Глава 191. Могильная плита
25 декабря 2025 г., 22:33
Веки Цзи Ляна слабо дрогнули, но он не проснулся. Он был без сознания, и Су Бэю пришлось самому снять с него одежду. Под ней открылась ужасная картина – пулевое ранение в живот, из которого всё ещё сочилась кровь.
Су Бэй покачал головой и пробормотал себе под нос, глядя на беспомощное тело:
— Тогда я смогу делать всё, что захочу. Не исключено, что станцую диско на твоей могиле.
Внезапно тонкие пальцы впились ему в запястье с мёртвой хваткой. Цзи Лян открыл глаза – взгляд мутный, но полный невероятной силы.
— Не уходи! — вырвалось у него хрипло.
В сознании Су Бэя прозвучал механический голос системы: [Слияние увеличилось на 10%. Общий прогресс: 75%].
Су Бэй не стал вырывать руку.
— Если ты умрёшь, будет ли иметь значение, уйду я или нет?
Пальцы Цзи Ляна сжались ещё сильнее, будто он и вправду мог сломать кости.
— Даже если умру! Я не отпущу тебя!
— О, — равнодушно отозвался Су Бэй, — неважно, что ты говоришь.
Цзи Лян попытался приподняться, но Су Бэй легко прижал его к постели.
— Что, хочешь умереть быстрее?
Цзи Лян поймал его взгляд. Его глаза, полные боли и одержимости, пылали в бледном лице.
— Ты же сказал... что не оставишь меня!
— Да, говорил, — холодно согласился Су Бэй. — Но при условии, что ты будешь жив.
Тьма, казалось, поглотила глубину глаз Цзи Ляна, делая его похожим на демона. Голос стал низким и пронзительным.
— Даже смерть меня не остановит. Я заберу тебя с собой.
— Кто будет слушать труп? — парировал Су Бэй, глядя на него с лёгким безразличием.
Цзи Лян, державшийся на последнем издыхании, скривил губы в подобие улыбки.
— Ты так жесток...
— Да, — без колебаний подтвердил Су Бэй. — Я такой.
К счастью, Цинь Ин сработал эффективно, и врач прибыл в кратчайшие сроки. Су Бэй попытался освободиться, чтобы дать тому место, но хватка ЦзиЛяна лишь усилилась. Он ни за что не хотел отпускать его руку.
Врачи в нерешительности переглядывались, вытирая пот со лбов.
Су Бэй нахмурился:
— Чего столбняком встали? Занимайтесь им, быстрее!
Старший из врачей вздрогнул и робко приблизился.
— Пулю... пулю нужно срочно извлечь.
— Так извлекайте, — бросил Су Бэй.
— Но... без анестезии... — голос врача дрогнул.
Прежде чем Су Бэй успел что-то сказать, Цзи Лян, не отрывая от него горящего взгляда, прошептал:
— Пусть ты... ты достанешь её.
— Я не врач, — констатировал факт Су Бэй.
— Я вверяю свою жизнь в твои руки, — настаивал Цзи Лян, и в его глазах вспыхнула знакомая паранойя. — Если не ты, то пусть она остаётся внутри.
— Ц! — резко махнул рукой Су Бэй. — Ладно. Отпусти.
Цзи Лян послушно разжал пальцы, но его взгляд продолжал жадно следить за каждым движением.
Су Бэй повернулся к врачу:
— Что делать?
Тот растерянно заморгал:
— Вы... анестезия...
— Без анестезии, — перебил Су Бэй. — Просто скажите, как это сделать.
Врач, обливаясь холодным потом, продезинфицировал руки Су Бэя, помог надеть перчатки и начал давать сбивчивые указания, боясь, что малейшая ошибка будет стоить всем жизни.
Удивительно, но Цзи Лян, казалось, совсем не чувствовал боли. Его взгляд смягчился и был прикован к сосредоточенному профилю Су Бэя, склонившегося над раной.
На лбу у Су Бэя проступили капли пота, но его руки оставались твёрдыми и точными. Наконец, со лёгким металлическим звоном пуля упала в металлический лоток. Врачи тут же бросились обрабатывать и перевязывать рану. Вскоре привезли оборудование, и Цзи Лян, наконец, был вне непосредственной опасности.
Он слабо улыбнулся, глядя на Су Бэя, стоявшего у кровати.
— Маленький лжец...
Су Бэй, уже державший на руках кота Цици, пожал плечами.
— В чём я тебе солгал?
Цзи Лян лишь тихонько усмехнулся в ответ.
Су Бэй погладил Цици, затем приподнял бровь, обращаясь к раненому:
— Ты остался должен мне день рождения.
— Обязательно наверстаю, — пообещал Цзи Лян с непривычной снисходительностью.
Су Бэй лишь скривил губы. Прогресс слияния не сдвинулся с места, так что это «наверстаю» пока ничего не стоило.
Дни тянулись неспешно. Рана Цзи Ляна понемногу заживала, а его взгляд, устремлённый на Су Бэя, становился всё более жгучим и властным, словно он жаждал поглотить его целиком.
Как-то утром Су Бэй, стоя у зеркала, сжал ладонями едва заметный намёк на мягкость у собственного живота и с досадой проворчал:
— Ц, опять толстею...
