Помнить вечно

Это была ночь с особенно завораживающим серпом луны, тонким, как бровь прекрасной женщины. Мун Со на мгновение взглянул на луну, затем натянул маску, которая была у него под подбородком, на нос и посмотрел прямо перед собой. В поле его зрения показалось несколько живописных строений, окружённых внушительной стеной. Поместье Сога. Название, написанное изысканным и непритязательным почерком, значилось над дверями главных ворот. Само поместье так же было устроено с большим вкусом и знанием дела. Совершенное отсутствие пышных украшений придавало ему аккуратный вид, и каждый его уголок, заботливо ухоженный, создавал у стороннего наблюдателя непреодолимое впечатление искренности. Со стороны слух о том, что здесь живет отставной ученый, проводящий дни за благотворительной деятельностью, вполне казался правдой. Но Мун Со доверял Юн Сынхё безоговорочно; во всяком случае, больше, чем какому-то отставному ученому, которого он никогда не встречал. Если у него теперь и возникли подозрения, то он с лёгкостью от них отмахнулся. Мун Со снова посмотрел на Юн Сынхё, теперь уже вопросительно. Юн Сынхё, который преспокойно сидел на тонкой ветке дерева, словно ничего не весил, кивнул. Сегодня вечером Юн Сынхё тоже переоделся в черные одежды, созданные для того, чтобы делать человека невидимым в темноте. Тот факт, что маскировочный костюм оказался у Юн Сынхё под рукой, без необходимости заранее его готовить, говорил о том, что подобные приключения случались у него довольно часто. Юн Сынхё пошёл впереди, легко взбираясь на стену поместья. Ещё вечером он приказал Мун Со следовать точно за собой. Старательно выполняя его приказ, Мун Со шёл за Юн Сынхё по пятам, словно утёнок за своей матерью. — Пойдем в главный дом. Тайные ходы обычно находятся рядом с покоями хозяина, — сказал Юн Сынхё, указывая взглядом на одно из внутренних зданий. Мун Со кивнул и тотчас последовал за ним. Хотя он гордился своей техникой передвижения, навыки Юн Сынхё неожиданно оказались не менее впечатляющими. Юн Сынхё просто растворялся в тенях. Его движения были настолько точными и плавными, что даже напоминали технику скрытного перемещения, которой пользовались демонические тени Чхонсана. Вдвоём они проникли в поместье с такой лёгкостью, как будто оно было совершенно пустым. Внешняя охрана на его окраинах ничем не отличалась от охраны любого другого поместья. Там патрулировали мастера боевых искусств, но все они были третьесортными, годными лишь для борьбы с ворами, которые могли перелезть через стену едва ли не случайно. Но их присутствие было лишь представлением для любопытных прохожих и соседей. Когда же Юн Сынхё и намертво прилипший к нему Мун Со оказались во внутреннем дворе, ситуация полностью изменилась. По мере приближения к главному дому, охранная сеть становилась всё более частой. Расположившиеся на виду стражи здесь были довольно многочисленны, но еще большую опасность представляли собой скрытые убийцы, прячущиеся в темноте. И без того плотная охранная сеть, практически не имеющая слепых зон, стала почти непроходимой благодаря продуманному размещению целой армии как видимых, так и скрытых стражей. Оценив ситуацию, Юн Сынхё пригнулся и указал пальцем в небо. «Наверх? На крышу?» Когда Мун Со спросил его взглядом, Юн Сынхё кивнул. «Но там тоже должна располагаться скрытая охрана». Мун Со немного забеспокоился, но, поскольку он всё ещё верил в Юн Сынхё, как в какого-нибудь бога, почти мгновенно он молча согласился. Юн Сынхё первым поднялся на крышу. Он был так легок на ногах, что даже шороха его одежды на ветру не было слышно. Мун Со последовал сразу за ним. Но за короткий миг Юн Сынхё уже расправился с притаившимся у