Mirage of Blaze / Призрачное пламя / Honoo no Shinkirou

Глава 24

Тысячелетнее пламя

О появлении в Курэ гигантского корабля неизвестного происхождения моментально узнала полиция, служба морской безопасности и журналисты. – Чьё это судно? – На позывные не отвечает! Кто им управляет?! – Он огромен, больше двухсот метров в длину! Линкор! Какой страны - неизвестно! К Силам самообороны не принадлежит! – Говорите, он пришёл со стороны Этадзимы? А почему его раньше никто не заметил?! Из-за начавшейся паники в районе залива Хиросима было объявлено чрезвычайное положение. Выйдя из Курэ, гигантский линкор взял курс на Миядзиму; вертолёты следовали за ним по воздуху, патрульные корабли и суда сил самообороны – по воде. – Скорость на данный момент составляет… тридцать три узла! – Чертовски быстро! Люди на патрульном судне перекликались между собой. – Таких больших кораблей просто не бывает – ни в Японии, нигде! – Словно гора сдвинулась с места и поплыла… А самый старший из моряков, приглядевшись, вполголоса сказал: – «Ямато»… – Что?.. – Это же линкор «Ямато»! – Который во Вторую мировую?.. Быть такого не может! – А что ещё это может быть? С такими-то размерами… – Вы хотите сказать, что «Ямато» вернулся? Он же затонул! Когда слово «Ямато» начало передаваться из уст в уста, сам корабль уже был далеко в море, равнодушный к окружавшему его шуму. Мотохару и его люди спешили на Миядзиму. Двести шестьдесят три метра в длину, водоизмещение – шестьдесят пять тысяч тонн, девять орудий калибра 460 миллиметров… Этот крупнейший в истории линкор называли плавучей крепостью, батареей на воде. Людям внушал трепет его гордый силуэт – ни дать ни взять гора, вздымающаяся над волнами. – Какое удивительное творение создали японцы полвека назад, – сказал Мотохару. И он не ошибался: «Ямато» был вершиной кораблестроительной технологии того времени. Предназначенный для войны, он, тем не менее, вобрал в себя человеческую мудрость. И хотя его называли, наряду с пирамидами и Великой Китайской Стеной, одним из трёх бесполезных гигантов мировой истории, он был воплощением людских знаний, памятником эпохе. Артефакт «Ямато», даром что создан был из мыслей и чувств, повторял оригинал в деталях и отличался завидной прочностью, только роль брони – той самой неслыханно крепкой брони, толщиной двадцать сантиметров на палубе и одиннадцать по бортам, – теперь выполняли духи. Новая броня, можно сказать, обладала разумом. Если орудия старого «Ямато» имели ограниченный срок службы – всего двести выстрелов, то у нового они могли стрелять, пока не кончатся снаряды. Снаряды были, конечно же, энергетические; и Мотохару со своими вассалами, и духи моряков – все, кто был на борту, вкладывали в них свою силу. – Тоно! Корабли Суэ и Оды, числом около двух тысяч, вошли в залив Хиросима! – Хорошо. Полная боевая готовность! Главные орудия к бою! Будем делать снаряд… Объедините ваши сердца! Уничтожим врага! Потом Мотохару подозвал Кодаму и сказал: – Отгони от нас этот патруль. Не хочу втягивать их в битву. – Но каким образом?.. – Спрятать корабль в тумане не получится, энергия уже слишком велика… Пошли мысленный сигнал по рации и предупреди их. Времени почти не осталось. Сможешь? – Попробую… А глазам патрульных тем временем предстала невероятная картина. В заливе появилась новая группа кораблей. Они выплыли из тумана, набежавшего ни с того ни с сего со стороны Миядзимы, и все они были деревянные – средневековые военные корабли. Флотилия насчитывала около двух тысяч судов, которые плотным строем шли прямо сюда. – Это ещё что за чертовщина… – Деревянные корабли… – А на них – воины в доспехах!.. Такова была флотилия Суэ. Патрульные растерялись при виде огромного числа кораблей и поспешили сменить курс. Туман над морем вскоре рассеялся. Флотилия Суэ встала посреди залива, перегораживая «Ямато» путь. С палубы возглавлявшего её большого атакабунэ Суэ Харуката глядел вперёд и не верил своим глазам. – Что это… На них надвигалась гора. Сперва он подумал, что видит перед собой какое-то морское чудище, но нет – это был корабль, огромный корабль. Кровь отхлынула от лица Харукаты, и он нервно сглотнул. – Каков гигант… Когда «Ямато» называли гигантом, он представлял себе судно размером с два, ну с три атакабунэ. Его охватил страх, когда он понял, насколько ошибался. Все без исключения воины Суэ были подавлены размерами вражеского корабля, и предчувствие поражения сковало их сердца. – Дьявольское создание… Но бояться нечего, мы превосходим числом! Вперёд! Громкий клич пронёсся над волнами. Корабли Суэ, все, сколько их было, на полном ходу ринулись вперёд, к «Ямато», который встретил их орудийным огнём. Битва в заливе Хиросима началась.

