Глава V. Принц в изгнании
21 февраля 2026 г., 19:08
План с телефоном Джордж решает все же отложить на пару дней. По правде говоря, слова пастора залезли ему в голову и прочно там засели, искореняя мысли о побеге, и Джорджа это чертовски сильно бесило.
Следующие два дня он исправно исполняет все раздражающие его обязанности из списка Алекс. Но истинная причина была в том, что Джордж хотел вернуться в колледж, чтобы вновь увидеться с Максом. Последнюю ночь принц провел с мыслями о мимолетном незаконном прикосновении, которое никак не хотело вылезать из его головы. Джордж надеялся, что не выглядит глупо, вглядываясь в каждый закуток коридора в поисках одного и того же лица. Но, к его разочарованию, Макс в колледже в тот день так и не появляется.
И на следующий тоже.
В четверг Джорджу предстояло провести свою первую лекцию, и он надеялся, что утром никто не заметит его легкого мандража. Весь вечер он провел за тем, чтобы подготовить материал, но ему все еще казалось, что у него ничего не выйдет. За завтраком он все же собирается с духом и подвигает Алекс свои наброски. Оторвав взгляд от телефона, девушка с удивлением переводит взгляд с принца на его записи на столе и обратно. Отложив телефон, она поднимает чашку с кофе, делает глоток и, задумавшись, бегает глазами по тексту.
— Я бы сделала вступление чуть мягче, но в целом мне нравится, — говорит она, возвращая лекцию принцу, и тот слабо улыбается, искренне желая верить в честность Александры.
— Что ж, надеюсь, в меня не полетят карандаши после первого же слова, — он вздыхает, потирает лицо и встает с места. — Пойду приоденусь.
Алекс кивает, возвращая все внимание к своему телефону, и Джордж вздыхает. Он бы все отдал, чтобы хотя бы час поболтать с Оскаром, послушать его занудные истории о поездках с отцом, или с Ландо, чтобы похохотать над очередным скандалом, в который влип виконт. Но вместо этого Джордж изучает свое отражение: его одежда выглядит не просто дорого, а так, словно он унаследовал ее вместе с правом на престол. Кремовые брюки сидят идеально, рубашка из нежнейшего хлопка, легкий жилет. Джордж колдует над своими волосами, пока не убеждается, что выглядит достаточно хорошо, чтобы выступать сегодня перед ненавидящими его детьми.
В глубине души, разглядывая себя, Джордж надеется, что сегодня сможет увидеть пастора. Он все еще считает себя придурком, но ничего не может поделать с тем, что считает Макса до ужаса привлекательным человеком и интересным собеседником. По крайней мере, он убеждает себя, что нет никакого преступления в том, чтобы просто любоваться чьей-то красотой.
✞
Коридоры уже пусты, когда Джордж идет по одному из них со стаканом кофе в одной руке и с кожаной сумкой — в другой. Алекс уехала по делам, а Карлос бесшумно семенит следом. Остановившись перед нужной дверью, принц поворачивается и со строгим взглядом смотрит на телохранителя. — Послушай, приятель, там, внутри мне вряд ли грозит опасность, — он пытается улыбнуться, но выходит криво, вероятно, потому что Джордж жутко нервничает. — Поэтому я хочу войти один. Карлос хмурится и медлит, переводя взгляд с принца на дверь и обратно. В конце концов он все же кивает и отступает. Кивнув в ответ, Джордж поворачивается, набирает побольше воздуха и, толкнув дверь, входит в кабинет. Студенты уже сидят внутри. Никто не обращает на него внимания первые несколько секунд, пока принц ставит стаканчик кофе на стол и опускает сумку рядом. Он поправляет жилет и окидывает взглядом класс. Студенты постепенно обращают свои взгляды на него, и принц прочищает горло, окончательно привлекая всеобщее внимание. — Доброе утро, — говорит он, стараясь звучать жизнерадостно, но получает невнятное бормотание в ответ. — Пожалуй, вы уже знаете, меня зовут принц Джордж, и я буду вести для вас лекции об истории искусства, — он бросает осуждающий взгляд на продолжающих болтать отвратно одетых девушек на заднем ряду. Несколько ребят спереди слушают его, но большая часть студентов не обращает на него никакого внимания. Джордж чувствует, как закипает