Глава XI. Лондонский мост
14 марта 2026 г., 21:40
Первую неделю Джордж надеется, что все наладится само собой, но Макс не появляется в колледже, а Джордж не собирается приближаться к церкви даже под дулом пистолета, и это все усложняет.
Вторая неделя похожа на ад, и Джордж решает, что он и впрямь проклят. Он не может сосредоточится ни на чем, потому что все его мысли заняты тем, как сильно он скучает по своему милому пастору. Все его собрания вновь становятся смертной скукой, от которой Джордж хочет сбежать. Он отменяет лекции на этой неделе, ссылаясь на плохое самочувствие, и просит Алекс отменить встречу со спонсорами в среду, потому что не может никого видеть. Лгать вдруг стало чем-то, что доставляет физическую боль, и принц просто не может выйти из дома и улыбаться, притворяясь, что с ним все хорошо.
Все было ужасно. Джордж снова и снова прокручивает в голове тот факт, что испортил себе жизнь очередным бездумным поступком. Ему следовало держать себя в руках, держать эмоции под контролем, но он облажался. Поддавшись своим глупым чувствам, он потерял то единственное, что стало ему дорого — время с Максом.
Это было опустошающим. Джордж понимал, что своим поцелуем мог разрушить не только свою репутацию, но и жизнь Макса.
Священник и наследный принц.
Мир бы уничтожил их.
— Ваше высочество? — тихий голос Алекс нарушает тишину, когда она заглядывает в гостиную, и Джордж поворачивается с абсолютно пустым взглядом.
— Прости, не слышал, что ты приехала, — равнодушно отвечает Джордж и уставляется в потухший экран телефона, будто сосредоточен на чем-то важном.
Он слышит, как Алекс громко вздыхает и молча проходит в комнату. Мельком Джордж видит, что на ней знакомый белый костюм, она выглядит хорошо, как и всегда, и он немного завидует. Завидует тому, что она просто идет и делает свою работу, делает безупречно, будто ничего вокруг в мире не имеет значения.
— Ваше высочество, вы уверены, что в порядке? — она пытается заглянуть ему в лицо, сев рядом на край дивана, и Джордж по привычке фальшиво улыбается.
— Да, просто неважно себя чувствую, может подхватил инфекцию, — он врет и даже не старается быть убедительным, зная, что Алекс все равно не поверит ни единому его слову.
— Может вам стоит съездить домой?
Ее вопрос повергает принца в легкий шок, и он поворачивается с неподдельным удивлением на лице, глядя на девушку так, будто она сказала самую настоящую чушь.
— Домой?
— Да, увидитесь с семьей, проведете с ними выходные? Что скажете? Я могу организовать все в два счета.
Сердце Джорджа пропускает удар, и он чувствует волну мурашек по спине. Мотая головой, принц отворачивается. Ни за что в жизни он не согласится вернуться в таком подавленном состоянии, чтобы дать лишний повод его семье подумать, что он никчемен.
— Нет. Но спасибо. Просто хочу побыть один.
Алекс вновь тихонько вздыхает и неспешно поднимается с места. Отвернувшись, она собирается уйти, но внезапно добавляет:
— Я посещу встречу с преподавательским составом от вашего имени в пятницу, но к понедельнику я надеюсь, что вы придете в форму. У нас еще много дел.
Джордж кивает, ничего не говоря, и Алекс уходит, цокая каблуками по паркету. Закрыв глаза, принц выпускает шумный вздох и, подтянув колени к груди, прячет в них голову. Он не будет готов к понедельнику, да и вообще не уверен, что будет готов когда-либо. Он чувствовал себя ужасно, будто весь мир трещал по швам.
Но это был не мир, это было его надломленное сердце.
В пятницу днем Джордж проводит время на диване с бутылкой пива, бездумно глядя в телевизор и разрываясь между тем, чтобы жалеть себя и ругать. В дверь раздается звонок в половине седьмого, и принц удивленно хмурится. Он сверяется с часами и выключает громкость на телевизоре, затаив дыхание. Карлос не предупреждал о визите, а Алекс должна быть далеко отсюда. Звонок повторяется, так что Джордж встает и тихонько подкрадывается к двери. Он щелкает кнопки на панели безопасности и на экране появляется знакомая кудрявая голова с этим глупым выражением красивого лица. Джордж закатывает глаза и открывает дверь.
