Глава, в которой Бинхэ узнал страшную "правду"
21 декабря 2025 г., 15:37
Спина ныла, нет, она конкретно так орала на заработавшегося Шан Цинхуа. Поясница простреливала его насквозь, а между ребрами пробегали болезненные искры невралгии. Даже в новом мире он не изменял глупым привычкам — горбится над бумагами в позе креветки без перерыва на обед. Глупый, глупый Цинхуа. Правильно братец Огурец вечно тебя ругает. Собственно, к нему бедный лорд Аньдин и направлялся.
Прохладный ветер трепал выбившиеся из пучка пряди, ноги слегка подрагивали на мече. Желание послать всё нахуй увеличивалось прямо пропорционально боли.
Шэнь Цинцю, привычно недовольный, на жалобы, такие же привычные, лишь хмыкнул и закатил глаза. Он поможет, конечно поможет, только потом будет долго-долго припоминать это лорду Аньдин. Опять. Или потребует какую-нибудь диковинку, какую гуй достанешь. Дважды опять.
* * *
— Б-больно, — тихое шипение сквозь зубы. — Будь нежнее. — Твои мышцы опять напряжены, приходи ты чаще проблем бы не было, — усталый, слегка насмешливый вздох. — Или ты мог бы делать растяжку. — В выборе между растяжкой и сном я выберу последнее. — Тогда хватит жаловаться, я и так трачу своё драгоценное время. — Нижайше благодарю великого лорда Шэня за... Ах! Предложение оборвалось и Бинхэ почувствовал как его лицо пылает. Если сам разговор ещё оставлял место для размышлений, хотя никаких приличных мыслей в его голове всё равно не было, то стоны не оставляли сомнений в происходящем. Его шицзунь сейчас в своём доме занимается непотребствами с Шан-шишу. С одной стороны он не хотел слышать такие звуки от шишу, но с другой, будь наоборот было бы хуже. — Ниже, пожалуйста. Нет, не так сильно! — и приглушённый подушкой вой. — Я добавлю больше масла, — шицзунь звучит несколько запыхавшимся. — Холодное! Шэнь-ге, ты жесток, — так плаксиво и заигрывающе. Бинхэ в ужасе. — Прекрати ёрзать, мне неудобно, — но, кажется, Шан-шишу и не думает прекращать, хныча и шепча что-то на незнакомом языке. Слышится удар кожи о кожу и очередной стон. — Расслабься и дыши, сейчас я... Ло Бинхэ не стал дослушивать, ему не хотелось разбивать своё сердце ещё больше.* * *
Даже спустя годы он будет это помнить. Конечно, он не скажет об этом ни учителю, ни Шан-шишу, ведь тот сразу расскажет об этом своему другу. Ну да, другу. Шицзунь был бы так расстроен и зол тем, что он подслушивал. Поэтому он только бросает злые взгляды на Шан-шишу. И если после их дружеских посиделок Бинхэ любил своего шицзуня дольше и сильнее обычного, то это было лишь совпадением, не более.
Примечания:
Если Бинхэ не ревнует к Цинхуа это вызывает куда больше вопросов, чем если он ревнует. Он должен(!) ревновать. Это очевидно. Огурец-бро не затыкается когда дело касается его самого (не)любимого автора. Удачи, Бинхэ, она тебе понадобится.
