Осколок Империи

Планета встретила их не грозовыми облаками, а багровым небом и запахом серы. Карида оказалась вулканическим миром — лавовые реки, геотермальные станции, города, высеченные прямо в базальтовых скалах. Атмосфера была пригодна для дыхания, но тяжела — высокое содержание углекислого газа делало каждый вдох усилием. Но не это заставило команду Галадриэль застыть на трапе транспорта. Их встречали кзариты. — Валар храни нас, — прошептал Леголас, инстинктивно тянувшись к несуществующему луку. Кзариты были гуманоидами, но… жутко искажёнными. Массивные, сутулые фигуры, обтянутые кожей серо-зелёного оттенка, испещрённой рубцами и натёками, похожими на вулканическую породу. Широкие челюсти с выступающими клыками. Глаза — маленькие, глубоко посаженные, светящиеся тускло-жёлтым. Руки непропорционально длинные, заканчивающиеся когтистыми пальцами. Они были одеты в грубую рабочую форму и имперские нашивки, но выглядели как орки из Средиземья. Почти точная копия. — Это не может быть, — Гимли сжал кулаки. — Они не должны здесь быть! — Успокойтесь, — тихо, но твёрдо приказала Галадриэль, хотя её собственная рука дрожала. Воспоминания нахлынули потоком — войны, кровь, орды порождений Моргота… Но это была другая галактика. Другое время. Эти существа — не те орки. Она повторяла это про себя как мантру, спускаясь по трапу. Губернатор Тарвин — человек, к счастью — поспешил вперёд, нервно улыбаясь. — Леди Галадриэль, прошу прощения за… э-э… Кзариты — аборигенная раса Кариды. Большинство населения планеты. — Он понизил голос. — Знаю, они выглядят… пугающе, но это разумные существа. Члены Империи. Официально. — Официально, — эхом повторил Гендальф, не сводя настороженного взгляда с встречающих. Самый крупный кзарит шагнул вперёд. На его груди висела табличка с именем: Грок’Тар, главный бригадир. Голос был низким, гортанным. — Леди… Галад…риэль. — Он явно с трудом выговаривал имя. — Мы… приветствуем. Империя… приказ встретить. Он протянул руку для рукопожатия. Жест, вероятно, заученный. Галадриэль смотрела на эту когтистую ладонь, испещрённую ожогами и рубцами, и внутри всё сжалось. Каждый инстинкт кричал: враг! Орк! Убить! Но она вспомнила слова Фродо на корабле: «Остаться теми, кто мы есть». Медленно, преодолевая себя, она протянула руку и пожала его ладонь. Кожа была горячей, почти обжигающей. Грубой, как наждак. Но рукопожатие было… осторожным. Словно он боялся навредить ей. — Благодарю за встречу, Грок’Тар, — её голос был ровным, хотя требовал невероятного усилия. Кзарит кивнул, явно облегчённый, и отступил.

***

В здании губернаторства Тарвин начал брифинг, но Галадриэль едва слушала. Она смотрела в окно, на город внизу. Кзариты везде. Работали в шахтах, на заводах, таскали тяжести, которые для человека были бы непосильными. Их было тысячи. Может, миллионы на планете. — Они созданы для этого мира, — объяснял губернатор. — Эволюционировали в вулканической среде. Высокая температура для них комфортна. Токсичные газы переносят легко. Идеальные рабочие для тяжёлой промышленности. — Рабочие или рабы? — резко спросил Элронд. Тарвин сморщился. — Официально — свободные граждане Империи. Но… — он замялся. — Их культура примитивна. Клановая структура. Они не понимают сложных экономических концепций. Империя даёт им работу, еду, порядок. Разве это плохо? — Смотря что забирают взамен, — пробормотал Гендальф. — Почему восстание? — вернулась к теме Галадриэль. — Если они такие… покорные. Тарвин вздохнул. — Корусант увеличил квоты добычи в три раза. Рабочий день продлили до шестнадцати часов. Урезали пайки. — Он потер лицо. — Кзариты выносливы, но не бессмертны. Начались смерти от истощения. Обвалы в шахтах из-за ускоренной выработки. Племенные старейшины пытались протестовать. Их арестовали за подстрекательство. — И тогда началось насилие, — закончила Галадриэль. — Три недели назад группа кзаритов напала на имперский склад с оружием. Убили двадцать штурмовиков. С тех пор — серия атак. Взрывы. Засады. Вчера уничтожили целый конвой с рудой. — Тарвин посмотрел на неё умоляюще. — Я не знаю, как с ними говорить. Они не люди. Думают по-другому. Реагируют иначе. — Но страдают так же, — тихо вставил Фродо.