— Шарль? — оперевшись на косяк, он приподнимает бровь, изучая взглядом парня напротив.
— Ваше сиятельство! — знакомая чересчур веселая улыбка появляется на лице Леклера, и Джордж немного ненавидит его способность выглядеть так позитивно.
— Что ты тут делаешь? — принц вздыхает и отходит в сторону, позволяя Шарлю без лишних церемоний войти внутрь.
— Пришел забрать тебя из этого царства уныния, — тот оглядывается и неспешно шагает в сторону гостиной, сунув руки в карманы. Заперев дверь, Джордж раздраженно вздыхает и идет следом.
— Я не в настроении.
— Именно поэтому я здесь.
— Да неужели? — принц фыркает, складывая руки на груди, но Шарль кивает и пожимает плечами.
— Алекс сказала мне, что ты похож на унылое дерьмо. Не думал, что все так плохо.
— Не думаю, что она сказала именно так, — Джордж снова закатывает глаза и, подхватив пиво со стола, падает обратно на диван.
— Нет. Слегка иначе, — Леклер задумчиво хмыкает. — Но сути не меняет.
— А вы значит типа встречаетесь?
Джордж звучит раздраженно, но он не собирается притворяться, будто счастлив, что его покой и одиночество так грубо нарушили. Он хочет оставаться один и размышлять о том, как по-идиотски влюбился в, наверное, единственного человека, в которого ему нельзя было влюбляться.
— Нет, но, если я заставлю тебя повеселиться, она сходит со мной на ужин, — Шарль играет бровями, но Джордж снова закатывает глаза.
— Тобой злостно манипулируют.
— И я абсолютно согласен с этим! — он выглядит так, будто действительно счастлив даже тем условиям, что поставила Алекс. Трудно было спорить, она действительно находка для парня вроде Шарля. — Так что ты должен помочь мне, приятель.
Джордж вздыхает и, откинув голову, устало трет лицо. Что ж, у него есть выбор: смотреть передачу про прайд львов или помочь Шарлю завоевать девушку мечты.
— Это только ради Алекс, — говорит он своим самым строгим голосом, и улыбка на лице Шарля начинает сиять еще ярче. Джордж думает, что к чертям ослепнет к концу вечера.
В баре сегодня не так много народу, и это чудесно, потому что Джордж не хочет внимания. Он даже не старался: на нем голубые джинсы и белая футболка, ярко контрастирующая с синяками под глазами. Джордж вообще не помнил, когда у него в последний раз были синяки. Ему следует больше спать. Как будто это было возможно…
— Я взял столик в углу, — говорит Шарль, кивая куда-то в сторону, и Джордж поднимает не особенно заинтересованный взгляд. — Садись, я возьму выпить.
Джордж прирастает к месту и не двигается.
— Постой, это Макс? — в его горле образовывается жуткий ком, а легкие словно уменьшаются в размере, отчего становится трудно дышать. — Ты не сказал, что он будет здесь.
Макс действительно сидит за тем столом, на который указал Шарль. Его плечи опущены, он что-то грустно печатает в телефоне, не замечая их присутствия. На нем синие джинсы и футболка, и он выглядит таким уютным и печальным, так что Джордж хочет забрать его и спрятать ото всего мира. Все внутри принца сжимается, и в эту секунду он резко осознает, как сильно он на самом деле скучает. Голос Шарля напоминает о паршивой реальности.
— О, я не думал, что это так важно, — говорит он, пожимая плечами. — А ты против?
Джордж заставляет себя отвернуться и кивнуть Шарлю. Он понимает, что никто не знал об их… недоразумении, и лучше бы так оно и оставалось.
— Нет, — он натянуто улыбается. — Все супер.
