Mirage of Blaze / Призрачное пламя / Honoo no Shinkirou

Глава 23

Возвращение корабля

Главное орудие «Ямато» вновь разразилось громким залпом, и Железные Корабли Оды разметало по волнам. Происходящее сражение можно было назвать началом битвы за Ицукусиму. Задавшись целью не допустить «Ямато» в Курэ, Ода направил флот сперва к проливу Канмон, затем к побережью Суо-Осимы – однако, и там, и там его войска были быстро разбиты. В конце концов, объединённая флотилия Оды и Суэ заняла позицию у берегов Этадзимы, в качестве последнего оплота на пути к Курэ, и снова дала бой, но хвалёная железная броня знаменитых кораблей никак не могла защитить от пушек «Ямато». – Какими маленькими кажутся отсюда его судёнышки, – пробормотал Киккава Мотохару, разглядывая происходящее на воде с капитанского мостика «Ямато». – А у нас вышло великолепное судно, другого такого артефакта не сыскать… Вот, значит, как сильны были людские помыслы, связываемые с этим кораблём… – Он возник из мысленного следа, что остался на месте гибели в заливе Кагосима, – ответил адмирал флотилии и капитан «Ямато» Кодама Нариката. – Самый энергетически мощный из всех созданных Мори артефактов. Овеществлённые чувства, вот что такое наш «Ямато». Или, быть может, сон, который снится погибшему кораблю на морском дне… Сон, воплотившийся в реальность. – Корабль, который снится кораблю, – проговорил Мотохару, поглаживая компас. – А мы стоим на его палубе… Главное орудие вновь и вновь разражалось огнём, оставляя водяные столбы на месте вражеских атакабунэ, которые тоже атаковали изо всех сил, но безуспешно. – Ещё немного, и противник будет полностью уничтожен! А вдалеке уже виднелись берега Курэ. – Отлично! Полный вперёд, заходим в порт! «Ямато» заспешил вперёд, уверенно рассекая волны. Полвека прошло с тех пор, как он вышел в свой безнадёжный рейс. Сегодня он вновь возвращался в родную гавань, где его поджидали более десяти тысяч призраков. Мотохару и все, кто был рядом с ним, отчётливо слышали их приветственные голоса – громкий и радостный клич из самых глубин сердца. – Ах, как славно, – сказал Мотохару. – Моя душа наполняется радостью – поглядите, как нас принимают люди… Его восторженное опьянение было прервано напряжённым голосом гонца. – Срочный доклад! Носима!.. Носима пала!.. – Что?! – Господин Кобаякава Такакагэ убит! Мураками Такэёси взбунтовался! Макет «Ямато» уничтожен!

***

Тем временем Мацуяма Сацки вернулась в святилище Ицукусима и принесла с собой Жемчужину Прилива. – Молодец, Сацки! – рассмеялся Нобунага в облике Юзуру, когда девушка предстала перед ним. – От тебя больше пользы, чем от плохого полководца, прямо хоть награду выдавай. Сацки, всё ещё под гипнозом, молча сидела перед ним на коленях; Мандзю и Кандзю покоились на алтаре у Нобунаги за спиной. – А знаешь, я не хочу с тобой расставаться, – сказал он, наклонившись вбок и упёршись локтем в подлокотник. – Оставлю-ка я тебя при себе. – О чём вы говорите, господин?.. – Не шпионкой, нет… Оденем тебя в красивую одёжку, и будешь женщиной клана Ода. Всегда под рукой, – Нобунага недобро усмехнулся. – С этой минуты, Сацки, ты – моя заложница. И тут он, по всей видимости, снял гипноз, потому что Сацки внезапно пришла в себя. – Ой… Что я здесь делаю?.. – растерянно пробормотала она, а потом воскликнула: – Нарита! При виде её замешательства Нобунага расхохотался. – Ха-ха! Ну всё, довольно, уведите. – Погоди… Где Наруми? Как я здесь оказалась и почему только я одна? Эй, Нарита!.. Подбежали