5. Многоликий Доппельгангер
28 января 2026 г., 18:09
Два дня назад у Лулу был самый грубый «клиент». Её снова привели в знакомый лес и отправили к реке неподалёку. Вначале Лулу остолбенела, услышав чарующий голос — кто-то пел без слов, вытягивая звуки, и глубокий, бархатный тембр пронизывал насквозь и очаровывал, поэтому она словно впала в гипноз и спокойно подошла к реке. Но тут же замерла и вздрогнула, когда незнакомец прекратил петь, и она разглядела его.
На камне в воде сидел молодой мужчина, даже парень, с тёмно-зелёными волосами. Худое, несколько жилистое тело казалось мраморным, с голубым отливом от бликов реки. Но стоило Лулу подойти чуть ближе, как она увидела огромный голубо-изумрудный чешуйчатый рыбий хвост вместо ног. Затем она разглядела жабры, проступающие на голых рёбрах, и на голове из длинных мокрых волос торчали продольные рыбьи гребни, а на туловище кое-где виднелась россыпь переливающихся чешуек.
— Русал? — изумлённо воскликнула Лулу.
Он не ответил и резко нырнул под воду, исчезая полностью с головой, но она видела, как быстро он подплывает, оставляя за собой длинные борозды-разводы в воде, и его плавники частично выглядывали над поверхностью при заплыве. А потом часть его головы показалась над поверхностью — нос и глаза с чёрными склерами, которые не мигая уставились на Лулу. Она вначале едва не отшатнулась, но существо затянуло под водой снова свою чарующую песнь-мантру, и её будто обездвижило волной-гипнозом.
Тело обмякло, и Лулу блаженно заулыбалась, медленно садясь на берегу на колени и склоняясь вперёд, чтобы услышать лучше этот прекраснейший голос. Русал в воде ей вдруг показался самым волшебным и красивым созданием на свете, и она готова была наслаждаться этим пением вечно. Но стоило ей только склониться вплотную, беспечно расслабившись, как он резко замолк, и всё наваждение сразу спало, как рукой сняло. Лулу успела только вскрикнуть, как её мигом схватили длинные цепкие руки с перепонками между пальцев и с силой утащили в реку.
Русал вначале нырнул с ней на глубину, и Лулу безумно испугалась, что она утонет. Она истошно забарахталась, но он снова запел, и его пение слышалось даже под водой, гипнотизируя её. Вначале она позволяла кружить себя в странном танце, не обращая внимания на чужие руки, медленно стягивающие с неё всю одежду. Ей казалось, что мягкие волны окутывали и ласкали её теперь обнажённую кожу, а бархатный голос возносил до небес. Но когда она стала задыхаться от нехватки кислорода, то дурман с неё вдруг спал сам. Лулу умудрилась оттолкнуться и всплыть на поверхность. Она зацепилась за огромный валун недалеко у берега и отчаянно закашлялась. Но тут же вскрикнула, когда в её бока больно вцепились холодные руки.
Русал всплыл следом и прижал её к камню, его зубы сомкнулись на её шее, и она закричала, чувствуя, как кожу прокусывают до крови. А потом взывала снова, когда в неё сзади толкнулось нечто странной формы, слизкое и холодное, что мгновенно вошло в неё на сухую.
Русал стал долбить её быстро и грубо, сразу жёстко заходясь в грубом темпе. Он обнял её сзади, вжимаясь грудью в её спину, хвост под водой нещадно бился об её задницу, а ноги Лулу барахтались и задевали чешую, что ему и не нравилось — он шипел и от этого драл её сильнее, ударяя об камень. Тонкие зубы больно впивались в одно её плечо, перепончатые пальцы остервенело сжимали грудь.
— Пожалуйста, не так сильно! — взмолилась Лулу, откидывая назад голову, упираясь в его плечо затылком.
Но её слова полностью проигнорировали. Её буквально насиловали, задавая бешеный темп. А потом снова потянули в воду. Лулу отчаянно забарахталась, теряя ощущения пространства. Её кусали везде и грубо щипали, её ноги постоянно бились об русалочий хвост. Пару раз ей удалось всплыть и заверещать, отчаянно вопя «помогите!», пока её не ударили хвостом по лицу, на миг выбив из неё весь дух. Лулу пришла в себя, осознавая, что её голову держат под водой, пока сам русал долбился в неё сзади. Она завизжала, но получились лишь пузыри — крик утонул в толще воды. Лулу захлебнулась, лёгкие обожгло. Она пыталась сопротивляться, но чувствовала, как слабеет. Русал сильною рукою держал её за затылок, заставляя нос и рот быть под водой, хотя уши её торчали на поверхности. И Лулу вдруг на краю сознания услышала резкий свист, не догоняя сразу, что это был звук щёлкающего кнута, который пронёсся прямо перед ними.
Русал неистово зашипел и дёрнулся в сторону, отпуская свою добычу. Лулу обмякла, хотя слабо пыталась барахтаться. Кто-то схватил её снова за волосы, но на этот раз для того, чтобы вытащить её голову на поверхность. Затуманенным взором, словно во сне, она увидела Исмеля, что вытащил её на берег. Он кинул её на землю и тут же размахнулся, потому что к ним метнулся разъярённый и шипящий русал, у которого отобрали добычу и который остался неудовлетворённым, потому что не закончил.
— Сучья рыба! — взревел Исмель, и хлыст обрушился на плечи и голову русала. — Главнее правило этого места — не калечить нам женщин, тем более, не пытаться убить! Ты чуть не утопил её, тварь плесневая!
Звуки ударов кнута стали раздаваться с небывалой скоростью — Исмель зло хлестал шипящего русала, который всё упорно пытался подобраться и утащить обратно Лулу. Подоспела эльфийская стража, и на русала обрушился новый поток ударов, а потом его заставили уйти под воду, злого и раздражённого.
Лулу дрожала на земле и откашливалась, лёгкие горели огнём — она столько нахлебалась. Кто-то обернул её плащом и поднял на руки.
— Я отнесу её в башню, господин? — прозвучал над ней молодой голос.
Это был Ладрион, один из стражей башни, что часто ходил с Исмелем. Лулу запомнила этого спокойного и немногословного эльфа, он ещё носил длинный белоснежный хвост, когда многие эльфы предпочитали распущенные волосы или косы по бокам. Лулу чувствовала себя немного спокойнее, когда за ней приходил именно Ладрион и уводил-приводил куда-то. Он просто делал это молча, не смотрел грубо и не говорил сомнительных вещей.
Исмель оказался рядом и поглядел на неё, замотанную в плаще в руках стража.