Не дожидаясь его ответа, Джордж сует руки в карманы и шагает своей самой ленивой походкой ради того, чтобы потянуть время. Его сердце колотится о ребра, но Джордж напоминает себе, что он — гребаный принц и вполне сможет справиться с тем, чтобы сесть за один стол со священником, которого нагло поцеловал прямо в церковном саду.
Кстати, Джордж теперь ненавидит сады.
— Привет, — он говорит совсем тихо, но этого достаточно, чтобы Макс поднял взгляд.
Резко переменившись в лице, пастор прячет телефон и сглатывает так громко, что Джордж видит, как дергается его кадык. Катастрофа. Он усаживается напротив и неуклюже теребит свои пальцы.
— Ваше высочество, — Макс сухо кивает, и Джордж задерживает дыхание, чувствуя, как кто-то кладет последний кирпич, окончательно воздвигнув между ними стену.
— Отец, — он кивает также сухо и отворачивается, ища взглядом Шарля.
Он делает себе пометку, чтобы внести его в список худших людей этой страны. Алекс отправится туда же, потому что все это была ее идея. Кто-то должен был отговорить Джорджа от этой вылазки. Если бы он только знал раньше.
— Первое пиво за мой счет! — Шарль с его отвратительной улыбкой ставит на стол три кружки, разбавляя висящее в воздухе напряжение. — Не киснем, разбираем, — велит он, усаживаясь между ними, и Джордж хочет вылить это пиво ему на голову.
Шарль Леклер был кем угодно, но не глупцом. Джордж мог поклясться, что этот идиот, наверняка, догадался, что между ним и Максом что-то произошло, поэтому привел сюда их обоих. Вот только, знай он, что на самом деле случилось, вряд ли бы он сделал это добровольно.
— Итак, кто смотрел вчерашний матч? Это была просто катастрофа, вы видели последние полчаса? Мне хотелось вырвать волосы! — Шарль стучит пальцами по столу, но никто из них не отвечает. Джордж поджимает губы, а Макс молча мотает головой.
Джордж знает, что ему лучше вести себя как ни в чем не бывало, чтобы избежать лишних вопросов, но он просто не может. Он видит, как Макс нервно вертит кружку по столу и чувствует, как тот трясет ногой под столом. Это было ужасно. Куда хуже, чем Джордж мог бы выдержать. Глядя на Макса он думает только о том, что тот, вероятно, ненавидит его. Но затем принц напоминает себе, что это Макс… Самый добрый и порядочный человек на всем свете, поэтому он просто не смог бы ненавидеть Джорджа, даже если бы захотел. Ему и не нужно было, Джордж и сам с этим отлично справлялся.
— Ладно, тогда я расскажу, — Шарль хлопает в ладони, и Джордж чувствует себя еще хуже.
Он видит, как Шарль старается, хотя абсолютно не должен. Он не понимает, что произошло и ему неловко, но он здесь и пытается вернуть все, как было. Джордж решает, что не будет заносить его в список.
— Извини, — Макс вдруг резко отодвигает стул, качая головой, и Джордж вздрагивает. Пастор бросает на него мимолетный взгляд, и дыхание Джорджа вновь сбивается, но затем тот поворачивается к Шарлю и добавляет чуть тише: — Я не могу.
Поднявшись с места, Макс просто уходит. Джордж сидит там, не зная, что сказать, и Шарль молча отпивает пиво, пытаясь сохранить спокойствие на лице.
— Что ж, — он поворачивается к Джорджу, и тот трет виски, желая, чтобы все это оказалось просто дурным сном.
Он не должен быть здесь. Ему должно быть насрать на проклятый Тайнпул с его проклятым колледжем и всеми этими проблемами. Он не должен был быть здесь. И не должен был влюбляться.
— Что насчет тебя? — Шарль спрашивает с грустной улыбкой на лице, и Джорджа тошнит от самого себя. Ему жаль, правда жаль.
— Прости, — шепчет он и, встав, тоже покидает бар.