***

Тем временем атакабунэ, который нёс Такаю и его спутников, обогнул с юга остров Курахаси и направлялся к Миядзиме, оставляя Нисиномисиму справа. – Корабли прямо по курсу, – объявил зоркий Котаро. – Притаились у берега Атадаздимы, что сейчас по левую руку от нас. Маленькие ладьи, числом от десяти до двадцати – не так много. Наши действия? – Расчистить дорогу, – ответил Такая, подставляя лицо ветру. – До мелких сошек мне дела нет, – и он встал на носу корабля с мечом Бисямона в руке. Атакабунэ, рассекая волны, уверенно приближался к острову. Навстречу показались восьмивёсельные и десятивёсельные ладьи, полные костяных воинов. – Снова корабли Суэ… – пробормотал стоявший рядом Чиаки. Они уже несколько раз сталкивались с подобными отрядами на пути сюда. Видя, что подвергаются нападению, костяные воины подняли крик и обрушили на них энергетический шквал, но расстояние было слишком велико. Такая крепче сжал в руке меч, наполняя его силой. Ветер подул в обратную сторону, и волны вдруг начали расступаться сами собой, словно торопясь убраться с дороги. – О-о-о!.. Не отрывая глаз от приближающихся кораблей, Такая высоко поднял ослепительно сверкающий меч. Атакабунэ, увеличив скорость, летел вперёд, ладьи Суэ становились всё ближе и ближе… Беззвучный всплеск силы – и меч Бисямона рассёк воздух по горизонтали. Взвыл ветер. Сияющее лезвие вытянулось, подобно лазерному лучу, сметая вражеский отряд и оставляя за собой полукруглый след, как от выпущенной торпеды. Ладьи исчезли со свистом, затянутые внутрь меча в ту же секунду, как их коснулся свет. Обратная волна тяжело ударилась о борт, не оставив не то что обломков – ни одной щепки на поверхности воды. Атакабунэ прошёл вперёд, не сбавляя хода. Такая с равнодушным видом убрал меч. – Курс прежний. Причаливаем на Косибосоуре. – Слушаюсь. Отдав приказ, Такая перевёл взгляд к зелёным берегам приближающегося острова Ицукусима. Стоявший рядом Чиаки внимательно наблюдал за его лицом, но Такая то ли не замечал этого, то ли притворялся, что не замечает, продолжая неотрывно глядеть вперёд. Корабль причалил на южном побережье Миядзимы, носившем название Косибосоура. Если провести прямую линию через весь остров, то святилище Ицукусима окажется точно напротив, на другом берегу, по ту сторону горы Мисэн. Наконец, все трое сошли на землю. – Приехали, Ваше превосходительство. Что дальше? Пойдём проведаем Нобунагу? – В святилище Ицукусима я пойду сам, – ответил Такая без запинки. – Ты, Нагахидэ, иди на Мисэн. – Зачем?.. – Хочу кое о чём тебя попросить… С этими словами Такая раскрыл левую ладонь и протянул Чиаки пустой коппасин, из тех, что они истратили на Носиме. – Здесь записан мой энергетический оттиск и послание. Открывается мантрой Бисямонтэна. – И что мне с ним делать? – Поднимись на вершину горы, поклонись хозяевам Часовни Трёх Богов и призови тэнгу. – Тэнгу?.. – Чиаки недоумённо выгнул бровь, и Такая пояснил: – На Мисэне есть двое, Таробо и Дзиробо, служители царя тэнгу, главного над всеми в стране. Коппасин – что-то вроде приглашения, они ведь гордые… Но если они поймут, что к нам благоволили боги Курамаямы, они помогут. Командовать ими после этого будешь сам. – Кагэтора, – Чиаки непроизвольно шагнул вперёд, – ты ведь не собираешься разменять свою жизнь на жизнь Нобунаги? Самоубийство и убийство заодно… – Не собираюсь, – отрезал Такая. – Я собираюсь вернуть Юзуру. Никакого размена. – Кагэтора… Тут издалека послышались звуки канонады. Такая и Чиаки обернулись на северо-восток. – «Ямато» пришёл, – коротко сказал Такая, глядя на вползающую в Хиросимский залив чёрную тень. Это был тот же корабль, что он видел глазами Айды. Следом за ним шли остальные корабли Мори. Сражение уже началось. Орудия «Ямато» били по усыпавшим залив кораблям Суэ, поднимая в воздух водяные столбы. Суэ обладали численным превосходством, но разница в боевой мощи была налицо. – Долго ли они продержатся, интересно… – Судя по тому, что мы не встретили по пути ни одного корабля Оды, он в самом деле не собирается задействовать собственный флот, – сказал Котаро. Очевидно, флотилии Оды уже не было в море Аки. – Суэ – это просто наживка для «Ямато». Ода рассчитывает на силу Жемчужин… Догадка Такаи оказалась верна. – Что теперь, Кагэтора? Вклиниться между ними и остановить бой не получится… Полностью завершённый «Ямато» с одной стороны и Ода Нобунага с другой… Такая помолчал, разглядывая силуэты кораблей. – Наша задача – потопить линкор и разбить Нобунагу, верно? – Ну да… – Передашь Харуиэ: «Камни уничтожать нельзя». Пускай ничего не предпринимают до моего сигнала. – Что значит, не предпринимают?! – Дадим Нобунаге воспользоваться Жемчужинами. – Что?! Это опасно! – Да, опасно, но это единственный способ избавиться от