изнутри. Он пытается, правда пытается дать им шанс, но никому из них нет до принца никакого дела, а Джордж не из тех, кто привык завоевывать чье-либо внимание. Обычно это другие пытаются завоевать его внимание, но никогда не наоборот. Это злит. Нет, не так. Это выводит Джорджа из себя. — Ладно, знаете что, — он щиплет себя за переносицу и, разведя руками, громко хлопает, привлекая всеобщее внимание. — Я понимаю, что всех вас загнали сюда насильно, вероятно, просто чтобы польстить мне. Но, знаете что? Мне это не нужно. У нас будет только одно правило, — он становится перед столом и засовывает одну руку в карман брюк, а вторую поднимает в воздухе, выставляя указательный палец. — Только одно. Если вам не хочется быть здесь, — он притворно улыбается. — Можете идти. Он видит на лицах студентов непонимание, а затем некоторые усмехаются. — И как это понимать, Джордж? — фыркает какой-то паренек со второго ряда. Его волосы явно не причесывали последнюю неделю. — Во-первых, не Джордж, а принц Джордж или «ваше высочество», — грубо отвечает он, гордо задрав подбородок. Джордж разворачивается, чтобы написать свое имя и титул на доске. — Принц в изгнании, — едко бросает паренек, но Джордж даже не поворачивается, продолжая писать. — Заткнись, Габриэль, — вдруг говорит девичий голос, и Джордж бросает взгляд через плечо. Это полная девочка с неровно постриженной челкой, что сидит за самой последней партой у окна. Однако Габриэль разворачивается и кричит на нее, отчего девочка опускает взгляд в тетрадь. — Сама заткнись, тупица! Многие в классе начинают смеяться, и Джордж разворачивается с совершенно спокойным видом. Он подходит к парню и наклоняется над ним. — Габриэль, верно? — Джордж криво улыбается, и парень ухмыляется в ответ. — Знаешь, что? — Что? — Ты можешь проваливать, — на мгновение в классе воцаряется тишина, прежде чем Габриэль смеется, не сводя глаз с принца. — Я говорил серьезно. Все, кто тут быть не хочет, вы можете идти, — принц делает шаг назад и указывает на дверь. — Я вас не задерживаю. Следующие три минуты становятся одними из худших в жизни Джорджа. Он просто стоит там, сунув руки в карманы, и наблюдает за тем, как, замешкавшись, дети просто собирают вещи и один за другим покидают кабинет. — Спасибо, ваше высочество! — кричит кто-то из ребят, выбегая в коридор, а Джордж молча наблюдает, не в силах ничего больше сказать. Его переполняют злость и обида, и он не может заставить себя просто смириться с этим. Все его нахождение здесь — пустая и бессмысленная трата времени. Никому из них не нужен он, не нужна его помощь и уж тем более его лекции. Как и всем преподавателям, которые лишь надеяться, что на выделенные деньги в их кабинетах сделают ремонт и поменяют меню в столовой. Усевшись за стол, Джордж наблюдает за тем, как аудитория постепенно пустеет. Стуча пальцами по столу, он медленно поднимает голову. Сердце пропускает удар, потому что в классе все еще сидят два человека: девочка, вступившаяся за него, и кудрявый парень, которого Макс заставил извиняться. — Что ж, — сглотнув ком в горле, принц вновь встает и грустно улыбается, глядя сначала на девочку, а затем на парня. — Тогда начнем. Отложив записи, Джордж рассказывает немного о себе и о своей учебе в Оксфорде. Делится тем, почему он выбрал изучать искусство и как это повлияло на его жизнь. Спустя час Джордж узнает, что девочку зовут Кристи Белл, а кудрявого паренека Андреа Антонелли, но все зовут его Кими. К концу лекции, которую сложно таковой назвать, принц думает, что эти двое вполне неплохие ребята. Он все еще чувствует себя паршиво, когда плюхается за стол и оглядывает пустой класс. Проведя ладонью по лицу, принц тяжело вздыхает, размышляя о том, что все еще не поздно уговорить родителей и брата выбрать для него другое наказание. Джордж уже на грани того, чтобы согласиться с тем, чтобы выглядеть как сбежавший трус, лишь бы не испытывать эти унижения снова. — Тяжелый денек? — знакомый веселый голос нарушает его хрупкий покой, и Джордж вновь вздыхает и поднимает усталый взгляд, заведомо