Он не оборачивается, потому что знает, что его бедное сердце не выдержит этой картины одинокого Шарля за столом. Он обещает себе, что все исправит и сделает абсолютно все, чтобы уговорить Алекс сходить с ним на ужин или что угодно, что загладит его вину. Толкнув дверь, Джордж вываливается из бара и хватает ртом прохладный вечерний воздух. Он обнимает свои плечи и озирается по сторонам, тяжело дыша.
Макс уже ушел.
✞
С понедельника Джордж как и обещал приступает к своим обязанностям. Он потратил все утро субботы на то, чтобы написать Алекс самое искреннее сообщение, на которое только был способен, и убедить ее в том, что Шарль — замечательный парень, и он благодарен им обоим. К его великой радости, он узнает, что она уже согласилась на свидание, и надеется, что это хоть как-то реабилитирует его в глазах Шарля. К счастью для Джорджа, Леклер не задает вопросов, когда они встречаются в колледже во вторник. Они даже обедают вместе, и преподаватель ведет себя так, будто ничего не произошло. Становится хуже, когда после обеда Джордж замечает Макса в колледже. Он стоит в кругу подростков, общаясь с одним из них и мягко улыбается. Джордж чувствует, как его сердце превращается в маленькую песчинку, потому что он так скучает по этой улыбке, по голосу, который всегда успокаивал. Ему так сильно не хватает этих разговоров ни о чем и обо всем на свете. Джордж никогда бы не подумал, но он даже скучает по блядским цветам. Он жалок. — Идешь? — откашлявшись, Шарль напоминает о своем присутствии, и Джордж вздрагивает, поворачиваясь. Конечно, Шарль видел. Но было уже поздно. Ничего не говоря, принц кивает и следует за приятелем до своего кабинета. В четверг Джордж наконец проводит лекцию и несколько студентов говорят, что успели соскучиться по нему. Это греет его сердце. Он думает, что преподавание — одна из вещей, по которой принц будет скучать больше всего. Когда он думает об этом, в его мыслях образуется хаос. Он здесь уже больше половины срока, а это значит, что скоро ему предстоит попрощаться с этим городом и вернуться домой. И от этого на душе появляется странное, терзающее его чувство. Джордж разрывается между тем, что рад вернуться к своей обычной жизнью, и тем, что он, скорее всего, уже никогда не увидит всех этих людей. — Ваше высочество, — Кими подходит к столу, и Джордж поднимает заинтересованный взгляд. — Вы хотели что-то сказать? — Да, — принц кивает и, пошарив в сумке, достает бланк, распечатанный для него Алекс. — Взгляни на это до завтра. Я заеду после обеда, и ты скажешь, что думаешь об этом, хорошо? Джордж не был уверен, как Кими воспримет эту информацию, но он подготовил для него небольшое предложение, чтобы юный Антонелли мог воспользоваться помощью «The King’s Trust». Благодаря этой благотворительной организации, основанной отцом Джорджа, Кими смог бы получить помощь с трудоустройством: пройти обучение, создать резюме, получить стажировку, в месте, которое выбрал бы сам. — Хорошо, — он кивает и, спрятав бумаги в рюкзак, направляется к выходу. Остановившись у двери, парень разворачивается на пятках и, наклонив голову, спрашивает: — Я иду в церковь кстати, хотите со мной? Сердце принца учащает ритм, и Джордж поворачивается резче, чем следовало бы. Он смотрит в глаза парня, сглатывая ком в горле и, поджав губы, качает головой. — Нет, наверное не сегодня, — говорит он чуть тише, и Кими кивает. — Жаль. Отец Макс выглядит грустным в последнее время, думаю, его бы подбодрил ваш визит, он всегда так хорошо отзывается о вас. Ну, ладно. До завтра! Джордж отворачивается и прячет лицо в ладонях, чувствуя, как к горлу подкатывает знакомая тошнота. Эта пытка была невыносимой, и он должен был что-то с этим сделать.✞