карниза стражем. Юн Сынхё опередил его всего на полшага, но успел по пути обнаружить противника и убить. Озадаченный Мун Со мог лишь широко раскрыть глаза, не в силах произнести ни слова. Даже если разрыв между первоклассным мастером и мастером высшего уровня был велик, он не мог быть настолько огромным! Мун Со вдруг понял, что навыки Юн Сынхё, вопреки слухам, не соответствует уровню человека, только что достигшего вершины мастерства. Этот человек уже приближается к совершенно запредельному уровню. И вскоре в Цзянху может появиться новый гений, который в весьма юном возрасте смог достичь сверхъестественного мастерства. Юн Сынхё было всего чуть больше двадцати, и он обладал поистине выдающимся талантом. Даже Чхонма, гений, благословленный Небесами, в этом возрасте, вероятно, и не мечтал о подобном. — Жди. Пока Мун Со был погружен в эти мысли, Юн Сынхё, почувствовав что-то, внезапно присел на корточки и протянул руку, положив её на грудь Мун Со. Сильные белые пальцы, словно сиявшие в темноте, были прекраснее, чем у девушки. Сердце Мун Со внезапно остановилось. Это был не удар по болевой точке, а лишь легкое прикосновение, но всё его тело застыло. Какое-то мгновение он даже дышать не мог. — Пригнись, дурак. Кто-то идёт. Чувствуя, как снова бешено колотится его сердце, Мун Со быстро кивнул. Рука Юн Сынхё наконец отпустила его. «Он заметил?» Лежа на крыше, Мун Со тревожно взглянул на Юн Сынхё. Ладонь Юн Сынхё тогда лежала прямо у него на груди, так что, возможно, тот прекрасно почувствовал его короткий сердечный приступ. Но Мун Со всё же надеялся, что он ничего не заметил. Если бы Юн Сынхё позже спросил его, почему он так отреагировал, у него не было бы ответа. Сам Мун Со не знал, почему он это сделал. Нет, точнее было бы сказать, что он знал, смутно. Но категорически отказывался признать. Мун Со постепенно начал осознавать свои собственные чувства, но пока не мог смириться с ними. Чтобы успокоить расстроенный ум, Мун Со тихонько вздохнул и посмотрел вниз. Мимо проходил мужчина крепкого телосложения. Он нес на плече что-то вроде мешка с зерном, но, когда Мун Со сфокусировал взгляд, он увидел, что это был большой кожаный мешок, который отчаянно дёргался и извивался. Прибыв в это поместье для того, чтобы разобраться в происходящих здесь странных вещах, они не могли проигнорировать такое подозрительное зрелище. Спокойно понаблюдав за движениями мужчины, Юн Сынхё принял решение: — Давай пойдём за ним. Мун Со кивнул и тенью последовал за Юн Сынхё. Тем временем тот плавно, словно паря на ветру, перебрался на противоположную крышу. Чем дальше они продвигались, тем строже становилась охрана, кажется, как и ожидалось, они добрались до хозяйского дома. Мужчина с кожаным мешком кивнул охранникам у входа и вошел внутрь. В тот же миг на крыше здания напротив Мун Со и Юн Сынхё встретились взглядами. — Что нам делать? — Мун Со спросил почти совсем беззвучным шёпотом, но Юн Сынхё приложил палец к губам: — Тс! Не двигайся. Юн Сынхё вытащил из рукава иглы из бычьей шерсти, тонкие, как паутина. — Тот, кого нужно убить, прячется вон там, под крышей, под правым карнизом. Сократи дистанцию одним движением и ударь. Не дай ему издать ни звука. Только после того, как Юн Сынхё указал глазами в нужном направлении, Мун Со понял, что там действительно находится ещё один человек. Но он всё ещё не мог почувствовать присутствие других стражей. С его уровнем навыков он даже не мог сказать, сколько их вокруг, не говоря уже об определении их точного местонахождения. На виду были пять охранников. И ещё неизвестное количество скрывалось в слепых зонах. Мун Со с тревогой посмотрел на Юн Сынхё. Поверх маски прекрасные глаза Юн Сынхё