угрозы, которую представляет собой завершённый «Ямато». Наших собственных сил уже недостаточно, – Такая повернулся к Чиаки. – «Ямато» пусть потопит Нобунага. У него это получится наверняка. – Ты собираешься использовать его?.. Использовать Нобунагу?.. – недоверчиво спросил Чиаки, и Такая холодно ответил: – Именно так. Чиаки потрясённо замолчал, напряжённо вглядываясь в его лицо, чувствуя, как по спине ползут мурашки. Прежний Такая исчез. Сейчас перед Чиаки стоял мужчина – безжалостный мужчина, который не выбирает средств для достижения цели. Но иначе и быть не могло… – Понял, – серьёзно кивнул он и спросил: – С тобой ведь всё будет в порядке? А, Кагэтора?.. Такая не ответил. Окинув взглядом его неподвижное, похожее на маску лицо, Чиаки медленно приблизился, протянул руку и прижал его голову к своему плечу. Глаза Такаи расширились. – Не вздумай умирать, – сдавленно проговорил Чиаки ему на ухо, – ясно? Самоубийства я тебе не прощу. Напоследок хлопнув его по плечу, Чиаки, не оборачиваясь, зашагал в сторону Мисэна. Такая застыл на месте и не шевелился. – Сабуро-доно, – встревожено окликнул его Котаро, но Такая не обратил внимания. Его лицо снова сделалось безучастным, и он уставился на море, похожий то ли на ожившую куклу, то ли на искусно выполненного робота. Пушки, не смолкая, громыхали над заливом Хиросима. Тяжёлая битва началась. *** Бух! – поднимается вверх столб водяных брызг. Бух, бух! – взрыв порождает всплеск, огромная волна сносит несколько кораблей сразу. Корабли сталкиваются друг с другом, и пламя от взрывов перекидывается с одного на другой, застилая воды залива густым дымом. – Сейчас загорится!.. Прыгай!.. – Горячо!.. Горячо!.. Посреди горящего моря огромный линкор уверенно движется вперёд, разбрасывая корабли деревянной флотилии. – Вот он!.. Уже здесь!.. – Не отступать, не отступать! В атаку! Костяные воины тонут, оказавшись за бортом, или сгорают на охваченных пожаром ладьях. Тучи стрел взмывают вверх, но стрелы – ничто против брони «Ямато». Две тысячи кораблей насчитывала флотилия Суэ перед выходом в море. Сейчас от неё осталась половина – остальное уничтожено снарядами и огнём. – В атаку! В атаку!.. О-о… Бух! Очередной всплеск – и десять кораблей одновременно взлетели на воздух. Поднявшаяся волна, норовя опрокинуть, ударила в борт. – Мы не выстоим!.. Никак не выстоим!.. – Будь прокляты эти Мори… Стоя на палубе большого атакабунэ, Суэ Харуката, стиснув зубы, смотрел на гигантский силуэт линкора, высящийся над ним. – Это подлость и трусость – воевать с помощью дьявольского корабля! Подлость и трусость!.. Бух! Атакабунэ сильно качнуло из стороны в сторону, раздались крики. Несколько снарядов упали совсем рядом, заливая палубу водой. – Господин!.. Нам не выстоять против этого корабля!.. – Не желаю слушать!.. Если мы отступим сейчас, то как потом держать ответ перед Нобунагой?! Харуката вытаращил налитые кровью глаза и во всю глотку закричал: – Греби, сильнее! Подходи вплотную, стреляй силой! Свойства кораблей не имеют значения в битве артефактов! Мы можем объединить наши сердца! Мы можем его потопить! Но как ни старались воины Суэ пробить энергетическими стрелами броню «Ямато», всё было без толку; с тем же успехом можно было забрасывать его камнями. А орудия линкора, между тем, продолжали уничтожать корабли Суэ. Пламя распространялось всё дальше. Первый и второй отряды, зашедшие с флангов, попали под сильный пулемётный огонь и гибли на глазах. Слишком велика была разница в способах ведения боя. Во времена усобиц сражение на море происходило так: вражеский корабль либо цепляли крючьями и брали на абордаж, либо закидывали ручными зажигательными снарядами. Однако, против современного военного корабля эта тактика не только не приносила никакого эффекта, но и увеличивала чисто жертв. Сбившиеся в кучу деревянные ладьи были, напротив, отличной мишенью для пушек «Ямато». Крики выброшенных в море воинов смешивались с грохотом орудий. Корабли превращались в деревянное крошево, их обломки становились игрушкой беспокойных волн. Пламя и дым застилали воды залива Хиросима. В глазах Харукаты постепенно проступал страх. – Дьявольское создание… Орудия не смолкали ни на секунду – их звук оглушал, подобно раскатам грома. – На абордаж! Пойдём в рукопашную! Перебьём всех до последнего! – Господин, это невозможно! – Всё равно пойдём! – У него живая броня! Стоит подойти ближе – и нам самим не поздоровится! – Проклятые Мори!.. «Ямато» неотвратимо надвигался. Уже на его корпусе можно было разглядеть лица – то были духи моряков, превратившиеся в броню. – Мы врежемся!.. Право руля!.. А-а!.. Нос линкора вошёл большому атакабунэ прямо в борт, подминая его под себя. С треском разламываемого дерева корабль Суэ развалился пополам.

