Краткое руководство по перемещению: Злодей, умоляю, отпусти!/快穿攻略：大佬，求放过!

В конце концов, Чжуан Сыюй сделала глубокий вдох. Это был её единственный шанс. Стоило лишь избавиться от Су Бэя – и Шэнь Цзю будет принадлежать ей. С твёрдой решимостью она подошла к двери и уже собралась постучать, но обнаружила, что та не заперта. Помедлив лишь мгновение, она вошла внутрь и застыла на пороге, словно вкопанная. Даже не имея опыта в делах любовных, она безошибочно поняла, что здесь только что произошло. Об этом красноречиво говорила тяжёлая, переполненная страстью атмосфера в комнате и безвольная рука Су Бэя, лежавшая поверх тонкого одеяла. Су Бэй смутно услышал шаги, но сил повернуть голову или открыть глаза у него не оставалось. «Пусть будет что будет», — безучастно подумал он. Взгляд Чжуан Сыюй, упавший на его фигуру, стал острым, как отточенная сталь, и ядовитым, как змеиный яд. Казалось, она жаждала пронзить его насквозь. Посмотри, Су Чэн, во что превратился твой драгоценный! Увидь, как он низко пал! Сжимая в руке маленькую фарфоровую куклу, она с силой швырнула её об пол. Раздался сухой, звонкий звук – фигурка разлетелась на осколки. Су Бэй почувствовал резкий холодок опасности и едва успел приоткрыть веки, как воздух в комнате содрогнулся от леденящего душу шёпота. — Су Бэй, я пришёл за тобой, — прозвучал голос Су Чэна. Су Бэй встретился с его взглядом, в котором читалась невыносимая, сконцентрированная до предела одержимость. Инстинктивно он рванулся прочь, но было уже поздно. Су Чэн накрыл его одеялом, и его движения внешне казались нежными, но в них сквозила такая опасность, будто он скорее готов был задушить, чем укутать. Затем он легко поднял Су Бэя на руки. — Ты был непослушным мальчиком, — тихо и очень мягко прошептал он у самого его уха. — За это придётся поплатиться. Тогда Су Бэй, собрав последние силы в кулак и в подобие даньтяня, закричал во всю мощь лёгких: — Шэнь Цзю, конченый ублюдок! Быстро иди сюда и спаси меня! Лицо Су Чэна мгновенно исказила тень. Не произнося больше ни слова, он резко развернулся и бесследно исчез в пространстве. Чжуан Сыюй, действуя быстро, собрала все фарфоровые осколки с пола и, не колеблясь, со всей силы ударила себя ладонью в грудь. Едва её тело содрогнулось от боли, дверь с грохотом распахнулась. В комнату ворвался Шэнь Цзю, от него исходила такая свирепая, убийственная аура, что воздух стал густым, как смола. Его взгляд впился в притворно-слабую Чжуан Сыюй. — Где Су Бэй? — прорычал он, и каждый слог звучал как удар грома. — Его… Его увез Су Чэн, — всхлипнула она, выдавливая из себя слёзы. — Я пыталась остановить… но не смогла. Су Бэй… он сам согласился уйти. Шэнь Цзю медленно, с убийственной невозмутимостью сделал шаг в её сторону. Затем ещё один. Его шаги отдавались в её ушах, словно удары тяжёлого молота по наковальне сердца, сокрушая волю и рождая животный, неудержимый ужас. Она едва сдержала импульс бежать без оглядки. Он остановился перед ней, его тень накрыла её полностью. Спокойным жестом он взял с прикроватной тумбы маленькую бусину, лежавшую под часами, и бросил её на пол между ними. — Сама расскажешь, что произошло, — его голос был низким и ровным,— или мне помочь тебе вспомнить? Из бусины вырвался луч света, и в воздухе возникло чёткое изображение – всё, что случилось в этой комнате минуту назад. Чжуан Сыюй почувствовала, будто проваливается в ледяную пучину. Она и представить не могла, что ШэньЦзю оставил здесь такой артефакт. — Говори, — повторил он, и в этом одном слове уже звенело нетерпение и сталь. Понимая, что отступать некуда, Чжуан Сыюй внезапно усмехнулась. Это была горькая, вызывающая усмешка обречённого. — Что я могу сказать? Разве что впустила волка в дом, — она дерзко встретилась с его взглядом. — Но человека-то увела не я. Откуда мне знать, где теперь твой Су Бэй? Она сделала паузу, позволяя яду накопиться в словах, прежде чем выплеснуть его: — К тому же, у Су Чэна был такой вид… Нездоровый блеск в глазах. Боюсь, когда ты его всё же найдёшь, твой любимчик уже вовсю будет наслаждаться, постанывая под ним. Взгляд Шэнь Цзю вспыхнул ослепительно-холодным светом, как обнажённый клинок при вспышке молнии. Его рука молнией метнулась вперёд и сдавила её горло. — Если хоть волосок с его головы упадет, — прошипел он, и каждое слово обжигало, как раскалённый уголёк, — твоя жизнь кончится медленнее и мучительнее, чем ты можешь вообразить. Едва он договорил, другая его ладонь со страшной силой обрушилась на её нижний даньтянь. Чжуан Сыюй ощутила, как внутри что-то необратимо рвётся и гаснет – её годы соверщенсьвования рассыпались в прах за одно мгновение. Затем он отшвырнул её в сторону, как отбрасывают оборвавшуюся верёвку или выжатый лимон. Он уже был готов ринуться в погоню, как внезапно со всех сторон, из сада и с крыши, донеслось мяуканье. Сначала редкое, затем всё более настойчивое и громкое. Оно росло, сливаясь в нестройный, полный укора и гнева хор. Это были девятихвостые кошки, лишённые своих внутренних ядер и насильно возвращённые в изначальный, звериный облик. Они не могли говорить на языке людей, но Шэнь Цзю без труда понимал смысл их пронзительных криков. Их вопли были полны обвинения и требования. Они спрашивали его, собрался ли он стать предателем своего же рода? Су Бэй, ради своих эгоистичных целей, погубил и осквернил столько их сестёр и братьев. Если Шэнь Цзю сейчас сделает шаг за порог в погоне за этим чудовищем, ему придётся переступить через их бездыханные тела. Шэнь Цзю даже бровью не повёл. Его лицо оставалось непроницаемой каменной маской. Он не удостоил их взглядом, просто шагнул вперёд – и растворился в пустоте, будто его и не было. Грохочущий хор мяуканья оборвался на самой высокой ноте. Комната и сад погрузились в оглушительную, абсолютную тишину. Из уголка рта распростёртой на полу Чжуан Сыюй медленно потекла струйка крови. В её помутневшем сознании проплыла последняя, горькая и насмешливая мысль: «Смешные… Разве могут простые кошки остановить настоящего демона? Грозить ему своими жалкими жизнями… Какое же самодовольное высокомерие».