слуги, схватили Сацки под руки и выволокли из святилища. – О-Ран! – позвал Нобунага, отсмеявшись. – Подай сюда Мандзю и Кандзю. – Слушаюсь! Ранмару снял камни с алтаря и почтительно протянул Нобунаге, который грубо схватил их и сжал обеими руками. Словно почувствовав прикоснувшуюся к ним силу, камни засветились ярче, и Нобунага надменно улыбнулся с весёлым блеском в глазах. – Гляди, как обрадовались священные Жемчужины. Стало быть, ни «Ян Гуйфэй», ни Амаго не годились им в хозяева. Лишь в руках достойного обретают они истинную ценность. Самой судьбой предначертано, чтобы эти камни принадлежали мне. Его хищный взгляд уже устремился к морю, разыскивая добычу. – Иди же ко мне скорее, «Ямато». Ты станешь моей первой блистательной жертвой – жертвой, которая выявит всю мощь этих камней. И такой жестокостью наполнились его глаза, что сидевший рядом Суэ Харуката похолодел. «Что за человек…» Внезапно этот жестокий взгляд обратился к нему. – Харуката-доно. Тот вздрогнул и замер. – Слушаю… – Сослужи мне службу, пошли свои корабли, чтобы привели «Ямато». – Привели?.. Как сие понимать? – Как слышал, так и понимать. Пойди подразни его, чтобы скорее двинулся на Ицукусиму. – Но наша флотилия в Курэ сейчас как раз… Улыбка исчезла с лица Нобунаги, и под его тяжёлым взглядом Харуката замолчал. – Хочешь что-то возразить? – Я… Н-нет… – Что это за морская флотилия, которая всё отсиживается у берегов… Ну, коли отказываешься, я сам пойду. Нобунага в самом деле поднялся с места – увидев это, Харуката торопливо сказал: – Хорошо, я выйду в бой! Нобунага покосился на него и снова медленно опустился в кресло, откинувшись на спинку и скрестив ноги. – Вот и славно, – коротко усмехнулся он. В это время к ним подбежал гонец. – Докладываю! Флотилия в Курэ полностью разбита в битве с «Ямато»! – Как?.. Полностью?.. С таким числом кораблей?!. – зашумели вассалы, вскакивая с мест. Нобунага остался сидеть, как сидел, подперев рукой щёку – только повел глазами. – Что расшумелись? Невелика беда. – Невелика беда?! Как можно!.. – Чем кричать, шёл бы готовиться к бою, Харуката. Тому понадобилось немало усилий, чтобы подавить гнев. В конце концов, он резко развернулся и с недовольным видом покинул святилище. Ранмару приблизился к Нобунаге и сказал: – Пала морская крепость на Носиме. – Значит, успех? – Да. Только что поступило донесение от Сиканоскэ. Он убил Кобаякаву Такакагэ, и носимской флотилии Мори больше не существует. Правда, есть одно обстоятельство… Пираты Мураками взбунтовались против Такакагэ и ушли. – Взбунтовались? – удивлённо переспросил Нобунага. – Это ещё почему? – Детали мне, увы, неизвестны… Да, и «Ямато» лишился своего источника питания. Теперь, даже полностью завершённый, он продержится на воде не более двух суток. – Вот как… – Нобунага снова заулыбался. – Значит, они придут, чтобы дать решающий бой. Отлично. Теперь пускай все наши корабли уходят подальше в море. – Как?! – вскричал Куки Ёситака. – Вы приказываете нам бежать?! – Вот именно, бежать – я же не хочу, чтобы моя бесценная флотилия ненароком пострадала. А для нападения сойдут и корабли Суэ. – Вы в самом деле собираетесь пустить Жемчужины в ход? – полуутвердительно спросил Ранмару. – Собираюсь. Прихлопну всех одним махом, – ответил завоеватель, держа по камню в каждой руке. Его глаза горели злым азартом. – А потом я займусь тобой, Кагэтора, – пробормотал он с улыбкой на губах. – Ну, Уэсуги… Посмотрим, чем вы порадуете меня на этот раз.