***

Стоя на капитанском мостике «Ямато», Мотохару наблюдал за разгромом вражеской флотилии. Куда ни глянь – отовсюду поднимались языки пламени и клубы дыма. – Дурак ты, Суэ Харуката… Выставил себя на посмешище. Разве можно победить «Ямато» на таких крошечных кораблях?.. Мотохару нахмурился, вспоминая другую битву, происходившую на этом месте. Год тысяча пятьсот пятьдесят пятый, битва при Ицукусиме. То было решающее сражение между Суэ Харукатой и Мори Мотонари, отцом Мотохару, за власть над Тюгоку. В распоряжении Суэ было двадцать тысяч человек, у Мотонари – всего четыре тысячи, но его великолепно спланированная внезапная атака свела эту разницу на нет. Мотохару со своими людьми первым кинулся преследовать отступающего противника. Отряд Хиронаки Микава-но-ками, прославленного генерала Суэ, насчитывал пятьсот человек, когда они сошлись на улицах Такимати, но вскоре враги получили подкрепление – ещё три сотни под командованием Хатано внезапно напали с флангов. Мотохару оказался в ловушке. «Мотохару-сама-а!» Положение спас отец Томо и Исари, Кумагай Нобунао. Его покрытое пылью и морской солью лицо, когда он во главе небольшого отряда ворвался в бой, до сих пор стояло у Мотохару перед глазами. Потом они сражались не на жизнь, а на смерть, пока враг снова не отступил… Сейчас Нобунао рядом не было. Наверняка он упокоился с миром. Воспоминания были свежи и ярки, словно всё это происходило вчера. Ставшая ареной жаркой битвы, покрытая зеленью Ицукусима маячила на горизонте… Ицукусима, на которой сейчас обосновался Нобунага. «Ты не получишь землю Аки…» Мотохару крепко сжал кулаки. «Ты не получишь наше море…» «Ямато», не замедляя хода, двигался к основному лагерю Оды, по пути расстреливая вражеские корабли. – Главное орудие к бою! Заряжаем! По приказу Мотохару все, кто был на борту, сосредоточились; энергия начала наполнять вложенный в ствол снаряд. – Пли! Раздался оглушительный грохот, и корпус «Ямато» трижды вздрогнул. Воистину, этот линкор – гроза морей… Сила, которой ничто не может противостоять.