сузились. Вероятно, он снова улыбнулся этой своей потрясающей душу улыбкой, и прошептал: — Пока ты выполняешь свою часть работы, проблем не будет. Я начну на счёт три. Раз, два… Слово «три» раздалось в тот момент, когда он уже спрыгнул с крыши. Не успев возразить, Мун Со в тот же миг изо всех сил бросился к своей цели. Когда он с ужасающей скоростью вынырнул из темноты, затаившийся под карнизом страж в растерянности вскочил и вытащил меч. Привыкший бесшумно наблюдать из укрытия, он даже не подумал закричать в такой момент. План Мун Со заключался в том, чтобы как можно быстрее обезвредить его, чтобы тот не успел заблокировать его удар мечом. Словно не замечая, что острие чужого меча направлено на него, Мун Со бросился прямо к стражу, а затем в последнюю секунду, прямо перед тем, как меч коснулся его шеи, мастерски использовал одну из техник Чхонсана, резко выпрямившись. Он развернулся в воздухе и взмыл по диагонали мимо растерявшегося охранника. Тот поспешно попытался увернуться, но не смог угнаться за скоростью Мун Со, который в следующий миг оказался за его спиной и вонзил свой нож в его шею. Страж погиб, не успев сделать ни единого лишнего вдоха. Всё это произошло в мгновение ока. Вообще-то этого мастера было не так-то нелегко убить, но внезапная атака Мун Со оказалась слишком быстрой и отчаянной. Место, где прятался убитый охранник, было одним из самых укромных. Этот человек не должен был стать первой жертвой нападавших, так как его позиция больше напоминала оборонительный пост, чем сторожевой. Мастер, долгое время прятавшийся там, подсознательно воспринимал свое положение именно так. Внезапная атака Мун Со, нет, Юн Сынхё, — удачно воспользовалась этим психологическим барьером, поэтому неудивительно, что страж был обезврежен с такой лёгкостью. На совесть выполнив свою часть работы, Мун Со повернул голову, чтобы посмотреть, как дела у Юн Сынхё. К его удивлению, все их враги уже лежали на земле. Исключительно мёртвые. Вздрогнув, Мун Со медленно огляделся, словно пытаясь убедиться в том, что видит. Все они действительно были мертвы. В прохладном ночном воздухе царила тишина, не было слышно даже ветра. Он без труда убил свою цель, но его атака была практически убийством, внезапным нападением на одного противника. Но пока Мун Со убивал этого человека, Юн Сынхё без шума расправился со всеми остальными. Если бы Юн Сынхё был его врагом, Мун Со, возможно, без колебаний произнес бы слово «колдовство». Настолько невероятным был его подвиг. «Да кто ты такой, черт возьми?! Ты человек, вообще?! Даже Чхонма, не к ночи будь помянут, если б увидел такое, неделю рыдал бы в подушку от зависти, как девочка!» Теперь Мун Со испугался по-настоящему. «Нет, правда, какой же жуткий человек», — подумал он с умилением в следующее мгновение. Мун Со подошёл к мужчине, упавшему ближе всех к нему. Взглянув вниз, он без труда убедился в том, что тот был уже трупом. Но его тело оказалось чистым, без единой раны, что делало невозможным определить причину смерти. Заинтригованный, Мун Со сосредоточил взгляд и внимательно осмотрел убитого. Только тогда он заметил одну каплю крови. Крошечная капелька образовалась на конце иглы из бычьей шерсти, которой был проколот лоб мужчины. Это было поразительно чистое дело. Убить кого-то оружием, таким тонким, как игла из бычьего волоса, было непросто, но проделать это сразу с несколькими противниками… это было не что иное, как божественное мастерство. — Кхм… Прости, что отвлекаю. Ты ведь знаешь технику «Слушание Земли», не так ли, брат Мун Со? Мун Со, всё ещё пребывая в оцепенении, кивнул. Поскольку они закончили дело без единого столкновения клинков, люди внутри дома, похоже, всё ещё не