зная, кто стоит в дверях. — Мне казалось кабинет был полон, когда я проверял его перед вашим приходом, а вышло отсюда только два человека. Шарль кивает себе за спину, и Джордж пожимает плечами, отворачиваясь. — Я не хочу, чтобы эти дети сидели тут насильно и пытались делать вид, будто им есть до меня дело, — Джордж морщит нос, вставая с места и убирая записи в сумку. — Я вообще не вижу смысла в этих лекциях, я только трачу время. И зря занимаю кабинет, — добавляет он, и Шарль хмыкает. — Да бросьте, ваша светлость, мы знаем, что вы бы с радостью были далеко отсюда, — он говорит без какой-либо тени осуждения, так что Джордж поджимает губы и кивает. — Все, чего я хочу после этого дня, так это помыться и выпить минимум четверть бутылки виски, — Джордж протяжно вздыхает, стаскивая сумку со стола, и Шарль неожиданно оживляется. — Звучит, как хороший план, но чертовски грустный. — Жутко грустный, потому что мне запрещено пить, — Джордж говорит это с толикой стыда, потому что чувствует себя до ужаса глупо. — Все верно, — вдруг говорит Шарль, похлопывая принца по плечу, когда они идут к двери. — Пить в одиночестве — настоящее преступление. Не уверен, что имею право, но могу предложить вам составить мне компанию в баре сегодня, что скажете? Помедлив, Джордж поворачивается с, вероятно, самой грустной улыбкой за всю свою жизнь. — Я бы с радостью присоединился, но, боюсь, мой телохранитель не оценит эту затею. — Ваше высочество, — Шарль качает головой, заговорщически улыбаясь. — Что делают дети, оказавшись под домашним арестом? — он смотрит на Джорджа, и тот моргает. Улыбнувшись шире, парень добавляет: — Они сбегают.✞
Стоя у двери Джордж долго прислушивается. Сердце колотится как бешеное, но он знает, что Алекс где-то у себя, наверняка, занята работой, а, судя по включенному телевизору на первом этаже, Карлос в гостиной. Джордж надеется, что на следующей неделе эти двое наконец разъедутся в собственное жилье, но пока у него нет выбора. На нем обычные голубые джинсы и простая черная толстовка с капюшоном. Пройдя мимо зеркала, Джордж открывает окно и застывает, вновь прислушиваясь. Тишина. Легкий ветер, пробравшийся в комнату играет с его волосами. Перелезая через подоконник, Джордж думает только о том, что кто-то может сфотографировать его прямо сейчас, и это будет очередным позором. Перепрыгнув на козырек внизу, Джордж в спешке свешивает ноги и, задержав дыхание, спрыгивает вниз. Мягкий газон заглушает приземление и, пригнувшись, Джордж замирает. Ничего не изменилось. Все также тихо. Улыбнувшись собственному безрассудству, разгоняющему кровь все быстрее, Джордж выпрямляется и семенит до небольшого забора. Перебраться через него не составляет труда, так что, оказавшись, на улице, принц ускоряет шаг, пока не сворачивает за угол на соседнем перекрестке. Вынув из кармана свернутый лист бумаги, Джордж сверяется с картой, которую синей ручкой нарисовал для него Шарль, и усмехается. Что ж, наказать снова, пока он все еще здесь, его уже не смогут, так что Джорджу нечего терять. Натянув на голову капюшон, он шагает все дальше от дома. Принц довольно легко находит нужный бар в этом небольшом городке и, толкнув дверь, уверенно входит внутрь. Никто особенно не обращает на него внимание, а вот Шарль, сидящий за барной стойкой, замечает его сразу. Он машет принцу рукой, и Джордж с облегчением спешит присоединиться к своему новому приятелю. — Добрались! — Шарль весело смеется, когда Джордж взбирается на стул рядом с ним и кивает, довольно улыбаясь. — Я взял нам по пиву. Шарль подвигает к нему большую кружку, и Джордж блаженно прикрывает глаза, когда яркий знакомый запах вскруживает голову. Джордж быстро оглядывает бар: много болтающих людей, миленький интерьер, какой-то старый матч по телевизору. Вполне сносно. Все лучше, чем в его пустой одинокой комнате. — Это покажется жутко глупым, но меня лишили права распоряжаться средствами, так что я… — Джордж виновато поворачивается к Шарлю, но тот отмахивается, будто принц смолол полную чушь. — Ерунда. Для меня честь — угостить вас, ваша светлость, — он поднимает кружку, и Джордж поднимает свою тоже, счастливо улыбаясь. — Корона не забудет вашей щедрости, мистер Леклер, — говорит Джордж, ударяясь с ним кружками. Пиво разливается внутри, приятно охлаждая тело, и Джордж в благоговении прикрывает веки, вспоминая вкус алкоголя и чувствуя, что сегодня сможет наконец расслабиться. Александра, вероятно, будет вне себя, если узнает о его побеге, но Джордж обещал себе, что пробудет здесь максимум пару часов и успеет вернуться до того, как кто-то вообще заметит его отсутствие. Они болтают около получаса, в основном Шарль делится историями о себе. Так Джордж узнает, что на самом деле Шарль живет в местечке под названием Ла-Кондамин, а сюда приехал четыре месяца назад, чтобы повидать своего дядю. Его попросили поработать в колледже месяц, Шарль согласился помочь, но в итоге втянулся и застрял здесь. — На самом деле здесь не так уж плохо! Но к Рождеству я надеюсь вернуться домой, — Шарль закидывает в рот жареный сыр, а затем замечает что-то за спиной Джорджа и расплывается в улыбке. — О, вот и он! Нахмурив брови, Джордж поворачивает голову, не понимая, о чем говорит его новый приятель, но уже в следующую секунду жалеет об этом. Сжав рукоятку кружки, Джордж замирает, чувствуя, как щеки обдает жаром, и это вовсе не из-за алкоголя или духоты в помещении. Макс. Он идет прямо к ним с его глупыми пушистыми волосами и этой глупой беззаботной улыбкой, и на нем совершенно обычная одежда: легкая рубашка, простая серая футболка и синие джинсы, и Джордж снова теряет рассудок. Никакой строгой одежды, никакой колоратки. Он выглядит как самый обычный парень в баре, и Джордж хочет расплакаться от несправедливости, потому что, не знай он, кто Макс на самом деле, он бы никогда не упустил возможности сделать ему пару комплиментов. Несправедливо, просто несправедливо. — Привет, — взмахнув рукой, Макс садится рядом с Шарлем, ерзает на стуле и поворачивается к Джорджу. — Ваше высочество, — он кивает, и Джордж так и сидит с кружкой в руке, понимая, что ему следует ослабить хватку. — Я заказал еще пива, присмотри за нашим гостем, я скоро вернусь, — Шарль по привычке хлопает Макса по плечу, а затем уходит в сторону уборной, и Джордж чувствует знакомый ком в горле. Он чувствует себя так, будто ему пятнадцать, он в Итоне и впервые заговорил с мальчиком, который ему нравился в течение всего года. Паршивое, очень паршивое чувство. Но сейчас все было в десять раз хуже. — Итак, пастор в баре, с пивом, — он пытается глупо пошутить и тут же мечтает ударит себя по лицу. Но Макс очаровательно улыбается. Снова. Это уже невыносимо. — Принц в баре и без охраны, — повторяет его интонацию Макс, и Джордж усмехается. Он кусает губу, оглядываясь, чтобы убедиться, что никто сейчас не снимает его идиотское выражение лица. — А еще без денег, уважения и любви народа, — Джордж грустно хмыкает, поднимая пустеющую на глазах кружку, — так что вряд ли сегодня я могу называться принцем. — Не деньги и любовь народа делают вас принцем, не так ли? — Макс пожимает плечами, и перед ними ставят еще три кружки пива. Джордж кусает губу, глядя ему в глаза, когда Шарль неожиданно появляется между ними. — Так, что я пропустил? — он усаживается рядом, и Джордж отводит взгляд. — Мы как раз собирались выпить, — говорит Макс, подтягивая к себе пиво, и Шарль оживленно делает тоже самое. — Что ж, тогда за нашего любимого принца, я полагаю? — он поднимает кружку, и Джордж с усмешкой качает головой. — О, нет, не стоит, — умоляет он, но Шарль двигает к нему пиво, играя бровями, и Джорджу остается только сдаться. Следующие два часа пролетают для Джорджа как один миг. Он не перестает улыбаться и больше не беспокоится о том, что его будут снимать. Они заказывают еще выпить и перебираются за столик в углу комнаты. В основном Джордж только слушает, и эти истории, рассказанные за этим столом, кажутся ему одними из лучших, что он когда-либо слышал. В них нет повествования о дорогостоящих сделках или благотворительных миссиях, это самые обычные