Игрушка для монстров

      Исмель всё же не обманул её — брата ей дали увидеть. Лулу завязали глаза и куда-то долго везли. Когда с неё сняли повязку, она оказалось в небольшом поместье. Джона сделали слугой, он ухаживал за лошадьми и охотничьими собаками. Учитывая, что многих людских мужчин отправили в шахты, то судьбу её братца пока можно был назвать даже счастливой.       Поговорить им много не дали. Слёзы навернулись на глаза Джона, когда он увидел старшую сестру. Они смогли обняться, но их быстро растащили. Джон с тревогой спросил, что с ней делают эльфы, и у Лулу не хватило духу сознаться. Было и стыдно, и не хотелось травмировать его душу, поэтому она соврала с улыбкой на губах, что работает слугой в эльфийском доме, с утра до ночи драит полы и котелки, в холодной воде выстирывает одеяния хозяев. Прослыть рабой было проще, чем проституткой, и она слукавила. Это развеселило Исмеля, стоящего неподалёку и скучающе наблюдающего за пятиминуткой общения брата и сестры. Лулу быстро увели, ещё и гадко пошутили, что она назвалась служкой, но ей было плевать.       Её вернули в Башню, и пару дней особо не трогали, если не считать восстановления. Ей давали пить горьковатые настои, смазывали промежность непонятной душистой мазью, и болезненность полностью прошла, как и синяки от хватки Многорукого. Пару раз её снова водили в «комнаты просвещения», где опытная жрица любви на личном примере показывала, как ублажать мужчину, разложив на диване худощавого эльфа. Лулу морщилась, порой не выдерживала и отводила взгляд от чужого секса, но охранник в комнате грубо хватал её за челюсть, заставлял поворачивать обратно голову, чтобы она смотрела за «уроком». Лулу ненавидела это всей душой. И то, что в последние разы она начинала ощущать неправильное возбуждение и влагу между ног, насмотревшись развратных картин и наслушавшись наигранных неприличных стонов.       Лулу подумалось, что пока что ей везло, потому что второй клиент тоже объявился через пару дней. Не то, чтобы она что-то знала о проститутках особо, но вроде бы те ублажали каждый день мужчин и по несколько раз за ночь, чтобы заработать и себе, и борделю. А с ней никто не спешил. Исмель будто выжидал и хотел подкладывать её под определённых клиентов.       И в этот день он привычно без предупреждения вошёл в комнату, когда Лулу сидела на кровати и рисовала наброски в альбоме — рисовать ей разрешили, дали карандаш, поощрив её увлечение.       — Сегодня твой второй клиент, — без всяких приветствий сообщил эльф, усевшись за стол напротив и вальяжно закинув одну ногу на другую. — Он мне дорог, он практически единолично выкашивает толпы врагов, как мини-армия, он у меня на вес золота. Быстрый, безжалостный, смертоносный, он оставляет после себя горы трупов и ни о чём не сожалеет. Вот бы таких у меня было много в наёмниках… Но его род вымирает, увы, таких мало осталось.       Лулу вздрогнула, попыталась справиться с эмоцией страха. «Очередной убийца…» — нервно подумалось ей. Сколько под таких она ещё ляжет — под монстров, что легко убивают её соплеменников на войне? Впрочем, насчёт людей она тоже не питала иллюзий. Варварские племена были не лучше эльфов-захватчиков, а то и хуже.       — Этот воин отличается от первого, — как ни в чём не бывало продолжал вещать Исмель. — В общении он кажется спокойным, очень гордым и серьёзным. Но секс тебя ждёт очень необычный и увлекательный, обещаю, — он не сдержал похабной улыбки, наслаждаясь мелькнувшим страхом в её глазах. Кажется, это отчаянно его забавляло — смотреть, как широко раздуваются её ноздри и нервно поджимаются в кулаки пальцы. Он не жалел её, словно готовил к худшему. Кто это будет, Исмель снова умолчал, сказал только имя — Нааш.       Лулу думала, что после первого Нелюдя во второй раз она будет спокойнее, но переоценила себя. Страшно было так же, даже больше. Потому что теперь она отчётливо понимала — её выебут по-любому, никаких поблажек. Ещё и заверения, что она ляжет под очередного убийцу только усугубляли её состояние.       Ей снова сделали простецкий невинный образ — распущенные чистые волосы, струящиеся по спине, да лёгкое полупрозрачное белое платье на завязках-лямочках. Это даже было больше похоже на ночнушку, чем на одежду. Глаза ей привычно завязали, пока вели длинными коридорами в новое место встречи. Исмель как-то гордо хвастался, что в некоторых комнатах они так искусно применяют магию, что могут стилизовать их под вкусы клиентов. Новое помещение вызывало у неё кучу вопросов и волнения, когда ей развязали глаза и быстро оставили одну.       Это даже было больше похоже на подвальную комнату, какой-то тёмный грот. Единственным источником освещения были два факела, воткнутые в землю в крепление, и в этом мерцающем круге света стояла взвинченная Лулу. Под голыми ступнями почему-то был песок, не холодный, а тёплый. В целом, здесь было тепло, и огонь факелов источал жар, но от волнения её тело бил озноб. Лулу сжалась, обхватила себя руками, переступая с ноги на ногу в ожидании чего-то. Это место её напрягало, пугало — словно она в пещере какой-то оказалась. Ни стула, ни кровати, ничего того, на чём можно было заниматься сексом. Где всё? Не на полу же её будут иметь?.. Этот вопрос не давал ей покоя.       Она вздрогнула, когда ей показалось, что она слышит шорох позади себя. Лулу резко обернулась, стоя в большом кругу света, но во тьме ничего не увидела. Однако шорох раздался теперь с другой стороны, и он звучал всё ближе, словно обступал её сплошным кольцом, но никого не было видно. Мрак скрывал незнакомца или нечто. От нервозности и страха Лулу вскрикнула, вдруг различив в тенях блеск змеиной чешуи. Просто огромнейшей змеиной чешуи. Неужели это…       Она похолодела, вспоминая слова Исмеля, как он рассказывал, что вначале хотел отдать её Нагу, человеку-змею, но тот задержался на неком задании. Неужели это таки правда, и к ней пришёл сам Змей? Или правильно сказать, что приполз?       Страх обрушился на неё ледяным ушатом. Лулу задрожала как осиновый лист, обхватывая себя плотнее за плечи. Она понимала, что тварь крадётся в тени, скользит вокруг неё, будто рассматривает. И как же он её рассматривает? Как добычу? Как игрушку сейчас?       