— Увечья есть? — быстро спросил он, оглядывая её бледное лицо.
— На первый взгляд, серьёзных нет, только укус кровоточит, — ответил Ладрион, смотря, как Исмель быстро убирает мокрые пряди волос с шеи Лулу и глядит на русалочий укус. — В лазарет?
— Да, неси быстрее, зайду попозже после того, как этой рыбине преподам урок. Сучему русалу сто раз говорили не топить женщин, — оскалился Исмель.
Лулу унесли прочь, и вскоре она оказалась в лазарете, где её быстро осмотрели, дали выпить загадочного отвара и смазали тело особым жиром от укусов и кровоподтёков. Молчаливый Ладрион всё так же отнёс её на руках в её комнату, уложил на кровать и накрыл одеялом.
— Спасибо, — всхлипнула Лулу, когда её замотали в кокон.
Страж ничего не ответил, быстро выходя из комнаты.
***
Лулу прокряхтела, смазывая укус на шее выданной мазью. Она приоткрыла халат перед зеркалом, глядя на своё тело. Пару синяков уже поблекло, укусы и кровоподтёки на груди побледнели после примочек, а вот укус острых зубов на шее ещё ощущался, чесался и оставался покрасневшим. Ей пообещали, что она не умрёт и ни во что не обратится, но всё равно было сомнительно. Зато она теперь знала, что Нелюдей действительно могут наказать, если они попытаются причинить настоящий вред женщинам. Правда, пока стража добежит, их двести раз могут минимум изуродовать, но лучше о таком не думать для сохранности своей же психики. Дверь в комнату открылась, и внутрь быстрой походкой прямо влетел Исмель. Судя по взгляду и раздувающимся ноздрям, он был очень зол. Он глянул на Лулу, которая нервно запахнула халат на голом теле. Чего-то поморщился. Она поняла, что его что-то успело разозлить, но явно не она. Он никогда не рассказывал ничего о войне за переделами башни, что стало сейчас происходить на границах территорий, но, судя по всему, дела и сделки, которые он заключал, были для него выматывающими и напряжёнными. Исмель постоянно находился в раздражённом и мрачном расположении духа. Он в пару шагов оказался над ней, сидящей у стула. — Как всё зажило? — сухо спросил он. И сам же взял её за волосы, заставляя склонить голову вбок и показать шею. Глаза эльфа недовольно прошлись по укусу. — Ну, терпимо, шрама может не остаться, если дальше так же упорно лечить. Остальное? — Всё будет нормально, — пискнула Лулу. — Раскрой халат, покажи. Как бы ни хотелось, но пришлось подчиниться. Лулу нехотя распахнула подолы халата, обнажая себя. Она зажмурилась, почувствовав прикосновение холодной перчатки — Исмель приподнял одну грудь, осматривая уже побледневший укус-кровоподтёк сбоку с каким-то видом знатока. Потом его рука скользнула вниз, чуть раздвигая её бёдра, чтобы посмотреть на синяк на внутренней стороне у промежности. Лулу напряглась от таких прикосновений и собственной наготы под его взором, но эльф ничего не комментировал, лишь изучал. — Лекарь сказал, что разрывов не было, мази убрали болезненность, — наконец-то сказал он. — Местами выглядишь жертвой нападения, но не критично. — Я и есть жертва нападения, — не сдержалась, холодно сказала она. — Поверь, — губы эльфа дрогнули в мрачной ухмылке. — Я повидал всякое, и с тобой точно не случилось ничего страшного, отделалась испугом. И я не зря тебя взял, был прав — твоя психика очень стойкая, ты выдерживаешь и не ломаешься. Чудно. Лулу отрыла рот, чтобы возмутиться, но тут же и закрыла. Её чуть не утопили, жестоко насилуя, и это не походило на «отделалась испугом». Но, возможно, он прав — она слышала не раз, какие искалеченные женские трупы находили во время войны. А так же он прав, что она не сломалась, вспоминая случившееся как страшный сон, когда многие девушки в башне рыдали, не прекращая, от чего у неё содрогалось сердце. Лулу не хотела ни с кем дружить, хотя девушек и не сводили вместе. Она не была высокомерна для дружбы, нет. Наоборот, она боялась привязываться и испытывать жалость к другим, ибо была бы не в состоянии терпеть чужие слёзы. Себя ей было не жалко, она начинала привыкать. Увы. — Пойдём. У тебя внезапный новый клиент сейчас, — устало вздохнув, вдруг сказал Исмель. — Что? — Луду встрепенулась, посмотрев на него вверх. — Сейчас? В ночи? Но только два дня прошло после этого случая… Одна бровь Исмеля взлетела вверх. — Кажется, я с тобой слишком мягок, — холодно сказал он. — Ты обнаглела, — его рука плотно сжалась в её волосах на затылке. — Шлюхи обслуживают клиентов постоянно, в любое время и по куче раз за ночь, даже с раздолбанной задницей. И ты возмущаешься? Он дёрнул её за волосы, запрокидывая голову назад, заставляя упереться затылком ему в тело. — Пожалуйста, не надо, я всё поняла! — взмолилась Лулу, жмуря глаза от боли — он будто скальп ей сейчас срывал, так сильно тянул. — Я сказала это, не подумав! — Вот и славно, — Исмель всё же ослабил хватку, возвращая её голову на место и отпуская волосы. — Тебе не стоит забывать, моя маленькая потаскушка, что ты всего лишь шлюха, дырка для Нелюдей. Сосать и подставлять задницу — твоё единственное предназначение в этом месте. Лулу невольно поморщилась. Исмель так раздражал этим — при других корчил из себя интеллигентного эльфа, такого высокомерного и горделивого, а с ней ругался и выражался, как обычный извозчик-пьяница в захолустной деревеньке. Это так уродливо контрастировало с его утончённым образом. Впрочем, о чём она думает? Это и показывало, как обманчива внешность. — И кто это будет? — вздохнула она, изображая покорность. Исмель странно поморщился, подозрительно что-то обдумывал. Он усмехнулся, видя ответный назревающий ужас в её глазах. — Не боись, трусиха, — хмыкнул он. — Это не безумный зверь какой-то. Хотя даже я не знаю, чем он может удивить порой, чем стать. — В смысле? — не поняла Лулу. — Увидишь, — уклончиво ответил эльф. — Это один из наших шпионов. Талантливый малый, но с тяжёлым характером. Сейчас артачится выполнять опасное задание, идти в нужную мне разведку. Я тут больше часа с ним лясы точил, ругался, уговаривал. И он мне выдал, что подумает, если я ему тебя прямо сейчас выдам. Зачесалось у него