Стоя у дверей церкви парой часов позже, Джордж уже успел пожалеть, что приехал сюда. Это было глупо, опрометчиво и безрассудно. Но эти невыносимые страдания, которые ему приходилось проживать последние две с половиной недели были еще хуже. Он наследник престола, в конце концов, он должен уметь вести переговоры и останавливать войны, если потребуется. Он был достаточно храбр, чтобы войти внутрь и извиниться. Нет, не был. Но Джордж знал, что должен был это сделать. Он был тем, кто облажался, поэтому ему нужно было положить этому конец. Скоро Джордж вернется домой, но никогда не простит себя, если не исправит то, что натворил. Даже если Макс не примет его извинения, совесть принца хотя бы будет чиста. Поправив полы рубашки, Джордж прочищает горло и, задержав дыхание, входит в церковь. Внутри пахнет ладаном и лавандой, знакомый запах, посылающий по телу мурашки. Джордж сглатывает ком в горле и оглядывается, от волнения сжав кулаки с такой силой, что короткие ногти вонзаются в кожу. Поправив волосы, он медленно шагает вперед с горделивой осанкой и разбитым сердцем. Он принц в конце концов. Макс, кажется, замечает его первым. Когда Джордж находит его взгляд, пастор смотрит прямо на него, выглядя растерянным. И красивым. Таким красивым, что у Джорджа болит в груди. На нем черные брюки и рубашка со знакомой колораткой в воротнике. Волосы — мягкие и пушистые — отсвечивают золотом в последних солнечных лучах, пробивающихся сквозь витражи. Он стоит возле женщины, утирающей слезы, и Джордж буквально может видеть, как все тело пастора напрягается. Отвернувшись, Макс что-то тихонько отвечает прихожанке, коснувшись ее плеча, и та кивает, вновь вытирая слезы. Поджав губы, Джордж шагает в их сторону, лишенный абсолютно всякой уверенности, зато полный безрассудства. — Спасибо, святой отец, — тихо благодарит женщина, когда Джордж встает за ее спиной, и Макс, игнорируя его, мягко улыбается прихожанке. Фальшиво улыбается. — Вовсе не за что, Мэри. Береги себя. Улыбнувшись, женщина поворачивается и чуть не врезается в Джорджа. Кротко кивнув принцу, она спешно обходит его, но тот не обращает на нее внимания. Его взгляд устремлен только на Макса, и Джордж ждет, пока тот взглянет на него в ответ. Когда пастор наконец поднимает взволнованные глаза, Джордж видит, как его рука взмывает в воздух, и Макс осторожно касается прядей волос у виска. Джордж не знает, какого черта он делает вообще, и зачем это все ему нужно, но он скучает. Ужасно сильно скучает, и он не хочет провести остаток своей ссылки здесь, разрушив абсолютно любую связь с Максом. Какой бы она ни была. Если он сможет объясниться, то они хотя бы останутся друзьями. Джордж будет убит горем, но это все же лучше, чем совсем потерять его. — Ваше высочество, — вежливо говорит Макс, нарушая звенящую тишину, но Джордж перебивает его. — Я хочу исповедаться. Он выпаливает это до того, как успевает целиком и полностью осознать, насколько верным вообще будет это решение. В конечном счете, терять ему уже нечего, так что, когда Макс в шоке приоткрывает рот, Джордж прочищает горло и смотрит ему прямо в глаза, будто действительно имеет это в виду. — Что? — Макс переспрашивает так тихо, будто думает, что ослышался. — Я хочу исповедаться, — принц повторяет совершенно серьезным тоном, без тени сомнения на лице. Макс медлит. Сначала он приоткрывает рот, будто хочет что-то сказать, но затем захлопывает его и хмурит брови. Отведя взгляд, пастор оглядывает пустующие ряды скамеек и алтарь, у которого никого нет, прежде чем вновь смотрит на принца. — Хорошо. Джордж моргает, не веря, что тот так легко согласился. Он напоминает себе, что Макс — священник, и они в церкви, так что не стоит искать скрытый смысл. Указав ему на скамью, Макс