Краткое руководство по перемещению: Злодей, умоляю, отпусти!/快穿攻略：大佬，求放过!

Су Бэй с облегчением подумал, что у Цзи Ляна всё же осталась совесть –иначе ему и его коту Цици пришлось бы туго на этом пустынном острове. — Здесь есть вяленая рыба? И что-нибудь для Цици? — Спросил он Цинь Ина, помощника, оставленного ему в «наследство». — Да, сейчас принесу, — кивнул тот. — Погоди, — окликнул его Су Бэй. — Неужели на всём острове только мы вдвоём? — Ещё два повара в главном доме, — пояснил Цинь Ин. Су Бэй удивлённо приподнял бровь. Он-то думал, что Цинь Ин сам готовил эти простые, но вкусные блюда. Вскоре помощник вернулся с вяленой рыбой и кормом. Покормив мурлыкающего Цици, Су Бэй и сам слегка перекусил. Он обожал море, поэтому после обеда, словно ребёнок, помчался на пляж. Солнце слепило глаза, но Цинь Ин, как всегда предусмотрительный, уже приготовил у кромки воды зонтики, шезлонги, прохладительные напитки и лёгкие закуски. Су Бэй вволю набегался по волнам и наконец устроился в шезлонге с котиком на коленях. Если бы не мысль о том, зачем его здесь оставили, жизнь казалась бы почти идеальной. Так и шли дни: еда, сон, неспешные прогулки по пляжу. Су Бэй почти начал привыкать к этой безмятежности. Однажды, греясь под солнцем у воды, он услышал навязчивый гул вертолётных лопастей. Су Бэй лишь несколько раз лениво взглянул на небо и снова закрыл глаза. Похоже, прибыл тот самый негодяй – Цзи Лян. Шаги быстро приближались, но Су Бэй сделал вид, что спит. Притворство не помогло: Цзи Лян без лишних слов резко подхватил его на руки и почти бегом понёс к вилле. От неожиданности и неудобной позы у Су Бэя перехватило дыхание. — Зачем ты приехал? — выдохнул он. Цзи Лян не отвечал. Су Бэй, болтаясь у него на плече, не видел его лица, но чувствовал, что тот двигается всё стремительнее. В следующее мгновение его буквально швырнули на мягкую кровать в спальне. От Цзи Ляна исходила пугающая, гнетущая энергия, а в его глазах бушевала такая тьма, словно он был готов утянуть за собой в бездну их обоих. Су Бэй инстинктивно попятился. — Ты что… Не дав договорить, Цзи Лян молниеносно оказался рядом, придавил Су Бэя к матрасу, крепко держа за плечи. Его поцелуй был не вопросом, а яростным, почти беспощадным допросом, от которого у Су Бэя помутнело сознание. Когда Цзи Лян наконец отпустил его губы, Су Бэй лежал, тяжело дыша, словно рыба, выброшенная на берег. Цзи Лян припал лбом к его плечу, и его голос прозвучал глухо, сдавленно: — Су Бэй… мне очень плохо. — Что болит? — едва выговорил Су Бэй, но Цзи Лян перехватил его руку и прижал ладонь к себе. Сквозь ткань одежды ощущался жгучий жар. Су Бэй попытался отдернуть руку, но хватка лишь усилилась. — Очень нехорошо, — повторил Цзи Лян, и в его голосе послышалась отчаянная, лихорадочная нотка. — Су Бэй, помоги мне. Пожалуйста. Пальцы Су Бэя судорожно сжались. Цзи Лян внезапно замер, его глаза налились кровью и смотрели пугающе-бездонно. А потом он мягко улыбнулся, и эта улыбка была словно маска, говорящая: «Я не понимаю, о чём ты». От возмущения Су Бэй мог выразить протест лишь одним немым жестом –поднятым средним пальцем. Лицемерие, видимо, было фирменным способом Цзи Ляна выходить из щекотливых ситуаций. Даже будучи главным героем, он вовсе не был тем мягким и пушистым, каким старался казаться. «У всех мужчин, в конце концов, один и тот же норов», — с горечью подумал Су Бэй. *****  Примечания переводчика: У одного мужчины действительно один и тот же характер. Иначе было бы странно? Даже раздвоенная личность не помогла Су Бэю убежать от выполнения супружеского долга. До конца арки пять глав. И уже по традиции, вопрос, какая же смерть поджидает в конце?