***

– Уже близко, – пробормотал Нобунага, прислушиваясь к раскатистым звукам канонады. Теперь, когда флотилия Харукаты вышла в бой, в главном здании святилища Ицукусима не оставалось никого, кроме вассалов Оды. По коридору прогремели чьи-то торопливые шаги. – Разрешите доложить! – обратился к Нобунаге подоспевший гонец. – Докладывай. – Флотилия Суэ отступает под натиском «Ямато». Преимущество полностью на стороне противника. Поражение лишь вопрос времени. – Господин!.. – Тихо. Иного я и не ожидал. У Харукаты не было даже шанса на победу… Против такого отряда артефактов понадобилась бы сила не менее, чем в двести тысяч человек… – Господин Харуката просит подкрепления… – Нет больше подкрепления. Нобунага посмотрел на Жемчужины, лежащие на полу у его ног, и рассмеялся. – Зато есть это, и для Мори этого хватит за глаза. – Господин, – наклонился к Нобунаге появившийся откуда-то Ранмару. – Донесение с поста на вершине Мисэна. – Что там? – На Косибосоуре причалил один подозрительный корабль. – Кто? Откуда? – Они уничтожили сторожевой отряд Суэ у берегов Атадаздимы – по словам очевидцев, мгновенно… Полагаю, была задействована изгоняющая сила. – Уэсуги… Нобунага с предвкушением рассмеялся и резко встал. – Ну вот, все актёры собрались. Ранмару, внимательно следи за тем, что доносят с Мисэна. – Уже отправляетесь, господин? – Да, иду. Готовь корабль – мою гордость, большой атакабунэ, – бери Жемчужины, и вперёд! – Ха! – Все меня слышали? Мы потопим «Ямато»! Под одобрительный гул голосов Нобунага размашисто зашагал по коридору, оставляя главное здание позади, как вдруг перед глазами у него поплыло; он споткнулся и схватился за голову. – Что с вами, господин? – засуетились вассалы. – Ничего… Голова закружилась, сейчас всё… – от резкой боли в висках Нобунага согнулся пополам. – Кха… – Господин!.. – Ах ты… мерзавец… Нобунага отмахнулся от протянутых к нему рук, вцепился в поручни, корчась от боли, а потом внезапно затих и распахнул глаза. – Та…кая… – слова принадлежали Юзуру, который оттеснил в сторону сознание Нобунаги. – Это ты?.. Юзуру отвечал на обращенный к нему зов – Такае удалось до него достучаться. – Господин! – Такая, где ты?! Откуда… А!.. Снова нахлынула боль, и Юзуру, схватившись за голову, упал на колени. Внутри у него происходила борьба – невидимая глазу борьба за контроль над телом. – А-а-а-а!.. – Господин!.. Кто-нибудь, помогите!.. – Чтоб тебя… Нарита Юзуру… – Нобунага, с трудом, но всё же одержал верх. – Сопротивляться надумал… Сиди тихо и делай, что велят, – пробормотал он, превозмогая головную боль, и поднял глаза. – Господин! – Взволнованное лицо Ранмару склонилось над ним. – Вам нездоровится? – Пустяки… Я могу идти… – Нобунага поднялся, опираясь на руку своего пажа. – Нарита Юзуру откликнулся на зов Кагэторы – а я прохлопал… Ну ничего, больше со мной такой фокус не пройдёт, – Нобунага бросил взгляд на море, простирающееся позади больших ворот. – Уэсуги не сидят без дела. Вооружи людей, пусть будут готовы к внезапному нападению, – крики и пушечные залпы становились всё громче. – Нарита Юзуру… Пришло время испытать эту силу в действии.

