Когда цветет плюмерия

Каталина резко проснулась, сжимая в ладонях одеяло, и почувствовала, что ее щеки были мокрыми от слез. В груди вместе с сердцебиением билось ощущение, будто она действительно потеряла кого-то важного. «Что это было? – взволнованно подумала девушка. – Опять эти странные сны… Только забуду о них, как снова приснится что-то такое». Лина не могла себе это объяснить, только чувствовала, словно грудь сдавливало стальное кольцо. Но каждый раз, когда она просыпалась, сон быстро развеивался, практически не оставляя после себя воспоминаний, кроме обрывочных, смутных образов. – Всё хорошо? – спросила Аю за завтраком. – Выглядишь разбитой. Плохо спала? – Немного нервничаю, – кивнула Каталина. – Из-за ярмарки или нашего финального тестирования на следующей неделе? Лина вздрогнула. Это была предпоследняя неделя, следующая – последняя, и она вернется домой… – Ну вот, ты выглядишь еще более грустной, – вздохнула Аю. – Поем и станет лучше, – пробормотала девушка. Соседка не стала ее больше донимать. Во второй половине дня они начали готовиться к ярмарке: Аю выбрала закрытый костюм с цветастой рубашкой и брюками-клёш, а Каталина надела кофточку с оборками, открытыми плечами и короткими рукавами с узором из мелких цветов, пышную красную юбку и нашла туфли под цвет. Они обе ярко накрасились, и Лина уложила себе волосы, украсив их заколкой в виде плюмерии. Обе выглядели как две принцессы: восточная и европейская, только на этот раз уже с другим шармом, чем когда они наряжались в Королевском дворце. – За время курсов мы успели примерить на себя несколько классных образов: и в традиционных нарядах, и в стиле див 60-ых! – поделилась Аю своими мыслями, когда они закончили наносить марафет. – Чувствую себя героиней дорамы. – Да, почти что косплей, – кивнула Каталина, чье настроение успело смениться: вместо тревоги или грусти пришло место взволнованному предвкушению перед мероприятием. – Вит не будет забирать тебя отсюда на машине? – поинтересовалась Аю. – Ээ, нет, у нас с ним не настолько… близкие отношения, – смутилась Лина. – Да ладно, – подруга хитро прищурилась, – а я уже успела нафантазировать, что на этом мероприятии он прилюдно заявит о ваших отношениях прямо на глазах у родителей и скажет тебе навсегда остаться вместе с ним в Таиланде! – У него учеба в Англии, забыла? – облизав пересохшие губы, напомнила Каталина. – Точно, опять ты разбиваешь мои дорамные мечты… – вздохнула Аю. – Ну, может, после учебы? – Я думала ты приверженица рациональности! – Ну я же могу хоть немного воспользоваться своим воображением?! Девушки рассмеялись, и напряжение перед ярмаркой ослабилось. Потом вызвали такси, чтобы не помять свои наряды в общественном транспорте, и приехали на место проведения. Лина увидела дом, который сразу вызвал ассоциацию с дворцом, в котором когда-то по словам Атанавита жили тайский принц с русской супругой. Этот дом напомнил его по тому же старинному западному стилю и вызвал прилив странной, необъяснимой ностальгии. «Я забыла погуглить, чем в итоге кончилась история того принца и его жены, – внезапно вспомнила Каталина. – Вот у меня память дырявая… Или лучше Вита спрошу, главное не забыть». – Здесь очень красиво! – воскликнула Аю, отвлекая подругу от мыслей. В большом саду висели яркие фонарики и гирлянды на деревьях, в декоративном пруду цвело много лотосов, потихоньку закрывающихся на ночь, из динамиков доносилась музыка в духе шестидесятых-семидесятых, и вокруг царила атмосфера настоящего вечернего праздника. Множество ларьков предлагало поиграть в игры, попробовать уличную еду, пофотографироваться у специальных фотозон – всё напоминало ожившую фотографию из старого журнала. Наряженные мужчины в цветастых рубашках и женщины в ярких платьях в горошек и с лентами в волосах принимали участие в активностях, угощались и вели светские беседы. На какое-то мгновение Каталина подумала, что попала в другую эпоху. Звуки музыки, отрывки отдаленных разговоров и приглушенного смеха доносились до ушей, а мысли улетучивались куда-то далеко. Она в первый раз посещала подобное мероприятие, но откуда тогда странное чувство из самых глубин сознания, будто это всё казалось каким-то необъяснимо знакомым?.. В саду располагалась сцена, на которой был ведущий, рассказывающий о цели мероприятия, разных способах пожертвований, а также разбавляющий официальную часть развлекательной – сообщал о конкурсах и веселил гостей. Аю пихнула Лину в бок, возвращая ее из задумчивости. – Вита не видно? Девушка пришла в себя и осмотрелась. Столько разных людей… Как тут было найтись? – У тебя же теперь есть номер его телефона? – уточнила Аю. – Позвони ему. – Не думаю, что это сейчас уместно… – замялась Каталина. – Он может быть занят. – Тогда скинь смс, – пожала плечами подруга. – Он же должен знать, что ты приехала. Лина сомневалась. Она ведь… не его официальная девушка, так? Даже с родителями не знакома. У нее не было никаких прав. Они просто общались и вместе проводили время. Каждый раз ее снедали какие-то сомнения, каждый раз она боялась требовать большего. – О! Смотри-смотри! – Аю затеребила подругу за плечо. – Вот там, это же