делает шаг, но Джордж мотает головой, не двигаясь с места. Он прочищает горло и говорит тверже: — Здесь есть более уединенное место? — он прячет руки за спиной, чтобы Макс не заметил, как нервно Джордж выламывает собственные пальцы. — Не хочу, чтобы кто-то услышал. — Здесь никого нет, — почти шепотом отвечает Макс, но принц стоит на своем. — Так есть или нет? Пастор вздыхает, сдаваясь, и указывает ему рукой в сторону алтаря, приглашая идти следом. Джордж неспешно семенит за священником, мысленно ругая себя за глупость. Он даже не знает, что ему говорить, и все бы отдал, чтобы Алекс написала для него хорошую речь. Справа от алтаря есть дверь, и, открыв ее, Макс впускает Джорджа первым. Оглядываясь, принц изучает небольшую уютную комнату. Здесь есть камин, столик и два дивана друг напротив друга. Ковер с забавным узором и несколько кашпо с цветами. — Это комната для приходских собраний, — поясняет Макс, смотря куда угодно, но не на принца. — Можешь сесть, — он кивает на диван, и Джордж стоит тем, раздумывая. Его сейчас стошнит от волнения, и он думает, что не сможет выдавить из себя ни слова, если будет находиться под взглядом Макса. — Не хочу, чтобы ты меня видел, — тихо говорит принц, и пастор наконец поднимает свой взгляд, в котором проскальзывает удивление. Помедлив, Макс отворачивается и раздумывает над тем, что только что сказал принц. В конце концов он вновь вздыхает и, пройдя вперед, садится на пол, прислонившись к спинке дивана. Сердце Джорджа пропускает удар и, поняв план, он садится на ковер с другой стороны. Разделенный с Максом диваном, как непроницаемой броней, Джордж чувствует себя чуть лучше. Он делает глубокий вдох, но все еще тело начинает мелко трясти. От страха сердце бешено бьется внутри, а ладони потеют и мерзнут, и Джорджу кажется, что его сейчас захлестнет паническая атака. Он сидит там, не говоря ни слова, понятия не имея, как начать. В конце концов, Джордж закрывает глаза и заставляет себя расслабиться. Он выпускает воздух из легких, грудная клетка опускается, и он тихо говорит: — Святой отец, кажется, я согрешил. В комнате воцаряется мертвая тишина. Она давит, угрожая разорвать Джорджу сердце, и принц шумно дышит носом, пытаясь собраться с мыслями. — Я совершил глупость, за которую был отправлен сюда, и думал, что это было моим наказанием, сущим кошмаром. Я думал, что тот день, когда я впервые приехал сюда — худший в моей жизни. Но затем я встретил одного человека, — он осекается, прочищает горло и глубоко вдыхает. Его глаза все еще закрыты, он теребит ткань своих брюк. — Он был добр ко мне и видел во мне столько хорошего, сколько я сам в себе не видел. И его вера в меня заставила меня по-настоящему захотеть изменить этот мир. Всю свою жизнь я пытался доказать кому-то, что достоин их любви, хотел, чтобы моя семья гордилась мной. Но этот человек дал мне понять, что прежде всего я сам должен гордиться собой. И все, чего мне хотелось после встречи с ним — стать лучше. Я хотел, чтобы он знал, что я не пустое место и не лицо с обложки. Что я действительно могу стать кем-то великим. Чтобы он мной гордился. Джордж выдыхает и замирает. Открыв глаза, он смотрит замутненным взглядом на собственные дрожащие руки. Он не думает о том, что Макс здесь, что он слышит его. Не думает о том, насколько бессвязна и обрывиста его речь. Джордж говорит от сердца, и ему не нужны бумажки. — И я знал, что этот человек принадлежит Богу, и мне уж точно не стоит влюбляться в него, но… Я облажался, впрочем, как и всегда, — он грустно хмыкает, чувствуя, как глаза застилает пелена. — И мне очень, очень жаль, что я не смог контролировать свои глупые чувства. Я не должен был пересекать эту границу, так что я просто хотел, чтобы