***

Вечером, в отведённых им покоях, команда собралась на экстренное совещание. — Это ловушка Саурона, — Глорфиндель ходил кругами, словно запертый хищник. — Он знал, что они похожи на орков. Послал нас сюда, чтобы сломать. — Или проверить, — возразила Галадриэль. — Способны ли мы отделить прошлое от настоящего. — Они орки! — почти выкрикнул Леголас. — Может, не те же самые, но посмотри на них! Клыки, когти, этот запах… — Запах серы от вулканов, — спокойно перебил Элронд. — А клыки — эволюционная адаптация. Я изучил данные. Кзариты веганы. Клыки используют для раскалывания твёрдых растений, растущих на лаве. Леголас застыл. — Травоядные? — Да. — Элронд открыл голограмму. — Их организм схож с орками только внешне. Социальная структура основана на кланах, но не на иерархии доминирования. Это… мирный народ. Был мирным, до прихода Империи. Гимли сел тяжело. — Значит, мы судили по внешности. — Как всегда судят, — заметил Гендальф. — Именно на это и рассчитывает Саурон. Покажет нам наше лицемерие. «Вы говорите о справедливости, но не можете увидеть людей за чужими лицами». Галадриэль подошла к окну. Внизу патрулировали штурмовики. А рядом, на площади, группа кзаритов грузила контейнеры. Медленно, устало, но методично. Один споткнулся. Контейнер упал, рассыпав содержимое. Штурмовик подошёл, замахнулся дубинкой… Галадриэль почти выбежала из комнаты.

***

Она добежала до площади за минуту. Штурмовик уже бил кзарита, который не сопротивлялся, только закрывался руками. — Стоять! — её голос прозвучал как удар грома. Штурмовик обернулся, увидел её, замер. — Леди Галадриэль? Я… это рабочий нарушил… — Отойди от него. Немедленно. Штурмовик, колеблясь, отступил. Галадриэль подошла к кзариту. Тот сжался, явно ожидая продолжения избиения. Она опустилась на колени перед ним, игнорируя грязь и вулканическую пыль. — Как тебя зовут? — мягко спросила она. Кзарит поднял голову. Жёлтые глаза, полные страха… и удивления. — М-Мрук, — прохрипел он. — Я… я не хотел. Устал. Ящик тяжёлый… — Знаю, — она протянула руку. — Дай я помогу. Он смотрел на её руку так, словно она предложила невозможное. Потом, неуверенно, принял помощь. Галадриэль помогла ему подняться. Штурмовик начал что-то говорить, но она остановила его взглядом. — Если ещё раз увижу избиение рабочего, ты ответишь перед лордом Сауроном лично. — Её голос был ледяным. — Ясно? — Да, леди! Она повернулась к Мруку. — Ты ранен? — Нет, леди… — он коснулся груди, где кзариты, видимо, носили символ уважения. — Вы… защитили Мрука. Почему? — Потому что это правильно, — просто ответила она. Другие кзариты, работавшие рядом, остановились. Смотрели. Шептались на своём гортанном языке. Галадриэль почувствовала десятки глаз. И медленно начала понимать: вот оно. Настоящее испытание.

