Глава 521. Маска из человеческой кожи
29 января 2026 г., 19:12
Взгляд Су Бэя, скользнувший к Су Цзиню, стал внезапно сложным и непроницаемым.
— Император в беспамятстве, а дела империи вершит Ань-ван, — произнес он, и в голосе его не было ни тени сомнения. — Стало быть, именно ему и надлежит взойти на Алтарь Неба.
На лице Су Бэя отразилось самое искреннее отвращение к этой идее.
— Ни за что! Если все доклады заверяет императрица и государством правит императрица, то и приносить жертвы Небу должна она! — парировал он. С ума ли он сошел, чтобы взбираться по этим девятистам девяноста девяти ступеням?
Су Цзинь опустил ресницы, его голос прозвучал тихо и бесстрастно:
— Это противоречит установленному порядку.
Су Бэй резко поднялся.
— Порядок устанавливают люди! Какое может быть противоречие? Решено! — отрезал он, уже направляясь к выходу. — У меня во дворце дела. Я удаляюсь!
И он стремительно ретировался, будто за ним гналась погоня. Честное слово, даже под страхом смерти он не ступит ни на одну из тех бесчисленных ступеней.
***
На следующий день совет министров по большей части был посвящен предстоящему жертвоприношению. Жарче всего спорили о том, кто же возглавит подготовку. И, разумеется, каждый норовил переложить эту почетную, но крайне невыгодную ношу на плечи другого. В конце концов, церемония была отнюдь не подлинной – лишь ловко расставленной западней для Су Бэя. Взяться за ее подготовку означало рискнуть угодить в собственную силок.
Наблюдая за тем, как сановники с неслыханным смирением уступают друг другу эту «честь», Су Бэй не удержался от едкого замечания:
— Какое же трогательное единодушие, господа министры! Прямо загляденье!
В ушах придворных его слова прозвучали откровенной насмешкой. Но Су Бэй уже продолжал:
— Однако я все же не могу понять, в чем суть вашего спора. Раз церемонию предложил министр Сунь, то ему, по логике вещей, и надлежит ею заниматься. Не так ли?
Лицо министра Суня застыло маской.
— Помилуйте, Ань-ван! — возразил он. — Жертвоприношение Небу –дело величайшей важности. Скромный чиновник не обладает для сего достаточным саном.
Су Бэй сделал вид, что задумался.
— А кто, по-вашему, уважаемый Сунь, обладает достаточным саном?
Тот, приняв вид погруженного в раздумья мудреца, изрек:
— Полагаю, это как нельзя лучше подобает императрице.
Су Бэй лишь покачал головой.
— Не годится. Не женское это дело. Так что готовить церемонию будете вы, министр Сунь.
Не дав ошеломленному чиновнику вымолвить и слова, Су Бэй громко объявил:
— Совет окончен!
И покинул зал, оставив чиновников в растерянности переглядываться. Министр Сунь в бессильной ярости мысленно признал, что с этим Ань-ваномшутки плохи. Под тяжелыми взглядами коллег он раздраженно дернул рукавом и вышел следом.
***
Как обычно после совета, Су Бэй направился во дворец Фэн У, неся под мышкой внушительную пачку докладов. Су Цзинь, увидев его, даже не проявил удивления. Су Бэй без лишних церемоний устроился напротив и с деловым видом заявил:
— Я подумал насчет церемонии. У императрицы есть еще один вариант.
Су Цзинь слегка приподнял бровь, выражая сдержанный интерес. Что же тот придумал?
Су Бэй вынул из рукава тончайшую, почти невесомую пленку – маску из человеческой кожи.
— В церемонии может поучаствовать… сам император, — сказал он.
Су Цзинь сузил глаза. Взгляд его, уставленный на Су Бэя, стал холодным и отстраненным. Этот человек казался ему теперь абсолютно чужим. Он не помнил, чтобы его младший брат владел искусством грима, да еще в такой совершенной форме – умением превращаться в него самого. Обладая подобным навыком, свергнуть династию было бы детской забавой. Зачем же он раскрывает свои карты сейчас? Какую игру ведет?
Су Бэй игриво хлопнул ресницами.
— Ну как? Таким образом, и тебе, и мне ходить никуда не придется.
Су Цзинь опустил взгляд на странный предмет в руках Су Бэя.
— А кого, по мнению Ань-вана, следует нарядить в личину императора?
— Да тебя же! — ответил Су Бэй, словно это было само собой разумеющимся. В конце концов, если отбросить внешность, разве Су Цзинь не был самым что ни на есть подлинным императором?
Губы Су Цзиня тронула легкая, неясная улыбка.
— Но я – женщина. Как же мне изобразить императора?
Су Бэй лишь развел руками.
— Этого я уж не знаю. Маска у тебя есть. Если нужна еще одна –пожалуйста, — он потряс рукавом, будто готовый извлечь оттуда новый артефакт. — А уж как решить проблему с воплощением… тут я, ван, бессилен.
Су Цзинь протянул руку, и его пальцы коснулись холодноватой, пугающе живой на ощупь поверхности маски. Голос его прозвучал тихо и вкрадчиво:
— А что, если на эту роль… примерится сам Ань-ван?