***

Такая в это время стоял на палубе корабля. Он перебрался со спины Удзиясу на атакабунэ после того, как спасённых людей высадили в ближайшем порту. Потом они снова вышли в море и встретились с флотилией Мураками в проливе Курусима. – Господин Тэрумото! – воскликнул Такэёси, обращаясь к Такае, когда тот появился на палубе. Чиаки вытаращил глаза: – Каким образом Кагэтора вдруг сделался Тэрумото? – Шш! – одёрнул его Котаро. – Ранее я наложил на Такэёси гипноз. Когда он смотрит на Сабуро-доно, то видит перед собой Мори Тэрумото. – Нашёл, тоже мне, подсадную утку… – Чиаки пристально посмотрел на Котаро. – И мне, конечно, без разницы, только хватит звать его Сабуро-доно. Кагэтора он – Кагэтора. – Шш! Тихо. Корабль Такэёси подошёл вплотную; знамя Мураками гордо развернулось под порывом морского ветра. Такая, стоя на ветру, спокойно кивнул. – Хорошая работа. Вижу, что не ошибся в тебе. – Тэрумото-сама! Нельзя допустить, чтобы Экей и подобные ему получили власть над кланом Мори! Отныне я буду вашей правой рукой! Этот человек был твёрд характером, а иначе говоря – простодушен. «Легко управлять», – подумал Такая, снова кивнул и повернулся лицом на запад. – Сейчас вы разделитесь на две группы. Первая пойдёт к острову Курахаси, вторая – к берегам Суо-Осимы. Таким образом мы закроем выходы из моря Аки. Когда со стороны Ицукусимы появятся корабли Оды, топите их все, чтобы ни один не вышел во внешние воды. – Закрыть выходы из моря Аки?.. – Такэёси сделал недоумённое лицо. – Но зачем?.. – Причины тебе знать необязательно. Как бы там ни было, Ода побежит с Ицукусимы. Твоя задача – уничтожить все его корабли. – Слушаюсь! Такэёси тут же передал приказ остальным своим кораблям, и флотилия Мураками, развернувшись, начала удаляться на запад. – Зачем тебе понадобилось перекрывать выходы из моря? – спросил Чиаки. – Мандзю и Кандзю оказались в руках Оды, – ответил Такая без выражения. – Так говорит гохододзи, которого я отправил к Харуиэ. – Что-о?! – от удивления Чиаки повысил голос. – Я думал, она их вернула!.. Ода… И надо же было, чтобы камни достались именно ему!.. – Кажется, они сделали это через Мацуяму Сацки… Теперь Нобунага, скорее всего, не будет задействовать собственный флот. Он воспользуется Жемчужинами, чтобы уничтожить флотилию Мори во главе с «Ямато», а свои корабли отведёт во внешние воды, чтобы не подставлять под удар. – Но если Нобунага пустит камни в ход… – Эти камни – неизвестная величина, их силой можно воспользоваться по-разному. Устроить морскую катастрофу проще простого... Амаго в качестве владельца – ещё куда ни шло, но Ода… Слишком опасно. Проблема была серьёзней, чем казалось на первый взгляд. Повелевать движением вод означало повелевать морями. Такая вскинул глаза. – Нобунага может, если захочет, захватить контроль над акваторией мирового океана. И вряд ли он станет сидеть, сложа руки… А ведь он располагал и другим оружием – силой Нариты Юзуру. Это было всё равно, что держать руку на ядерной кнопке. – Нобунага и камни… Чёрт, плохая комбинация!.. – Они собираются уничтожить Жемчужины, – сказал Такая. – Томо-химэ… Ян Гуйфэй знает какой-то способ. Сейчас они идут на Мисэн. Ладно, предоставим это Харуиэ, а сами отправимся в Курэ. – Курэ? Ах да, «Ямато»… – Нужно изгнать духов, которые там собрались, прежде чем он войдёт в порт. «Ямато» лишился источника питания, но пока запасы топлива есть на самом корабле, он продолжит идти. – Как долго?.. – Не знаю. Может, несколько часов, а может, и несколько