Она снова повернула голову на звук, но никого не увидела, мелькнула лишь тень движения, смутно различимый призрак где-то во тьме. Лулу сглотнула слюну, скопившуюся под языком. Сердце ускорило темп, оно словно забилось быстрее. И тварь наконец-то показалась, выползая прямо перед ней. Человеком уж точно это существо никто бы не назвал, и перед ней реально показался Наг: верхняя часть тела была человеческой, обнажённым мужчиной с длинным вытянутым торсом по подвздошные косточки, заканчивающимся началом мощного змеиного тела, что разгибалось в многочисленных кольцах огромнейшего чешуйчатого хвоста, казавшегося бесконечным. Лоснящаяся змеиная шкура отливала золотисто-изумрудными чешуйками, и пятна чешуи располагались по голому людскому торсу Змея — то на плечах, то у сосков, немного на боках и скулах. Его человеческое туловище было жилистое, бледного цвета с голубым подтоном кожи, оно не имело пупка и выглядело каким-то грубым на ощупь, словно шершавой плотной структуры. Удлинённые толстые когти на изломанных пальцах только добавляли его образу ещё больше жути. Отросшие изумрудно-чёрные волосы были собраны на затылке в лохматый пучок, открывая взору лицо Змея. Оно выглядело хищным — вытянутое с острыми высокими скулами, с опущенным кончиком носом и какими-то грешно-алыми губами, выглядящими как приманка-привлечение для глупых хорошеньких мышек. Змей был красив страшною красою. Или красиво страшен. И то, и то звучало очень подходяще.       Он лишь миг помедлил, а затем снова заскользил к Лулу, оцепеневшей от страха. Её сердце забилось отчаянно быстро, воздух будто покинул лёгкие, когда тварь выползла прямо перед ней, здорово возвышаясь на половину её роста. Змей абсолютно не спешил, он будто проверял её терпение и следил за реакцией. Выглядел он действительно до устрашающего впечатляюще — Наг двигался так неестественно, так необычно. Его змеиное чешуйчатое тело было мощным и толстенным, в ширину человека, и невероятно длинным. Сложно было сказать, сколько эта тварь была всего в длину, учитывая сложенные кольца. И двигался Змей в плавном, гипнотическом ритме, чешуйчатые кольца поднимались и опадали, перетекая, как струящийся металл, якобы подчиняясь волнам невидимой воды. От движения змеиного тела человеческий торс будто несло по воздуху, он то приподнимался, то опускался при движении, от чего обманчиво создавалось впечатление, что грудь и руки словно жили в ином ритме. Золотые, даже жёлтые глаза с продольными зрачками уставились на Лулу, когда Наг навис над ней, наконец-то замерев.       Повисло молчание. Наг разглядывал её своими чуть вытянутыми глазами с вертикальными зрачками, ноздри видимо вобрали воздух, словно вдыхая её запах, и яркие кровавые губы плотно сжались на бледном лице. Лулу каким-то чудом не отвела взгляда, смотрела снизу вверх на тварь над ней, хотя её начинало колошматить. Она чувствовала, как страх липким комком сжимает горло, она отчаянно пыталась не паниковать, но что-то никак не получалось. Всё, что она сейчас могла — это попытаться унять дрожь и не зарыдать громко в исступлении. Ведь это не поможет ей и уж точно не разжалобит Змея. Лулу уверяла себя, что Исмель знал, что говорил. Он повторял ей, что убивать и калечить женщин в башне строго запрещено, значит, это существо не должно ей причинить боли. Ну, по крайней мере, боли со смертельным исходом.       Кроваво-красные губы Змея медленно приоткрылись.       — Ты боишьс-ся. Здес-сь тепло, но ты дрожишь.       Голос его, на удивление, звучал вполне по-человечески, с едва уловимым шипением, но звучал как-то бархатно, гипнотизирующее. Змей и глядел на неё вот так, чаруя, как гипнотизёр-маг. Если бы он был уродлив, наверное, было бы проще, а так эта холодная, пугающая красота оставляла чувство чего-то страшного, опасного и неправильного.       — Ты видишь подобных мне впервые? — спросил он. Спокойно так, неспешно.       Лулу сглотнула, попыталась собраться, а не трястись, как сосновый лист.       — Да, — честно призналась она. — Я никогда не встречал таких, как… как вы, как ваши сородичи, — она сглотнула. — Вы Наг?       Ну и глупый был вопрос. Но Змей всё равно обыденно кивнул.       — Исмель говорил, что ожидает некого Нааша, — Лулу продолжила говорить, набравшись невиданной смелости. — Нааш — это ваше имя?       Он снова молча кивнул.       — Меня зовут Лулу, — она решила сама представиться, хотя он не спрашивал. Ещё язык предательски заплетался от эмоций.       Змей Нааш молчал, нависая над ней, лишь изучающее смотрел. И эта неизвестность убивала её, заставляла распаляться и нервничать ещё больше. От того, что он пристально её рассматривал своими золотыми глазами, ей становилось ещё жутче. Его взгляд изучил её лицо, прошёлся по плечам, очертаниям груди в тонком платье-исподнем, опустился до голых стоп, где Лулу нервно поджимала пальцы ног. Наг вдруг протянул руку к её лицу, но от неожиданности Лулу дёрнулась и тут же застыла, испуганно на него уставившись. Обидится ли? Психанёт ли? Исмель требовал, чтобы она делала всё по желанию клиента, а не убегала от его прикосновений. Но Змей вроде бы не разозлился, хотя вертикальные зрачки на миг расширились и сузились обратно, когда она дёрнулась. Это напугало — так реагировали хищники, когда их жертва делала резкие движения.       — Не бойс-ся, — тягуче протянул он. — Я здес-сь ради приятного, а не плохого. Не причиню вреда.       Легко было говорить, да тяжело поверить. Лулу постаралась собраться и вымученно улыбнулась ему. На каменном лице Нага не отразилось ничего. Он медленно поднял руку снова, на этот раз будто протянул её, перевернул ладонь к верху.       — Дай руку, вложи в мою, — спокойно сказал он.       Лулу пересилила себя и сделала, как он просил, — она положила свою ладонь в его, стараясь игнорировать когтистые пальцы. Его кожа на ощупь оказалась сухой и прохладной. Нааш практически мягко сжал её ладонь, а затем склонился над ней и положил её ладонь на свою грудь, такую же суховатую, но теперь Лулу ощутила и пару чешуек, что росли у соска. И, главное, почувствовала размеренный, едва уловимый стук сердца под своей ладонью.       — Чувс-с-ствуешь? Звук такого же живого с-сущес-ства, — сказал он.       Лулу замерла от такой близости — Змей склонился над ней вплотную, изгибаясь так, будто его спина была без костей. Кончик носа человеческого лица практически задевал щеку, его холодное дыхание обдавало кожу. Ноздри Нага расширились — он вдохнул её запах? Лулу почему-то вспомнились рассказы охотников в селении, считавшие, что змеи «нюхают» не носом, а языком, постоянно высовывая его, чтобы взять пробу всякого в воздухе и считать нужное. И стоило ей только об этом подумать, как Нааш вдруг приоткрыл рот, и из него медленно-медленно высунулся очень длинный и тонкий раздвоенный язык. Лулу обомлела и замерла, как затравленный зверёк, не поворачивая головы к лицу сбоку. Она сдержалась и не вздрогнула, когда два кончика языка прошлись по её щеке, слегка вибрируя и будто снимая на пробу её вкус. Змей чуть согнулся, как-то неестественно вывернул шею ниже, и язык невесомо скользнул теперь по её горлу. От столь внезапных и стыдных ощущений она невольно зажмурилась.       — Не закрывай глаза, Лулу, — прозвучало над её ухом. Такой бархатный и одновременно шипящий голос. — Глаза у тебя крас-сивые, хочу с-смотреть в них.       