Глава 466. Не создана для лжи
25 января 2026 г., 19:51
Су Бэй вытянул шею, и на его губах играла хитрая улыбка.
— Потому что хочу, чтобы ты за меня вышел.
Они стояли так близко, что Чи Субай отчётливо видел озорные искорки в глазах собеседника. Не сдержавшись, он наклонился и коснулся губами его век.
— Хорошо.
Су Бэй не ожидал такого прямого согласия.
«8-8, а ведь этот объект завоевания, кажется, весьма сговорчив…»
[Отбрось несбыточные фантазии, — холодно парировала 748. — Этого не может быть].
Су Бэй недовольно цыкнул.
«Ц! Я ещё даже не сказал, что задумал, а ты уже всё знаешь».
На следующее утро Су Бэя, ещё не успевшего как следует проснуться, потревожил слуга. Разумеется, визит был адресован не ему, а Чи Субаю.
Слуга доложил: госпожа Чи просит молодого господина приветствовать гостей – госпожа У прибыла с дочерью.
Су Бэй мгновенно сообразил: сватовство.
Чи Субай тем временем с изящной неторопливостью облачался в костюм. Натянув перчатки, он обернулся к Су Бэю.
— Не спишь больше?
Тот кивнул в сторону слуги.
— Разбудили.
Уголок губ Чи Субая дрогнул.
— Тогда сыграем на рояле вместе.
Су Бэй едва заметно поморщился. Он-то надеялся, что Чи Субай прогонит слугу и позволит ему понежиться в постели. Молча он протянул руку – кончики пальцев ещё не полностью зажили.
Чи Субай тихо вздохнул. Казалось, его принципы вновь дали трещину.
— Я сыграю для тебя.
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 76%.]
Полились звуки рояля. Су Бэй сидел на кровати, подперев подбородок ладонью, и слушал. В музыке слышалась целая история. Вот, к примеру, как различается восприятие: человек образованный, узрев стаю птиц у озера, воскликнет: «Закат с летящей одинокой дичью в лазури слился, и осенняя вода в бескрайнюю высь превратилась». А неуч ограничится: «Ничего себе! Красота! Офигеть! И птицы ещё!»
До того как взяться за уроки музыки, Су Бэй думал просто: «Боже, как же красиво звучит!» Теперь же размышлял иначе: «Боже, какая глубина, какая атмосфера… Бесподобно».
[И в чём разница?] — поинтересовалась 748.
«Никакой», — честно признался Су Бэй.
748 не нашлось, что ответить. Честность хозяина порой была обескураживающей.
В комнате царила тишина, нарушаемая лишь переливами рояля. Казалось, никто не смел разрушить эту хрупкую гармонию.
Внезапно раздался стук в дверь.
Сперва Чи Субай не отреагировал, продолжая играть. Но стук повторился –настойчивее, требовательнее. На лбу музыканта залегла морщина.
Су Бэй различил за дверью и голос матери Чи Субая.
Наконец лицо Чи Субая потемнело. Музыка оборвалась. Он подошёл и распахнул дверь.
На пороге стояла госпожа Чи. Гнев застыл в каждой её черте. Бросив взгляд на Су Бэя, она процедила сквозь зубы:
— Субай, что это значит?
Тот ответил мрачно и коротко:
— Не приму.
Госпожа Чи сделала глубокий вдох, стараясь смягчить тон.
— Субай, мама ничего дурного не замышляет. Просто хочу, чтобы вы, молодые, познакомились.
Чи Субай покачал головой. Его голос прозвучал спокойно и бесстрастно.
— Мама, ты не создана для лжи.
Су Бэй видел, как на висках у женщины набухли вены.
— Субай, выслушай маму…
— Мне никто больше не нужен, — оборвал её сын.
Госпожа Чи почувствовала, как её накрывает волна беспомощности. Чи Субай оставался непреклонным, невосприимчивым ни к ласке, ни к строгости. Она закрыла глаза.
— Субай, умоляю тебя. Женись на ком угодно, только не на этой… этой Сусу.
— Закончила? — спросил Чи Субай.
У женщины перехватило дыхание.
— Чи Субай! Ты меня в грош не ставишь?!
Он не дрогнул. Его голос стал тихим и леденящим, будто упавшая сосулька.
— А десять лет назад, мама, ты считала меня своим сыном?