дней. Если за это время заново изготовить куклу, он снова поплывёт… Но меня больше волнует обстановка в Курэ, – там стало опасно. Духов собралось слишком много, начинаются беспорядки. Если это запустить, потом будет хуже… Я послал ниндзя, чтобы успокаивали, но им это, похоже, не по плечу. Придётся изгонять. Отправлю их всех на тот свет – другого не остаётся. – Как ты справишься с таким числом? – Изгнанием через барьер. Но у меня будет только одна попытка… Потом я, возможно, не смогу больше двигаться. Если это произойдёт, – Такая посмотрел на Чиаки в упор, – примешь командование Уэсуги на себя. – Кагэтора… – Потопи «Ямато». Пока на нём нет брони, ваши силы будут примерно равны. Покончишь с этим – иди на Ицукусиму и освободи Юзуру от власти Нобунаги… А потом выбей его с острова. Чиаки с серьёзным видом кивнул. – Понял. Вдруг что-то отвлекло внимание Такаи; он повернул голову и посмотрел вдаль. – В чём дело? Это была, похоже, чья-то мысленная волна. – Айда-сан?.. Айда Кэнго, очевидец появления призрачных кораблей, умер в Хиросиме – дядя-покойник утащил его за собой. Такая сосредоточился, пытаясь получше схватить волну. ««Ямато»… пришёл… в Ку…» «Что?!» Перед глазами возникла картинка: порт Курэ со множеством причалов, на рейде стоит серого цвета судно – Сил самообороны, наверное, – а за ним, окутанный красным маревом, плывёт над водой призрачный корабль. «Ямато...» Без сомнений, это был он – созданный Мори артефакт. «Слишком рано...» «Ямато» оказался в Курэ быстрее, чем можно было предположить. Первоначально его ждали двадцать седьмого числа, и, даже учитывая, что Мори, возможно, захотят поторопиться, Такая не думал, что он появится раньше завтрашнего дня. Но Мотохару, видимо, решил перестраховаться. В небе над гаванью было тесно от призраков; они светились, подобно тысячам светлячков. Какая-то сила отрывала их от земли, поднимала в воздух и притягивала к «Ямато». Души моряков вплавлялись в корпус горячими коричневато-красными пятнами, образуя прочную броню. «Ну, Кэнго, настал и наш черёд идти». Дядя Айды устремился вперёд, но сам он колебался – Такая чувствовал это. Однако, долго сопротивляться энергетическому притяжению «Ямато» он не мог. «Пожалуйста, позаботьтесь о нас…» Слова прозвучали как молитва. «Проводите нас к Чистой Земле…» А потом он, должно быть, полетел, потому что корпус «Ямато» приблизился, перед глазами всё стало красным, как раскалённая сталь, и картинка исчезла. Такая стоял и смотрел, не отрываясь, в сторону Курэ. – Сабуро-доно… – «Ямато» вошёл в Курэ. Они нас опередили… – пробормотал Такая. Вид у него был слегка расстроенный. – Что теперь, Кагэтора? – Судя по тому, что я видел, к моменту нашего прихода корабль будет практически готов… Как поступит Мотохару, вот в чём вопрос. Он уже должен был узнать о падении Носимы. Теперь перед ним два пути – вступить в бой или отложить его, занявшись восстановлением куклы, и какой из них он выберет… Такая ненадолго задумался, а потом решил: – Идём на Ицукусиму. Чиаки и Котаро не ожидали такого ответа. – Ты, что, собираешься штурмовать основной лагерь Оды? – Надвигается битва. Нужно убрать людей с побережья – и корабли, которые будут в это время на воде. Никто не должен пострадать. «Ямато» ходит быстро, так что поторопимся, – по лицу Такаи ничего нельзя было прочесть. – Мотохару вот-вот будет там. Атакабунэ двинулся вперёд, развернувшись носом на запад, по высоким волнам Внутреннего моря, обычно спокойного – и холодный морской ветер дул ему вслед.