Она подчинилась, немного удивлённая, что Нааш назвал её по имени. Змей чуть разогнулся и взял её за подбородок, вскидывая её лицо вверх к себе. Большой когтистый палец принялся скользить и оглаживать нижнюю губу Лулу, словно наслаждаясь её мягкостью.       — Вы такие мягкие. И тёплые. Хоть что-то в вас-с хорошее, — лениво произнёс Нааш. Он глядел на её губы с непроницаемым лицом, с абсолютно нечитаемым выражением золотых глаз. Страх же поглощал Лулу, ещё и это обнажённое получешуйчатое туловище перед самым носом заставляло её нервничать всё сильнее — стыдливое смущение смешивалось со страхом неизвестности.       Впрочем, даже выдохнуть она не успела, как её губы вдруг накрыли мужские. Змей склонил голову, изогнувшись человеческим телом, и поцеловал её. На какой-то миг это даже показалось нежным, пока его раздвоенный язык резко не толкнулся ей в рот, открывая губы и проникая внутрь. Лулу едва не запищала от испуга, почувствовав, как её собственный язык пытается оплести его, словно лиана. Она инстинктивно отпрянула, дёрнулась назад, но её резко удержали за плечи.       — Нет, — властно сказал Змей. — Не бойс-ся, я не причиню вреда. По-нас-с-стоящему, — зачем-то добавил он в конце. — Тебя ведь дали мне в награду за мои ус-спехи в задании. Верно, Лулу?       Ей нечего было на это возразить. Наг вот так спокойно напомнил ей про её место, её роль в этом месте. Он пришёл за наслаждением, а не чтобы успокаивать трясущуюся деву. Лулу ничего не знала о чести и повадках расы Нагов, ей избито думалось, что змеи хитрые и обманщики, как представляли их в легендах и сказаниях, поэтому не надо ему верить, что он не навредит. К тому же он мужчина, как никак. Но она в плену на определённых условиях, поэтому она решила просто поддаваться и не сопротивляться, принимая неизбежное. Может, так хоть не больно будет?       Нааш явно ощутил эту перемену, смирение. Он чуть склонил голову, высунул кончик языка, который миг повибрировал и засунулся обратно в рот, словно Наг привычно проверял воздух. А затем он протянул обе человеческие руки и стал развязывать завязки-лямки платья Лулу. Она чуть сжалась, но осталась стоять ровно, лишь ноздри выдавали её волнение, когда платье упало к её ногам, и она осталась полностью обнажённой.       Наг отклонился, чуть скользнул назад, неестественно двинув человеческим телом в воздухе на приподнятом змеином туловище. Он отстранился, чтобы лучше рассмотреть представшую перед ним картину — голую девушку. Он ничего не говорил, не комментировал, и это смущало. Прошлый Шива нёс похабщину, отвешивал сальные шуточки, отчего можно было с него раздражаться. Змей же скрывал все эмоции, если они вообще у него были. Его молчание, его блуждающий загадочный взгляд пугали её до чёртиков. При этом Лулу всё равно каким-то нутром ощущала его животной интерес и желание. Ему явно нравилась представшая картина перед ним.       И Наг вдруг двинулся, чуть не заставив Лулу пуститься в бегство, но она снова устояла. Ведь движение огромнейшего змеиного хвоста для неподготовленного человека выглядело жутко и впечатляюще. Золотисто-изумрудные кольца раскручивались на земле с песком, следуя за своим владельцем. Наг медленно полз вокруг неё, обвивая клубком своего хвоста. Лулу услышала слабый трещащий звук, но не поняла, что это и откуда. Нааш же обходил, обползал её, рассматривая со всех сторон. Лулу чуть вздрогнула, когда он протянул руку, касаясь её плеча. Когтистые суховатые пальцы огладили её голое плечо, а потом подушечками заскользили вниз, по всей руке, огладили локоть, скользнули дальше по предплечью, сжимая кисть. А затем вновь заскользили по её руке, но уже вверх. Змей изогнулся, нырнув в сторону, и его пальцы стали двигаться следом уже по её туловищу, оглаживая живот, задевая пупок и делая в нём круговое движение. Миг, и Наг оказался с другого бока. Его ладонь заскользила теперь по её талии, практически сдавила бока в какой-то сильной ласке, а потом задвигалась по покрытой мурашками коже назад. Лулу всё же слегка дёрнулась, когда сильные пальцы сжали одну её ягодицу, сминая в своей хватке.       — Тихо, не бойс-ся, — мягко прошипел-прошептал ей под ухо Нааш.       Сложно было не бояться, особенно, когда змеиное тело вдруг убыстрилось и клубками завернулось вокруг Лулу. На этот раз она не сдержалась, громко вскрикнула от испуга, чувствуя нереальную мощь Змея — он обхватывал её в кольца, закружив на месте, а потом завернул в свою мощную, смертельную ловушку. Огромный хвост теперь держал её за талию, рёбра и часть ног. Лулу терялась в этих клубках, но прекрасно чувствовала нереальную силу и понимала, что её сжали даже не по-настоящему. Она с ужасом поняла, как умирали враги этого Нага — его тело точно было способно сломать все кости любому существу за считанные секунды.       — Не бойс-ся, — в который раз повторил Нааш, он возвышался над ней сзади. — Я с-сделаю тебе хорошо.       Лулу почувствовала, как что-то мягко и осторожно проскальзывает между её бёдер, заставляя их раздвинуться и пропустить это нечто толкающееся. Это был кончик хвоста, и она вдруг поняла, откуда иногда слышала странный трещащий звук. Он исходил из жёлтых круглых наростов на кончике хвоста, на который будто была надета длинная погремушка, что вибрировала и издавала трещаще-стрекочущий звук. Кто-то когда-то ей рассказывал, что существуют такие змеи, трещащие хвостом в моменты опасности. Сейчас же огромному Нагу ничего не угрожало, и он использовал эту жёлтую штуку явно в спорном назначении: кончик хвоста резко извился, а затем плавно скользнул между складками лона, а затем завибрировал, зажужжал, словно пчела в банке, и буквально стал теребить этой вибрацией клитор.       Ощущение были непередаваемые, скорее, неожиданные, что Лулу покраснела, смутилась до ужаса и начала вырываться.       — Что?! Нет, нет! Что вы делаете?! Ах, не надо, пожалуйста! — она задёргалась, но скрутившие её кольца змея не дали вырваться, даже немного плотнее сжались, заставляя испугано вскрикнуть.       — Это не больно, — возразил ей под ухо змей. — Рас-слабьс-ся.       Лулу выгнулась в его кольцах, прикрывая глаза. Хвост с погремушкой всё жужжал, создавая уникальную вибрацию, вроде было щекотно, но быстро стало становиться очень приятно, кровь будто приливала там внизу, как ей казалось. Хотелось сжать ноги и заскулить, да ей никто не дал. Стыд и наслаждение мешались со страхом, с мыслью как это всё непристойно и неправильно, и усугубляло всё то, что Лулу чувствовала, как между ног стремительно собирается влага. Тем временем когтистые пальцы Нааша карабкались вверх по её спине, то ли ласкали, то ли нежно царапали кожу. Холодное дыхание коснулось её уха, заставляя краснеть еще сильнее — Змей мягко прикусил её мочку уха, от чего волна постыдного удовольствия разлилась по телу в купе с нарастающим наслаждением между ног.       — Ты можешь с-стонать, Лулу, нас-с не ус-слышат, — шепнул ей Змей. — Мне будет приятно.       — Я не… я…. — слова потонули в позорном всхлипе, когда гремучий хвост завибрировал сильнее.       Змеиные кольца задвигались по её телу. Было чуть неприятно, больновато, слишком плотно они сжимали, но Лулу каким-то образом понимала, что её жалеют. Наг извернулся и оказался человеческим телом перед ней, а змеиным притянул её к себе. Кольца сжались снова во вращении, обхватили плотно туловище, оковывая и руки. Лулу застонала, выгибаясь, чувствуя, как чешуя чуть вдавливается под грудью. Странная смесь страха и неправильного удовольствия смешивалась в ней так стремительно, что она терялась. Хвост продолжал теребить её уже мокрейшую промежность, и собственное дыхание стало рванным.       Наг высунул кончик раздвоенного языка, завибрировав им по воздуху. Он изогнулся телом, взял груди Лулу в руки и склонил к ним чёрную голову. И змеиный язык уверенно загулял по её груди, Нааш то обводил раздвоенным кончиком соски в хищной ласке, то алыми губами засасывал их глубоко в рот, дразнясь или делая сладко-мучительный отсос. Лулу на это невольно застонала, зажмуривая глаза. Картина была слишком развратная: она в кольцах Змея, который припал к её груди, как здоровенное дитя, и игрался с её набухшими сосками. Посмотрев вниз, она немного испугалась — Нааш стал практически заглатывать её грудь наполовину в рот, который как-то неестественно растягивался. Она нервно вспомнила, как змеи способны растягивать пасть, проглатывая добычу целиком. Но тут хвост завибрировал сильнее в промежности, заставляя бездумно вскрикнуть, а потом издать протяжный стон.       Нааш оторвался от её сосков, явно видя боковым зрением, как она на него в страхе смотрит. Змеиное тело чуть приподняло его, голова оказалась на уровне лица Лулу. Их глаза встретились, и она оробела под его взглядом. Эти золотые очи будто гипнотизировали её. Змей склонился и припал к её губам, властно раздвигая их и проникая языком внутрь. Это было не грубо, не злобно — он целовал её и нежно, и затаённо жадно, медленно лаская её рот, то просовывая язык, то оттягивая её нижнюю губу. Несмотря на неспешность и размеренность движений, его рот ощущался так требовательно, так горячо, до неестественных медовых кругов перед глазами. Нааш будто душу ей высасывал через рот, и эта томная размеренная ласка казалась в разы пошлее и впечатляюще, чем всё то, что он делал минуту назад, ну и продолжал теребить хвостом её мокрую изнывающую промежность. Бедная, неопытная Лулу обомлела, полностью покорённая властным и жаждущим Змеем, который ласкал её так уверенно и сладострастно, что постыдное вожделение стало медленно разрастаться всё сильнее и сильнее.       Нааш неспешно отстранился, разрывая поцелуй, и мокрая ниточка слюны потянулась между их губами. Он облизнул их своим языком, немыслимо изогнувшимся во рту. Лулу прерывисто дышала, смущённая и уже разгорячённая, но её расслабленность длилась недолго, когда змеиное тело резко крутанулось, перестраиваясь в новые витки колец и сжимаясь, и её вдруг резко подняли в воздухе. Она тихо вскрикнула, не сразу сообразив, что происходит, испугалась и сильной хватки под грудью, и тому, что её ступни замельтешили в воздухе, больше не касаясь земли.       Нааш выгнулся спиной назад, как танцор на сцене театра, и это вышло пугающе-красиво. Пугающе, потому что казалось, что его позвоночник из воды. Красиво, потому что было гипнотически грациозно. Наг оказался как-то низко, будто частично сел на виток змеиного тела. Лулу теперь была над ним сверху, нервно дрыгая ногами. Толстое чешуйчатое кольцо обвило её туловище под грудью, закрывая его аж до начала лобка, и ещё одно кольцо, кажущееся тоньше, обвило ей шею, зафиксировав тело в вертикальной позе. Лулу испугалась, инстинктивно хватаясь за часть змеиного хвоста на шее, боясь удушения, но это была мнимая асфиксия. Змей не планировал её душить, лишь смотрел снизу своими чарующими золотыми глазами.       — П-пожалуйста… — Лулу сама не знала, что просила, тяжело дыша в этом хвате. Её приподнятые груди лежали сверху змеиного кольца вокруг туловища и чуть елозили по нему.       Змей ничего не отвечал, лишь хищно смотрел в ответ, вертикальные зрачки чуть расширились. Перед ним вдруг оказался кончик его хвоста со всё той же погремушкой с четырьмя шариками на конце. И из верхушки словно что-то выдавилось из маленького отверстия. Наг резко завращал языком во рту, судя по двигающимся и распирающим щекам, издал странный гортанный звук, а потом то ли сплюнул, то ли харкнул на кончик хвоста какой-то жижей. На слюну это не было похоже, скорее, на слизь, что потекла по хвосту, обволакивая погремушку. Нааш протянул руки и схватился за щиколотки Лулу. Она высоко ахнула, когда её ноги развели в стороны, раскрывая промежность прямо перед лицом находящегося снизу Змея.       Смущение снова завладело ею — Лулу нависала над Наашем в его хватке колец, а он был снизу, держа её ноги раздвинутыми за щиколотки. Его ладони были крупнее человеческих и в своей хватке доходили ей практически до голени. Ей было плохо видно, она едва различила, как смазанный кончик хвоста поднялся и скользнул к её лону, теряясь где-то под ней между ног, а потом мазнул по всей промежности. Лулу замерла, нервно обхватывая держащее её змеиное кольцо у шеи. Холодный хвост с погремушкой прошёлся ещё раз, заставляя кожу покрыться мурашками. Лулу думала, что эта погремушка сейчас войдёт в неё, что Змей будет так играться, пихая в её щель свой хвост. Она смутно подумала, а чем он вообще трахается? Никаких гениталий она не видела. Но эти мысли быстро растворились в её голове, когда трещащая погремушка не вошла во влагалище, а вдруг упёрлась в анальное колечко и завибрировала, а затем медленно стала надавливать.       — Ч-что… Что вы… А-а-ах! — Лулу не сдержала испуганного возгласа, широко выпучив глаза, когда кончик хвоста надавил сильнее и проскользнул внутрь, растягивая анус и смазывая неизвестной смазкой. И в её заднице буквально оказалось нечто вибрирующее.       — А-ах! Не туда, вы не туда засунули! — испуганно запричитала она, задрыгалась в воздухе, но змей удерживал её на весу змеиными кольцами, а ноги — своими руками.       — Говори с-со мной на ты, Лулу, — голос Змея был чрезвычайно спокоен.       — Ты не туда засунул! Ты меня сейчас порвёшь! — испуганно залепетала Лулу, чувствуя очень необычные ощущения, слегка мучительные.       — Я вс-сё верно зас-сунул, — на губах Змея впервые дрогнуло подобие улыбки, её возгласы будто позабавили его. — Так надо. Потерпи немного. Я должен рас-стянуть тебя хорошенько, чтобы потом было легче.       — Что легче? — в ужасе переспросила она, хотя и так понимала.       Анальным сексом уже перед ней «актёры» занимались, да и понарассказывали об этой практике, которую любят многие мужчины. Вот и до неё это добралось. Приятного было мало, хотя она понимала каким-то чутьём, что её пока жалеют, не сильно долбятся в задний проход, давая ей привыкнуть. Лулу тяжело задышала, выгибаясь сильнее, пока хвост растягивал её задницу, уверенно давил. Ощущение наполненности в заднем проходе было непривычным, болезненные чувства сменились мучительным чувством растяжения. Ещё и небольшая хватка на горле заставляла ощущать всё острее.       — Вот так… — прошипел под ней Змей. — Вс-сё хорошо, ты молодец, Лулу. Попытайс-ся рас-слабитьс-ся. Давай я тебя прилас-скаю.       Его туловище неестественно подтянулось на начале змеиного тела, которым заканчивались подвздошные косточки. Змей шире развёл её ноги за щиколотки на весу и припал к её промежности своим ртом снизу. Лулу чуть не выгнулась до боли, она хватала ртом воздух, пытаясь справиться с удивительными ощущениями, где страх смешивался с вульгарной потребностью в удовольствии. Всё это доводило её до удивительного и умопомрачительного состояния — лживое удушение, стальная хватка туловища, вибрирующий кончик хвоста в заднем проходе и этот сильный проворный язык, что орудовал сейчас в её лоне. И Лулу вдруг перестала сдерживаться и стала тихо постанывать, отдаваясь на милость мучившей её твари.       У неё, конечно, не было опыта для сравнения, но ей наивно казалось, что Нааш очень искусен и знает, как делать приятно. Его раздвоенный змеиный язык вылизывал так тщательно и хорошо, от чего у Лулу начали подрагивать бёдра. В какие-то моменты язык быстро и решительно проскальзывал внутрь, он уж точно был более длинным и гибким, чем человеческий, оттого ощущения от проникновения оказались совершенно нереальными, заставляя Лулу позорно скулить и дёргать ногами в крепкой хватке рук Нага. Первоначальный испуг улетучился, оставляя место настающему удовольствию, несмотря на сомнительное растягивание ануса. Змей был холодным сам по себе, но его язык ощущался таким горячим. Нааш хорошо и уверенно ласкал её плоть, с чувством, заставляя ноги всё больше и больше подрагивать. Лулу уже была достаточно мокрая, но сейчас совсем потекла, растворяясь в этой пикантной, такой развратной ласке.       — А-а-а… Ммм!.. А-аххх… — Лулу бессвязно выстанывала невпопад, всё выгибалась, она перестала сдерживаться, болезненно кусая нижнюю губу.       Змеиные кольца чуть трясли её на весу, да и голова Нааша создавал колебания, пока он старательно вылизывал её, заставляя теряться в удивительно-приятных ощущениях. Лулу чувствовала, как безнадёжно теряет самообладание, полностью растворяясь в этой ласке.       Её новые возгласы то и дело тонули в сбивчивом всхлипе, когда Змей резко усилился, начиная отчётливее ласкать её промежность, особенно хорошо провёл раздвоенным языком между складок, собирая смазку, вибрирующее дразня клитор, пошло причмокивая и облизываясь. Эти мокрые звуки внизу, дыхание Нага меж её ног, слюна, юркий язык и уверенные сильные движения… да всё вместе внезапно превратились в огромную волну, доводя Лулу до какого-то экстаза. Она бы никогда не подумала, что способна получить наслаждение в таком деле, в такой ситуации и с такой тварью. Лулу болезненно выгнулась в змеиных кольцах, попыталась сомкнуть ноги, но ей не дали, и она просто закатила глаза и громко, протяжно застонала, чувствуя, как стремительное удовольствие накрыло её внизу, а потом молнией прошлось до кончиков пальцев ног. Слёзы побежали из глаз от разрядки. Она дрожала и тихо похныкивала, до боли прикусив нижнюю губу. А Змей всё дразнился, не останавливаясь, двигал языком до последнего, но уже вскинул голову чуть выше, с наслаждением смотря, как девчонка над ним дёргается в своём экстазе. Лулу ушла в себя, запутавшись в ощущениях, буквально обмякая в чужой хватке.       Она опомнилась, когда её крутанули в воздухе, а потом поставили на землю, на песок коленями. Лулу ахнула — хвост в её заднем проходе всё ещё не вышел, продолжая оставлять распирающее чувство наполненности. Он чуть двинулся, тем самым толкая её тело, и чтобы не завалиться, она невольно схватилась за туловище Змея. Нааш оказался вплотную перед ней, чуть опускаясь на толстенном хвосте, и Лулу обхватила его под животом, если бы в том месте были привычные бёдра. Только вот она держалась за толстенное змеиное тело, ощущая под пальцами гладкую и сухую чешую. Ей почему-то казалось, что она должна быть липкой, но это было не так. Когтистая рука легла на её голову, практически нежно погладив. Лулу, ещё не отдышавшаяся от только что испытанных удивительных ощущений, подняла голову вверх, заполошно дыша и покорно смотря на склонившегося над ней Змея. Нааш глядел на неё сверху вниз, поглаживая по макушке.       — Прилас-с-скай меня, — прошипел он, тягуче вытягивая слова.       Другой рукой он взял её руку, потянул и положил её ладонь себе ниже подбрюшья, куда-то на начале хвоста. И заставил в нужном месте слегка сжать пальцы. Лулу невольно ахнула, когда рука почувствовала нечто продолговатое и крупное, залегающее глубоко под чешуёй.       — А как он выходит? — наивно вырвалось у неё, она всё затравленно смотрела на Нага снизу вверх на коленях.       Её вопрос явно развеселил его. На губах Змея непривычно дрогнуло подобие улыбки, растягивая ярко-томные губы.       — Они в клоаке, сейчас-с покажу, — протянул он своим шипящим и одновременно бархатным голосом.       — Они? — переспросила Лулу, растерявшись.       Вместо ответа Змей решил-таки показать. Он будто напряг живот, и под низом, где в конце человеческого торса начинается змеиный хвост, вдруг образовалось отверстие. Наг снова чуть напрягся, его мышцы живота и таза словно активно сократились, и он вывернул наружу своё богатство, которое медленно вышло, налилось кровью и затвердело, представ в полной боевой готовности. Лулу обомлела и стремительно покраснела.       — Их два? — пролепетала она, ошарашенно смотря таки на два подобия члена перед ней.       — Да, у змей по два гемипенис-са, — спокойно сказал Нааш, с любопытством разглядывая её реакцию.       Лулу немного пришла в шок. Ещё и выглядело его богатство совсем иначе, не так привычно, как у людей и эльфов. Его члены были толстыми, лилового оттенка, с какой-то ребристой поверхностью. Привычной головки как таковой не наблюдалось, будто её срезали. Вместо этого набухший кончик выглядел скошенными и на нём прорастали десятки маленьких шипастых наростов, впрочем, выглядящих мягкими.       — Потрогай, привыкни. И прилас-с-скай, — сказал ей Змей.       Лулу вначале растерялась, будто онемела от удивления. Но потом вдруг подумала, что так может будет лучше? Если подрочит ему, может, он дойдёт быстрее и это раньше прекратится? Мысль о том, что целых два члена войду в неё, пугала её и… почему-то порождала странное тёмное любопытство. Она сама не знала, откуда в ней родилось столько смелости, но она подняла руку и коснулась верхнего члена.       На ощупь его естество оказалось теплее, чем сам холодный Змей. Но всё же не такой тёплый, как у обычного человека. Поверхность ощущалась ребристой. Лулу нервно улыбнулась, когда прошлась пальцами по круглой разбухшей головке, ладонью потерев маленькие шипастые наросты. Они таки оказались не острыми, а мягкими. Это успокоило её, что если этот диковинный член окажется внутри неё, то её ничто не расцарапает внутри. Но мысль, что её сейчас заставить взять это в рот, это вот нечто, напоминающее морское чудище, сильно напрягла её. Лулу боялась, что не поборет отвращение и сблюёт, за что её раздавят от злости, а если выживет, то потом ещё и Исмель забьёт ногами вдобавок, что расстроила клиента.       — Потрогай, — властно сказал Нааш, и она решила просто подчиниться.       Лулу обхватила сразу два члена, сжимая их вместе, и банально стала дрочить, двигая рукой вверх-вниз. Это было так вульгарно, но вдруг завело её тут же. Судя по нервно раздувающимся ноздрям Нааша и его усилившейся хватки пальцев в её волосах, ему тоже очень нравилось. Лулу плотнее обхватила левой рукой два члена у основания, прижимая их вместе, а правой уверенно двигалась в быстром темпе, наслаждаясь этим зрелищем, как две набухшие скошенные головки постоянно ударяются друг об друга, как потираются основаниями ребристые члены, как по обоим стекает пару капелек жемчужной жидкости. Нааш запрокинул голову и сипло выдохнул, прикрывая глаза.       — Это приятно, — глухо протянул он. — Но я хочу ос-сновное блюдо.       Лулу ахнула, когда её туловище стянуло плотным кольцом змеиного тела. Её подняло в воздухе как пушинку, и она нервно задрыгала конечностями. А кончик хвоста с погремушкой ощутимо дёрнулся внутри её задницы и резко вышел из заднего прохода. От нахлынувшего чувства освобождения Лулу тихо замычала. Она ахнула во второй раз, когда её буквально развернули в пространстве, лицом вверх. Под ней змеиное тело собралось в толстенный мощный клубок, а потом вытянулось. Она даже не понимала, какой длины весь Змей, он казался просто бесконечным.       Наг приподнял часть широкого мощного тела, образуя вначале вертикаль, а потом горизонталь, и уложил на часть этого кольца Лулу, и она словно на трон легла. Её руки ей закинули за голову, заставляя выгнуться в пояснице, а кисти с силой обвил конец хвоста, фиксируя их. Лулу ощутила, как ей в ладонь упирается та самая дребезжащая погремушка. Её ноги нервно задрыгались в воздухе, вскинутые вверх, но их тут же перехватили человеческие руки Нага — он развёл её ноги ей в стороны, взяв их под коленями, и оказался перед ней, застыв между её ног. Он снова издал странный хрипящий звук, его кадык зашёлся на горле, а потом Наг сплюнул вниз, прямо в промежность Лулу, заставляя её вздрогнуть. По её складкам, а потом по заднице обильно потекло нечто вязкое, желеобразное. Его слюна больше была похожа не на слюну, а на густую смазку. Он так готовил её для более плавного вхождения? Лулу заполошно задышала, выгибаясь спиной на поднятых змеиных кольцах. Она нервно замерла, почувствовав, как в её промежность утыкаются сразу две ребристые и мягко-шипастые головки.       — Рас-слабьс-ся, — сказал Нааш, держа её ноги широко раздвинутыми и смотря ей прямо в глаза.       И он двинул корпусом, начиная медленно и неспешно толкать в неё свои члены.       Лулу выгнулась в пояснице, открывая рот и хватая ртом воздух, как немая рыба. Ладно, что его один член легко входил в её лоно, но вторая головка надавила на колечко ануса, растягивая тугие стенки, и это немного напугало.       — Рас-слабьс-ся, — как мантру повторял Змей.       Первое плавное проникновение вызвало у Лулу панику. Ей наивно почудилось, что она рвётся, и слёзы собрались в уголках глаз. Она инстинктивно попыталась оттолкнуться, сбежать, да кто ей дал? Змеиный хват на закинутых за голову руках стал ощутимо сильнее, а пальцы Нага плотнее сжались на её разведённых в сторону ногах под коленями. Нааш точно не планировал её отпускать, просить пощады у него было бесполезно. Он всё же был милостив и вначале задвигался осторожно, входя медленно, давая постепенно привыкнуть. Последующие толчки ощущались такими тягучими, заставляя всхлипывать, но Лулу стала привыкать к дразнящему ощущению наполненности, она попыталась расслабиться, постепенно сводя на нет болезненные ощущения в заднем проходе, которые мешались с приятными от члена в промежности. Дав ей привыкнуть, Змей стал двигаться глубже, ускорять темп, продвигаться всё дальше и дальше, растягивая узкие стенки, не обращая внимания на тихое девчачье хныканье. И через минуты две Змей уже толкнулся по-настоящему и стал иметь её в нарастающем темпе.       Лулу перестала контролировать себя и стонала, не сдерживая голос. Удовольствие мешалось с болезненными вспышками, но неправильное возбуждение всё же пришло к ней, заставило хотеть не сопротивляться. Осознание, что её имели сразу в две дырки, как-то больше не пугало, а сильнее распаляло. Члены уже входили плавно — Змей уверенно двигался внутри влагалища и задницы Лулу, заставляя её мычать, когда он подмахивал подобием таза в начале змеиного тела.       Ещё через пару минут она откровенно взвыла от накатывающих ощущений. Её груди бешено вращались в стороны, когда её трясло на змеином хвосте. Лулу закатила глаза и откинула голову. Она слышала прерывисто дыхание над собой — Змею становилось очень хорошо, да и она сама уже сама безрассудно и беззастенчиво наслаждалась происходящим, когда в неё стали биться так чувственно и размашисто. Члены входили глубоко, хлюпались в обильной смазке, и выплюнутая жидкость Змея помогала легко драть её задницу, сводя болезненные ощущения на нет.       Лулу стонала как не в себя, прикусывая пересохшие губы. Она жмурилась до боли от наслаждения. Приоткрыв глаза, она смутно уставилась на хищное лицо Змея, который смотрел на её прыгающие груди. Кончик раздвоенного языка высунулся и завибрировал в воздухе, Наг словно дышал ртом.       