Помнить вечно

Это был обычный день, ничем не отличающийся от других, и вдруг произошло нечто ужасное. Словно с чистого неба раздался раскат грома, и молнии обрушились, как град. Разве это не то, что называют «молнией ниоткуда»? Мун Со сокрушённо вздохнул и с некоторой тоской посмотрел в ту сторону, где исчез Чхонма. Он встречал их по отдельности раньше, но это был первый раз, когда он увидел всех четырех учеников Чхонмы, собравшихся в одном месте. Мун Со нервно стоял в углу комнаты. После ухода Чхонмы встреча Четырех Отпрысков по сути представляла собой военный совет высшего руководства секты, и Мун Со, которого внезапно вызвали на это знаменательное событие, понятия не имел, зачем он здесь. — Вот до чего мы дошли. Ёнги По говорил тихо, с неизменно невозмутимым выражением лица. В его голосе не было ни капли эмоций, и невозможно было понять, был ли он искренне обеспокоен, или же он просто хотел сказать: «А я знал, что это произойдёт, а вы нет?» — Боюсь, это я усугубил ситуацию. Если бы я с самого начала сообщил Ему обо всем должным образом, дело не вышло бы из-под контроля. Лицо Хо Ванпхёна было словно маска болезни, когда он с трудом говорил. Он был единственным в комнате, лежащим на койке, человеком, которому следовало бы соблюдать абсолютный постельный режим, а не председательствовать на собрании. Чхонма так безжалостно и беспощадно избил его, что у него были сломаны ребра и раздроблены многие кости. Гвак Джинму долгое время молчал. Он последним из четверых узнал новости и только по прибытии выяснил, что Гвак Хё снова появился. Джинму, обычно такой беззаботный, что казался почти легкомысленным, с тех пор как услышал эту новость, ни разу не улыбнулся и не сказал ни слова. Чо Гё-ён с тревогой смотрела на него. Кажется, она хотела подойти к нему и взять его за руку, но его отстранённое поведение не позволяло никому приблизиться. — Сейчас это не имеет значения. Проблема в том, как мы разрешим данную ситуацию, — сказал Ёнги По, безжалостно прервав бесполезные самобичевания Хо Ванпхёна. — Да. Ты прав. Сейчас нам нужны решения, а не жалость к себе, — всхлипнул тот. Лицо Хо Ванпхёна бледнело с каждым словом, словно резкая боль пронзала его грудь, но он сохранял невозмутимое выражение лица. Чо Гё-ён повернулась, чтобы посмотреть на него: — Итак, что же ты предлагаешь, Первый Брат? — Мы должны последовать за Учителем. Первым, кто возразил ему, был Ёнги По. — И как ты предлагаешь нам его преследовать? Ты забыл, что наши войска не могут пересечь границу Цинхая? — холодно спросил он. Он тоже беспокоился о безопасности своего Учителя, но, отвечая за стратегию, Ёнги был обязан указать на объективные проблемы: — Если наши войска войдут в Цинхай, праведные секты сочтут договор горы Линчжун нарушенным. Это запятнает репутацию нашего Учителя, поклявшегося соблюдать этот договор до конца своих дней. И это может даже спровоцировать великую войну между Демонической сектой и Праведным Альянсом. Если мы совершим такую ​​глупость, от этого выиграет только Гвак Хё, который прячется в тени. Разве не это он и планировал? Это был логичный и хорошо аргументированный контраргумент. Хо Ванпхён кивнул с серьёзным выражением лица: — Я это тоже знаю. И я знаю, что мы не можем действовать опрометчиво в ситуации, когда неизвестно, какие ловушки расставил для нас Гвак Хё. Поэтому я имел в виду не преследовать его силами секты, а действовать в одиночку. Хо Ванпхён высказал это предложение твердым тоном. Но никто из тех, кто его слышал, не согласился. — Если ты действительно собираешься устроить такое ​​идиотство, как пойти за ним в одиночку, Первый Брат, я сломаю тебе ещё одно ребро. Чо Гё-ён была так же серьезна, как и Хо Ванпхён. Она говорила холодным тоном, сверля его весьма недобрым взглядом. — Все знают, ты теряешь голову, когда дело касается Учителя, но так нельзя себя вести в подобной ситуации. Разве не ты должен был руководить нами после смерти Учителя? Тебя назначили новым лидером секты, пусть даже временно. Как ты можешь теперь быть таким эгоистом? Слово «лидер» в ее тоне прозвучало особенно резко. В ответ на её слова Хо Ванпхён горько усмехнулся: — Я не говорю, что сам пойду. Если бы я, лидер секты, вдруг ушел за Ним сейчас, это стало бы настоящим потрясением для наших людей. Даже я не настолько глуп, чтобы на такое пойти. Кроме того, если бы я это сделал, Учитель