замечали происходящего снаружи. Под тихим, безмолвным ночным небом к нему медленно вышел Юн Сынхё, одолевший девять противников одним ударом. Мун Со, вновь осознавший, каким грозным мастером тот был, словно увидел его в другом свете. — Тогда давай поднимемся на крышу. Внутри много комнат, если мы будем обыскивать их по одной, то можем упустить из виду нашу цель. Мун Со преданно выполнил его приказ. Инстинкт следовать за более сильным существом присущ не только собакам. Он есть и у людей. Мун Со подсознательно стал вести себя более уважительно, чем раньше. Если б он был собакой, то показал бы сейчас Юн Сынхё живот. Буквально через секунду Мун Со уже забрался на крышу главного дома и применил свою технику слушания. Вскоре он смог разобрать звуки, издаваемые теми, кто находился внутри. Отфильтровав посторонние шумы, он сосредоточился на важном и вскоре уловил кое-что полезное из неторопливого чужого разговора. Сначала это было тихое бормотание, но, сосредоточившись, Мун Со смог расслышать не только слова, но и интонации. — Эта девчонка, где ты её нашёл? — спросил один мужчина с явным раздражением в голосе. Затем раздался глухой удар, словно что-то сильно пнули, и тихая ругань. Мун Со слышал, как что-то слабо извивается у ног мужчины. «Оно» тяжело дышало от ужаса. — Даже не спрашивай. Она пряталась, как маленькая крыса. Я потратил целых пять дней на ее поиски. Это заговорил ещё один мужчина. По эху их голосов Мун Со понял, что они находятся в секретной комнате. То было идеально герметичное помещение, в котором едва хватало воздуха для дыхания. И там, у стены, стояли двое мужчин. — Они сказали, что она не побежала домой. Где ж она была? Не имея чем заняться, эти двое праздно болтали. Других голосов не было слышно. Оказалось, что в главном доме, кроме них, никого не было. Похоже, предположение Юн Сынхё о том, что сегодня вечером здесь будут заметать следы и готовиться к побегу, оказалось верным. — Я не знаю. Наверное, спала под чьим-то карнизом или под мостом. Если бы она не притащилась к лекарю с серебряной монетой, мы бы, возможно, никогда ее и не нашли. У нее была сломана рука, и эта глупая девчонка объявилась у лекаря с украденным серебром. Ему показалось подозрительным, что у нищенки есть серебро, и он уже собирался передать ее властям. Я нашел ее в последний момент и вызволил. Услышав эту историю, Мун Со слегка прищурился. В разговоре мужчин разворачивалась знакомая история. Девочка со сломанной рукой и серебряной монетой. В голове Мун Со мелькнул образ крошечного лица с одним опухшим глазом, в ужасе смотрящего на него. И серебряная монета, которую он бросил ей из жалости. Лицо Мун Со помрачнело. Он очень надеялся, что его догадка не сбудется. Но ситуация упорно развивалась в направлении, которое полностью противоречило его надеждам. — Почему бы нам просто не похоронить её здесь в этом мешке и не уйти? Она больше не девственница, так что это не имеет значения, верно? Нам велели поймать её только для того, чтобы она не разболтала никому всё, что здесь видела. От неё теперь нет никакой пользы, да? Разве они не говорили, что девочка, потерявшая девственность, бесполезна как ингредиент? Первый мужчина, всё ещё раздраженный тем, что ему пришлось пережить столько неприятностей из-за сбежавшей девочки, сделал своему собеседнику это пугающее предложение с явным удовольствием. — Нет. Мастер Чок сказал, что она от природы сильна в энергии Инь, даже сильнее, чем девственница, — тут же ответил второй. — Правда? Ну, если так, то, наверное, ничего не поделаешь. Она опять шевелится. Так раздражает. У тебя остался опиум? Надо дать ей немного, чтобы она успокоилась. — Ничего не осталось. Как могло остаться, когда