Лулу потерялась во времени, не понимая, сколько её уже вот так имели. Её всё страстно и уверенно насаживали на себя сразу два члена, заполняя обе дырки, и только от этого осознания сносило крышу. Чувство наполненности в растягиваемой заднице кружило голову, принося вместо дискомфорта, что был в первые разы, какое-то мазохистское удовольствие. А член во влагалище буквально сводил с ума. И с каждой секундой наслаждения возрастало всё больше и больше. Однако во второй раз она не успела кончить — Нааш дошёл первым, его тело пару раз дрогнуло, он затрясся между её ног пару секунд, а затем его гортанное шипение показался Лулу не пугающим, а удивительно чарующим звуком, которые она когда-либо слышала. И Змей излился в неё сразу двумя членами, отчаянно вбиваясь бёдрами в последних толчках.       По ягодицам Лулу потекло, она понимала, что это двойное семя, и глухо простонала, обмякая на змеином хвосте. Нааш пару раз выдохнул, а потом поменял позу. Он выгнулся и извернулся, принимаясь скручивать тело в один огромный клубок, формируя подобие чешуйчатого гнезда, внутрь которого уложил Лулу. Её буквально обняли вокруг себя кольцами, убаюкали в подобии объятий. Змей прижал её к себе в своём гнезде, его кончик хвоста периодически трещал и поддёргивался, пока он переводил дыхание.       Лулу расслабилась, позволяя себе обмякнуть на прохладной и чуть шершавой груди Нага. Он лениво поглаживал её по взмокшей спине, нежа в своих змеиных кольцах, словно обнимал. Она перестала его бояться, размякши после такого соития. Может, это было наивно, но лучше получать неправильное, но какое-то наслаждение, чем бесполезно рыдать под монстром.       Отдых не продлился долго. Змей тоже отличился выносливостью и охочестью до плотского удовольствия. Он соорудил из огромного змеиного тела подобие горы, сплетённой из чешуйчатых колец, и уложил на верхушку Лулу животом так, что её задница оказалась выпяченной вверх, а голова свисала чуть вниз. Лулу схватилась руками за какую-то часть колец перед ней, как за опору, и ахнула, почувствовав, как прохладные ладони Змея легли на её ягодицы. Нааш раздвинул её половинки, а затем припал ртом к её мокрой промежности. Его абсолютно не смущало, как там всё было мокро, и не только от её смазки, но и от следов его семени. Ему было плевать — он усердно принялся вылизывать её со страстью своим длинным раздвоенным языком.       Лулу закатывала глаза от нарастающего удовольствия, уже не смущалась и пошло стонала, специально сама шире раздвигая ноги, чтобы в неё удобнее проникали языком. Чужой нос между ягодицами заводил её не по-детски, она откровенно по-шлюшьи завывала, пока её хорошенько вылизывали и теребили между ног. А потом Змей приподнялся на хвосте и взял её уже сзади, имея на кольцах своего тела.       Два члена снова бились в неё, на этот раз всё входило так гладко, что Лулу начала получать настоящее наслаждение. Наг драл её уж быстрее, размашисто вбиваясь в неё глубокими толчками. Двигался жёстко, быстро и одновременно чувственно, хаотично гладя руками ей то ягодицы, то поясницу, то позвоночник. Кончик его хвоста извивался в воздухе, а потом залез под Лулу, змейкой пробираясь к её лобку. И она заголосила как течная кошка, когда погремушка затрещала и стала вибрировать на её клиторе, рождая дикое наслаждение в купе с двумя членами внутри неё. Тело тряслось от мощных толчков, груди елозили по змеиным клубкам снизу. Лулу закатила глаза и вульгарно стонала от нарастающих ощущений, пока её драли в обе дырки. Хвост не прекращал вибрировать, она чувствовала, как смазка разлетается под ней в стороны, а из-за теребимого клитора внизу распаляется пожар. Голова кружилась, с горла слетали громкие стоны. Лулу, ещё недавно и подумать не смевшая, что такое могло быть возможно в её жизни, хваталась руками за змеиное тело и беззастенчиво стонала, отпуская себя. Очередное наслаждение заставило её блаженно прикрыть глаза и заскулить, когда бёдра затряслись от вспыхнувшего наслаждения. Снова кончить оказалось достаточно утомительным занятием, сразу захотелось спать.

***

      Измотанная и потная, Лулу долго лежала в змеиных кольцах, лениво поглаживая выбившиеся из пучка волосы Нааша, чья голова покоилась на её груди. Они не разговаривали, и она даже была благодарна за это. Змей просто отдыхал на ней, наслаждаясь её почухиваниями.       В таком виде и позе их обнаружил Исмель, который вдруг появился в кругу света от факелов. Змей явно слышал его шаги, поэтому не напрягся, он медленно приподнял голову и спросил:       — Уже?       — Да, ты просил сообщить, когда караван будет на месте, — кивнул ему эльф. Его глаза быстро прошлись по их позе, однако выражение лица Исмеля при этом было привычно каменным. — Это отличный шанс, чтобы подобраться к капитану Железных Буйволов. Ты сделаешь то, о чём мы договаривались? Оплата будет достойной. Надеюсь, тебе понравился мой подарок, — он посмотрел прямиком на Лулу. — Это скрасило тебе немного времени?       — Вполне, — Нааш медленно поднялся, расплетая змеиные кольца, его туловище неестественно замерло в воздухе на вставшей части хвоста. — Я хорошо отдохнул. Дева мне понравилас-сь. Береги её. Попрошу ещё, когда помощь моя понадобитьс-ся. Мои клинки готовы?       — Да, — кивнул Исмель. — Кузнец вставил камни, что ты принёс. Твоё творение ждёт тебя у Обиша.       — Прекрас-с-сно, — шипяще протянул Наг. — Тогда моё время здес-сь закончилос-сь.       Он повернул корпус и голову, глядя вниз на притихшую Лулу, что обняла колени руками, пытаясь наивно прикрыть наготу. Их взгляды встретились, и ей показалось, что нечто лукавое блеснуло в его глазах.       — С-спас-сибо за вс-сё, прелес-стная Лулу, — сказал Нааш и вдруг плавно и удивительно неестественно изогнулся, будто нырнул к земле, но он всего лишь извился, наклоняясь к Лулу, прильнул к её губам, запечатлевая на них томный тягучий поцелуй.       Она замерла, чуть опешив и немного смутившись, что Исмель смотрел на них. Змей же отстранился, мягко провёл когтистыми пальцами по её щеке, а потом разогнулся и молча пополз прочь, даже не смотря на эльфа впереди себя. Верхняя часть тела Нага возвышалась над землёй, словно статуя, несомая волнами. Он плавно скользил, но его торс оставался неподвижным, и это создавало ощущение, что Змей нёсся, как корабль на змеиной глади, величественный и неумолимый.       Наг вскоре исчез, но эльф остался стоять на месте, он с мнимым безразличием смотрел ему вслед. Лулу двинулась первой, ей было неловко от того, что она сидит на песчаной земле голой. Исмель вроде не обращал на неё внимания, поэтому она подползла к валяющемуся платью, подобрала его и хотела было быстро надеть, как её вдруг остановил властный приказ:       — Не надо. Сиди пока так.       Лулу замерла и затравленно посмотрела на него. Её уже не так сильно напрягало то, что она снова перед ним обнажённая, такая беззащитная, но стыд и унижение будто стали слабее, ей уже не хотелось провалиться сквозь землю. Это её слабость, дрессировка или, наоборот, искажённая закалка? Исмель же ленивой походкой подошёл к ней, сидящей на коленях. Он заложил руки за спину и безэмоциональным тоном продолжил:       — Как всегда — мне нужен рассказ в подробностях, как это было. Что ему нравилось, как он тебя взял, от чего заводился, в каких позах поимел. Выкладывай всё.       