Краткое руководство по перемещению: Злодей, умоляю, отпусти!/快穿攻略：大佬，求放过!

Едва Цзюнь Цзюлин втянул его в карету, Су Бэй изо всех сил оттолкнул его руку и забился в дальний угол, сердце бешено колотясь от страха. Император, однако, даже бровью не повел. В его взгляде читалось лишь холодное любопытство. — У нас весьма смелая наложница, — произнес Цзюнь Цзюлин, и от его тихого голоса по спине Су Бэя пробежали мурашки. Он догадывается. Догадывается о побеге. Су Бэй притворился ничего не понимающим, опустив голову: — Этот раб не смеет угадывать мысли Вашего Величества. — Ничего, — отозвался император, и в его тоне зазвучала железная твердость. — Главное, чтобы из моих рук не вырвался. Собравшись с духом, Су Бэй резко поднял голову. Глаза его подернулись влажной дымкой, придавая взгляду наигранную печаль. — Ваше Величество! У меня уже есть сердцем избранный, умоляю, выберите другого! Уголок губ Цзюнь Цзюлина едва заметно дрогнул. — И кто же? Су Бэй замялся. — Можно не называть? — Можно, — кивнул император, и его глаза сузились. — Но сокрытие правды от правителя – преступление. — Ци Юньгуй, – выпалил Су Бэй. Цзюнь Цзюлин опустил ресницы, но сдержать легкую усмешку не смог. — Гений врачевания? Однако он, кажется, остался равнодушен к твоему вступлению во дворец. Не твоя ли это односторонняя привязанность? Су Бэй смущенно кашлянул. — Ну, вообще-то... Я сказал, что он – мой избранник, но не говорил, что я – его. [Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 47%.] Су Бэй замер. «8-8», цель подсматривает? [Неизвестно.] Мысленно подняв средний палец в адрес системы, Су Бэй вернулся к диалогу. Тем временем Цзюнь Цзюлин проговорил со странной, тягучей интонацией: — Раз ты не занимаешь места в его сердце, то и отпускать тебя нет смысла, не так ли? — Как раз наоборот! — парировал Су Бэй, загораясь надеждой. — Упорством можно железный шест в иглу превратить. Пусть сейчас я не в его сердце – стоит приложить усилия, и обязательно пробьюсь! Цзюнь Цзюлин смотрел на него и чувствовал, как в этот момент Су Бэй невероятно прекрасен. И оттого желание спрятать этого человека, чтобы никто более не видел, разгоралось в нём сильнее. Почему этот юноша приковывает его внимание с такой силой, он и сам понять не мог. — Жаль только, что я не из благородных, — равнодушно бросил император, глядя в окно кареты. Попытка разжалобить провалилась. Су Бэй сник. Где же Ци Юньгуй? Прогресс вырос – значит, он где-то рядом. Разве он не терпит, когда ко мне прикасаются? Почему молчит, даже видя императора? Но ждать спасения было уже недолго. Карета въехала во дворец, и колеса судьбы завертелись быстрее. На следующий день Цзюнь Цзюлин огласил указ: через несколько дней состоится церемония дарования титула «Императрицы». Придворные взорвались единодушным возмущением, крича о нарушении вековых ритуалов. Однако император оставался непреклонен как скала. После долгих и бурных споров стороны сошлись на хрупком компромиссе: Су Бэй станет наложницей, но не императрицей. И только тогда Су Бэя осенило. Все они, включая его самого, попали в тонко расставленную ловушку. Старая поговорка всплыла в памяти: хочешь открыть окно – сначала потребуй прорубить дверь. Цзюнь Цзюлин с самого начала знал, на что согласятся чиновники. Его просто поставили перед свершившимся фактом. Той же ночью, пока Су Бэй в сердцах досаждал системе 748 вопросами, в покоях раздался спокойный голос: — Похоже, ты вполне освоился в жизни дворца? Су Бэй резко обернулся. У опорной колонны, скрестив руки на груди, стоял Ци Юньгуй в белоснежных одеждах. Выражение его лица было нечитаемым. — С чего ты взял? — фыркнул Су Бэй. — Я только и думаю, как бы убраться отсюда. Ци Юньгуй усмехнулся. — Тебе не нравится Цзюнь Цзюлин? — Нет. — Почему? — настаивал лекарь. — Слишком уж густой у него запах сандала, — брезгливо поморщился Су Бэй. — Наверное, скрывает какую-то болезнь, которую нужно маскировать. Уголок губ Ци Юньгуя дрогнул, будто от сдерживаемого смеха. — А другие причины? Су Бэй нахмурился, пытаясь найти в памяти хоть что-то еще. И, к своему удивлению, не смог. *****  Примечания переводчика: Ну какой же жук этот император!