наверняка убил бы меня. На этот раз Хо Ванпхён, кажется, на редкость правильно оценил ситуацию. В таком случае, больше нечего было говорить. Его братья и сестра, которые слишком поспешили сделать выводы, исходя из его обычного поведения, замолчали. Чо Гё-ён закрыла рот, а Ёнги По задумчиво погладил подбородок. Хо Ванпхён, с бледными и сухими губами, кажется, всё это время с трудом удерживал голову и снова положил её на подушку. — Ёнги, отправь птиц следить за территорией вокруг Бэк Угёна. Учитель непременно туда отправится. Хо Ванпхён отдал Ёнги По самый простой приказ. Ёнги По молча склонил голову, демонстрируя свою готовность подчиниться. — Думаешь, он решит встретиться с Бэк Угёном лично? Учитель никогда с ним не встречался, не так ли? — удивленно пробормотала Чо Гё-ён. Она примерно представляла себе отношения между Бэк Угёном и Чхонмой. Хо Ванпхён слабо улыбнулся и ответил: — Похоже, Гвак Хё… нацелился непосредственно на Бэк Угёна. Значит, у Учителя нет выбора. Он, должно быть, и сам понял это, поэтому неизбежно двинется в том направлении. — Но это затруднит нам поиски Учителя. Если он отправится к Бэк Угёну, он ведь не будет использовать свою истинную форму, верно? Конечно, он не выглядит на свой возраст, но они с Бэк Угёном так похожи… Любой подумал бы, что они кровные родственники. Она прекрасно знала, что любой, кто видел их обоих в лицо, заподозрит родство. Именно благодаря этому она сама когда-то догадалась об этом. — Вполне вероятно, что люди заподозрят, что Учитель — сын Бэк Угёна. Он выглядит на двадцать с небольшим, а Бэк Угёну уже за сорок. Чо Гё-ён, на мгновение озадаченная его неуместной шуткой, посмотрела на него с беспокойством: — Ты в порядке, Первый Брат? Хо Ванпхён горько усмехнулся. «Всё в порядке ли я?» Если бы она знала, какие чувства он сейчас испытывает, она бы не задала этот вопрос так небрежно. «Он наконец-то отправился на встречу с Бэк Угёном. Со своей родной кровью…» Одно лишь повторение этого факта заставляло его сердце бешено колотиться в груди. Хо Ванпхён мысленно представил себе лицо Бэк Угёна, поразительно похожее на лицо Чхонмы. Ванпхён был поражен, когда впервые его увидел. Этот человек был именно тем, кем сам Хо Ванпхён хотел стать больше всего на свете. Он был сыном Чхонмы. Это было всего лишь предположение, но Хо Ванпхён был почти уверен в этом. История с Подвеской Цилинь, дело с госпожой Бэк — всё указывало на это. Чхонма никогда бы не заключил столь невыгодное соглашение, как договор горы Линчжун, если бы не был кровным родственником его участников, и он никогда бы не оставил Подвеску в руках змеи Бэк, если бы не его собственный сын. Госпожа Бэк утверждала, что Бэк Угён был сыном Бэк Унджона, Героя Меча, погибшего на горе Линчжун, но кто этому поверит, увидев собственными глазами, что сын Героя Меча похож на Чхонму. Госпожа Бэк также утверждала, что тайно вышла замуж за Бэк Унджона, но свидетелей не было. Хо Ванпхён давно отверг все эти россказни змеи Бэк как явную ложь. Она родила ребёнка, отца которого боялась назвать, поэтому использовала мёртвого человека в качестве прикрытия. Настоящим же отцом Бэк Угёна был Чхонма. Вот почему Хо Ванпхён всегда завидовал Бэк Угёну. Хотя они с Чхонмой были отцом и сыном, которые никогда не встречались, их связывало нечто более глубокое. Бэк Угён, несмотря на то, что не воспитывался Чхонмой, был на него похож внешне и обладал его талантом. Он был идеальной копией Чхонмы, чего Хо Ванпхён, всю свою жизнь пытавшийся быть похожим на Учителя, так и не смог достичь. Поэтому Хо Ванпхён не хотел встречи Чхонмы и Бэк Угёна. Эта встреча с человеком, унаследовавшим от Чхонмы все то, за что боролся Ванпхён, означала бы, что он сам Учителю будет больше не нужен. Для Хо Ванпхёна, посвятившего всю свою жизнь Чхонме, не было ничего страшнее. Мысли об этом снова оставили горький привкус во рту. Но Хо Ванпхён взял себя в руки. Его тайная ревность к Бэк Угёну мучила его всю жизнь, но в такой ситуации он не мог её показать. Теперь если всё пойдёт не так, даже жизнь Чхонмы может оказаться в опасности. Пора забыть о собственной низости, хотя бы на время, и сделать всё, что в его силах. — Возможно, Учитель — сильнейший под Небесами, но одной рукой не сразиться с десятью. Гвак Хё… Прости, Джинму… Пожалуйста, пойми меня. Хо Ванпхён попытался отбросить душевные терзания и снова