истории из жизней обычных людей, и Джордж понимает, что это то, чего ему так не хватало. Это так сильно отличалось от его светских бесед за изысканными столами во время приемов, и, к его собственному удивлению, принц находил эту беседу куда более увлекательной. Он с наслаждением слушает истории Шарля о его брате и племяннице, истории Макса о забавных старушках в монастыре, и не перестает глупо улыбаться. Джордж понимает, что выпил куда больше, чем собирался, когда его лицо становится красным, а комната начинает слегка кружиться. Он уже не помнит, что его так сильно рассмешило в рассказе Шарля, но он громко хохочет, прикрывая рот рукой. Его глаза находят лицо смеющегося Макса, и Джордж задерживает на нем взгляд чуть дольше, чем следовало бы. Ему не стоило так много пить. Алекс точно прикончит его, как только обнаружит такое количество алкоголя в его крови утром. Он уверен, у нее детектор на его проколы. — Что ж, это было потрясающе, — сняв со спинки стула куртку, Шарль начинает неспешно собираться, и Джордж расстроенно поднимает голову. — Это был отличный вечер, но у меня занятия в десять утра, так что мне следует выспаться. Джордж видит, как Макс тоже поднимается с места, и внутри него будто все обрушивается. Понимая, что ему тоже давно пора было вернуться, принц встает и неуклюже натягивает толстовку. Когда они выходят, свежий ночной воздух ударяет в голову, и Джордж слегка пошатывается. — Вы — отличный парень, ваше высочество, — Шарль протягивает ему руку, и Джордж неуклюже пожимает ее в ответ. — Надеюсь, вы задержитесь здесь. Джордж ничего не отвечает, с грустной улыбкой наблюдая за тем, как Шарль удаляется, насвистывая мелодию. Рыская по карманам, Джордж вдруг понимает, что выронил где-то в баре свою импровизированную карту, когда замечает, что Макс смотрит на него. — Хотите прогуляться, ваша светлость? — в его остекленевших глазах блестят огни уличных фонарей, и сердце Джорджа пропускает удар. — Если вы обещаете проводить меня домой, святой отец, потому что я, кажется, потерял свой путеводитель, — отвечает Джордж с пьяной улыбкой на лице, и Макс закусывает губу. — Само собой, — Макс сует руки в карманы куртки, и Джордж, натянув капюшон, следует за ним. Макс приводит их на набережную, и Джордж впервые отмечает красоту местных пейзажей. Волны на неспокойном море словно шепчут ему свою старую, давно забытую историю, и Джордж чувствует легкий холодок, пробежавший по спине. Вдоль набережной тянутся редкие фонари, а ветер приносит соленый привкус. Повернувшись, Джордж разглядывает профиль идущего рядом с ним парня. Он знает, что бесстыдно пялится, пока Макс что-то рассказывает, о чем Джордж уже забыл, но ему все равно. Он чувствует, что опьянел куда сильнее, чем собирался, так что сейчас ему не особенно стыдно за себя. Как и всегда, он планирует сожалеть об этом завтра. — Здесь, у моря всегда легче дышится, — вдруг говорит Макс, поворачиваясь к воде. — Будто оно смывает лишние мысли. Повернувшись, Джордж прослеживает его взгляд. Он не знает, море ли тому причина, но его мысли действительно сейчас очищены от его обычных переживаний. — Жаль, оно не заберет их навсегда. — Нет, — Макс поворачивается и смотрит ему в глаза. — Но оно напоминает, что мы не можем контролировать все на свете, — Джордж только хмыкает, но Макс вдруг добавляет: — Я знаю, что случилось на лекции. — Кими, — кивает Джордж, догадываясь, кто рассказал все пастору. Макс этого не отрицает. — Считаешь, я был не прав, выгнав их оттуда? Макс пожимает плечами, вновь отводя глаза. — Вы не выгоняли их. Вы дали им выбор. Они его сделали. — Иногда меня раздражает твое спокойствие, — Джордж усмехается, надеясь, что его прямолинейность не заденет Макса, но тот только смеется. — Я просто стараюсь принимать все как есть, — он разводит руками, чуть сбавляя шаг. — Стресс отнимает годы жизни, а я не хочу рано умирать, — он посмеивается, и это заставляет Джорджа покачать головой. Этот парень определенно не был настоящим. Они продолжают идти по набережной, и на несколько минут над ними