Ты — моя обсессия.

Когда пальцы Эдриана сомкнулись на горле Уилла, мир мгновенно перестал существовать. Осталась только безумная, ослепляющая ярость в глазах Эдриана и ледяная хватка, выжимающая жизнь из гортани. Уилл чувствовал, как хрящи жалобно трещат, как лицо наливается жаром, а легкие превращаются в пустые, разрывающие грудь мешки. Воздуха не было. Было только лицо, покрытое гримом «треснувшей маски», которое теперь казалось ликом самого дьявола. — Ты... мразь... — шипел Эдриан, и его слюна брызгала Уиллу в лицо. — Ты помогал ему... Уилл судорожно царапал руки Эдриана, его ноги бессильно били по земле, выбивая дробь из сухих листьев. Сознание начало медленно угасать, затягиваясь серой мутью, когда вдруг лесную тишину прорезал огромный стук. Это был звук столкновения камня с человеческим черепом, тяжелый, влажный, тошнотворный, будто под ногами хрустнула толстая ветка или сломалась кость. Рука на шее мгновенно ослабла. Эдриан, получив неожиданный удар в затылок, потерял контроль над телом. Он сильно ошатнулся, его глаза закатились, и из горла вырвался надрывный, животный стон боли. Уилл рухнул на колени, соскальзывая спиной по шершавой коре дуба. Он жадно, со свистом хватал воздух ртом, и каждый вдох ощущался как глоток раскаленного песка. Сквозь слезящиеся глаза, в которых еще лопались кровавые искры, он посмотрел на тень, возникшую за спиной Эдриана. Это был высокий человек в черной, поглощающей свет мантии и в белой маске призрака, застывшей в вечном, немом крике. В руках он держал огромный, зазубренный камень, с которого на сухую листву уже стекала густая темная жижа. Уилл почувствовал спасение и одновременно липкое, леденящее ощущение в самом низу живота. Напротив него стоял Майк. Теперь он был в этом уверен. Сама атмосфера вокруг стала густой, пропитанной запахом железа и смерти. Призрак чуть наклонил голову и через прорези маски Уилл кожей ощутил его взгляд: смесь обжигающей злости, невыносимой тоски и какого-то первобытного голода. Уилл чувствовал это нутром. — Майк... — хрипло, на грани шепота выдавил Уилл, но голос сорвался, превратившись в ломаный хрип. Эдриан, пошатываясь и хватаясь за окровавленный затылок, уже понемногу приходил в себя. Он поднял голову и столкнулся взглядом с белым лицом маски. Ужас, отразившийся в глазах Эдриана, был почти осязаемым. Он подумал, что Уилл специально поманил его сюда, что всё это было ловушкой. Эдриан вскинул дрожащие руки, пытаясь защитить лицо, задыхаясь от собственного страха. Но Майк был неумолим. Без тени жалости, с пугающей механической точностью, он снова занес камень и сильно ударил Эдриана по голове. Удар был сокрушительным, но Майк рассчитал силу, он не хотел убивать его здесь, на глазах Уилла. Тело Эдриана дернулось и обмякло. Уилл вскрикнул, закрывая рот руками. В этой тишине звук собственного голоса показался ему кощунственным. Он был уверен, что Эдриан мертв. Перед глазами стояла картина: камень, кровь, маска. Теперь он реально был свидетелем всего. Обратной дороги к чему-то нормальному больше не существовало, но Уиллу было плевать. Он уже давно смирился с тем, что его жизнь навсегда сплелась с Майком. Призрак медленно выпрямился, и мантия зашелестела, как чешуя огромной змеи. — С тобой я ещё не закончил, — сказал Майк лежащему Эдриану. Его голос, искаженный маской, прозвучал неестественно низко, вибрируя прямо в костях Уилла. Уилл дрожал всем телом, наблюдая за этой ужасной сценой. Майк медленно выпрямился, повернулся к нему и одним резким движением сорвал маску. Уилл затаил дыхание. Перед ним было лицо, которое он, как ему казалось, больше никогда не увидит так близко. Майк с ног до головы осмотрел Уилла, его взгляд лихорадочно метался по отметинам на шее, проверяя, цел ли он. — Как... как ты нашел меня? — прошептал Уилл. Он заметил, что руки Майка, сжимающие маску, сильно дрожат. Это была дрожь не от холода, а от запредельного страха — страха, что он едва не лишился Уилла навсегда. — Я всегда следил, — выдохнул Майк В этой кромешной темноте Уилл внезапно почувствовал себя в безопасности. Тоска, съедавшая его изнутри, испарилась, оставив лишь