***

На улицах Курэ было шумно. Внезапное появление гигантского линкора вызвало страшный переполох, с привлечением полиции и даже Сил самообороны, только вот поделать никто ничего не мог, кроме как наблюдать за происходящим. Тем временем на капитанском мостике «Ямато» главные вассалы клана Мори собрались на совет. – Господ н, нападение на Ицукусиму надо отложить, – настаивал Кутиба Мицуёси. – Отведём солдат на время, восстановим форму корабля – и в полной боевой готовности перейдём в наступление. На берегу у нас ещё осталось много людей… Мы сейчас не в том положении, чтобы инициировать битву. Предлагаю отменить план с участием «Ямато». Это уменьшит риск. – Наоборот, нужно нападать! – резко возражал Кодама Нариката, капитан «Ямато». – Перед мощью «Ямато» и флотилии артекафактов Ицукусима ни за что не устоит! Чем скорее мы дадим решающий бой, тем лучше. Стоит промедлить, и из Осаки подоспеет вторая флотилия Куки, а если «Ямато» к тому времени остановится, мы потеряем всё. Так захватим же быстрее Ицукусиму – тогда сама её священная земля поможет нам. Укрепимся там, выиграем время, чтобы восстановить куклу «Ямато» и набрать достаточно сил для сражения с Куки! Господин!.. Мотохару молчал, слушая мнения вассалов. О том, что Мандзю и Кандзю оказались в руках Оды, никто из Мори на тот момент не знал. Они думали, что Жемчужина Прилива до сих пор в пещере Тайсё... Известие пришло вскоре. – Что ты сказал?! – сообщение поступило по рации. – Томо-химэ похитила Мандзю?! Среди вассалов, слышавших разговор, воцарилось потрясённое молчание. – И где она теперь?.. Понятно… Нет, не надо… Следуйте за ней, догоните её, немедленно! – приказал Мотохару и прервал связь. – Господин… – Томо похитила Мандзю, прибегнув к помощи Уэсуги. – Уэсуги?! – Именно. Кандзю должна находиться у Амаго. Я отправил к ним шпиона, но он до сих пор не вернулся, а значит… – Амаго примкнули к Оде, верно? – Да… – Мотохару почесал подбородок. – Возможно, Жемчужина Отлива уже у него… – Зачем Томо-химэ… Зачем Синдзё-но-цубонэ украла камень? – Не хочет, чтобы он стал орудием войны, – резко ответил Мотохару, а потом добавил: – Но в руках Томо Жемчужина не доставит нам хлопот. Хотя мне и жаль потери, можно не опасаться, что камень будет использован против нас. Я доверяю Томо. Она – женщина Мори, как бы она ни пыталась это отрицать, и плясать под дудку Уэсуги тоже не станет. Кандзю – вот что меня беспокоит, но одна Жемчужина сама по себе не представляет серьёзной угрозы… Мотохару поднял голову. – Когда будет готова броня? – Уже скоро. Ещё полчаса, и можно будет отчаливать. – Хорошо. Значит, через полчаса отчаливаем на Ицукусиму. – Господин! – План остаётся в силе. Мы идём на Ицукусиму, как и собирались. Кодама, проверь, на сколько хватит топлива, и передай приказ остальным кораблям: всем занять свои посты. – Слушаюсь! В глазах Мотохару больше не осталось сомнений – то был суровый взгляд полководца, Дьявола Киккавы, как его прозвали много веков назад. Кутиба невольно выпрямился. Уж он- то знал, каким тяжёлым ударом стала для Мотохару, который всегда любил свою семью, потеря брата Такакагэ. Мотохару хотел окунуться в битву, чтобы удержать чувства в узде, не дать скорби заполнить себя и раздавить. Как человек зрелый, он