повисает тишина, но она кажется Джорджу комфортной. Пока Макс не говорит снова. На этот раз чуть тише. — Титул не меняет того, что на сердце бывают тревоги, — его голос заставляет Джорджа взглянуть ему в глаза. — К сожалению, корона не освобождает от этого, — говорит он, но потом осторожно добавляет: — Простите, если я говорю слишком прямо. — Нет, — Джордж поворачивает, говоря уверенно. — Честность — это то, что делает человека более ценным для меня. Макс кивает, не отвечая. Они некоторое время вновь идут молча. Джордж думает о его словах, слушая шум прибоя, а затем все же нарушает тишину: — Но если рядом нет моря, чтобы очистить мысли? — спрашивает он, и Макс поворачивается. — Что еще помогает? Пастор на мгновение задумывается, но все же отвечает: — Когда я хочу спрятаться от мира и очистить голову, то чаще всего я скрываюсь в церковном саду. — В саду? — принц заинтересованно улыбается. — При церкви есть сад? — Небольшой. Он не похож на дворцовые парки, — Макс игриво ухмыляется, и Джордж добродушно закатывает глаза. — Но я люблю проводить там время и ухаживать за цветами. Весной там распускаются нарциссы, а позже — ирисы. А еще простые полевые цветы, которые, кстати, держатся дольше самых редких. — Звучит так, будто ты действительно увлечен этим, — Джордж хмыкает, представляя в голове, как Макс в садовых перчатках высаживает цветы. — Почти так и есть, — тот негромко смеется. — Мой наставник однажды сказал мне: «Если ты не знаешь название цветка, то даже не заметишь, когда он увянет». С тех пор я стараюсь замечать. В саду ты видишь, как они рождаются из земли. Как держатся за свет. И как, в конце концов, уступают место другим. Принц обнимает себя, стараясь скрыть появившуюся на душе грусть. — Во дворце цветы меняют каждый день, — он вспоминает коридоры и комнаты, полные букетов. — Я никогда прежде не думал о них. Пастор поворачивается, вероятно, все же услышав печаль в его голосе. — Вряд ли можно найти утешение в срезанных ради одного дня цветах, но, — он делает паузу, ожидая, когда Джордж посмотрит на него. — Если вам нужен будет тихий уголок… Принц с улыбкой вздыхает, чувствуя, как сердце чуть ускоряет ритм. — Вы приглашаете меня в свой сад, святой отец? — чуть задиристо говорит он, желая скрыть за этим тот факт, что его бедное сердце сейчас разорвется на части от волнения. Макс пожимает плечами и собирается ответить, когда жуткий визг шин нарушает ночную тишину. Джордж вздрагивает от неожиданности, резко поворачиваясь. Он прикрывает глаза рукой, и когда яркий свет фар гаснет, Джордж тяжело вздыхает. Он без сомнений узнает остановившуюся машину перед ними. Его плечи опускаются, и улыбка медленно пропадает с лица. — Кажется, карета подана, — шутливо говорит Макс, когда из машины выходит недовольный Карлос. Поджав губы, Джордж поворачивается, с печалью глядя на Макса. Он улучает секунду, чтобы полюбоваться его лицом, прежде чем говорит: — Мы можем подвезти тебя, — предлагает он, но пастор качает головой. — Я доберусь, спасибо, — он прячет руки в карманах и кивает на машину. — А вам лучше поторопиться. Кажется, ваш друг не в восторге от этой ночной поездки. Джордж издает тихий смешок, видя злющее лицо стоящего у машины Карлоса. Не желая сердить его еще больше, принц вновь тяжело вздыхает и кивает. — Доброй ночи, Макс, — негромко говорит он, решая все же добавить, — и спасибо за эту прогулку. Он действительно имеет это в виду. Он хотел бы добавить пару слов о том, что чувствует себя намного лучше после этого разговора, но все же думает, что это будет не совсем уместно. — Доброй ночи, ваше высочество, — со знакомой теплой улыбкой отвечает Макс, когда принц уже отворачивается. Замерев на мгновение и вновь повернувшись, принц говорит чуть громче с искренней улыбкой на лице: — Джордж. Просто Джордж. Макс ничего не отвечает, лишь улыбнувшись ему, и уходит дальше по набережной, удаляясь в ночи. Повернувшись к машине, Джордж прикусывает губу, глупо улыбаясь, пока не сталкивается взглядом с Карлосом. Что ж… Кажется, ему крепко достанется завтра утром.