Лулу поморщилась, но быстро пересказала, как это всё было. Она сдержалась от злой шутки, что Исмеля, кажется, заводят грязные истории, он балдеет слушать, как её поимели, а не то, что он там говорил про «знание слабостей своих наёмников». Но она смолчала от неуместной реплики — и так видела, что эльф в не настроении. Впрочем, как и всегда.       — Вижу, вы нашли с ним общий язык, — он хмыкнул. — Уже второй убийца, не знающий пощады в бою, ведёт себя с тобой как неженка, словно ты хрустальная ваза. Ты же даже ничего не делаешь, неумёха. Неужели так легко ведутся на твой лживый невинный образ? Что вдвойне странно, учитывая, как монстры любят давить и разрушать всё невинное своей тьмой. А ты их очаровываешь. Или у тебя есть какой-то секрет, помимо смазливой мордашки и ебабельного тела?       Лулу была уязвлена. Он подкладывал её под тварей, сам был ещё тем монстром, а в лживости попрекал её? Не должен ли он радоваться вообще-то, что его клиенты остались довольны при её полной неопытности? Создавалось впечатление, что он тут хотел найти её с разорванной промежностью, стонущей от боли. А ведь так и могло быть…       — Нет у меня никаких секретов, я простая девушка, которой повезло. Наверное, дело в смазливом лице, как вы и сказали, — сухо ответила ему Лулу, холодно глянув исподлобья. — Но вам не идёт так грязно выражаться, не по чину благородному эльфу. От этого вы смотритесь не так впечатляюще.       Желваки на его скулах видимо заходили, когда он плотно сжал губы.       — Ты осмелела, мышка. Хочешь, чтобы тебе преподали урок?       — М-м, и как вы меня накажете? Снова членом в глотку?       Эльф сузил свои ледяные глаза.       — Уж мечтаешь об этом? — ядовито спросил он. — Что ж… если ты так просишь, мышка, так и быть, прочищу твой злой ротик живительным эльфийским хуем. Подползай, давай. И заглатывай по самые яйца, — приказал он в конце с явной злобой.       Лулу уже пожалела, что не сдержала язык. Она его взбесила и теперь пришлось расплачиваться. Из её горла вырвался вздох, когда Исмель грубо прижал её голову к своему паху в тот самый момент, когда вытащил свой член из штанов. Он у него был сам по себе вполне обычный, чуть больше среднего, ровный, с аккуратной головкой.       — Что так смотришь долго? Тебя уже не заводит обычное? Только что-то чудовищное? — хмыкнул Исмель, разглядывая её задумчивое лицо.       Лулу подняла свои глаза, смотря на него снизу вверх на коленях.       — Я вам чем-то не угодила? Почему вы злитесь, если всё было сделано хорошо по вашему же приказу? — прямо спросила она. — Вы как будто ненавидите меня, но я лишь ваша пленница, которую вы используете.       Венка у одной брови эльфа едва заметно дрогнула.       — Не обольщайся, мне нет до тебя дела, — ледяным тоном ответил он. Его рука плотнее обхватила член, и эльф принялся головкой водить по щеке Лулу. Она сжала зубы, терпя это вульгарное действие. — Ты просто человечишка, а ваш род людской всегда вызывает у нас презрение, — продолжал Исмель. Он немного вздрочнул себе, а потом шлёпнул два раза головкой члена по её щеке и губам. — Ненавижу вас всей душой. Тебе повезло, что ты пока представляешь ценность. Поэтому заткнись и молча соси.       И он грубо пихнул член ей в рот, едва не заставив её поперхнуться. Лулу машинально отпрянула, но Исмель схватил рукой в перчатке её за волосы и заставил устоять на месте. Оставалось только подчиниться и сосать этому ублюдку.       Как могла она заглатывала его ствол, чуть не давилась, но всё же старалась, скользя во рту языком по всему члену. Лулу зачем-то стала смотреть вверх прямо в его глаза, пока втягивала щёки и глубоко брала в себя. Исмель опустил голову и стал смотреть в ответ. Её взгляд ему не понравился, будто она дерзко бросала ему вызов, и он нарочно стал сам толкаться бёдрами, причём очень грубо. Больно зажав её волосы перчаткой, он забился ей в глотку чуть ли не по самые яйца.       — Гок… гок… гок… гок… гок… — звучало из горла Лулу, когда Исмель зашёлся в бешеном темпе.       Его ноздри раздувались, он не отводил взгляда, смотря, как у неё потекло из всех щелей, как она хрипела от удушья, издавала совсем неэротичные звуки. Но ему это явно нравилось — его губы дрогнули в плохо скрываемой усмешке, наслаждаясь её раскрасневшимся и мокрым лицом. В конце он обхватил её голову обеими руками и забился так глубоко, что Лулу казалось, что её сейчас вырвет на его член. К счастью, он тут же дошёл и кончил ей в рот, правда, чуть не заставив её захлебнуться, но она всё же с трудом проглотила его солоноватое семя.       — Вот так ты выглядишь намного лучше. Твоё истинное состояние, — застёгивая обратно штаны, зло прокомментировал её вид Исмель, когда она рухнула на четвереньки и отчаянно закашлялась, утирая одной рукой слёзы с соплями, разлетевшиеся по всему лицу.       Лулу дрожащими руками стала натягивать на себя несчастное платье. Удивительно, но она чувствовала не ужас, боль и истерику, как раньше, а вскипающую злость. Этот ублюдок порождал в ней новые тёмные чувства, однозначно.       — Как тебе? — Исмель протянул руку и в притворной ласке погладил её по голове. Нежно так. Разумеется, лживо. — Ещё пока не отсосала другим, бедняжка. Не с чем сравнивать, да, мышка? Поверь, многие будут гораздо ублюдочнее. Я просто даю тебе время привыкать к худшему по нарастающей. Ты пока не понимаешь, как тебе везёт.       Лулу с опущенной головой смотрела в землю. Она вдруг испытала сильное желание сейчас вцепиться в ногу этого эльфийского ублюдка и откусить ему кусок мяса от кости. Жаль, что её несчастные зубы даже сапога его не прокусят. Вместо этого она подняла к нему лицо и лживо миленько улыбнулась, а потом сказала с придыханием:       — На самом деле я рада, что в моём рту пока побывал только твой член. Он хоть чистый и такой приятный на вкус. Он красивый, не похож на чудовищное творение. Поэтому я всё же понимаю, как мне везёт. Надеюсь, так будет продолжаться дальше. В любом случае, уж поверь, удовольствие в этом процессе другие мне не подарят.       Она улыбнулась снова, не размыкая губ и смотря с искусственной нежностью в глаза Исмеля. От её покорного и разомлевшего вида он вначале опешил, особенно после таких слов, но потом его лицо быстро помрачнело.       — Лживая сука! — зло рассмеялся он. — Ты меня не проведёшь!       Но при этом он почему-то быстро развернулся и поспешил уйти прочь, оставляя её одну.       Лулу вытерла рот рукой и сплюнула на землю, словно представляя, что она это сделала на его сапоги.