нам сегодня вечером пришлось перевозить всех детей? Если она тебя раздражает, просто надави на её болевые точки. — Я же говорил, что это не работает. Она сбежала, потому что её акупунктурные точки сами собой разблокировались, пока мы накачивали других наркотиками. Разве ты не слышал, как они говорили, что она просто исчезла после того, как её уложили и отвернулись всего на минуту? Это были последние слова Мён Самхо, ты должен был это запомнить. — Тогда просто оставь её. Она связана и засунута в кожаный мешок, что ей остаётся делать? Просто сделай отверстие для дыхания и притворись, что ничего не знаешь. Пока Мун Со, внимательно прислушиваясь, кусал губу от злости, кто-то постучал его по плечу. Мун Со поднял взгляд на Юн Сынхё. Тот спросил, где теперь находится человек с кожаным мешком. Мун Со встал и подошел к месту на крыше, располагавшемуся ровно над тем, где стояли мужчины. — Их двое. Они прямо внизу. Пошли сейчас же. Мун Со хотел немедленно броситься на помощь ребёнку. Конечно, он не мог спасти всех несчастных детей в этом мире, но было невозможно игнорировать то, что происходило прямо у него на глазах. Более того, ребёнок внизу оказался в беде из-за него. Эти люди без колебаний кормили детей опиумом и использовали их в качестве ингредиентов для своих извращенных ритуалов, не испытывая ни малейшего чувства вины. Этому ребенку удалось сбежать от них, только чтобы снова попасться из-за него. Из-за его собственной беспечности, когда он просто бросил ей серебряную монету вместо того, чтобы отвезти ее к врачу. Хотя Мун Со был не особенно хорошим человеком и убил много людей, по крайней мере, по его вине не погиб ещё ни один ребёнок, и он надеялся, что и в будущем его руки останутся чистыми от детской крови. — Послушай ещё немного. Они наверняка знают что-то про тайный подземный ход. Нам нужно выяснить, где он находится. Но Юн Сынхё думал по-другому. Он хладнокровно дал понять, что они будут придерживаться первоначального плана и следовать ему, что бы ни случилось. Раздраженный Мун Со опустил маску, обнажив губы. Он беззвучно произнес: «Ребёнок» и указал пальцем на крышу под ногами. — Там внизу ребёнок. Юн Сынхё тихо ответил: — И что? Мы должны спасти гораздо больше детей. На основной базе заговорщиков их должно быть как минимум несколько сотен! Мун Со же хотел спасти не сотни незнакомых ему детей, а того, с кем у него была связь. Возможно, это было эгоистичное стремление к самоуспокоению, но в данный момент таковым было его искреннее чувство. Однако Юн Сынхё оставался непоколебимым. Он оставался непреклонен в стремлении спасти как можно больше детей, оставив на произвол судьбы девочку со сломанной рукой и проклятой серебряной монетой. В отчаянии Мун Со с трудом подавил своё горе и тяжело вздохнул. Если бы он мог спасти этого ребёнка самостоятельно, он бы уже это сделал. Но в тайную комнату, где прятались мужчины, он не мог проникнуть в одиночку. Бессильный, он не мог спасти даже одного несчастного ребёнка. Чувствуя себя совершенно подавленным, Мун Со снова применил свою технику слушания. Юн Сынхё спокойно наблюдал за ним. Не желая встречаться с ним взглядом в этот момент, Мун Со закрыл глаза. Но даже с закрытыми глазами он чувствовал на себе взгляд Юн Сынхё. — …Когда же наконец откроется этот чертов тоннель? Как только кто-то туда заходит, невозможно ничего понять. Это так раздражает. — Ничего не поделаешь. Конструкция такова, что дверь на этой стороне не откроется, пока не отопрут вторую дверь на другом конце тоннеля. Этот проход длинный, поэтому, вероятно, нам придётся подождать ещё немного. — Только мы вечно страдаем из-за этого проклятого Хва… как там его зовут. Что это за жизнь, как у