понимал, что не может позволить себе слабость, потому что его слабость приведёт клан Мори к гибели. Мотохару до боли стиснул зубы, сдерживая гнев и горе, и уставился вперёд. – Эту битву я посвящаю Такакагэ, – сказал он низким голосом, не поворачивая головы. – Победа ободрит людей, павших духом после его смерти и смерти Тэрумото. Мори не сдадутся. Мори живы, покуда жив я. – Господин… Больше Кутиба не возражал – не мог найти в себе силы возразить. – Я, Кутиба Мицуёси, последую за вами до конца. Корабль-призрак «Ямато», сильнейший в истории, готовился выйти против Оды, Суэ и Амаго в решающей битве за Ицукусиму. *** Тем временем на причале парома, идущего на Миядзиму, в одиночестве стоял мужчина. Его голова была обмотана белой повязкой, надетая поверх шляпа закрывала половину лица, чёрное пальто облекало крепкую фигуру. Мужчина пришёл сюда один, без товарищей – они были ему не нужны. – Уэсуги Кагэтора… – пробормотал Симодзума Райрю. – Ну где же ты, я тебя жду. Я знаю, что ты жив и придёшь сюда, и уж на этот раз я прикончу тебя точно!.. Райрю удалось выбраться живым из порождённого Такаей пламени, и, несмотря на страшную рану, спастись из замка Хаги. Теперь Каменные Куклы оттягивали карманы его пальто. Ненависть к Кагэторе возросла во сто крат, и ради мести Райрю был готов на всё. Тут на площадке перед терминалом остановилась чёрная машина, и из неё высыпали люди в монашеских одеяниях. Был среди них и Ситири Ёритика, с которым Райрю расстался в Хаги. – Райрю-доно! Ёритика мгновенно узнал его и, не помня себя от радости, подбежал к нему. Райрю, напротив, не проявил никаких эмоций – только слегка повернул голову. – Ситири… Выжил, значит… – Райрю-доно, как я рад! Я уже и не надеялся увидеть вас в добром здравии… – Что ты здесь делаешь? – После падения замка Хаги от господина Кэннё поступил приказ – оказывать содействие Мори. Мы здесь, чтобы поддержать «Ямато» и убить Нобунагу. – Он на Миядзиме? – Так доносит наш шпион. Вскоре из Осаки прибудет подкрепление… Присоединяйтесь к нам, расквитаемся с ненавистным Нобунагой! – Понятно, – равнодушно сказал Райрю и усмехнулся в нос. – Нет, с Одой сводите счёты без меня. – Райрю-доно! Что вы такое говорите!.. – Кагэтора – вот кто мне нужен. Он и только он. Это за ним я сюда пришёл, и ни Ода, ни Мори меня не интересуют. Я найду Кагэтору, вырву у него победу, и прикончу вот этой вот рукой! – Райрю-доно… – Ситири потерянно замолчал. На лице его промелькнула грусть, и после минутного раздумья он, наконец, решился: – Ваш брат погиб в схватке с Уэсуги. – Что?! – Райрю впервые обернулся и посмотрел на него как следует. – Брат был в пещере Тайсё! Ты говоришь, он умер? Как это произошло?! – Эта женщина Уэсуги, по имени Какизаки, проникла в пещеру и похитила Мандзю, убив вашего брата. Ему перегрыз горло её волшебный зверь. – Уэсуги!.. – От гнева у Райрю потемнело в глазах, и он впился ногтями в ладони. – Меня вам было мало, ещё и брата моего… Не прощу!.. – Его зрачки полыхали ненавистью. – Кагэтора, дьявольское отродье… Иди же скорее сюда… Уничтожу… Своею собственной рукой… Клянусь… Клянусь, я тебя убью!.. Райрю перевёл взгляд к берегам видневшегося вдалеке острова, где тории святилища Ицукусима горели золотом под действием могучей силы Нобунаги.