Глава 471. Почему ты солгал?
25 января 2026 г., 19:51
Пламя набирало силу, пожирая всё новые части особняка. Госпожа Чи, нервно теребя платок, обернулась к Чи Суцину.
— Ты уверен, что Субай не вернётся?
— Будь спокойна, — голос Чи Суцина звучал убаюкивающе. — Субай так привязан к своему роялю. Вряд ли он прервёт репетицию.
«Конечно, он вернётся. Я сам позабочусь об этом», — пронеслось в голове Чи Суцина. С безумной одержимостью его брата эта Сусу, горящая заживо, станет для него неодолимым магнитом. «Пусть бросится в огонь. Пусть лучше оба сгорят. Тогда наследство семьи Чи достанется мне».
И вскоре предсказание начало сбываться: Чи Субай действительно появился на пороге, его фигура выхватила из темноты колеблющимся светом пожара.
Госпожа Чи вздрогнула, её лицо исказилось от ужаса.
— Ты же говорил, он не вернётся!
Чи Суцин изобразил растерянность, разводя руками.
— Как я мог знать? Прежде музыка значила для него всё!
— Остановите его! — закричала госпожа Чи, теряя самообладание. — Не подпускайте к огню!
Чи Суцин тут же подхватил, обращаясь к слугам:
— Да, хватайте его! Чего вы стоите!
Но его люди лишь делали вид, что пытаются преградить путь, на самом деле мешая действовать охране госпожи Чи. Благодаря этой «помощи» ЧиСубай легко миновал все преграды и встал у самого края пекла.
Он стоял недвижимо. Отблески пламени плясали на его непроницаемом лице, то высвечивая холодную ярость, то пряча её в тени. Жар обжигал кожу.
«Сусу… Всё было ложью?.. Как он посмел!»
Госпожа Чи, увидев, что сын не делает попытки ринуться вперёд, выдохнула с облегчением и робко окликнула:
— Субай, умоляю, не делай этого. Не входи туда. Пожалуйста…
Но Чи Суцина такое промедление не устраивало. Его план рисковал рухнуть.
«Почему он медлит?»
— Брат, послушай мать, — с нарочитой заботой в голосе сказал он. — Она сходит с ума от волнения. Неужели какая-то танцовщица, эта… Сусу, дороже тебе родной матери? Войдя туда, ты сам сгоришь заживо. Её уже не спасти.
Эти слова достигли цели, словно раскалённая игла. Мысль о том, что Су Бэй может умереть, исчезнуть навсегда, внезапно пронзила его, стала физически невыносимой.
«Нет. Он не смеет умирать. Не посмеет обмануть и просто исчезнуть!»
Не в силах более сдерживаться, Чи Субай рванулся в объятия огня.
Уголок губ Чи Суцина дрогнул в едва уловимой улыбке. Госпожа Чи же с криком рухнула на колени.
— Тушите огонь! Немедленно! Если с ним что-то случится – все ответите!
***
Внутри ад только нарастал. Огонь уже лизал прутья огромной клетки. Су Бэй, зажав мокрым одеялом рот, судорожно кашлял. Дым ел глаза, жар прожигал лёгкие. Он смотрел, как багровые языки ползут по крышке рояля, обволакивая блестящий лак, искажая отражение.
Внезапно дверь с оглушительным треском распахнулась. Сквозь пелену слёз и дыма Су Бэй различил знакомый контур.
— Ты рехнулся?! — его голос, сорванный и хриплый, больше не скрывал природного тембра.
Чи Субай шагнул вперёд, не обращая внимания на тлеющую ткань на своём рукаве.
— Ты обманул меня, — прозвучало не как вопрос, а как приговор.
Су Бэй попытался схватить его за руку, но тот отпрянул, будто от прикосновения к раскалённому металлу.
— Ты лгал.
От ярости и удушья у Су Бея застучало в висках.
— Ладно, да, обманул! Я не девушка, я – мужчина! Доволен?
Воспользовавшись секундным шоком противника, он рванул Чи Субая в сторону, к уцелевшему уголку ванной, и принялся сбивать пламя с его одежды.
Железная хватка впилась в его запястье, заставляя кости ныть.
— Зачем? — выдохнул Чи Субай, и его глаза, покрасневшие от дыма, горели неземным, пугающим огнём. — Почему ты это сделал?
Су Бэй откашлялся, на губах ощущался привкус гари.
— Потому что ты ненавидишь мужчин! Будь у меня выбор, разве стал бы я так изворачиваться?
Но Чи Субай, казалось, не слышал. Его взгляд, пристальный и тяжёлый, не отрывался от Су Бея.
— Повтори. Зачем ты обманул меня?
