуру обернулся. Такая шагал за ними, но... На небе светило яркое солнце, а в мыслях у каждого было темно, как от нависших облаков.

*  *  *

Погода снова стояла замечательная, и в бассейне царило оживление, вполне соответствующее последнему дню каникул. Молодые люди разошлись по раздевалкам, договорившись встретиться снаружи. — Это и есть проклятый бассейн?.. — пробурчал Чиаки себе под нос, оглядываясь по сторонам. Толпы народу заглушали энергию места — возможно, поэтому ничего особенно страшного он не ощущал. — Может, дух какого-нибудь утопленника? — предположил Юзуру. — Значит, до тех пор, пока он не покажется, мы ничего не узнаем. — А ты? — повернулся Юзуру к стоявшему рядом Такае. — Чувствуешь плохую энергию? — Да, что-то есть, но пока неявное... — А вот и мы! — послышалось сзади, и к ним присоединились девушки. — Призрак женщины, говоришь? — повернулся Чиаки к Юико. — И она всех топила? Юико кивнула. — В воде не было ничего, кроме рук, но, по-моему, они принадлежали той женщине, чей голос я слышала. Вот только... Юико предполагала, что женщина была не одна. — Несколько? — переспросила Аяко, одетая в броский купальник с высокими вырезами на бёдрах. Юико снова кивнула и добавила: — Я видела женское лицо. У неё были длинные волосы, мокрые насквозь, и ещё кимоно. Утикакэ — так это называется?.. Как в исторических сериалах. — В исторических сериалах... — пробормотал Юзуру, а Чиаки нахмурился, задумавшись о чём-то. — Что? — спросил Юзуру. — Есть идеи? — Нет, меня беспокоит место... Я, конечно, мог и забыть, но, по-моему, здесь... — Да, — подхватила Аяко, — кажется, мы вляпались. — А что такое? — насторожилась Саори. — Не знаешь? Здесь раньше замок стоял. — Правда? — удивился Юзуру. — Замок? Времён Усобиц? — Ага. Замок Нэрима назывался. Он принадлежал клану Тосима, но пал, когда они про- играли Оте Докану. — То есть местные привидения на самом деле участвующие в Усобице Духов генера- лы? — Может быть, — ответил Чиаки. — Сейчас здесь владения Ходзё, но я слышал, что не- которые духи-на-привязи отказываются им подчиниться и не хотят вступать в войну. Возможно, духи воинов Тосимы, павших в этом замке, пробудились, чтобы защитить свою территорию от посягательств. Однако, — добавил Чиаки, обводя взглядом шумный бассейн, — если они обижают мирных жителей, придётся от них избавиться. — Избавиться? Но... — Когда мёртвые начинают беспокоить живых, баланс сил в Усобице Духов отходит на второй план. Давай выманим их, Кагэтора. Иначе ничего непонятно. — Угу, — Такая кивнул, но выражение лица у него было настороженное. Уверившись в том, что Такая собирается участвовать, Юзуру спросил: — Ты в порядке? Если сложно, лучше не напрягайся. — В порядке. А ты лучше отойди, тут что-то странное. Юзуру удивлённо посмотрел на друга. Сам он ничего не ощущал. За короткое время чувствительность Такаи сильно превзошла его. — Значит, призрак нападает только на женщин? — Такая бросил многозначительный взгляд на Аяко, и та покорно опустила плечи. — Ладно, ладно, поработаю приманкой. Зажав под мышкой надувной круг (на всякий случай, как она сказала), Аяко зашагала к бассейну с текущей водой. — Кагэтора! — позвал Чиаки напряжённым голосом, не отрывая глаз от бассейна. — Там что-то движется в воде. — Что?.. И тут же слева донёсся крик: в бассейне захлёбывалась и взывала о помощи молодая женщина. «Мы опоздали!» В воде началось движение, словно бритвенные лезвия рассекали поверхность. Крики по- слышались со всех сторон. «Плохо дело!» Движения были беспорядочными и молниеносными. Люди загомонили и полезли на бортики. — Харуиэ, вытаскивай всех из воды, там что-то есть! — крикнул Чиаки, срываясь с места. Подбежав к ближайшему спасателю, он выхватил мегафон у него из рук: «Все, кто в бассейне, сейчас же вылезайте! Немедленно выходите из воды!» Отдыхающие, расталкивая друг друга, в панике повалили из бассейна, пока Аяко не осталась в воде одна. Невидимый злоумышленник как будто того и ждал: водяные молнии понеслись против течения, целясь прямо в неё. — Хочешь испортить мне купальник от «Шанель»? Чёрта с два! — крикнула Аяко и вы- ставила защитный купол. Вода с оглушительным всплеском разбилась об энергетическую пре- граду, но уже в следующий момент что-то дёрнуло девушку за ногу и резко потянуло вниз. — А! — Она