***

Между тем, Аяко и её спутницы       добрались до Главной Часовни горы Мисэн, расположенной недалеко от вершины. – Сколько их тут… Люди Оды устроили на Мисэне наблюдательный пост; с вершины открывался панорамный вид, и было удобно отслеживать передвижение кораблей. – Кажется, «Ямато» вступил в бой, – сказала Исари-химэ, прислушиваясь к грохоту пушек. – В заливе Хиросима сейчас самое пекло… – Далеко ещё идти? – повернулась Аяко к Томо-химэ. – До верхней смотровой площадки, – скороговоркой ответила та. – До скалы Канман. Аяко выгнула бровь. – Что такое скала Канман и что нам там нужно? – Увидишь. Но сперва мы должны зайти в Часовню Негасимого Огня… В любом случае, Какизаки-доно, нужно избавиться от этих солдат… – Понятное дело. Исари-химэ… – Отвлекающий манёвр? Ладно, ступайте… Аяко и Томо-химэ нырнули в заросли у обочины. Вскоре за спиной у них раздались голоса – это Исари затеяла потасовку. – Ха-а! Сила вырывалась из под пальцев Исари, образуя энергетическую сеть. Сеть била током, и те, кто попадались в неё, валились на землю, как подкошенные. Однако, на месте поверженных врагов тут же появлялись новые, и от их скоординированной атаки пришлось укрываться за ментальным щитом. – Кх… Несколько ударов пробили защиту и прошлись по телу, разрывая одежду. Стиснув зубы, Исари опять потянулась к силе. – Прочь с дороги!.. Тут где-то впереди раздался шум – это Аяко выскочила из леса у Часовни Трёх Богов. Занятые Исари воины, спохватившись, кинулись назад – только чтобы попасть под стрелы Томо-химэ. Послышались крики и звук падающих тел. Аяко переплела пальцы. –Бай! Все духи, что были среди двух десятков нападавших, застыли на месте, связанные путами. – Ноумакусаманда, боданан, байсирамандая, совака! О, великий Бисамон-тэн! – Ом, мани, падме, хум! Томо-химэ натянула тетиву. Аяко наполнила энергией знак. – Даруй мне силу твою, дабы изгнать зло! – Помоги мне, великая бодхисаттва Каннон! Две ауры слились в одну. – Изыди! Пространство озарилось белым светом, и тут же в нём исчезли несколько стрел. Снова раздались крики. Подселённые духи, вырванные из тел стрелами Каннон, растворились в очищающем сиянии. Вокруг Часовни Трёх Богов не осталось ни одного солдата Оды. – Вы думаете, что творите?! – накинулась на них рассерженная Исари. Изгнание чуть было не затронуло и её. – А… Извини, извини!.. Я понадеялась, что с тобой всё будет в порядке… – На что мне твои извинения?! От меня чуть пустое место не осталось!.. – Ну ладно, не сердись… А…Томо-химэ!.. Никого не дожидаясь, Томо-химэ свернула направо и скрылась в старой часовне, которая носила название Часовня Негасимого Огня. Аяко поспешила за ней. Потолок и стены в здании почернели от копоти. Посередине располагался очаг, где висел над огнём не менее закопченный чайник. – Негасимое пламя, – сказала, глядя на очаг, Томо-химэ. – Его зажёг Кобо-дайси, когда проводил здесь ритуал, и с тех пор оно горит уже более тысячи лет. – Кобо-дайси?.. – Мне нужен этот огонь. Сделаем факел… – Томо-химэ замолчала на полуслове, почувствовав присутствие духов, и обернулась. Позади стоял скелет в доспехах и натягивал лук, целясь прямо в неё. – Осторожно! – крикнула Аяко, вскидывая руки, но было слишком поздно. Томо-химэ зажмурилась, ожидая удара, как вдруг раздался свистящий звук, и воин исчез. Три женщины удивлённо подняли глаза. В дверном проёме, плохо различимый против света, виднелся мужской силуэт. – Что ворон ловим, копуши? – Этот голос… Нагахидэ! Чиаки Сюхэй, которого Такая отправил на Мисэн, как раз добрался до места. Он стоял, прислонившись к косяку, не подавая ни малейших признаков усталости. – Привет. Все живы-здоровы? Исари-химэ, ты прекрасна, как всегда… – Тот самый Уэсуги… – Нагахидэ, что ты здесь делаешь? – Работаю у Кагэторы на побегушках. Вообще-то, я вас спас – нет бы «спасибо» сказать… И тут Чиаки заметил Томо-химэ. – Хокамура Наруми!.. Вот оно что… Значит, ты и есть та самая «Ян Гуйфэй»? – Её зовут Томо-химэ. А это – мой товарищ, Ясуда Нагахидэ. Томо-химэ немного смущённо поклонилась. Чиаки кивнул в ответ. – И давно ты на Ицукусиме? – спросила Аяко. – Да только приехал – на атакабунэ, вместе с Кагэторой… А всё-таки, удобная штука эта канатка… Избавившись от стражников внизу, Чиаки запустил канатную дорогу и сильно сэкономил время на подъём. – Кагэтора и Наоэ тоже здесь? Значит, с ними всё в порядке? Чиаки замялся, а потом, отведя глаза в сторону, торопливо заговорил: – Кагэтора пошёл в святилище, а Наоэ… – тут он сделал паузу, – Наоэ остался в Хаги. – Но он цел и невредим? Чиаки болезненно нахмурился, но тут же поспешил разгладить лицо пока Аяко не заметила, и твёрдо кивнул. – У меня тут одно дело есть, а вы идите. Только ничего не делайте с Жемчужинами, пока Кагэтора не прикажет. – Это ещё почему? – Он хочет, чтобы Нобунага сперва потопил «Ямато». – Как можно!.. – воскликнула Томо-химэ. – Позволить Нобунаге воспользоваться священными камнями?! Ну уж нет!.. – Иначе мы никогда не избавимся от этого плавучего монстра! От резкого окрика Чиаки Томо-химэ вздрогнула. – А может, ты просто не хочешь, чтобы «Ямато» затонул? – Нет, я… – Ну конечно, ты же из Мори… И жена Мотохару, впридачу, а он сейчас на корабле… Что бы ты там ни говорила о служении богам, жизнь мужа для тебя важнее. Разве я не прав? Томо-химэ не ответила. – Кагэтора разберётся с Одой, когда с «Ямато» будет покончено. Если бы этот корабль был просто безобидной игрушкой – пусть бы себе плавал. Но они собираются на нём воевать. А раз так, то ему одна дорога: на морское дно. – Ясуда-доно, я… – В любом случае, сейчас идите. Мне тут надо с тэнгу поговорить. Я догоню вас на вершине. – Всё понятно. Пошли, Томо-химэ, Исари-химэ. Аяко подтолкнула Томо-химэ в спину, и женщины скрылись за поворотом тропы, ведущей наверх. Чиаки достал из-за пазухи полученный от Такаи коппасин, подошёл к Часовне Трёх Богов и открыл дверь. – Ну, главарь тэнгу… выходи.

