Глава 479. Холодные ноги
26 января 2026 г., 19:24
Иначе как объяснить, что он ничего не разглядел?
Внезапно лицо Цзун Чэня помрачнело. Он резко поднялся, с грохотом опрокинул цветочную подставку и в следующее мгновение порвал в клочья только что законченный рисунок.
— Не нравится! — его голос, леденяще холодный, будто доносился из преисподней. — Ненавижу картины, которые Су Бэй не понимает!
Черты его лица исказила пугающая гримаса. В этот миг Цзун Чэнь казался совершенно другим человеком – не тем спокойным юношей, что был минуту назад.
Тан Синьюэ невольно вздрогнула, но профессиональное чутье взяло верх. Врач, видавший разные случаи, она быстро совладала с испугом и мягко, но уверенно попыталась его успокоить:
— Господин Цзун Чэнь, Су Бэй знает вас как никто другой. Он наверняка понял, что вы изобразили. Возможно, он просто шутит с вами.
Слова подействовали мгновенно. Буря в его глазах утихла, сменившись тревожной надеждой. Цзун Чэнь повернулся к пустому, как казалось Тан Синьюэ, месту.
— Ты же видишь, да? — спросил он, и в его тоне была детская уязвимость.
Су Бэй, витавший в мыслях где-то далеко, вздрогнул и очнулся. Идея, внезапно озарившая его, вырвалась наружу без всякой связи с предыдущим:
— Давай заведем кота!
«Без кота, которого можно погладить, жизнь как-то непривычно пуста», — мелькнуло у него в голове. Интересно, как поживает тот упитанный рыжик из прошлого мира?
Слово «давай», прозвучавшее как «мы», явно пришлось Цзун Чэню по душе. Напряжение спало с его лица, а вопрос о картине был мгновенно забыт.
— Хорошо! — просто ответил он, и в его глазах вспыхнул огонек.
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 13%.]
Тан Синьюэ лишь удивленно приподняла бровь, не понимая такой резкой смены темы, но радуясь утихшей буре.
— Вы любите кошек, господин Цзун Чэнь?
Он не удостоил ее ответом, будто в комнате никого, кроме него и его незримого спутника, и не было. Цзун Чэнь босиком направился к выходу, уже торопясь вести Су Бэя за новой игрушкой.
— Погодите! — Тан Синьюэ поспешно преградила ему путь. — Я пойду с вами, но только если вы наденете обувь.
Ее просьба повисла в воздухе, оставшись без внимания. Он потянулся к ручке двери.
Отчаявшись, Тан Синьюэ выпалила последний, как ей казалось, аргумент:
— Вон, Су Бэй же тоже в обуви. Разве вам стоит ходить босиком, если он обут?
Магия имени сработала безотказно. Цзун Чэнь остановился и обернулся.
И в тот же миг Су Бэй почувствовал неприятный холодок под босыми ступнями.
Потому что туфли, которые только что были на нем, бесследно исчезли.
Цзун Чэнь устремил на Тан Синьюэ ледяной, обвиняющий взгляд.
— Ты солгала. На нем нет обуви.
Тан Синьюэ лишь беспомощно развела руками.
— Ох...
«С ним действительно что-то не так», — с раздражением подумал Су Бэй. — «Если только он меня видит, можно было бы просто солгать, как раньше. Но нет, он еще и обувь мою припрятал!»
— Надень обувь, — не выдержал он.
Цзун Чэнь склонил голову набок, и его взгляд стал наивно-недоумевающим, до боли невинным.
— Зачем? — тихо спросил он.
Су Бэй едва сдержал вздох и закатил глаза.
— Не хочешь – не носи. Но мне позволь обуться.
Даже такая простая вещь, как обувь, теперь зависела не от него. Остается только смириться.
Но выражение лица Цзун Чэня вдруг изменилось, в его глазах погас свет.
— Ты... ты что, разлюбил меня? — прошептал он.
Су Бэй ощутил ледяной укол страха. Краем глаза он заметил, что его собственная рука стала полупрозрачной, будто растворяясь в воздухе. Он без слов прочел в потухшем взгляде Цзун Чэня жестокую логику: если любовь ушла, то и необходимости в существовании больше нет.
— Нет, не разлюбил, — поспешно, но как можно искреннее сказал Су Бэй. — Просто хочу надеть обувь. Успокойся, хорошо?
Этот мир и вправду бил все рекорды по абсурду и опасности.
Цзун Чэнь пристально всматривался в его глаза, выискивая малейшую тень лжи. Су Бэй выдержал этот испытующий взгляд, не моргнув.
И тогда Цзун Чэнь снова склонил голову, длинная челка откинулась, открывая поразительно красивые, ясные глаза.
— Я так и знал, — прошептал он, и в его голосе вновь зазвучала безмятежная радость. — Ты не мог меня разлюбить.
Нельзя его не любить. И любить можно только его одного.
Но почему-то сейчас он стал позволять себе непослушание...
Су Бэй украдкой взглянул на свою руку – она снова обрела плотность и цвет. Только теперь он позволил себе тихий, облегченный вздох.