в одном месте, видите ли. — Меня? — не совсем поняла Лулу. — Прямо меня вот? — Прямо тебя, да, — вздохнул Исмель. Он выглядел необычайно усталым. — Оказывается, он был в лесу пару дней назад, в конюшне наблюдал за твоим соитием с оборотнем. А потом два дня назад видел тебя в реке с русалом. Это он первый заголосил в тревоге, что тебя там топят. Когда стража бежала, то услышала уже твои вопли. — Что? Я ни разу никого не видела, — смутилась Лулу. — За нами кто-то наблюдал и с оборотнем?! Всё время? — Вот поэтому он и прекрасный шпион-разведчик — усмехнулся Исмель. — Его не замечают, он отлично прячется и маскируется. А ещё ему очень понравилось смотреть, как тебя трахают. Настолько возбудило, что он тоже захотел. И наныл мне только что тебя, романтик хренов, — Лулу снова поморщилась от его выражений, но эльф будто не замечал её выражения лица. — Так что пошли, давай. Я сказал ему, что на тебе остались следы от грубого русала, но его это не смущает. У него так чешется, что ему плевать на твои синяки и укусы. Так что, мышка моя, будь паинькой, ублажай его, стань самой ласковой — этот паскудник обязан остаться довольным и пойти на миссию. Он тот ещё капризный ублюдок, вечно хочет мне подгадить. Лулу не стала расспрашивать о странностях этих взаимоотношений, просто уточнила иное: — А что мне надеть для него сейчас? — Ничего, — последовал сухой ответ. — В этом халате и иди, всё равно скидывать и голой оставаться. Он там уже ждёт во всю, явно невмоготу ему. Идём. Ей не оставалось ничего другого, как вздохнуть, подчиниться и молча последовать за ним.***
Эльф привёл её сам по полутёмным коридорам в абсолютно обычную комнату. Внутри была стандартная планировка — простецкая расстеленная кровать, кресло рядом, стол и стул неподалёку, ну и ширма для переодеваний. Исмель закрыл за ними дверь, заходя следом за Лулу, и вначале ей показалось, что комната пуста. Но тут краем глаза она уловила движение и вздрогнула, когда буквально из темноты угла к ней шагнула невысокая фигура. Она готова была поклясться, что незнакомец только что сливался со стеной, имея такой же раскрас на лице и одежде, как окружение, но стоило ему выйти к свету горящего канделябра у стола, как перед ней предстал абсолютно обычный на вид человек. По крайне мере, выглядел он обычно: старый походной плащ в пол, под которым виднелась длинная бежевая рубаха, опоясанная коричневым ремнём; короткие ботинки на ногах в вытянутых брюках тоже уже повидали жизни, судя по битым носкам. Роста человек был невысокого, сам щуплый такой на вид, он чуть горбатился. Серо-русые выцветшие волосы обрамляли худоватое лицо с сильно-иссушенной кожей. Во внешности его не было ничего выдающегося: черты лица молодого мужчины были настолько типичными, что встреть Лулу его в толпе других людей хоть сто раз, она бы не запомнила, как он выглядит. Впечатляющий навык для шпиона, между прочим. Серые, блеклые глаза прошлись по Лулу, будто оценивая и всматриваясь. Незнакомец молчал, просто глядел на неё, несколько растерявшуюся и смущённую этой своеобразной сценой. — Я дам тебе час, — холодно сказал Исмель. — Этой шлюхе ещё восстанавливаться надо. Ты и так в курсе. Что-то сделаешь ей — поступлю согласно правилам, обещаю. Эльф намеревался было уйти, как вдруг его остановил скрипучий вкрадчивый голос: — Нет, останься. Я хочу, чтобы ты смотрел. За одно убедишься, что я ей ничего такого не сделаю. Исмель застыл у двери и обернулся, вскинув бровь. Лулу тоже удивлённо воззрилась на говорившего мужчину в плаще. — Что за фокусы? — сухо спросил эльф. — Это мои условия, — мужчина наклонил голову, чуть улыбнувшись, но естественной его улыбка не выглядела. Напротив, лицо его будто всё обратилось восковой маской. Жутковатой карикатурой на эмоции нормального человека. — Останься. Садись на кресло и наблюдай, чтобы потом не сказал, что я что-то сделал не так. Да и тебе надо отдохнуть, Исмель, — снова лживая улыбка. — Поваляешься в кресле. Я же обожаю, чтобы смотрели. Я всегда в тени, всю свою жизнь, так хоть сейчас могу побыть на сцене, м-м? А после мы с тобой продолжим разговор по твоему делу. Это моё условие. Или ты стесняешься? — скрипучий голос, подобный ржавым петлям ветхого склепа, заставлял поёжиться. — Ваша эльфийская душа не выдержит подобных развлечений? Исмель раздражённо вздохнул. — Когда-нибудь я отрежу тебе язык, — сказал он. — Пусть мне будет уже не с кем перекинуться заумными язвительными перепалками и поручать самые сложные задачи, но скучать долго не буду. Уж поверь. То ли это была шутка с непроницаемым лицом, то ли тонкая угроза, но незнакомец и глазом не моргнул, лишь посмеялся. Очевидно, у этих двоих были своеобразные отношения. Впрочем, эльф неожиданно развернулся, таки пошёл к креслу и уселся в него, вальяжно положив ногу на ногу. Он облокотился о подлокотник, положил щеку на кулак и уныло уставился на парочку перед ним. — Только не затягивайте, — холодно сказал Исмель. — Так и быть, посмотрю, как моя шлюха работает с другими. Лулу затравленно глянула него, растерянная и очень смущённая, но Исмель лишь одарил её высокомерным злым взглядом. — Не смотри на меня так, как невинная дева, — сухо сказал он. — Ублажи клиента. Лулу чуть нервно повернула голову и посмотрела на неподвижного мужчину перед собой. По нему вообще невозможно было сказать, сколько ему лет — одинаково можно было дать как двадцать с хвостиком, так и сорок лет — уж слишком непонятными были эти невыразительные черты. На губах его застыла мягкая, едва заметная улыбка. — Меня зовут Лулу, — выдавила она из себя, пытаясь быть вежливой. Обаятельной и пленительной шлюхой у неё вообще не получалось быть, уж точно. — А вас как, если не секрет? — Меня называют Морфис Тень, — он неожиданно ответил, хотя она не надеялась услышать имя от шпиона. Хотя не факт, что это могло быть настоящее имя. — Но ты можешь называть меня просто Морфис. — Хорошо, Морфис, — протянула Лулу, тут же видя, как он довольно усмехнулся. Ей было очень неловко — и от его разглядывания, и от того, что