***

– Откуда здесь военные корабли?.. – Они сражаются!.. С маленькими ладьями!.. – Смотрите, большой стреляет!.. В окрестностях пристани стало тесно от столпившихся людей. Жителей городка Миядзима охватила паника. Одни бежали в горы, спасая имущество, другие вытаскивали лодки из воды. Кто-то громко кричал, показывая на море, кто-то в растерянности бродил по улицам, не понимая, что стряслось. Собравшиеся на причале люди испуганно переговаривались, обеспокоено хмурились. Вокруг стоял шум. Такая и Котаро, затаив дыхание, наблюдали за боем «Ямато» с причала Мацудай. – Не слабо… «Ямато» и его сопровождение прорвались через заслон Суэ и вошли в пролив Оно Сэто. – Силы слишком неравны… Даже нападая сообща, маленькие корабли Суэ не могли нанести линкору никакого существенного вреда. – Тоже самое, должно быть, испытывали Мори в битве при Кизугаве, когда впервые столкнулись с Железными Кораблями… Хотя масштаб происходящего, конечно, был другой. Огромный чёрный силуэт надвигался, наполняя страхом сердца смотрящих. Бух! Бух! Снаряды падали, поднимая тучи брызг, кобунэ и сэкибунэ разлетались в щепки. Сидящие в них воины летели в воду, обломки тут же занимались огнём. Кругом было темно от дыма. – Суэ будут разгромлены до последнего корабля… – Такая болезненно поморщился. – Котаро, иди в полицию. Заставь их эвакуировать людей с побережья повыше в горы – Мандзю и Кандзю могут вызвать цунами. Ода вот-вот пустит камни в ход… Проследи, чтобы все корабли оставались у берега, а те, что сейчас в море – немедленно возвращались в порт. Поторопись, времени нет… – Слушаюсь. Сквозь дым было видно, как «Ямато» движется к святилищу Ицукусима. Остальные военные корабли следовали за ним. На противоположном берегу тоже стоял переполох. На терминале Миядзимского парома получили сообщение о чрезвычайной ситуации и отменили все рейсы. – Почему не подают корабль! – кричал Симодзума Райрю на работника судовой компании. – Мне надобно на Миядзиму, времени нет! Выходите в море, живо! – Это невозможно! Чрезвычайная ситуация… – Само собой, там же бьются!.. Корабль мне, немедля – иначе не сносить тебе головы!.. – А-а!.. – Райрю-доно! – послышался со стороны причала голос Ситири. – Садитесь! Отчаливаем! – О, ты добыл корабль!.. – Эй! Вы что себе думаете? Сейчас же остановитесь! – Молчать! Отшвырнув в сторону служащего, который пытался его остановить, Райрю, а за ним и остальные монахи, побежали к трапу. Сразу несколько человек в форме кинулись им наперерез. Откуда-то появились полицейские, завязалась потасовка. – Прочь с дороги, невежи! – кричал Райрю, расталкивая навалившихся на него людей. Пока внизу монахи возились с охранниками, один из их товарищей в рубке заметил, что в святилище на противоположном берегу происходит что-то странное. – Корабль! – воскликнул он, поворачиваясь к Райрю. – Корабль отходит от святилища Ицукусима! – Что? – Большой атакабунэ!.. Вижу знамя Оды… Это их флагманский корабль!..

