Глава 690.
12 февраля 2026 г., 20:41
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 50%.]
Сообщение системы вызвало у Су Бэя лёгкое удивление. «Неужто всё так просто в этом мире?»
Шэнь Хуань пристально смотрел на него, пытаясь разгадать малейшую эмоцию на этом невозмутимом лице. Внутри клокотало навязчивое желание закрепить свою победу, поставить точку. Голос его прозвучал низко и сдавленно, переполненный нездоровой страстью:
— Су Бэй, — повторил он, — ты мой.
В этих словах не было места для сомнений. Только абсолютная, всепоглощающая собственническая уверенность. Казалось, весь мир для Шэнь Хуаня стёрся, оставив лишь одну эту фигуру.
Су Бэй же мысленно уже вернулся к насущной проблеме – злобному духу, чьё присутствие сгущало воздух. Ответил он рассеянно, машинально, словно отмахиваясь от назойливого ребёнка:
— Твой, твой, конечно твой.
Для Шэнь Хуаня этого было достаточно. Он проигнорировал тон, проигнорировал контекст – важен был лишь сам факт согласия. Углы его губ дрогнули, на миг отразив глубинное, тёмное удовлетворение.
Иллюзорную тишину разорвал свист. Мерзкое щупальце, склизкое и живое, вырвалось из начавшего гнить в руке Шэнь Хуаня цветка и метнулось к его запястью.
Су Бэй среагировал раньше, чем Шэнь Хуань успел моргнуть. В воздухе чиркнула полоска бумаги-талисмана, и щупальце, охваченное синим пламенем, дёрнулось и отползло.
— Выбрось эту гадость сейчас же! — бросил Су Бэй, брезгливо морщась.
Шэнь Хуань лишь крепче сжал пальцы. В его голосе прозвучала упрямая, почти детская обида:
— Но ты же сам мне его дал.
Су Бэй закатил глаза. Сам виноват, что связался.
— Когда выберемся отсюда, подарю новый. Десять, если хочешь. А этот –вонь одна, брось его!
Шэнь Хуань резко повернул к нему голову. Взгляд его вспыхнул, словно угли.
— Много, — потребовал он. — Очень много.
В воздухе снова чиркнул талисман, отбрасывая очередную тварь.
— Ладно, ладно, много! — поспешно согласился Су Бэй. — Только избавься от этого, ради всего святого!
Обещание сработало. Шэнь Хуань швырнул цветок прочь с таким видом, будто это был отработанный мусор. Предмет вспыхнул в полёте, искажённые пламенем щупальца извивались, издавая тонкий, леденящий душу визг.
Из темноты, от ящика, где она пряталась со своим «мужем», раздался пронзительный, полный ненависти голос духа-женщины:
— Какая мерзость! Двое мужчин... и такие грязные отношения!
Едва слова прозвучали, все кабинки, кроме одной, пришли в движение. Они ожили, и из них хлынули потоки той же склизкой, шевелящейся плоти, устремившись на Су Бэя. В её иллюзорном царстве она была архитектором, и стены, и пол, и сами предметы подчинялись её воле.
Су Бэй отпрыгнул от брызжущей слизи.
— Шэнь Хуань, хватит! Кончай с этим быстро, тошнит уже смотреть!
Шэнь Хуань кивнул. Его взгляд, тёплый и почти мягкий мгновение назад, стал острым как лезвие. Он метнулся вперёд, не обращая внимания на хлюпающую под ногами массу. В его руке мелькнула тёмная деревянная гроза нечисти – меч из персикового дерева.
Женщина взвыла, швыряя в него обломками и сгустками энергии, но Шэнь Хуань был стремителен как тень. Ничто не могло коснуться его. В ярости она перенесла атаку на Су Бэя.
Тот лишь усмехнулся. Правой рукой он непрерывно метал талисманы, сжигая на подходе каждую угрозу, а левая уже доставала запасённый клубок красного шнура с колокольчиками. Он был не менее опасен, чем его одержимый спутник.
Пока призрак отвлекался на Су Бэя, Шэнь Хуань нашёл брешь. Он оказался прямо перед ней. Без лишних слов, холодным и точным движением он вогнал ей в грудь заострённый кол из того же персикового дерева, намертво пришпилив призрачную сущность к ржавой стенке.
— Мама! — раздался тонкий, испуганный крик.
Маленький дух, управлявший всей ползучей массой, бросился к ней на помощь. Но Су Бэй был начеку. Красный шнур взвился в воздух и крепко обвил худую детскую руку. Рывок – и малыш с глухим стуком шлёпнулся на пол. Он вскакивал и снова рвался вперёд, но магический шнур безжалостно отшвыривал его назад, раз за разом.
Женщина-призрак, беспомощная и пригвождённая, заходилась в новой ярости:
— Оставьте его! Он же всего лишь дитя! У вас что, сердца нет?!
Су Бэй наконец обернулся к ней. В его глазах не было ни злобы, ни страха, лишь холодное, почти академическое презрение.
— Знаешь поговорку? — спросил он тихо. — «Если отец не наставил сына на путь – вина отца». Мать, разумеется, тоже несёт ответственность. Ты взрастила в нём монстра, позволила ему упиваться чужими страданиями. Ты залила его руки кровью, пусть и невидимой. Какое же ты имеешь право теперь возмущаться, когда кто-то другой решает дать ему необходимый урок?
«Если сама не воспитаешь свое отродье, это сделает жизнь. Или такие, как мы». Эту последнюю мысль он оставил при себе. Разводить мораль с призраком было выше его сил. Всё и так было более чем очевидно.