Исмель сидел неподалёку и смотрел на них. Ей жутко захотелось поскорее исчезнуть отсюда, и она отчаянно смело выпалила, видя, что некий Морфис стоит как истукан, не подходя к ней, как делали все остальные клиенты: — Что мне сделать для начала, господин Морфис? — Что сделать? — деловито начал скрипучий, нарочито вытягивающий ноты голос. — Для начала сними этот халат, Лулу. Можно я на тебя посмотрю, да? Она зачем-то бросила взгляд через плечо на Исмеля, но тот ответил ей раздражённым поднятием брови, мол, «что ты от меня хочешь, делай, как велят!» Она нервно повернулась обратно к Морфису, который терпеливо ждал, стоя неподвижным, как нерушимая скала. Точнее, в его случае, как тонкое дерево. Лулу постаралась взять себя в руки, не думать ни о чём, просто выполнять задачу. Не глядя в глаза мужчине перед собой, она быстро скинула с себя халат, вешая его на стул рядом, сняла тапочки с ног, оставаясь босой, а теперь полностью нагой под чужим внимательным взглядом. Морфис молча разглядывал её, но она почему-то смущалась смотреть ему в глаза. Сцена была для неё тяжкой — предстать в таком виде сразу при двух мужчинах, чего-то ожидая, хотя прекрасно зная чего. Краем глаза она видела, как взгляд клиента прошёлся по её формам, задержался на синяках и уже розовеющих кровоподтёках. — Подойди ко мне ближе, — сипло попросил он. — Вплотную. Лулу молча подчинилась, подходя ближе. Она видела, как ноздри его расширились, когда глаза забегали по её нагому телу. Морфис как-то неуверенно протянул руку, но всё же коснулся её. Вначале обвёл ключицы, невесомо оглаживая их, следом подушечки пальцев заскользили ниже, нежно поглаживая грудь, и обвели один сосок пару раз, который предательски встал от нехитрой ласки. Но затем он поднял руку обратно вверх и заправил Лулу выбившуюся прядь волос за ухо, следом нежно мазнув пальцами под подбородком, и осторожно так приподнял её лицо к себе, чтобы заглянуть в её глаза. Морфис уставился на неё, рассматривая даже больше с интересом, чем с похотью. — Она слишком нежная для той профессии, которой ты заставил её заниматься, — вдруг сказал он, поворачивая голову и смотря на Исмеля, развалившегося в кресле. — Обычно шлюх берут или без разбора, или нарочито вызывающей страстной натуры. Она больше похожа на весенний цветочек. — Но ведь это вам, Нелюдям, и нравится, — мрачно отозвался Исмель. Он так и сидел со скучающим видом, щекой упираясь о кулак. — Большинство из вас заводится от женской хрупкости, мнимой невинности и бессилия. Вы же как мухи на мёд слетаетесь, чтобы осквернить всё светлое и подмять под себя. У Нелюдей одна забава — грубый секс и бесконечная выпивка. — Забавно, — ледяным тоном отозвался Морфис, — что эльф называет других Нелюдями. — Мы будем философствовать или ты будешь трахаться? — сухо спросил Исмель. — Конечно, второе, — мягко и лживо улыбнулся Морфис. Он повернул лицо обратно к Лулу, и она напряглась, когда очень сухие, даже мозолистые ладони легли на её плечи. Он смотрел ей в глаза, не произнося ни слова, и просто с ощутимой силой стал давить на её плечи вниз. Лулу нервно поняла, что он заставляет её опуститься на колени нажимом рук. Она подчинилась, медленно опускаясь перед ним в эту унизительную позу, и подняла голову, глядя на него теперь снизу вверх. Морфис протянул ладонь, оглаживая её подбородок, а затем его пальцы коснулись её губ, прежде чем нырнуть внутрь, пройтись по зубам и заставить раскрыть рот, чтобы забраться дальше. — Открой рот, шире, Лулу, — приказал он сиплым голосом. — И возьми меня за бёдра. Она безропотно подчинилась, как послушная овечка. Её руки поднялись, нырнули под запах плаща и коснулись его тощих бёдер — её пальцы не ощутили под брюками каких-то особо крепких мышц. Хоть это уже было не в первый раз, но всё равно она покраснела, ведь стояла голой перед мужчиной на коленях, её лицо было в сантиметре от его паха, а его пальцы непристойно двигались в её рту, похабно проходясь по зубам и скользя по языку. Когда они проникали глубже, хотелось тут же оттолкнуться, ибо глотка напрягалась, чуть не совершая рвотные позывы. Но, разумеется, она молча подчинялась, пытаясь изображать милый вид. Морфис улыбнулся и вытащил свои пальцы из её рта, за которыми потянулась ниточка слюны. Правда, облегчение резко сменилось новой паникой, когда он обхватил её за волосы на затылке, накручивая их на кулак, и вздёрнул её голову вверх. — Приоткрой ротик, пожалуйста, — попросил он. — Но закрой глаза перед этим. Странная была просьба, но Лулу покорилась, открывая рот и закрывая глаза. Какое-то мгновение ничего не происходило, но затем ей почудился очень странный звук, но обдумать его природу она не успела, потому что в глотку толкнулся член, заходя сразу на пол длины. Лулу напряглась, когда её рот изрядно растянулся. Было очень странно — такой большой размер у невысокого щуплого мужчины? И ей почудилось вдруг, что член увеличился, толкаясь ей в горло. Она бездумно открыла глаза, удушаемая, и тут же в ужасе отшатнулась от мужчины с глухим тонущим визгом, и член выпал из её рта. Оторваться и удрать ей не дали — цепкие пальцы в волосах не пустили, удерживая её голову, и Лулу нервно повисла в хвате чужой руки. Перед ней больше не было того безликого мужчины в плаще, с блеклыми глазами и русыми волосами. Теперь перед ней стоял фавн — человек с голым торсом вверху и закрученными рогами на кучерявой голове, а нижняя часть тела его была вся в коричневой шерсти — настоящие козлиные ноги, и вместо стоп — копыта. Лулу периодически рассказывали про категории Нелюдей в мире, так что она уже начала неплохо разбираться в них, хотя большинство видов видела только на картинках приносимых ей бестиариев. — Вы фавн?! — изумлённо воскликнула она, смотря на него снизу вверх. Хватку пальцев в её волосах он сильно ослабил, но всё же не пускал её. — Нет, он подражатель, — вместо него фыркнул Исмель со своего места. — Я взял его шпионом, потому что он — доппельгангер. Существо, способное менять форму и копировать других. — Существо? — фыркнул