***

– Полный вперёд! Повинуясь приказу Нобунаги, обшитый железом большой атакабунэ отошёл от причала святилища Ицукусима. Сам Нобунага стоял на венчавшей палубу башне и смотрел вперёд, ловя лицом морской ветер. – Разрешите доложить! – Давай. – Флотилия Суэ полностью разбита! Харуката-доно захвачен в плен! – И что говорят Мори? – Требуют капитуляции! Взамен обещают освободить Харукату-доно и не стрелять по Ицукусиме. – Какая ещё капитуляция, – бросил Нобунага с пренебрежительной усмешкой. – Мотохару не станет стрелять, пока святилище у нас за спиной – ведь когда-то, в пылу боя, он даже отправил солдат, чтобы тушили занявшийся там пожар… Почитающий богов глупец, ты не дорос ещё до того, чтобы требовать у меня капитуляции… – А как же Харуката-доно?.. – Не знаю, и знать не хочу. Пусть отправляется на корм рыбам, вместе с Мотохару. Нобунага окинул вызывающим взглядом надвигающийся флот. На губах его играла улыбка, волосы разлетались под порывами морского ветра. Потом он вытянул вперёд руки с зажатыми в них камнями и сосредоточился. Его тело начало испускать колеблющийся свет. Вскоре свет усилился, заливая всё вокруг, и волны за бортом большого атакабунэ нарушили свой ритм, расходясь концентрическими кругами, как при посадке вертолёта. Золотая аура окутала фигуру Юзуру. Вслед за этим Мандзю и Кандзю начали пульсировать, и их радужная поверхность тоже окрасилась золотом. Волны стали выше. Сила стягивалась к Нобунаге. Когда золотое сияние камней превратилось в пламя под пальцами Дьявольского Короля, он распахнул глаза во всю ширь и крикнул: – Ха-а! Море взревело, вздыбилось, и волна высотой в несколько десятков метров покатилась на «Ямато». – Что?!.. Мотохару и его люди, вытаращив глаза, смотрели на приближающийся вал с капитанского мостика. – Поворачивай! – закричал Мотохару, но было слишком поздно. Волна обрушилась на них. Корпус затрещал, люди попадали с ног, ударяясь о стены. Подняв голову, Мотохару увидел, что нос корабля смят и от него поднимается странный чёрный дым – это духи вываливались из брони и один за другим погружались в море. – Что происходит?! Мотохару вглядывался вперёд, но за завесой дыма ничего не было видно. Нобунага смеялся. Его глаза угрожающе блестели, в руках полыхал огонь. –Как славно!.. Как славно!.. Ха-ха-ха! Море снова вздыбилось. Несколько водяных смерчей, похожих на огромные колонны, поднялись вверх и заплясали по волнам пролива Оно Сэто. – Ещё, ещё!.. Поехали!.. Получайте, Мори!.. Люди с воплями побежали прочь от пристани. В небе сгустились тёмные облака, море вспенилось, посылая к берегу высокие волны. Подул резкий ветер. – Бегите в горы! – кричал посреди толпы Котаро. – Быстро, укрывайтесь в горах!.. Над взбесившимся морем разносился вой сирен. – Надвигается смерч! А за ним – цунами! Не приближайтесь к воде!.. «Это и есть пресловутая сила Жемчужин?..» Такая, потрясённый, застыл посреди улицы, наблюдая первую атаку Нобунаги. То была невероятная, пугающая мощь. Потом Такая увидел, как духи моряков целыми группами отваливаются от корпуса «Ямато», поравнявшегося с мысом Хидзири, и падают в воду. Он слышал, как они кричат. Если духи, не очистившись, погрузятся на морское дно, спасти их будет непросто. Такая сорвался с места. Нельзя, чтобы они утонули вместе с «Ямато». Сначала надо отправить их на тот свет. Море бурлило, волны меняли направление. Под окрики полицейских перепуганные люди бежали, спасаясь от цунами. Такая тоже бежал, но в противоположную сторону – к мысу Хидзири.