забилась, пытаясь вырваться из тисков. — Харуиэ! Чиаки ударил силой. Аяко, барахтаясь в воде, разглядела белую руку, обхватившую её за щиколотку. «Что это?» Взметнулись брызги. Чиаки разбил неведомую руку энергетическим импульсом, и Аяко, кашляя и отплёвываясь, выбралась на бортик. — Осторожно, — сказала она. — Мы окружены. — Вижу. Вокруг бегали и шумели перепуганные люди. Юико с Саори, прижавшись друг к другу, стояли у края бассейна. Такая и Чиаки настороженно оглядывались по сторонам: они чувствовали, как негативная энергия заполняет пространство, предупреждая о появлении призраков. Вдруг поверхность воды пошла белыми пятнами — это мёртвые воины, вымокшие, окровавленные, они один за другим всплывали наверх. Те, кто мог видеть их, закричали от ужаса, а Такая и его товарищи, повернувшись к воинам лицом, начали копить в теле силу. Призраки зловеще надвигались, и от них веяло жаждой крови. — Кажется, эти ребята чем-то очень недовольны. — Они мертвецы! Избавиться от них, и дело с концом. — Чиаки довольно ухмыльнулся. — Люблю, когда есть публика. Облако отрицательной энергии густело, раздуваясь на глазах. Призрачные воины выхватили мечи и с криками понеслись вперёд. Такая ударил наперерез летящим в него силовым импульсам. Посыпались белые искры, и на воде в нескольких местах взметнулись брызги. Чиаки и Аяко бросились в разные стороны, чтобы рассеять внимание нападавших. — Сюда смотрите, тупоголовые! Чиаки без устали бил по лезущим из воды воинам — некоторые сразу тонули, но некоторые отбивались. Внезапно вода словно пошла пузырями: шары вырастали на поверхности, отрывались от неё и поднимались в воздух. — Какого?.. — начал было Чиаки, и тут водяной шар, превратившись в острое лезвие, метнулся к нему. Он не успел заслониться, и из раны на плече брызнула кровь. Остальные шары полетели в Аяко. — А-а-а! — Вот сволочи! — Чиаки, не на шутку разозлившись, переплёл пальцы. — А ну пошли отсюда! БАЙ! Такая тоже начал изгонять, но атака с воздуха сильно осложняла дело. — Надо что-то сделать с этими шарами! — Подожди! — предостерегающе крикнула Аяко. — Мы ещё не видели предводителя! — Дух женщины, ты имеешь в виду? — Да! Наверное, здесь командует именно... В бассейне словно бомба разорвалась, подняв к небу целый фонтан брызг. Водяные капли острыми стрелами обрушились на них сверху. — Ах ты дрянь, — прорычал Такая, закрываясь ментальным щитом. Долго копившаяся в нём злость наконец нашла выход. — По-хорошему не хочешь, да? Ну ладно! Саори, кажется, неправильно истолковала его поведение. — Давай-давай! — пронзительно закричала она. — Молодец, Оги-кун! И в этот момент Юико, испуганно наблюдавшая за схваткой, почувствовала, как по спине ползёт знакомый холодок. Юзуру, который загораживал её собой, первым заметил неладное. — Юико-сан? Но когда он повернулся к ней, Юико уже была другим человеком: чей-то дух вселился в её тело и подавил сознание. Моментально осознав опасность, Юзуру схватил Саори за руку и по- тянул назад. — Нарита-кун? — Осторожно, отойди, здесь... Резкий порыв ветра заглушил его слова. Такая и остальные удивлённо обернулись и увидели, как Юико, с развевающимися на ветру волосами, идёт к ним. — Такая! В неё кто-то вселился! — Что?.. Юико приближалась неестественной шатающейся походкой. В её глазах горел недобрый огонёк. — Кто посмел войти в мой замок? — произнесла девушка не своим голосом. Такая напрягся. На мгновение ему почудилось, что это Сандзё-но-ката вернулась с того света. Беснующиеся духи при приближении Юико один за другим падали ниц. Такая осторожно прощупал её энергию, а потом выпрямился и требовательно спросил: — Ты кто? — Моё имя — Ицу, — ответила Юико с достоинством. — Ицу?.. — Аяко вскинула голову. — Ицу-химэ из клана Тосима? — Ты её знаешь? — Да. Дочь Тосимы Ясуаки, бросилась в реку Сякудзиигава, когда замок Нэрима пал. Но потом по ней отслужили службу, и её дух должен был очиститься. Словно не слыша их разговора, женщина по имени Ицу жёстким прерывающимся голосом спросила: — Кто такие? Почто вторгаетесь на земли замка Нэрима? — Это кто ещё куда вторгается! Чего ты проснулась, принцесса? Чего к людям пристаёшь? — Ты... подручный Ходзё? Чиаки и Аяко вздрогнули при этих словах, но Такая лишь прищурился и презрительно бросил: — Понятия не имею, о чём ты говоришь. А