фавн. — Даже перевёртыш звучит милее сердцу. Тебе не нравится эта форма, Лулу? — обратился он уже к ней. — Моя настоящая скучная, совсем не соблазнительная для дев. Я знаю, вам нравится, когда вас трахают злодеи и всякие нечисти, а не низкие и невзрачные мужики, правда? Лулу несколько ошалела, всё ещё не найдясь, что сказать, что ответить. — Не нравится? — скривился фавн-Морфис. — Ладно, мне нравится ещё одна форма. Смотри. Рука над ней напряглась, чуть затрещала, а потом резко изменилась, а следом втянулось и покраснело всё тело, в миг обратно вытягиваясь, скукоживаясь и расширяясь, словно марево. И вот теперь перед ней предстала новая напасть. Это явно был какой-то низший демон — перед Лулу стоял голый огромный мужчина с красной кожей, очень мускулистый, но такой длинный. Чёрными были его волосы и бодро стоящий здоровый член, а так же чёрный извивающийся хвост позади, огромные эбонитовые крылья, похожие на летучую мышь, и не менее колоритные рога в густых тёмных волосах. Демон улыбнулся тёмно-алыми губами, смотря на шокированную девушку под собой. — Позёр! — хмыкнул Исмель. — Отрастил себе член в разы больше своего сморчка, форму вымахал… Ты когда-нибудь трахаешься в своей естественной форме? За себя не обидно? — Это будет просто и скучно, а кто не любит представления? — ехидно отозвался демон, и теперь у него был тягучий бархатный голос. Морфис-перевёртыш опустил голову снова, глядя на Лулу. — Ну же, моя красавица, приласкай меня в таком виде. Не бойся, я не настоящий демон, лишь подражатель, с тобой ничего не случится. — Делай уже, как он говорит! — раздражённо донеслось позади, и Лулу нервно бросила на Исмеля взгляд, и снова повернула голову к красному демону. Ладно… Ладно, ей надо собраться. Доппельгангер, значит? Могло быть и хуже, а так демон не настоящий действительно. Ну, и перевёртыш обратился в очень красивого демона, что уж, а мог в какого-то мерзкого минотавра — кто знает, какие у него были вкусовые предпочтения в извращениях? Лулу чуть потянулась вперёд, чтобы поцеловать Морфиса ниже пупка в твёрдый живот, она неспешно провела языком по линиям пресса вниз. Демон дёрнулся, издавая блаженный стон. Как-то совсем не по-демонски. Хотя о демонах она знала ровным счётом ничего. — Приласкай его, детка, — он несильно грубо притянул её за волосы к себе ближе своей огромной лапой. — Пососи, моя хорошая. Член был странный — не красный, как всё тело, а чёрный, ребристый, с неестественными выпуклыми венами. Лулу обхватила его рукой у основания и накрыла головку губами. — О, да-а-а! — с чарующим стоном Морфис-демон закрыл глаза и запрокинул голову, а его пальцы стиснули её волосы на затылке, заставляя сразу взять глубже. Подавив кашель, Лулу замерла, ожидая, когда он позволит ей начать. Расслабив пальцы, демон подался бёдрами вперёд, вгоняя член ей в горло. Рвотный рефлекс не замедлил напомнить о себе. Лулу сглотнула, чем вызвала новый стон и более крепкую хватку на волосах. — Хорошая девочка, вот так… вот так… — шёпот демона явно не подразумевал скорое освобождение его плоти из её горячего рта. Лулу вцепилась в его бёдра, пальцами впиваясь в плотную кожу, надеясь хотя бы так дать понять, что ей нужно немного времени. Но Морфис начал медленно и с развратным стоном вдалбливаться ей в глотку, заставляя сосать и лизать его. Дышать стало труднее, но Лулу старалась. Обхватив одной рукой его немалые чёрные яйца, а второй поглаживая неестественно упругие ягодицы, она начала двигаться. Кончиком языка она обводила венки, втянув щёки, посасывала головку, сжимала кольцо пальцев на влажном от её слюней члене и слушала, как Морфис задыхался в собственных стонах. Его длинный гладкий хвост, похожий на здоровенный, лысый и крысиный, только чёрный, вдруг изогнулся в воздухе и как отдельная живая субстанция-змея подтянулся к ней через ногу демона. Лулу вздрогнула, когда хвост как лиана скрутился вокруг одной её груди и принялся медленно вращать эту грудь в стороны. Кончик хвоста оказался на её соске и плавно стал подёргивать его в такт движениям головы Лулу на демоническом члене. Она всё старалась, брала до упора. Головка врезалась в горло, проникая глубже, сбивала дыхание, но она радовалась, что выбивает из существа над ней тихие стоны. Не потому, что ей именно хотелось доставить ему удовольствие, а чтобы сам Исмель сзади остался доволен. Правда, факт того, то эльф сейчас смотрел — это всё сильно заставляло её нервничать и скукоживаться, и хорошо, что Лулу его сейчас не видела, стоя спиной на коленях. Она продолжала упорно сосать, прятала зубы и расслабляла горло, позволяя члену проникать глубже. А мужские пальцы в её волосах вдруг начали сжимать и тянуть, помогая направлять её движения в нужном темпе. — Глотай, — простонал демон, его голос захрипел, полный предупреждения. Огромные крылья затрепетали, и потоки воздуха стали обдавать голову и плечи Лулу. Она выдохнула, когда демонический хвост сжался на груди, оттягивая сосок, но тут ей в глотку брызнула струя солоноватого семени, и она нечаянно вздрогнула, но всё же проглотила всё целиком, без остатка. Демон утробно прорычал и отшатнулся от неё, чуть подрагивая плечами, и довольно заулыбался. Через миг он будто пришёл в себя, склонил голову и стал просто пялиться на припавшую на колени и запыхавшуюся Лулу. — Ты такая хорошенькая, просто прелесть! — проворковал он своим бархатным голосом. Демон протянул руку и погладил её по щеке, практически нежно. — Меня нереально заводит твое нежное и милое личико, и вместе с тем такое соблазнительное тело. Потрясающий контраст! Как не повестись на него? Ох, хочется, чтобы этой красоты было больше… О-о, есть идея! Иди, ложись на кровать, солнышко. Что смотришь? Поднимайся, ложись на спину на кровати и смотри на меня. Лулу чуть растерянно поднялась, но быстро подчинилась, направляясь к кровати. Она старалась не смотреть на тихого, молчаливого Исмеля на кресле сбоку от этой самой кровати. Он ничего не выражающим взглядом смотрел, как она забралась на покрывала, голая и чуть