Глава 585. Деловое предложение
1 февраля 2026 г., 00:40
Мысль, раз возникнув, пустила в его сознании корни и принялась буйно разрастаться, подобно полевой траве.
Каждая мельчайшая деталь, каждый мимолётный контакт между Су Бэем и Гань Тяньтянь – всё это снова и снова всплывало в памяти Цзи Шусюаня, обретая навязчивую чёткость.
Гань Тяньтянь постоянно переходила Су Бэю дорогу. Окажись на его месте другой, она бы давно поплатилась жизнью.
Но Су Бэй даже не помышлял о том, чтобы её наказать.
Даже в той истории с чиновником Цянем, лишь бы она не правильно поняла его мотивы, Су Бэй собственноручно передал ей все собранные улики.
Чем больше Цзи Шусюань размышлял об этом, тем неумолимее складывалась в голове картина: Су Бэй хочет разорвать брачный договор с духом ради Гань Тяньтянь.
От этой догадки взгляд его становился всё темнее, а леденящая аура вокруг сгущалась, наполняя пространство морозным дыханием.
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 35%.]
Су Бэй почувствовал, как холод пронизывает его до костей, и инстинктивно плотнее запахнул лисью накидку.
«Неужели главный герой всё ещё здесь? И почему с ростом этого "прогресса" становится только холоднее?»
[А разве хост не знал, что он не уходил?]
Су Бэй принял самое невинное выражение лица, какое только смог.
«С чего бы мне знать? Я же, в конце концов, даже не вижу этого самого главного героя».
[Хе-хе.]
Су Бэй выразительно закатил глаза.
«Вот ироничная система. Совсем обнаглела».
И вдруг леденящий холод отступил, сменившись давно забытым теплом.
Су Бэй тут же поднялся с места.
— Всё, спать!
***
Цзи Шусюань вернулся в усадьбу. Гань Тяньтянь не спала, дожидаясь его, чтобы узнать результат.
Увидев его, она едва сдержала нетерпение.
— Ну как? Получилось?
Взгляд Цзи Шусюаня скользнул по ней, и девушка явственно ощутила в воздухе колкую, убийственную холодность.
Она невольно отступила на шаг, лихорадочно соображая: «Неужели я в чём-то провинилась перед ним?» Казалось, нет.
Значит, это национальный мастер вывел его из себя?
— Или… что-то пошло не так? — осторожно спросила она.
Цзи Шусюань скрыл бурю в глазах, и его голос прозвучал плоским, безжизненным.
— Как ты думаешь, что он за человек – Духовный мастер нации?
Гань Тяньтянь, конечно же, тут же принялась поливать Су Бэя грязью. Она была уверена: раз гнев вана вызван тем человеком, нужно говорить с ним заодно.
Но она не ожидала, что с каждым её язвительным словом лицо ЦзиШусюаня будет хмуриться всё сильнее, а пронизывающая всё вокруг зловещая аура – сгущаться и тяжелеть.
Гань Тяньтянь продрогла до костей и в смятении понимала, что снова сказала что-то не то.
— Я… я опять что-то не то говорю? — выдохнула она, и голос её задрожал.
— Нет. Всё совершенно верно, — отозвался Цзи Шусюань тем же безразличным тоном, хотя холод вокруг и не думал рассеиваться.
Ему страстно хотелось знать, какую бы реакцию вызвали эти слова у Су Бэя.
Гань Тяньтянь окончательно струсила и не посмела больше заикаться о той резиденции.
***
На следующий день Су Бэй нежился на солнце, прижимая к груди тёплый комочек по имени Цици.
«Кажется, я уже полностью развалил образ высокомерного и неприступного национального мастера», — подумал он с лёгкой иронией.
Внезапно со стороны стены послышался глухой удар, будто что-то тяжёлое рухнуло на землю.
Су Бэй лишь бровью повёл. Мгновение спустя стражник, добросовестно выполняя свой долг, привёл к нему «нарушительницу», держа её за шиворот.
— Ваша Светлость, супруга четвёртого князя перелезла через стену и упала во внутренний двор.
Гань Тяньтянь взглянула на мужчину, возлежавшего на шезлонге с котёнком в руках, и невольно отметила, как тот приятен глазу.
— Я не специально! — начала она, оправдываясь. — Я просто… хотела обсудить с вами одно дело.
Су Бэй счёл это полным абсурдом. Такого поворота в сюжете не было. Точка.
— Вышвырнуть её обратно.
— Правда дело! — заерзала она в руках стражи. — Касается усадьбы чиновника Цяня!
Тут Су Бэй всё понял. А, так она всё ещё не оставила надежд заполучить тот дом.
— Какое дело? — спросил он, и в глазах его мелькнул интерес.
Раз уж она сама напросилась, почему бы не позабавиться? В конце концов, если героине несладко, ему от этого только приятнее.