этот человек знал, что я очень сожалею, что сделал это. Но я ужасно скучаю по нему, и, если это прозвучит эгоистично, пусть так, но я бы очень надеялся, что он простит меня. Я не вынесу ни дня больше, если он будет избегать меня. Так что, — он вновь глубоко вдыхает, кислород сжигает легкие изнутри. Джордж расковырял кожу у ногтя до крови. — Как думаете, сможет ли он простить меня? Джордж замолкает и кое-как разлепляет отяжелевшие веки. В комнате вновь воцаряется тишина, и принц тяжело дышит. Напряжение давит все больше, но Макс продолжает молчать, и это сводит с ума. Повернув голову вбок, Джордж прислушивается. Он стирает выступившую каплю крови на пальце и шепчет: — Макс? Он слышит, как тот шуршит по ту сторону дивана, а затем звук становится чуть громче, и сердце принца переворачивается внутри, когда чужой голос наконец нарушает тишину: — Тебе не за что извиняться. Но тебе лучше больше не приходить сюда. Прости. А затем Джордж слышит, как Макс поднимается с пола и выходит из комнаты. Вокруг все плывет, и глаза вновь застилает пелена. Джордж чувствует, как воздух застревает в горле, и он не может сделать вдох. Он ничего не может сделать. Закрыв лицо руками, принц тяжело дышит, пытаясь взять себя в руки. Он не уверен, сколько сидит там, в надежде, что ему это все причудилось, что дверь откроется, и Макс зайдет внутрь. Но Макс не возвращается.✞
Утром субботы, когда Джордж понимает, что начинает трезветь, он вновь пьет. Затем его тошнит и с пустым желудком, принц заваливается в кровать и отключается. Он игнорирует сообщения друзей, не отвечает на звонки Александры. Когда Джордж снова просыпается, то надеется, что на мир рухнет астероид, и ему больше не придется жить с этой болью в груди. Разбитое сердце — то еще дерьмо. Он хочет выброситься изо окна, но вряд ли сможет умереть, выпав со второго этажа. Ему стоит спросить у Карлоса, есть ли у него пистолет и попросить застрелить его. Вечером Ландо пишет ему снова, спрашивая жив ли он, и Джордж все же отвечает ему. Он выдает всего пару слов, оповещая друга о том, что это худшие выходные в его жизни, и Джордж не намерен разговаривать. Он пытается придумать причину, по которой сможет отвертеться от работы в понедельник. Желательно и во вторник, и в среду тоже. Джордж даже думает о том, чтобы позвонить Бенджамину и начать умолять его о прощении. Он готов вновь стать пилотом или возглавить благотворительную миссию в Африке, что угодно, лишь бы подальше отсюда. Добравшись до кухни, Джордж разглядывает опустевший холодильник. У него хотя бы все еще есть бутылка воды, и это лучше, чем ничего. В дверь раздается звонок, и принц хмурится, застыв с бутылкой во рту. Повернувшись, он проверяет время — уже девять двадцать. Похоже, что Алекс послала Карлоса проверить, жив ли он. Закатив глаза, Джордж лениво плетется к дверям, попутно протирая уставшие глаза. Он проспал порядка шестнадцати часов за последние сутки и все равно чувствует себя разбитым. Вздохнув, Джордж открывает дверь с обреченным взглядом. — Если Алекс хочет, чтобы я… Но это не Карлос. Расправив плечи, Джордж захлопывает рот и в изумлении смотрит на человека перед ним. Сердце падает куда-то в пятки, и принц шумно выдыхает, позабыв обо всем на свете. — Могу я войти? Глядя ему в глаза, спрашивает Макс, и Джордж просто стоит там, боясь пошевелиться. Ему хватает сил, чтобы кивнуть и отойти, пропуская неожиданного гостя внутрь. Джордж закрывает дверь, втягивая носом воздух и переполненный страхом поворачивается на дрожащих ногах. — Ты нравишься мне. Очень сильно. Макс говорит это, глядя ему прямо в глаза, и Джордж чувствует, что внутри него что-то умирает. Он сам только что умер. Прозвучал финальный аккорд. Лондонский мост рухнул.
