Глава 330. Малый эксперт по ирискам*
14 января 2026 г., 23:26
*Это эвфемизм-мем, возникший из поп-культуры и закрепившийся как неформальный код для обозначения принадлежности к ЛГБТ или поддержки этого сообщества. Подробнее в конце главы.
Су Бэй даже не задумался. Его ответ был резким и четким: — Нет. Но Ци Юньгуй не отступал. Его голос звучал настойчиво и требовательно: — Если ты не готов отдать мне свои глаза, как я могу поверить в твою любовь? Су Бэй сглотнул. Между ними нависло напряженное молчание. — Какая может быть связь между любовью и… дарением глаз? — наконец произнес он. — Оставь эту безумную мысль. Давай останемся просто друзьями– будь же благоразумен. Однако Ци Юньгуй, казалось, не слышал его. В его словах сквозила одержимость: — Не хочешь отдать – значит, не любишь. Все просто. Су Бэй почувствовал, как холодные пальцы Ци Юньгуя коснулись его век. Сердце его бешено заколотилось – казалось, еще мгновение, и тот выколет ему глаза. Он инстинктивно схватил нападавшего за запястье. — Стой! То, что я не отдаю тебе глаза, еще не значит, что не люблю, — сказал он, стараясь звучать максимально искренне. — Просто… нет способа доказать любовь таким ужасным способом. Ци Юньгуй замер. Он склонил голову, глядя на свою зажатую руку, и прошептал так тихо, что слова едва можно было разобрать: — Но мне всегда говорили, что любить – значит быть готовым отдать ради другого всё. — Тебя обманули, – тут же, с подобающей серьезностью, возразил Су Бэй. Ладонь Су Бэя была теплой, и это тепло, казалось, на мгновение ошеломило Ци Юньгуя. — Правда? — Да, — твердо подтвердил Су Бэй, чувствуя, что нащупал слабину. — Этот человек, наверное, даже говорил, что можно отдать и жизнь? Ци Юньгуй молча кивнул. — И это ложь, — продолжил Су Бэй с видом знатока. — Мертвый не может любить. Чтобы любить, нужно оставаться в живых, разве не так? Конечно, все это была чистой воды блажь, которую он сочинял лишь ради спасения собственных глаз. Но, видя, что Ци Юньгуй слегка опешил, Су Бэй решил наступать, пока «железо горячо»: — А ты сам, полюбив, отдал бы за того человека жизнь? — Нет, — последовал немедленный и четкий ответ. — Если уж умирать, то только вместе. «Слава всем богам», — внутренне вздохнул с облегчением Су Бэй и задал последний, ключевой вопрос: — Значит, любовь и дарение глаз – не одно и то же, правильно? Ци Юньгуй отлично понимал, что все эти уловки – лишь чтобы сохранить глаза. Но тепло той ладони было таким обманчиво-притягательным… И он предпочел поверить. [Значение захвата цели увеличилось на 3%. Общий прогресс – 36%.] — Ладно, — наконец произнес Ци Юньгуй, отводя взгляд. — Пока оставим твои глаза при тебе. Глаза-то были его собственные, и охранять их – дело естественное. Но, услышав эти слова, Су Бэй почувствовал странную, нелепую благодарность. В этот момент в дверь постучали, и тревожный голос служанки нарушил хрупкое перемирие: — Господин Су, беда! С госпожой Жун приключилась беда! Су Бэй мгновенно отпустил руку Ци Юньгуя, шагнул к двери и распахнул ее: — Что случилось? Тепло исчезло так же внезапно, как и появилось. Ци Юньгуй почувствовал, как внутри что-то холодеет и сжимается. Его взгляд, устремленный на спину Су Бэя, потемнел, а в глубине зрачков мелькнула быстрая, как вспышка, искра убийственного намерения. Это тепло должно принадлежать только ему. Служанка за дверью необъяснимо почувствовала леденящий холодок, пробежавший по спине. Она беспокойно огляделась, но, не найдя источника опасности, заторопилась: — Госпожа Жун не пожелала уступать одному настойчивому клиенту, и тот… тот пытается применить силу! Су Бэй на мгновение задумался. — Подожди здесь, — сказал он и, вернувшись в комнату, обратился к Ци Юньгую, который и не думал уходить: — Есть у тебя что-нибудь… отпугивающее? Какое-нибудь снадобье? Ци Юньгуй без эмоций достал маленький фарфоровый флакон. — Отпугивающего нет. Только смертельное. Су Бэй взял флакон. — А противоядие? Ци Юньгуй протянул еще один флакончик. — Действует время одной чашки чая (5-10 минут). Потом – бесполезно. Су Бэй кивнул: ясно, если не успеть, будет поздно. Схватив оба пузырька, он бросился к двери, движения его были резкими и немного неуклюжими. Ци Юньгуй наблюдал, как Су Бэй, прихрамывая, скрывается в коридоре. Зрелище было неприятным, почти раздражающим. Но он промолчал. Су Бэй, следуя за служанкой, ворвался в комнату, где разворачивалась драма. Картина была отвратительной: какой-то мужчина в нетерпении пытался сорвать одежду с бледной от ужаса девушки. Не раздумывая, Су Бэй что-то швырнул в стоявшую рядом чашку, а затем резко рванул насильника за плечо, оттаскивая от жертвы. — Что вы так спешите, почтенный господин? — прозвучал его голос, натянуто-спокойный. Мужчина с раздражением обернулся, готовый разразиться потоком брани, но, увидев лицо Су Бэя, замер. Его взгляд стал пустым и остекленевшим. ***** Примечания переводчика: Выражение пошло от вирусного выступления мужской группы «糖果超甜»(«Ириски сверхсладкие») в шоу на «Idol Producer» в 2021 году. Их нарочито милую, «слащавую» эстетику зрители сочли нетрадиционной. С тех пор ириски/конфеты стало одним из множества непрямых, игривых обозначений для ЛГБТ-сообщества. «Эксперт по ирискам» = человек, который «разбирается в ирисках», то есть: является частью ЛГБТ-сообщества; хорошо в нём ориентируется; выражает себя в яркой, нестандартной эстетике.
