то ли ангел, то ли тульпа

На второй день Глеба в коридоре словил какой-то мужик. В буквальном смысле словил — Глеб шёл аккурат у стенки, глаз не поднимал, на обращение не отозвался и остановился только тогда, когда на плечо легла рука. Рука была в татуировках, на пальцах было выбито "ОСТЬ". У Глеба язык зачесался спросить, что за ость такая, но коленки дрожали сильнее, чем чесалось. Глеб даже взгляда не рискнул поднять. Рука с плеча убралась. Протянули вторую, как для рукопожатия. Глеб, вообще-то, собирался опиздюливаться. И че, что посреди коридора. На пальцах протянутой руки было "ВЕЧН". Глеб оторвал взгляд от пола и тут же на уровне своего лица наткнулся на амулет с огромным, серебряным солнцем. Солнце было в круге и с лицом. Ехидно так щурилось и улыбалось зубасто. Рядом с солнцем болталась какая-то деревянная свастика. То есть не свастика, конечно, но из той же традиции. И ещë мешочек и кольцо на веревке. Ебаный шаман. Все эти модные брюли украшала толстовка с КиШом. Аккурат над амулетами висело самое обычное распятие. Мужик был бородатый, волосы примерно до плеч с какими-то вплетенными штучками. О том, как идентифицировать незнакомца, Глеб решил больше не думать. Разве что похож он был больше на препода, чем на студента. Ему бы пошло преподавать муть типа философии или краеведения. И, видимо, к реакции на свою внешность он привык достаточно, потому что разглядыванию не противился. Глеб неуверенно пожал руку. Заметил, что на запястье наузлы. Мужик представился Фёдором. У Фёдора были ужасно тоскливые глаза, чисто русский взгляд. — Спасибо за Андрюху, — потряс Фёдор руку Глеба, — Говно ты, Глеб, но за Андрюху спасибо. И съебался, ответа не дожидаясь. Глеб с ужасом понял, что Фёдор всего-навсего на третьем курсе. И что он сам не представился. И что хуйня на масле эти андреевы кенты, с которыми Юра теперь как со второй семьёй — есть персонажи поинтереснее и поближе, и все они про Глеба что-то знают. Пиздец.

***

Федя, Федя. Глеб сидел у себя дома и пялил в потолок. Сверху по всему периметру комнаты висела яркая гирлянда, снизу стоял ночник. У Глеба это обозначало "ночь". Без основного света — уже достижение. Только шкаф открывать запрещено. Андрей в их подвальное рандеву упоминал двух Фёдоров. Или одного, но в разные периоды общения. Первый точно был вот этим православным шаманом, но убегал ли этот шаман от Андрея? Или их было два? Напрямую не спросить. Андреевы кенты его не любят. А, точно. everydayrain: юр пртвет у вас в компнии естб федч ? playingtheangell: Да А что everydayrain: блч кто ищ них федя playingtheangel: Никто ты его не видел everydayrain: почему playingtheangel: Он отчислился после первого курса everydayrain: отчислилсч или отчислиои ты же вроде говорил какоц ио ещё чел здесь не учится но ходит с аами после своей шпраги playingtheangel: Отчислился сам он не тупой У него с Андреем какая то хуйня Андрей отказывается с ним гулять everydayrain: ямно он не похож на ебанутого млучеем playingtheangel: Нет? Обычный А чë за допрос то Глеб откинул телефон в сторону. Их было два. Оба знают, что Андрей такое. Один нахуй отчислился, второй сам конченный. Андрей говорил так, словно Федя, который не шаман, в погребке тоже был. Логично, что отчислился. Но если Федя был в погребке, были ли какие-то изменения в обычной жизни у него? Отплясывали ли тени? Если да, неужели Фёдор с этим что-то смог сделать, раз предпочёл вообще не пересекаться с Андреем, способным это нейтрализовать? everydayrain: до менч какой то федор в коридорн доебался поиом об\ясню а можео юз этого феди влруг все таки он playingtheangel: Ок @sted_d Юра обиделся от недостатка информации. Бля, нет. Глеб спать окончательно расхотел, на кровати весь перекрутился и с благоговейным ужасом зашёл в профиль. Действительно, совершенно обычный человек. everydayrain: привет ты мпня не знаешь но я коечто знаю sted_d: привет ? everydayrain: андрей пирокинезис вызнакомф я знаю но агдрей не человек да? погребок вся хцйня Стед Ди пропал из сети. Глеб вслух выругался. Снова извертелся на кровати, сбив простынь. Фёдор не ответил ни через минуту, ни через пять, ни через полчаса. Глеб попил водички, объяснил матери, что ему не спится (на свет она перестала ругаться после одного инцидента). В комнате на глаза попалась упаковка лирики. Да и хер бы с этим Стед Ди. Таблетки полностью не спасали, но притупляли тревогу и страх. И жить хотелось капельку больше. Стоило сглотнуть таблетку, телефон завибрировал уведомлением. sted_d: пиздец Лаконично. everydayrain: подробнее я не знаб что д5латб раскажи sted_d: @vadibastard за рассказами лучше к нему по-братски, иди нахуй без обид Фёдор Стед Ди благополучно кинул его в ЧС.