кротов? Судя по их разговору, секретная комната, в которой они находились, была входом в секретный тоннель под землёй. Мун Со прикинул их точное местоположение по эху и тону их голосов. Примерно в четырех чжанах ниже того места, где он стоял. Значит, они находились под землёй. Когда тайный ход откроется, им придётся войти в него. Если дверь на другой стороне не будет открыта, то проникнуть в тоннель с этой стороны будет невозможно. Не зная, насколько далеко простирается тоннель, им придётся учитывать то, что если эта дверь закроется, они окажутся заперты под землёй. Мун Со встал и подошёл к Юн Сынхё. Юн Сынхё, пристально наблюдавший за ним, вздрогнул и напрягся, когда Мун Со приблизился к нему вплотную. Как раз когда Чхонма подумал, что Сорняк подошёл слишком близко, их щеки соприкоснулись. Тихим, как шелест ветра, голосом Мун Со произнёс: — Там есть подземный ход. Его нельзя открыть с этой стороны, только с другой. Если мы сейчас не последуем за ними, будет слишком поздно. Нужно поторопиться. Чхонма почувствовал весьма странное ощущение. Он отчетливо ощутил дыхание Мун Со на своей мочке уха. Его дыхание было влажным и очень мягким. Мало того, оно еще и слегка щекотало, словно пёрышко. Губы Мун Со были так близко к его коже, что он чувствовал их тепло. Чхонма потерялся на мгновение, а потом, скрывая свои довольно сложные чувства, мысленно спросил: — Ты знаешь их точное местонахождение? Не имея возможности использовать мысленную речь в ответ, Мун Со снова попытался прошептать ему на ухо. Чхонма мгновенно остановил его и раздражённо подумал: — Просто покажи мне своими губами, чёрт возьми! Я умею читать по губам. — Четыре чжана прямо вниз от того места, где ты стоишь, брат Юн. Это секретная комната. Под землей. Опасаясь, что его слова будут неправильно истолкованы, если его движения губ будут нечеткими, Мун Со говорил максимально лаконично. — Ты уверен, что его нельзя открыть с этой стороны, если сначала не откроют с другой? — Да. На мгновение Чхонма заколебался. Техника передвижения Мун Со была довольно хороша, но Сорняк совершенно не обладал навыками скрытности. Если бы они продолжили преследование под землёй, в тоннеле его могли бы обнаружить. Чтобы полностью скрыть присутствие Мун Со, ему пришлось бы использовать свою энергию, но в своем нынешнем облике Юн Сынхё он не мог раскрыть такого мастерства. И он не мог раскрыть свою истинную личность. Мун Со всё ещё не знал, что он Чхонма. Чхонма, присвоивший себе чужую личность, чтобы свободно передвигаться по Центральным Равнинам. И он не собирался рассказывать Мун Со правду. «Иначе я сделал бы это с самого начала». Если бы он раскрыл свою личность, ему пришлось бы таскать за собой всех своих бывших подчиненных, которых, наверняка, послали вслед за Мун Со его ученики. Но с таким громоздким хвостом не было бы никакой пользы от всей этой беготни по Равнинам. «Какая досада, чёрт возьми. Именно поэтому я и говорил тебе, бестолковый дурак, не ходить за мной. Но ты не послушал». Чхонма мысленно цокнул языком и недовольно посмотрел на Мун Со. Этот сорняк был слишком прихотлив. Если бы это была орхидея, он бы еще понял, но он никак не мог понять, почему обычный придорожный сорняк доставляет столько хлопот. — Тогда спустимся вниз. Если они находятся в секретной комнате, то всё равно не смогут почувствовать наше присутствие снаружи. «Секретная комната. Вход в подземный тоннель. В таком месте наверняка должны быть ловушки». После долгих раздумий Чхонма решил всё же рискнуть и подал знак Мун Со. Тот внимательно выслушал его, кивнул и, не раздумывая, спрыгнул под карниз. Чхонма прыгнул следом и влетел в окно комнаты на третьем этаже, куда уже забрался Мун Со.