скованная, и легла на спину, приподнявшись на подушке плечами и головой. Ноги её стыдливо сжались вместе, грудь чуть разошлась в стороны от позы, пальцы сжались на ткани. — Такая невинница, — странно и неестественно хихикнул красный демон, подходя к краю кровати, и огромные крылья колыхнулись над ним. — Совсем не похожа на шлюху. Будто только что не ты развязно сосала мне… Будто я сейчас муж, который проводит первую брачную ночь с девственницей. — Это ведь вам и нравится, — уныло сказал Исмель, перекидывая ногу на другую, он лениво развалился в кресле в чуть другой позе. — Она смущается каждый раз, будто это её первый. Половину из вас это чертовски заводит, это я уже понял. — Ну, хорошенькая же! Ты нашёл бриллиант, — демон ещё сильнее заулыбался. — Красоты много не бывает! И с этим словами доппельгангер вдруг поменял образ: крылья стянулись и осыпались, тело вытянулось, а потом тут же скукожилось и трансформировалось, меняя формы и краски. И вместо красного демона в комнате появилась обнажённая, стройная девушка с распущенными волосами. Лулу изумлённо выпучила глаза на кровати. Ведь она смотрела на саму же себя напротив. О да, перевёртыш принял её облик, практически неотличимый. Кроме выражения лица — вряд ли Лулу глядела когда-то на кого-то с таким хитрым, диковатым и пошловатым выражением. — Как тебе? — Лулу-перевёртыш посмотрела на Исмеля с довольной улыбкой. — Я шикарно отобразил её? Эльф скептически прошёлся по обнажённой фигуре ненастоящей девушки, словно экспонат рассматривал. Морфис-Лулу чуть задвигался, будто в медленном танце, приподняв руки и вращая бёдрами, а потом заскользил ладонью по своему новому телу — огладил упругие груди, прошёлся подушечками тонких пальцев по подтянутому животу, пожмякал себе ягодицы, призывно выгибаясь. — М-да уж, ты талант, — ледяным тоном сказал Исмель, смотря на эти сомнительные полутанцы с самопоглаживанием. — Прямо один в один, не отличишь. Только она не ведёт себя так нарочито вульгарно. — Брось, тебе интересно смотреть, — звонким голосом самой Лулу хихикнул перевёртыш. Настоящая Лулу на кровати ещё больше смутилась, когда её двойник взяла свои груди и вульгарно затрясла ими с довольной улыбкой, следя за реакцией Исмеля. Эльф поджал губы, но промолчал на эту похабщину. — Хочешь, мы вдвоём отсосём тебе член с обеих сторон? — вдруг выдал доппельгангер, хитро улыбаясь Исмелю. — Когда у тебя ещё такое приключение будет? Лулу побледнела от этого предложения, а эльф закатил глаза. — Отстань от меня и развлекайся с ней быстрее. Забыл, что у меня сегодня в середине ночи, куда мы идём? — холодно процедил он. — И даже в таком обличье мужик мне сосать не будет, извращенец ты проклятый. Лулу-перевёртыш рассмеялась, наглаживая грудь. «Она» повернулась к настоящей Лулу, улыбнулась ей, а затем медленно опустилась на четвереньки на кровать и поползла к её телу вверх. Картина была ещё та — смотреть на саму же себя, взбирающуюся по тебе то ли как змея, то ли как голодный кот. Морфис-девушка оказался над ней и горячо поцеловал Лулу в губы, впиваясь жадно и страстно. Она замерла, скукожилась от этих странных чувств. Ведь целовала не просто саму себя, а и девушку, по сути. Пошлые причмокивающие звуки протянулись в тишине комнаты. Лулу ничего не испытывала, просто покорно позволяла себя целовать и играть в эту непристойную игру. Перевёртыш оторвался от неё, повернул голову, смотря на Исмеля в кресле сбоку от кровати. Эльф мрачно наблюдал за этой сценой. — Как тебе представление? — проворковала ненастоящая Лулу. — Нравится смотреть за двумя девушками? Эльф закатил глаза и ничего не ответил. Перевёртыш улыбнулся, привстал на выпрямленные руки, нависая над Лулу. Грудь лже-девушки опустилась вниз, провисла под собственной тяжестью, касаясь груди Лулу. — Что может быть соблазнительнее, чем секс двух красивых дев? — довольно протянул доппельгангер женским голосом, начиная медленно вращать плечами, тем самым заставляя их сиськи бултыхаться друг об друга. Эта игра привела его самого в восторг. Лулу-перевёртыш забавлялась, потираясь их грудями — соски вращались вокруг других, задевались, проходились нежной кожей к коже, тут же вытягиваясь и утолщаясь. Настоящая Лулу всхлипнула, когда одну её грудь обхватили рукой, плотно сжимая, и Морфис-девушка плотнее стал обтираться своим соском об её. Ощущения были слабыми, но картина — уж слишком непристойная и пошлая. Лулу высоко ахнула, когда её двойник вдруг приподнялась, садясь на колени, взяла одну её ногу и закинула себе на плечо, а рукой нажала на другое её бедро, заставляя раскрыться шире, во всей красе. Это заставило в край смутиться, но тут дыхание Лулу совсем спёрло, когда в следующий миг перевёртыш чуть развернулся и с её закинутой ногой на плече уселся ей на другое бедро, образуя какую-то позу ножниц. И две девичьи промежности соприкоснулись вместе. — Ох, что вы… что вы!.. — только и выдохнула Лулу, краснея до кончиков ушей. — Сладкая, не стесняйся, — улыбнулась лже-Лулу, — я не раз видел, как шлюхи ублажают себя по всякому — и забавляя клиентов, и если просто предпочитают именно женщин. Никогда не мог оторваться, наблюдая за этим, — и затем Лулу-двойник двинула тазом — и две щели стали потираться друг о дружку, смешивая свои смазки. Для бедной Лулу это было слишком волнительно и неприлично, она тяжело задышала от столь развратной картины. Она растерянно и смущённо глянула на Исмеля — тот смотрел на эту сцену загадочным безэмоциональным взглядом, прекрасно скрывая эмоции. Но и посмотреть вниз между сплетённых девичьих ног было ошибкой для Лулу. Уж слишком это было вульгарно, когда один лобок красиво скользил половыми губами по-другому. Стало ужасно стыдно. — Какого это, когда сама себя ебёшь? — заулыбалась лже-Лулу, продолжая изображать трения-движения их промежностей. Перевёртыш склонил голову вбок, припадая щекой к закинутой ноге Лулу на своём плече, и стал то нежно потираться об её голень, то оставлять невесомые поцелуи, заставляя новую россыпь мурашек разбегаться по телу. Лулу-Морфис