***

В тгк, где Глеб обычно брал рецепты помимо своих антидепрессантов, навязчивая реклама предлагала попробовать что-то интереснее и круче, чем обычные аптечные. Глебу недавно дали карманные в размере неплохой такой, кругленькой суммы, так как Глеб теперь молодец и в ночи шляется куда реже. Глеб долго за/против не взвешивает, оформляя через бота заказ.

***

В следующий раз Глеб находит Фёдора-шамана уже самостоятельно. Пару дней наблюдения показывают, что Фёдор обычно ходит в компании. Чаще всего — какой-то высоченной шпалы в жёлтых кроксах. Со шпалой в жёлтых кроксах Глеб знакомиться не готов и вопросы при нем задавать тоже, поэтому приходится едва ли не по пятам ходить за Фёдором весь день. К концу третьей пары Фёдор заворачивает через запасной выход (косяка мельком касается) четвёртого на какую-то лесницу, наконец-то, один. Глеб, не думая, идёт за ним. Лестница стрёмная. Неиспользуемая. Окно покрыто плесенью, подоконник — мхом. Не такая уж частая картина.. Глеб после кое-каких событий в своей жизни старается не лазить особо по неиспользуемым местам. Он пытается вспомнить, была ли здесь запасная дверь до этого. В пролёте копошится тьма. Глеб случайно бросает туда взгляд. В самом конце пролёта вместо пола — нефтяное море, горящее чёрным огнём аж до второго этажа. Море шелестит, но, конечно, не так, как подобает шелестеть морю. Федя у открытой форточки одиноко курит. Курит что-то подозрительно напоминающее косяк. Глеб с девятого класса запах травки знает, но травкой не пахнёт, скорее, какими-то благовониями. И обычной травой. Хвоей, может, какой. Полынью. — Мог попросить на пару слов, а не отслеживать весь день. Глеб достаёт свою парилку, нервно затягивается. Едва-едва не кашляет. — Я не весь день.. — Значит, весь день об этом думал, — Фёдор с осуждением смотрит на вейп в чужих руках. И в целом с осуждением поглядывает с высоты своего роста. Видя невдупляющий взгляд, указывает на один из амулетов. Глеб видел что-то такое ещё в детстве, по телеканалу Дисней. Про защитные амулеты, которые подсказывают, когда за тобой следят. Может, это был "Гарри Поттер".. На лестничной клетке довольно темно. Тень из верхнего угла, слабая и полупрозрачная из-за форточки, тянет лапу к Глебу. Фёдор шикает "не лезь" и выдыхает в ту сторону дым, тень шумно шипит и забивается в угол, становясь ещё прозрачней. Утекает вниз, в нефтяное море. — Ты видишь, — спрашивает Глеб утверждением. Он почти не удивлён. — Видят глазами. Я знаю, где что. Ты же знаешь, что у тебя стена за спиной, не надо тебе на неё постоянно смотреть, — пожимает плечами Федя, — При желании могу поглядеть, конечно, но мне они не мешают. Да я и не только их чувствую. Это тебе ещё повезло, что ты только ими зашуган. — Не только, — огрызается Глеб. Федя улыбается. От улыбки станет жизнь светлей. Глеб думает, какой из вопросов задать. Фёдор поглядывает на него и улыбается. Не плотоядно и тупо, а просто, улыбается. Как будто Глеб его искренне веселит. Глебу не весело, а ещё он помнит, как Фёдор два дня назад назвал его говном. Фёдор отзывается о тенях так, словно они безопасны. Или безопасны именно для него. Судя по количеству амулетов, второй вариант более вероятен. Если есть что-то хуже, оно может настигнуть Глеба. Его почти захватывает паника. Удушающий запах раскуриваемых трав давит на лёгкие. Фёдор ломает брови, ожидая, пока Глеб соберёт мысль к мысли. Глеб думает, что как только косяк кончится, Фёдор уйдёт. — За что "спасибо"? — Как это "за что спасибо"? Ты его бойфренда из погребка вытащил. Глеб почти подскакивает. Шпала в жёлтых кроксах достает совершенно обычные сигареты, закуривает, насмехается. Он вообще двухметровый, выше Феди. Глеб чувствует себя даже не первашом, а просто школяром. Особенно потому, что нихрена не понимает. — Твой косарь, — внезапно говорит Фёдор, — Он как Кирилл. Жаль. Глеб чувствует себя не школяром, а ребёнком-аутистом, при котором обсуждают диагноз и выражают надежду, что у него мозг остановился в развитии лет так в пять. — Это Слава, — говорит Фёдор. Слава салютует сигаретой. Потом харкает в пролёт, прямо в нефть. Глеба мутит. — Ты не понял, чë сделал, — резюмирует Слава. Смотрит на Фёдора. Фёдор пожимает плечами. Слава от него отмахивается. Вразвалочку прислоняется к стене, бычок не тушит, кидает нефти. Та мгновенно вспыхивает. Глеб шарахается, а Слава очень эпично поправляет патлы под огонь на фоне, вздыхает и начинает повествовать. — Твоя проблема в невежестве в совершенно очевидных вещах, брат. Такое дело. Андрюха — рептилоид. Самый настоящий. Из Верхнего Мира. Он сбежал из их рептилоидного объединения, потому что он любит в очко, а массоны — гомофобы. Это вообще не гуманно, я считаю.. В общем, он сбежал, и его нашёл Стед Ди. Стед Ди его приютил, корм дал, в очко ебал, в общем, обеспечил нормальное существование. Потом в люди вывел, вот, в шарагу помог поступить. Андрюха тут с Богом познакомился. То есть, с Замаем, ты его ещё встретишь, он тут по-хозяйству... Тон у Славы конспирологический. Он нервничает, выдавая чужие тайны, пальцы очень показательно заламывает. Как-то так непонятно заламывает, то случайно козу кажет, то фак. Нервничает, одним словом. Фёдор фыркает и старательно отворачивается к окну. Потом начинает ходить туда-сюда, заглядывает в нефть. Докуривает, дым по помещению рассеивает. — В общем, они как-то раз решили, это, прям в шараге, на цокольном, — Слава многозначительно подмигивает так, словно его берёт инсульт. Фёдор кашляет, — И случилось... У Сектор газа песня такая была, знаешь, может? Мы ебались в первый раз.. А, ниче ты не знаешь. В общем, было обосрано у Стед Ди гордость и предубе.. вернее, достоинство. Вот замаранный Стед Ди его и запер. Это он тебя заблокировал, потому что трезвый был, так бы он рассказал. И ещё сверху бы навалил. Фёдор, сурово откашлявшись, сбросил с глаза слезу умиления. Чего именно навалил, Глеб уточнять не хотел. Щеки неизбежно горели. Слава сиял, как начищенный медяк. — А потом ты. Уж не знаю, чем ты с ним там в погребке его занимался, но ты когда удирал, дверь за собой не закрыл. В лифте родился, уважаю, Букер Д. Фред вот в поле, по нему видно. Ты дверь не закрыл, уеба, вот он и вылез. Терпи теперь его. Считай, твой рептилоид. Ладно, не твой, не твой, Букера, не таращись так. Бля, а Пирыч не обидится? — Поржëт, — успокаивает Фёдор. Он сам улыбаться перестаёт, но выражение лица у него скорее удовлетворëнное, — А Стед Ди мы эту удивительную историю рассказывать не будем. Глеб, в отличие от предпологаемой реакции Андрея, юмора не оценил. Попятился к выходу. Всё же приходит в голову задать ещё один вопрос. — А что с Кириллом? — Сторчался, — просто отвечает Фёдор. Слава молчит, но всей физиономией показывает "тебе это тоже светит". Глеб валит с лестницы со всех ног. Как только дверь за ним плотно закрывается, оказывается, что двери никакой нет, чистая, обычная стенка. На неё надо постоянно смотреть.