ну живо успокойся! Мы вас больше не тронем, если вы сами пойдёте на тот свет. — Не верю, — твёрдо сказала Ицу-химэ голосом Юико. — Я чую в тебе Ходзё. Такая выгнул бровь. — Это наш замок, и больше ничей. Ходзё не отдадим. Мы умерли, защищая его, и не от- дадим во второй раз! Я никому больше не поверю! — Да не нужен нам твой замок! — вклинилась Аяко. — Сколько раз повторять! — Погоди, Харуиэ, — спокойно остановил её Чиаки. — Ходзё шастают по округе в последнее время, вот эти ребята и проснулись, опасаясь их вторжения. Они полны ненависти и подозрений, бесполезно их в чём-либо убеждать. — Да, но... Между тем голос Ицу-химэ становился всё громче. — Вы хоть знаете, где находитесь, — вы, живые, не ведающие наших страданий? Объятые пламенем, мы погрузились в глубины вод и умерли в ледяной пучине. Что вы можете знать о наших обидах? Но ничего, мы вам покажем, всех утащим за собой! — А иди ты знаешь куда! — крикнул Такая, вскидывая глаза. — Можно подумать, от этого ваши обиды исчезнут! — Довольно слов! — сказала женщина, и с её ладони сорвался силовой шар. Такая от- прыгнул — шар раздробил бетонный бортик бассейна на том месте, где он только что стоял. Мёртвые воины снова пошли в наступление, в воздухе замелькали энергетические вспышки. — Харуиэ, отведи людей подальше, здесь опасно! — Поняла! — Нагахидэ, изгоняем Ицу-химэ! Избавимся от предводителя, а остальные — это мелочь. Но застать мёртвую принцессу врасплох оказалось не так просто. Она была сильным духом и действовала агрессивно. — Умри! Водяные лезвия взвились в воздух, и не все из них Такая успел отбить. Глубокий порез прошёл по тыльной стороне его ладони, когда он попытался сложить пальцы в знак. «А!..» — Такая вздрогнул от боли. Ицу-химэ, заметив это, тут же засыпала его градом ударов. Такая закрылся щитом, но водяные лезвия упорно рвали сплетение энергетических нитей, норовя доб- раться до него. — А ну отвали! — крикнул Такая, и земля ответила ему глухим рёвом. Выплеснувшаяся из его тела сила была настолько велика, что Чиаки удивлённо обернулся. — Кагэтора! Зловещий рокот пронёсся над бассейном. В глазах Ицу-химэ мелькнул испуг. Юзуру и Аяко тоже обернулись, почувствовав сотрясение энергии, и увидели Такаю с перекошенным от гнева лицом. — А-а-а-а! Земля дрогнула, по краю бассейна побежала длинная трещина. Стоявшие поблизости люди с воплями бросились врассыпную. — Кагэтора, что ты делаешь! — крикнул Чиаки. — Опасно! Но Такая, окутанный убийственной аурой, казалось, не слышал предостережений. Бетон разлетелся на куски, огромные глыбы, поднявшись в воздух, закачались перед глазами Ицу-химэ. — Прочь от меня! Поди прочь! А-а!.. — Такая! Куски бетона полетели в девушку. Чиаки прищёлкнул языком и закрыл Юико ментальным щитом. В воздухе рассыпался сноп искр. — Не мешай, Чиаки! — Идиот! Совсем с ума спятил?! Ты что, хочешь её убить?! Такая ударил силой. Чиаки принял удар на себя, но напор был настолько велик, что его ноги сами собой заскользили назад. — Да что за муха тебя укусила?! Приди в чувство, наконец! — Чиаки, не на шутку разозлившись, ударил в ответ. Такая закрылся, но не смог устоять на ногах — отлетел назад и упал в бассейн. Юзуру бросился к нему. Ицу-химэ, испугавшись двоих Уэсуги, беспорядочно рассеивала вокруг себя потоки энергии. Аяко шагнула вперёд, закрывая людей барьером. Посыпались искры. Ицу-химэ в отчаянии стянула к рукам оставшуюся силу и с криком выпустила. — Не выйдет! — Чиаки ударил встречной волной, в воздухе словно разорвался невидимый снаряд, и вода в бассейне пошла рябью от взметнувшегося ветра. Ицу-химэ пошатнулась, и Чиаки с Аяко, не упуская шанс, одновременно сложили пальцы в знак: — БАЙ! Ицу-химэ вздрогнула и застыла. Было видно, что она пытается освободиться, но тело не слушалось её, даже голос ей не повиновался. — Ноумакусаманда боданан байсирамандая совака! Мёртвые воины пробовали вмешаться, но все их удары разбивались о прозрачную стену окружившего их барьера. — О великий Бисямонтэн! Даруй мне силу твою, дабы истребить зло! Между переплетёнными пальцами словно родились два солнца. Сияние медленно разрасталось, набирая мощь. Ицу-химэ ещё сопротивлялась, но всем было понятно, что сопротивление напрасно. — Изыди! Слово прозвучало как приговор, и дух Ицу-химэ потонул в ослепительной вспышке.