пугающее облегчение. Майк стоял неподвижно, глядя на свои руки, и Уилл сам сделал шаг к нему. — Я не сдержу обещание. Убью... твою собаку... во второй раз, — голос Майка сорвался, он чуть отошел назад, словно боясь, что Уилл увидит в нем только чудовище. Но Уилл не остановился. Когда они оказались совсем близко, он почувствовал родной, сводящий с ума запах: холодный ветер и застарелая хвоя. Майк смотрел на него, не смея пошевелиться. Уилл,вместо слов встал на носочки, положил руки на плечи скрытые мантией, и потянулся к холодным губам напротив. Майк вздрогнул, его дыхание сбилось. Он ожидал чего угодно. Криков, ненависти, побега, но не этого. Уилл осторожно коснулся его губ своими, теплыми и дрожащими от пережитого шока. Это был поцелуй отчаянного жеста принятия. Майк сначала замер, а потом, издав надрывный звук, похожий на стон, притянул Уилла к себе с такой силой, будто хотел вжать его в свою грудь, спрятать от всего мира навсегда. В этом лесу, над телом их уже общего врага, Уилл Байерс окончательно выбрал свою сторону. Майк медленно отстранился, но его пальцы в черных кожаных перчатках все еще судорожно сжимали талию Уилла, словно он боялся, что если отпустит, тот рассыплется в прах. Взгляд Майка, дикий и тяжелый, скользнул по багровым отметинам на шее Уилла, и в глубине его зрачков вспыхнуло нечто такое, от чего воздух вокруг стал ледяным. — Майк... — Уилл сглотнул, чувствуя, как боль в горле отзывается на каждое слово. — Эдриан Лэнг оказывается является сыном детектива. Майк замер. Он медленно перевел взгляд на обмякшее тело, лежащее в гнилой листве. Фамилия «Лэнг» эхом отозвалось в его памяти. В голове всплыла картина, душная комната допроса, яркая лампа, бьющая в глаза, и человек с колючим взглядом и тяжелыми руками, который часами пытался выбить из него признание. Детектив Лэнг. Тот самый, который вцепился в дело Призрака мертвой хваткой. — Сын ищейки... — прошептал Майк. Его голос был пропитан ядовитой горечью. — Значит, он выслеживал тебя, чтобы добраться до меня? — Он всё знает, Майк, — выдохнул Уилл, прижимаясь лбом к его груди. — Он копался в архивах отца и понял, кто ты. Он привел меня сюда, чтобы... чтобы отомстить. Говорил что ты его маму... Уилл почувствовал, как Майка пробила дрожь. Не от страха перед разоблачением, а от удушающего чувства вины, которое накрыло его с головой. Весь этот кошмар, всё это насилие, которое Уилл только что пережил, было следствием его действий. Его кровавый след привел охотника прямо к порогу Уилла. Он подставил единственного человека, которого любил, под удар. — Из-за меня, — Майк закрыл глаза, и его лицо исказилось в муке. — Тебе больно из-за меня. Я втянул тебя в этот ад, Уилл. Я позволил этому мусору тронуть тебя... Он резко отстранился, его лицо снова превратилось в непроницаемую маску ярости. Он посмотрел на Эдриана, который издал слабый, едва слышный стон. Майк снова крепко сжал камень в руке. Кожа перчаток заскрипела так громко, что Уиллу показалось, будто это ломаются кости. — Уходи, Уилл. Прямо сейчас, — тон Майка не терпел возражений. — Сделай вид, что ничего не было. — Нет! — Уилл вцепился в его мантию, его начало трясти. — Майк, пожалуйста, мы можем просто уйти! Не надо... не делай этого... Майк схватил его за запястья и заставил посмотреть себе в глаза. В них была тьма, но в этой тьме светилась отчаянность. — Уилл, если он заговорит, то я потеряю тебя, — он придвинулся ближе, почти касаясь губ Уилла своим горячим дыханием. — Ты не должен на это смотреть. Твои руки должны остаться чистыми, даже если мои по локоть в крови. Ты — мой свет, Уилл. Позволь мне сделать то, что я умею, чтобы сохранить тебя. Уилл всхлипнул, чувствуя, как его решимость тает под этим напором. Он ненавидел то, во что превращалась эта ночь, но еще больше он боялся потерять Майка. — Иди домой, — прошептал Майк, на мгновение прижавшись щекой к его щеке. — Запри дверь и жди. Я приду к тебе сегодня. Как только закончу. Обещаю. Майк мягко, но уверенно подтолкнул его в сторону огней города. Уилл сделал несколько шагов назад, не отрывая взгляда от черной фигуры, стоящей над своей жертвой.