Краткое руководство по перемещению: Злодей, умоляю, отпусти!/快穿攻略：大佬，求放过!

В ответ она лишь бросила на Су Бэя сердитый взгляд. Тот же развел руками, изобразив на лице полную невиновность. Цзун Чэнь вдруг насторожился. Его взгляд скользнул туда, где стоял Су Бэй, хотя там и не было ничего, кроме пустоты. И все же он явственно ощутил чье-то присутствие. Он отвел глаза и произнес бесстрастно: — Поедем в офис. Тан Синьюэ тут же услужливо подхватила: — Тогда поедем в офис. Су Бэй потянулся было к Цици, но Тан Синьюэ, ловко сделав вид, что поправляет сумочку, шлепнула его по руке. Он приподнял бровь, словно удивляясь: — Эй, не будь такой ежовой. Возьмем Цици с собой – посмотри, какой он несчастный. Тан Синьюэ не удостоила его ответом, но ее молчание было красноречивее любых слов. Цзун Чэнь резко обернулся. Ему почудился чей-то голос, словно доносившийся из пустоты. Взгляд упал на кота. — Иди сюда, — коротко бросил он. Цици, словно понимая каждое слово, весело подбежал и устроился у его ног. — Будешь с нами, — уже мягче добавил Цзун Чэнь, лицо его по-прежнему ничего не выражало. [Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 70%.] Су Бэй задумчиво потер подбородок. «Видала, 8-8? Цици куда благодарнее тебя, да еще и помогает как заправский соратник. А ты умеешь?» [Ок.] Цици действительно неотлучно следовал за Цзун Чэнем, точь-в-точь как в тот день, когда они принесли его в дом. Команда быстро добралась до офиса. Сотрудники встретили их с привычным радушием. — Добро пожаловать, господин Цзун! «Господин Цзун… — мысленно поморщился Су Бэй. — Звучит вычурно». Похоже, этот мир населяли сплошные актеры. Персонал играл свою роль безупречно, будто босс и вправду появлялся здесь каждый день. Да и сам Цзун Чэнь легко вжился в образ, погрузившись в ворох документов. Тан Синьюэ, дождавшись паузы, мягко спросила: — Может, после работы поужинаем вместе? Цзун Чэнь кивнул, не отрываясь от бумаг: — Угу. Цици тем временем мирно дремал у ног хозяина. Каждый раз, когда Су Бэй пытался погладить котенка, Тан Синьюэ находила способ ему помешать – то роняла ручку, то поправляла платье. Су Бэю пришлось отступить. Чтобы непоседливый дух больше не отвлекал Цзун Чэня, Тан Синьюэ под предлогом обучения гипнозу выманила Су Бэя в соседнюю комнату и указала на внушительную стопку фолиантов. Су Бэй оценивающе посмотрел на книги. «Похоже, она решила просто завалить меня теорией, чтобы я не мешал», — подумал он. Когда рабочий день подошел к концу, Тан Синьюэ увезла Цзун Чэня ужинать. Сначала они направились в элегантный французский ресторан, но на пороге Цзун Чэня пронзило смутное, почти болезненное ощущение. Обрывок памяти, ускользающий, как песок сквозь пальцы. Мысль была проста и непререкаема: он ненавидел эту кухню. — Не сегодня. Хочу чего-то нашего, — отрезал он. [Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 75%.] Тан Синьюэ на миг замерла, но тут же, улыбнувшись, согласилась: — Конечно, как скажешь. Улучив момент, она быстро отправила сообщение, получила адрес и, уже обращаясь к Цзун Чэню, спросила: — Я знаю одно место. Поедем? На этот раз он лишь кивнул. В уютном зале китайского ресторана они сделали заказ. Взгляд Тан Синьюэ упал на рояль в углу. — Хочешь, сыграю для тебя? — предложила она, вставая. Она направилась к инструменту, но Су Бэй был проворнее. Его пальцы коснулись клавиш первыми. Первые же аккорды пробудили в сознании Цзун Чэня новый вихрь образов – столь же ярких и неуловимых. Тан Синьюэ, застывшая рядом, была вне себя от ярости, но не могла ничего сказать. Она лишь метала в невидимого соперника молнии взглядов. Цзун Чэнь смотрел на женщину у рояля, и ее силуэт начал расплываться, накладываясь на контуры другого, давно забытого, но такого родного призрака. Звуки музыки преобразовывали реальность: стены ресторана растворились, уступив место знакомым обоям его спальни. Черный лакированный рояль стал ослепительно белым. Теперь в его мире не было Тан Синьюэ. Был только Он. А сам «виртуоз» в этот момент отчаянно шептал: «Ну как, 8-8? Видала мой класс? Гипноз – это не так уж и сложно, если взяться с душой!» […Продолжай в том же духе.] Су Бэй повернул голову в сторону Цзун Чэня, и все его напускное высокомерие исчезло, сменившись откровенной дерзостью истинного «взрывного парня». — Чего уставился, а? Вспоминай быстрее, или я с тобой навсегда рассорюсь!