заговорил. Затем его взгляд встретился с мрачным взглядом Гвак Джинму. Только тогда он понял свою ошибку. Он знал, что его второй брат находится здесь, но всё же неосторожно упомянул имя Гвак Хё. Осознав свою невнимательность, он извинился. Но Гвак Джинму не смог ответить. В тот момент он всё ещё был слишком потрясен. — Гвак Хё, должно быть, тоже прекрасно знает о том, что мы не можем использовать армию. Он оценил ситуацию и как следует всё продумал. Мы не должны попасться на эту его уловку. Но мы не можем и сдаться просто так. Мы должны отправить Ему хотя бы личную охрану, чтобы она стала руками и ногами Учителя. Предложенные им меры были минимальными. Но его план состоял в том, чтобы первым делом потушить пожар, а затем постепенно навести порядок. — Итак, кого ты собираешься отправить, Первый Брат? — Я отправлю Отряд демонических теней. — Хорошо. Они лучшие в плане скрытности. Учитывая объективную силу Отряда Теней, Ёнги По согласился. Моён, чьим главным достоинством была скрытность, идеально подходили для этой работы. Чо Гё-ён не удержалась и подняла ещё один вопрос: — Но как мы найдём Его теперь? Кто вообще сможет угнаться за Ним? Вероятно, Он уже давно ушёл с наших земель. Проблема заключалась в том, как отследить Чхонму, человека, достигшего вершины мастерства, чья техника находилась на уровне, недостижимом для множества великих мастеров. Она не думала, что он оставит следы. Доказательством тому служил тот факт, что её братья, которые из-за беспокойства не раз пытались следить за Чхонмой во время его частых вылазок, всегда терпели неудачу. На удивление, Хо Ванпхён, похоже, не разделял опасений Чо Гё-ён. Несмотря на страдальческое выражение лица, он просиял и уверенно заявил: — Нам не нужно об этом беспокоиться. Учитель оставил нам свой хвост. — Свой… хвост? — Да, хвост. Единственный, кто смог проследовать за Учителем до самого Куньлуня. Лучший хвост во всей Демонической секте. Взгляд Хо Ванпхёна многозначительно переместился на Мун Со. Следуя его примеру, Чо Гё-ён посмотрела на парня, стоявшего в углу с бесконечно глупым видом. «.. Блять. Почему опять я?» — подумал тот. Предчувствуя, что, если его втянут в это дело, он уже совершенно точно не уйдёт живым, Мун Со попытался отказаться от сомнительной чести: — Подождите!!! Сам Чхонма запретил мне следовать за ним! — В прошлый раз он отдал тебе тот же приказ, но ты всё же осмелился не подчиниться, — сказал Хо Ванпхён, предусмотрительно забыв упомянуть, что именно он заставил Мун Со это сделать. — Но на этот раз он действительно сказал, что не может гарантировать мне жизнь. Не то что он сам оторвёт мне голову, как обычно, а то, что он не сможет обещать мне защиту! — Разумеется! Если ты последуешь за ним, ты должен будешь сам позаботиться о себе. Осмелишься ли ты даже подумать о том, чтобы стать для него обузой?! Потрясающая уверенность Хо Ванпхёна лишила Мун Со дара речи. — У нас нет никого, кроме тебя, кто смог бы справиться с этим делом. Это не то же самое, что раньше, когда я просто блефовал. Теперь Его жизнь действительно в опасности. Мун Со следовало бы сразу догадаться, чем всё закончится, когда Хо Ванпхён лично приказал ему прийти. Ему никогда не доставляло удовольствия выполнять приказы этого человека. На что он, вообще, рассчитывал, явившись сюда добровольно?! Мун Со действительно хотел отказаться. Если бы он мог, он сказал бы «нет» тысячу раз. — Ваш учитель действительно велел мне не ходить за ним! Почему вы, чёрт возьми, отказываетесь его слушать?! Но, как всегда, Мун Со оказался бессилен. Тем более, на этот раз дело касалось не только Хо Ванпхёна, но и всех остальных. Четверо Отпрысков, объединив усилия, в тот день едва ли не превзошли своего Учителя в великом искусстве совершенно бессовестного шантажа. Мун Со сопротивлялся как мог и даже пытался торговаться, что, впрочем, лишь ещё больше усложнило его дальнейшую жизнь. «Этот чёртов старик, зачем только он научил меня этому чёртову делу?! На кой чёрт, вообще, нужно учить чему-то, что приносит столько хлопот?! Он правда думал, что я сам не смогу превратить свою жизнь в полнейшую задницу?!» Как всегда, Мун Со мысленно проклял уважаемого Джавэ Мэна прежде чем беспомощно кивнуть головой. Это было началом великой погони, преследования не просто до одинокого скита, затерянного в горах Куньлунь, но по всем Центральным равнинам. <Конец тома 2>