Глава 499. Кот царапается
26 января 2026 г., 19:24
Холодильник в квартире Тан Синьюэ оказался заставлен йогуртом со вкусом персика. Су Бэй, разглядывая ряды одинаковых упаковок, бегло подумал: «Что может быть на зрачке? Разве что сам зрачок».
— Что ты делаешь? — голос хозяйки прозвучал у него за спиной. Увидев открытую дверцу, она почувствовала, как у нее начинает раскалываться голова.
Но Су Бэй уже вскрыл одну из бутылочек и сделал глоток. На его лице появилось недоумение.
— Странно... Почему этот йогурт совсем безвкусный?
Тан Синьюэ на мгновение замерла, затем осторожно спросила:
— Ты уверен, что тебе... можно его пить?
— А почему нельзя? — парировал он.
Мир вокруг давно стал для Тан Синьюэ чужим и непонятным. Она вздохнула.
— Попробуй еще раз.
На этот раз вкус был самым обычным – сладковатым, персиковым. Девушка что-то осознала и пристально, будто пытаясь разгадать загадку, посмотрела на Су Бэя.
Йогурт этого сорта она не любила. Но стоило ей оказаться в супермаркете, как рука сама тянулась к полке. Бутылочки покупались, ставились в холодильник и тихо дожидались своего срока, чтобы отправиться в мусорное ведро. Цикл повторялся снова и снова.
Она чувствовала себя смертельно усталой. Казалось, вот-вот силы окончательно ее покинут, но тут зазвонил телефон. Господин Цзун. Пришлось встряхнуться, собрав волю в кулак, – с этой старой лисой нужны были холодная голова и железные нервы.
На следующий день Тан Синьюэ отправилась в особняк семьи Цзун. Вести Су Бэя на встречу с Цзун Чэнем ей совсем не хотелось, но некоторые сценарии были вне зоны ее контроля.
Цзун Чэнь, уже выписанный из больницы, сидел в гостиной и с каменным лицом смотрел на кота Цици. Су Бэя поразило одно: животное, которое в его отсутствие явно не могло рассчитывать на особые ласки от семьи Цзун, не просто не похудело, а невероятно растолстело. Еще недавно это был тощий дворовый котенок, а теперь перед ним лежал упитанный рыжий бочок.
Су Бэй наклонился, поднял Цици и с удивлением пощупал толстые бока –да, это была не иллюзия. Кот дёрнулся в его руках, словно раздумывая, стоит ли пускать в ход когти. Потому что на самом деле его держала сейчас не Су Бэй, а Тан Синьюэ.
Та быстро сообразила, в чём дело, и, изобразив нежность, проговорила:
— Цици, как же ты раздобрел! Видно, кормят тебя здесь отлично.
И это решило судьбу ее рук. Кот, уже отложивший было свою атаку, молниеносно выпустил когти и провел ими по коже девушки, оставив на ней несколько алых полос.
Тан Синьюэ едва не вскрикнула от боли и ярости. Сдержавшись, она выдавила улыбку:
— Все такая же недотрога, наш Цици.
Цзун Чэнь вдруг нахмурился, в его сознании мелькнула смутная тень.
— Мы подобрали его вместе? — спросил он, кивнув на кота.
Тан Синьюэ немедленно оживилась.
— Да. Сначала думали купить породистого, но ни один не приглянулся. А потом нашли этого малыша на улице. — На ее лицо легла мягкая, ностальгическая улыбка, будто она переживала счастливое воспоминание.
Раздались ироничные хлопки. Су Бэй аплодировал. Браво, вот это талант перевоплощения!
Тан Синьюэ, заслышав аплодисменты, изо всех сил старалась не изменить выражение лица.
Первой мыслью Цзун Чэня, получившего утвердительный ответ, было: «Она лжет». Но он не мог вспомнить правды. Не мог вспомнить, чьими руками этот рыжий комок появился в доме. И это забытое «кто-то» казалось ему почему-то очень важным.
— Может, пройдемся по саду? — предложила Тан Синьюэ, стараясь говорить мягко. — Иногда знакомые места помогают восстановить память.
Разумеется, она и не надеялась, что он что-то вспомнит. Ее цель была проще – укрепить в его сознании образ любящей спутницы.
Су Бэй же, казалось, полностью проигнорировал эту сцену и снова принялся дразнить кота. Результат не заставил себя ждать: Тан Синьюэ получила еще один безжалостный удар когтистой лапой.
Глядя на новые кровавые полосы, девушка лишь стиснула зубы. «Терпи, — твердила она себе. — Терпи. Ты должна выдержать».
