Глава 415. План выполнен
17 января 2026 г., 20:41
Су Бэй позволил себе нагловатую улыбку.
— Думаю, нам стоит поговорить в другом месте, — заявил он.
Чжань Шаочэнь, встретившись с его живым, ясным взглядом, кивнул.
— Где именно?
— Да где угодно, лишь бы потише.
— Тогда поедем в моей машине, — без колебаний предложил Чжань Шаочэнь.
Су Бэй лишь внутренне торжествовал. Сесть в машину к Шаочэню – это уже полдела. Следующий шаг – войти в его дом, и план можно будет считать выполненным.
Подземный паркинг был пустынен и погружен в гулкую тишину. Не считая них двоих, здесь не было ни души.
— Говори, — коротко приказал Шаочэнь.
Су Бэй непринужденно прислонился к гладкому борту машины. «Что ж, машина и парковка – вещи, конечно, разные», — мелькнула у него ироничная мысль. Затем он достал из кармана небольшую диктофонную ручку и небрежно подбросил ее Шаочэню.
— Не находите, господин Чжань, что вы мне кое-чем обязаны? — спросил Су Бэй, и в его голосе звучал скорее вызов, чем вопрос.
Чжань Шаочэнь поймал летящий предмет и, не отрывая взгляда от Су Бэя, нажал кнопку воспроизведения. Из динамика полился записанный разговор. Выслушав его до конца, Шаочэнь первым делом уточнил:
— Ты угрожал моему адвокату?
Су Бэй в ответ лишь едва заметно приподнял бровь. «Любопытный поворот мыслей у этого человека», — подумал он.
— Значит, вы признаете, что это ваших рук дело? — парировал он.
Шаочэнь скользнул взглядом по его улыбающемуся лицу.
— Нет, — ответил он твердо.
— Но этот человек действовал от вашего имени, — Су Бэй пожал плечами с видом полной невозмутимости. — А раз так, ответственность все равно ложится на вас, согласны? Получи я тогда те деньги, вряд ли оказался бы в том положении, в каком вы меня застали. Кстати, о том положении… — он сделал театральную паузу, — я тогда работал в том ночном клубе. Тот самый случай.
Слова прозвучали почти невинно, но в груди Чжань Шаочэня неожиданно и резко вспыхнула ярость. Он нахмурился, и его следующий вопрос прозвучал отрывисто и четко:
— Ты работал в ночном клубе?
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 5%.]
— Ага, — кивнул Су Бэй с нарочитой простодушностью. — Я же глупый, вот меня и обманули, по сути, продали с потрохами.
Возможно, только Су Бэй мог с такой прямой и бесстыдной искренностью назвать себя дураком.
Брови Чжань Шаочэня сомкнулись еще теснее. Его собственная буря эмоций казалась ему иррациональной. Да, он чувствовал к этому юноше странную, необъяснимую снисходительность, но не до такой же степени! Внезапно его взгляд упал на глаза Су Бэя – ясные, живые, слишком напоминающие… И Шаочэнь нашел для своей ярости удобное оправдание: это гнев за его родителей. Они лелеяли своего сына всю жизнь, а он так безрассудно растрачивает себя.
Тем временем Су Бэй помахал перед лицом Шаочэня указательным пальцем, возвращая его к разговору.
— Итак, господин Чжань? Как вы собираетесь за все это отвечать?
Чжань Шаочэнь сделал усилие, чтобы расслабить сведенные мышцы лица.
— Я проверю эту историю с адвокатом, — сказал он деловым тоном. — И решу вопрос с ночным клубом.
Су Бэй кивнул, но на этом не остановился.
— И что дальше?
— А чего ты хочешь? — Шаочэнь пристально посмотрел на него.
— Неужели господин Чжань полагает, что таких мер будет достаточно? — Су Бэй вновь пожал плечами, давая понять, что компенсация явно несоразмерна нанесенному «ущербу».
И тогда Чжань Шаочэнь, почти не думая, выпалил:
— Я стану твоим опекуном.
Су Бэй моргнул. «Ого, какой прорыв! — мысленно ахнул он. — Я еще даже намекнуть не успел, а он уже сам предлагает поселиться у него. Хотя опекун… Звучит странно. Мне-то сколько лет? Опекуны уже не положены. Но раз уж сам напрашивается… Грех отказываться».
Произнеся это, Чжань Шаочэнь на миг пожалел о своей спонтанности, но тут же нашел внутреннее оправдание: «Что ж, сведу счеты с совестью. Сделаю доброе дело и помогу его родителям… присмотреть за ним».
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 10%.]
Не говоря больше ни слова, Шаочэнь открыл дверь и сел за руль.
— Садись, — бросил он через плечо.
Су Бэй без лишних слов занял пассажирское сиденье. План сработал безупречно.
Машина тронулась и выехала на ночную улицу. В салоне повисло молчание, которое неожиданно прервал Чжань Шаочэнь:
— Ты что, и правда так просто мне поверил?
Если отбросить эмоции и взглянуть на ситуацию трезво, поведение этого юноши казалось подозрительно спокойным. Он не выказывал ненависти за историю с родителями, а сейчас и вовсе принял его слова на веру без тени сомнения.
«Неужели он и вправду настолько простодушен? — размышлял Шаочэнь, украдкой бросая взгляд на профиль Су Бэя. — Или же за этой наигранной глупостью скрывается что-то еще?»