медленно и грациозно двигала тазом, имитируя движения соития. Это не приносило особых ощущений, но сама срамная картина заставляла в груди всё переворачиваться вверх дном. Копия-двойник вдруг приподняла собственную правую грудь, склонила голову в не очень удобной позе и прихватила сосок губами, начиная его оттягивать и посасывать. Лулу обомлела, смотря, как она сама над собой сосёт себе грудь. Ну и зрелище было, она снова смутилась до чёртиков. — М-м, замечательно! — перевёртыш с причмокивающим звуком оттянул и отпустил сосок «собственной» груди. — Был бы я действительно тобой, только бы и делал, что сосал свои груди и теребил пальчиками между ног. Кстати, давай уж погорячее? Я слишком завёлся от нас двоих. Лулу протяжно выдохнула, вдруг ощутив, как в неё что-то резко вошло. Она чуть приподнялась и изумлённо посмотрела между их двигающимися промежностями. Точнее, у перевёртыша-Лулу уже не было промежности, Морфис преобразовал её вагину и отрастил самый обычный член, который теперь хлюпался в её щели. Это сбило толку и потрясло — её имело своё ж тело, причём с женской фигурой, сиськами, но, внезапно, с членом между ног. Лулу запищала и попыталась оттолкнуться, но перевёртыш плотнее обхватил её ногу на своем плече, чуть нагнулся и забился глубже. — Тихо, тихо! Всё хорош! Я весь — сплошной обман, — заулыбалась лже-Лулу, говоря таким же голосом. — Просто расслабься, получай удовольствие через моё удовольствие, — Морфис-девушка повернул голову, глядя на Исмеля. — Нравится картина, господин эльф? — ему ничего не ответили, продолжая мрачно глядеть. Перевёртыш расплылся в улыбке ещё шире. — Можешь не признаваться, я вижу, что нравится эта вульгарная картина. Где ты ещё увидишь такое, а? Доппельгангер забился глубже, и Лулу откинулась полностью на подушках, тихо застонав. А потом ещё сильнее, когда её двойник опустила руку и стала мягко, но уверенно ласкать её клитор, добавляя развратному действию постыдного наслаждения. — Может, тебе всё же нужно по-другому? — вдруг протянула над ней лже-Лулу, всё размеренно вбиваясь и рукой натирая клитор. «Она» неотрывно следила за её раскрасневшимся лицом. — Знаешь, какое извращение я прямо очень люблю? — проворковал доппельгангер. — Мой самый любимый, простой и верный способ получить секс? Я расскажу. Я приходил в облике мужей к их жёнам и просто требовал исполнение супружеского долга, пока настоящий супруг где-то шлялся. Так практически законно переебал кучу женщин, а они оставались в полной уверенности, что никогда не изменяли. Может, стоит и тебе познать любовь своего господина, попробовать это чувство? Он обратился в миг, что она даже осознать толком не успела, лишь моргнуть, когда тело над ней видоизменилось. И теперь в неё толкалась не Лулу-девушка, а сам… Исмель. Доппельгангер принял его облик, полностью одетый по горло, в чёрном камзоле и перчатках, штанах и даже сапогах на кровати. Лишь под верхним одеянием были приспущенные брюки, позволяя члену свободно толкаться в её промежность. Лулу поражённо уставилась на склонившегося эльфа над ней, держащего её ногу на своём плече. Тоже лицо, такое злое и красивое с тонкими губами, ледяные голубые глаза и белоснежные длинные волосы, открывающие острые уши. Она тут же повернула голову, растерянно глядя на настоящего Исмеля, которого аж перекосило. — Серьёзно? — зло воскликнул он. — Не смей брать мой образ, втягивая в свой разврат, долбаный извращенец! — Полно тебе, Исмелюшка! — прошелестел Морфис точно таким же ядовитым голосом, как у него. — Я же просил дать мне поиграться, как я хочу. И всё делаю при тебе. Так что просто посмотри, как ты смотришься со стороны. А после обсудим твою задачу. Настоящий Исмель злобно сжал губы, желваки заходили на его бледном лице. Он явно с трудом пытался сдержать это глумление, но всё же выполнение какого-то плана с помощью шпиона хотел больше, поэтому оставался сидеть застывшей глыбой на кресле. — Всего лишь посмотри, — промурчал ему Морфис-эльф, так неестественно для образа, а потом повернул голову к Лулу. — Ну, как тебе? Он брал тебя вообще сам? Лулу ничего не ответила, всё испуганно смотря на него снизу вверх. Она растерялась, хоть и понимала, что это ненастоящий Исмель, но он выглядел один в один, доппельгангер даже надменный взгляд изображал также само. Она высоко ахнула, когда он стал входить в неё под новым углом и забился сильнее, и ещё рука в перчатке быстрее затеребила её клитор. — Ах! А-ах! А-а! — сбивчиво застонала Лулу, словно сгорая от слишком сильных эмоций и впечатлений. Это было поразительно и дико — стонать теперь под Исмелем. Она растерянно повернула голову, глядя на настоящего. Их взгляды встретились. Он глядел на неё ничего не выражающим взглядом, как ледяная скала. Губы его были плотно сжаты. — О нет, я сейчас твой господин, — лже-Исмель над ней схватил её за подбородок, убирая руку с клитора, и заставил смотреть только на него. Он резко сменил позу, убирая её ногу с себя, припал сверху плашмя и стал неспешно толкаться в обычной классической позе. Исмель-перевёртыш обхватил её руки и вскинул их над головой, переплёл их пальцы вместе, а потом приник ко рту Лулу с развязным поцелуем. Она сжалась под ним, вся скукоживаясь. Тяжело было отделаться от мысли, что это сам настоящий Исмель сейчас вцепился ей в губы, запустил язык в её влажный рот, весь одетый с головы до ног плавно бился меж её разведённых бёдер. Поцелуй он разорвал не сразу. — Тугая какая… хорошая… — стонал лже-Исмель над ней всё таким же знакомым голосом, толкаясь в неё, камзолом обтираясь об её трясущиеся груди в такт его движениям. И от трения об грубую ткань соски стали просто каменными. Эльф-перевёртыш снова принялся её целовать, едва не трахать её рот языком, и Лулу растеклась под ним лужицей, выкусывая сладость из его губ, а когда он начал высасывать и слизывать пот с её шеи, она вдруг ощутила настоящее удовольствие. Она сдалась и отпустила себя — стала неприкрыто стонать, отдаваясь разливающемуся наслаждению. Её голос креп и одновременно