***

На следующее утро она объявила: — Я иду в шахты. Хочу увидеть условия работы сама. — Это безумие, — Талия была категорична. — Шахты — территория повстанцев. Вас убьют. — Или выслушают, — ответила Галадриэль. — Я иду одна. С переводчиком. — Она посмотрела на губернатора. — Найдите мне кого-то, кто говорит на языке кзаритов свободно. Нашли молодого учёного, ксенолингвиста по имени Дэвис. Нервного, но увлечённого. — Их язык сложен, — объяснял он по дороге. — Много гортанных звуков. Но главное — контекст. Кзариты говорят через метафоры. «Камень падает» означает опасность. «Огонь согревает клан» — благодарность. Нужно понимать культуру. — Научи меня, — попросила Галадриэль. Они спускались в шахту на подъёмнике. Темнота, освещённая только слабыми лампами. Температура поднималась с каждым метром. Для людей требовались охлаждающие костюмы. Галадриэль обходилась без — её эльфийская природа давала устойчивость. На глубине пятьсот метров подъёмник остановился. Рабочий уровень. Зрелище было гнетущим. Сотни кзаритов долбили породу примитивными инструментами. Пыль стояла столбом. Вентиляция не справлялась. Многие кашляли — даже их стойкие лёгкие не выдерживали. — Как долго смена? — спросила Галадриэль у надсмотрщика-человека. — Шестнадцать часов, — буднично ответил тот. — Перерыв — двадцать минут на еду. — Шестнадцать часов в этих условиях?! — Они привычные. — Надсмотрщик пожал плечами. — Не люди же. Галадриэль посмотрела на него с таким презрением, что он отступил. Она прошла дальше, вглубь. Кзариты останавливались, глядя на неё. Чужая. Эльфийка. Имперская? Один шагнул вперёд. Старый, с многочисленными шрамами. Явно авторитет. Он что-то прорычал. Дэвис перевёл: — «Зачем огонь-из-звёзд пришёл в камень-дом?» Галадриэль поняла: огонь-из-звёзд — она. Камень-дом — шахта. Она ответила медленно, давая Дэвису переводить: — Я пришла увидеть правду, — сказала Галадриэль через Дэвиса. — Понять, почему клан страдает. Старый кзарит склонил голову набок — жест удивления в их культуре. — Огонь-из-звёзд видит? — он указал вокруг когтистой рукой. — Камень пожирает клан. Многие ушли к предкам. Детёныши голодные. Галадриэль опустилась на колени, чтобы быть на уровне его глаз. Другие кзариты ахнули — такого они явно не ожидали. — Расскажи мне. Я слушаю. Старик — его звали Крог'Мак, мастер-шахтёр — говорил долго. Медленно, тяжело, через боль. Дэвис переводил, иногда с трудом подбирая слова. История была проста и ужасна. Кзариты жили на Кариде тысячи лет. Кланы существовали в гармонии с вулканами, добывая металл для своих нужд. Когда пришла Республика, а затем Империя, обещали партнёрство. Технологии в обмен на руду. Сначала было хорошо. Новые инструменты облегчали работу. Медицина снижала смертность. Кзариты приняли имперское правление как "великий-клан-защитник". Но потом квоты начали расти. Рабочий день увеличивался. Пайки сокращались. Традиционные праздники — "дни-когда-огонь-танцует", когда кланы отдыхали и поклонялись вулканам — запретили как "непродуктивные". — Забрали старейшин, — хрипел Крог'Мак. — Тех, кто говорил: "Хватит". Увезли. Не вернулись. — Его глаза потускнели. — Моя дочь... работала двадцать часов. Упала. Камень раздавил. Надсмотрщик сказал: "Сама виновата". Галадриэль чувствовала, как внутри растёт ярость. Холодная, контролируемая, но всепоглощающая. — Мне жаль, — она положила руку на его плечо. Кзарит дёрнулся — прикосновение было табуировано для чужаков, но не отстранился. — Я обещаю: это изменится. — Обещания-как-дым, — горько прорычал другой кзарит, моложе. — Улетают. Великий-клан-защитник не слышит. — Я не великий-клан-защитник, — ответила Галадриэль. — Я... посторонняя. Но с полномочиями. — Она встала, оглядывая собравшихся. Их было уже больше сотни, работа остановилась. — Хочу встретиться с вашими воинами. Шум. Возбуждённые переговоры на кзаритском. Крог'Мак смотрел на неё долго. — Воины... убьют огонь-из-звёзд. Думают: все пришедшие-с-неба — враги. — Возможно, — спокойно согласилась она. — Но я должна попробовать. Слишком много крови уже пролито. Хочу остановить её. — Зачем? — прямо спросил молодой кзарит. — Мы не твой клан. Галадриэль посмотрела ему в глаза. — Но вы разумные. Чувствуете. Любите своих детей. Скорбите о погибших. — Она обвела взглядом всех. — Этого достаточно, чтобы вы были моим кланом. Тишина. Потом Крог'Мак медленно, словно совершая ритуал, коснулся лбом её руки. — Огонь-из-звёзд говорит правду-тёплую, — прорычал он. — Я поведу. К воинам-камня.

***

Об этом решении немедленно доложили губернатору. Талия вызвала экстренную связь с Сауроном. Тёмный лорд выслушал, его лицо было нечитаемым. — Она идёт к повстанцам. Одна. К кзаритам-повстанцам, — Талия не скрывала беспокойства. — Это самоубийство, милорд. Они разорвут её на части. — Или нет, — ответил Саурон задумчиво. — Галадриэль всегда была непредсказуема. — Он помолчал. — Пусть идёт. Но следите. Если начнётся резня — вмешаетесь. Если она добьётся диалога... — уголки его губ дрогнули, — ...это будет интересно посмотреть. — Но, милорд... — Исполняйте, адмирал. Связь прервалась.