срывался, когда каждый толчок заставлял её хватать ртом будто заканчивающийся воздух. — Да-а, да! Исмель, пожалуйста! Да-а… Мм… Исмель, ох! Да-а-а! В порыве эмоций она совершено забылась, что имеет её не он, а доппельгангер, перевёртыш. Он не обиделся, а глухо рассмеялся над ней, резко поворачивая голову стонущей Лулу в сторону. И она нечаянно встретилась глазами с настоящим Исмелем на кресле. Он глядел на неё неописуемым взглядом, выступившая напряжённая венка на его виске заметно подрагивала. — Он в шоке, — тихо-тихо так, чтобы разобрала его слова только она, прошептал ей под ухо склонившийся Морфис-эльф. — Его аж перекосило, когда ты выдохнула его имя. Кстати, попробуй узнать, почему он всегда в перчатках и не раздевается. Лулу лишь приоткрыла рот, как её вдруг махом подняли, развернули в пространстве и поставили на четвереньки лицом к Исмелю на кресле, а потом она застонала, когда в неё снова затолкались, на этот раз сзади, в позе раком. — Нравится? — раздалось позади неё, голос перевёртыша сбивался. А Лулу не сразу поняла, что он обращается не к ней, а к сидящему эльфу перед ними. — Интересно же смотреть на себя со стороны, как дерёшь красивую девку, которую не трогал-то сам? Почему? Что не так? Она чертовски хороша… О-ох! — простонал эльф-Морфис. — Я уже на грани, Исмель… Как же узко… Ты столько всего теряешь… А-а-х… П-ф… проклятье… Лулу сбила дыхание на коротких отчаянных стонах-писках — её тело нещадно трясло в толчках, груди так же бултыхались как бешеные. Но она почему-то не отрывала мучительного взгляда от настоящего Исмеля, сидящего перед ней в кресле. Он смотрел на неё неотрывно, его язык толкал щеку, словно он о чём-то думал. А потом он вдруг встал и медленно пошёл к ним. Его руки потянулись к штанам и стали развязывать завязку брюк. — Оу, ты решил присоединиться? — ехидно протянул Морфис-Исмель. — Только не помню, чтобы разрешал мешать моему представлению. — Это моя шлюха, что хочу, то и делаю. Меняю правила, как мне хочется, — в тон самому себе, своему двойнику, хмыкнул Исмель, вываливая уже стоячий член наружу и придерживая его рукой. — Долбись там сзади, я не мешаю. Он подошёл вплотную к лицу Лулу, стоящей на четвереньках на кровати. Она была уже в таком состоянии, что плохо соображала и просто покорно открыла рот, без слов понимая его волю. — Хорошая девочка, — проворковал он и тут же вогнал член ей в глотку. Лулу закатила глаза, растворяясь в своём полуобморочном состоянии. Что-то она совсем устала, вымоталась, уже плохо соображая. Два Исмеля теперь имели её, и она лишь стонала на кровати, с членом во рту и с членом в своей дырке, пока её тело неудобно трясло в хаотичных движениях. Она уже бездумно сосала настоящему Исмелю заученным движениями, одна его рука зарылась в её волосы, удерживая голову в грубо-приятной ласке, пока Лулу всё скользила языком по всей длине. Исмель не старался быть нежным — привычно толкался ей в глотку от возбуждения, но сдерживался, равнодушно слушая захлёбывающиеся звуки. Морфис-Исмель там позади зашёлся быстрее. Он откинул назад голову, прикусывая губу, и мощно поводил бёдрами, вбиваясь в хлюпающее нутро. Лулу что-то мычала, перевёртыш бился всё настойчивей, пока она со всхлипами работала ртом на члене настоящего Исмеля, ощущая, как внутри неё снова разливается что-то страстное и горячее. Всего этого — нового, постыдного и пошлого — было слишком много за этот вечер, и она быстро потерялась в ощущениях, совсем размякая. К счастью, её не мучили долго. Исмель кончил первым, и его солоноватая сперма ударила по языку. Лулу проглотила, она наконец-то оторвалась от его члена, чтобы глубоко вдохнуть недостающий воздух. И тут же зашлась в стонах, когда ускорился перевёртыш, понимая, что ей уже ничто не мешает в горле. Он зашёлся в конце в каком-то невозможном темпе, отчаянно кончая, пока Лулу припала на локте и подвывала. Исмель в этом момент, протяжно вздыхая после разрядки, протянул снова руку и зачем-то впихнул ей два пальца в рот, имитируя толчки. Прямо в перчатке — вот так и потолкался, пока сам переводил дух, другой рукой стряхивая с обмякающего уже члена капельки оставшегося семени. И в этот момент Лулу прикусила кончики перчатки на его пальцах и потянула голову чуть вбок, тем самым частично стягивая перчатку. Исмель вздрогнул и резко отпрянул, больно выдёргивая руку из её зубов. И Лулу была готова поклясться, что успела увидеть на приспущенной перчатке старые и приличные ожоги по всей кисти. Она ничего не сказала, потому что Морфис сзади вжал её собой в кровать и со стоном забился в неё в финальной долбёжке. Он с глухим звуком кончил, отчаянно подрагивая бёдрами, а потом обмякая на ней с долгим выдохом. И когда Лулу из-под него высунула голову, то увидела, что Исмель уже привёл себя в порядок, натянул штаны и пьёт воду из графина на столе. — Если ты закончил, Морфис, — сказал он, сделав затяжной глоток, — то пошли. Я и так потратил на твои капризы столько времени, чтобы заплатить тебе цену за твою работу. — Только о работе и думаешь, какой же ты зануда… — простонал над ухом Лулу уже другой голос. Скрипучий, тот самый, который она услышала самым первым. И когда доппельгангер с неё слез, он уже был в своём первоначальном облике — невысоким мужчиной в плаще неприметной внешности и серыми глазами. Его грудь всё ещё вздымалась, лицо показалось старше, чем есть, но он натянул на лицо дежурную улыбку, глядя на Лулу, которая инстинктивно стала прикрывать наготу скомканным одеялом с кровати. — Ты была хороша, Лулу, — он протянул руку и мягко прогладил её по волосам, заправляя прядь за ухо. — Было очень приятно разделить с тобой ложе. Надеюсь, мы ещё когда-то увидимся. Я создам для тебя любой образ, который пожелаешь, чтобы было приятно, — он улыбнулся, показывая чуть желтоватые мелкие зубы, и отошёл от неё. Морфис Тень напоследок отвесил ей галантный поклон, как благородной даме, выходя за дверь вслед за позвавшим его эльфом. Исмель же на Лулу даже не глянул, оставляя её растерянную и уставшую одной в этой комнате.