Вит со своей семьей? Они выходят из дома. Каталина проследила взглядом в ту сторону, куда указывала ее соседка. Она увидела Атанавита, мужчину и женщину рядом с ним – вероятно, родителей, пожилую женщину – скорее всего, бабушку, и… Сердце Лины пропустило удар. Вита и его семью также сопровождала какая-то очень красивая девушка. Неужели… это была та самая Лалиса? – Интересно, кто это? – задумалась Аю, поправляя очки на переносице. – Похожа на модель. Или погоди… Подруга устроила вычислительный процесс в своей голове, округлила глаза и повернулась к Каталине со страшной догадкой: – Девушка, с которой хотят свести Вита его родители?! – Тебе, кажется, пора писать сценарии, – мрачно отозвалась Лина. – Ты уже знаешь развязку наперед. – Хочешь сказать, что я угадала?! А ты откуда знаешь?! Девушка не захотела отвечать, а Аю попыталась вселить в нее уверенность: – Ну, может, она просто секретарь, помощница? Не расстраивайся раньше времени! Но было поздно. Каталина никогда не испытывала проблем с самооценкой, но увидев Лалису, почувствовала, как сильно ей проигрывает практически во всех отношениях. Лалиса выглядела как воплощение идеала: высокая и стройная, вместе с каблуками она была ростом с Вита! У нее были густые, пышные волосы, благодаря изящной укладке ниспадающие ей на плечи и спину роскошными локонами. Платье облегало, подчеркивая изгибы тела. На лице, над которым явно поработал профессиональный визажист, лучилась белоснежная улыбка (очевидно заслуга хорошего стоматолога!). Одним словом – модель. Ни один мужчина не смог бы устоять перед такой красоткой… Каталина засомневалась, как Лалиса могла не нравиться Атанавиту. Даже она, будучи девушкой, раскрыла рот в немом восхищении! Аю переглядывалась с подруги на таинственную незнакомку вдалеке и осторожно поинтересовалась: – Хочешь спросить, кого бы я выбрала между тобой и ею? – По-моему, ответ очевиден! – с безысходностью в голосе заныла Лина. – Ну, я не мужчина, мне сложно объективно судить, но она, бесспорно, хороша собой… Зато ты – иностранка! Это тоже весомый аргумент. У тебя глаза другого цвета. – Ты реально считаешь, что это весомый аргумент? – Разве Вит не сказал тебе, что ему нравишься именно ты? Каталина была уже ни в чем не уверена. В этот момент она очень остро почувствовала, что они с ним были «из разных миров», и она совсем не являлась частью его мира… – Пойдем поедим! – сменила тему Лина. – Правильно, хорошее решение, – поддержала Аю. Каталина пыталась заесть плохое настроение и в какой-то момент ее действительно отпустило. А почему, собственно, она вообще должна была из-за этого переживать? Девушка же всё равно скоро вернется в Москву, Вит в Лондон, а Лалиса – непонятно куда, но отчего Лину это должно волновать. Спустя какое-то время Атанавит со сбившимся дыханием нашел девушку в саду на скамейке. Он выглядел чуть менее вычурно, чем большинство мужчин: в белой рубашке с цветочным узором и бежевых брюках, но в его облике всё равно чувствовался вкус и сдержанная элегантность; волосы были уложены гелем на манер прошлого века. – Вот ты где! Я повсюду тебя искал. Почему ты не отвечала на телефон? Каталина поджала губы. Не могла же она ему сказать реальную причину… – Мы нашли вкусную еду и в этом шуме совсем не слышали телефоны! – быстро нашла умное оправдание Аю. Вит кивнул и снова посмотрел на Каталину. В основном он смог отыскать ее благодаря наличию соседки. – Ты такая красивая, что я не сразу узнал тебя. Лина сразу вспыхнула. Вот опять! Стоило ему сделать ей комплимент, как она готова была простить ему всё! Даже потенциальную невесту, с которой «ничего нет». Аю чуть кашлянула и пробормотала: – Пойду поищу Випу, он вроде должен быть где-то здесь. Атанавит присел рядом с Каталиной. – Что случилось? – спросил он. «Случилась Лалиса, что тут непонятного?!» – вздохнула Лина про себя. – Ничего, всё в порядке, тут просто очень весело и шумно, – отмахнулась она. – Ты ее видела? – догадался Вит. – Ну… мельком, – неохотно призналась Каталина. – И уже успела заревновать? – Кто тут ревнует?! Атанавит добродушно рассмеялся. – Почему ты смеешься?! – надулась Лина. – Просто… это мило. «Мило?! Да я и так из последних сил пытаюсь сдерживаться!» – кипела девушка. – Я уже говорил, что ты очень красивая? – уточнил Вит. – Не пытайся заморочить мне голову! – заворчала Каталина. – Видела я тут кого-то более красивого… – Другие – это не ты. Он взял ее за руку, и весь запал Лины слегка поумерился. Прикосновение горячей ладони и то, с каким искренним обожанием на нее смотрели, застало девушку врасплох, и она тяжело сглотнула. – Я похожа на настоящую тайскую диву шестидесятых? – решила спросить она, сменив гнев на милость. – Лучше, – усмехнулся Вит. – Как будто спустилась с самих небес как ангел. У Каталины чуть не закружилась голова. Если он продолжит в том же духе, она совсем потеряет связь с реальностью! В этот момент музыка из динамиков из динамичной стала более медленной и плавной, а ритм – мягче. Из микрофона послышался голос ведущего со сцены: – А теперь – время танцев! Кто смелый, выходим на площадку! Несколько пар выказало интерес и поднялось на сцену. Атанавит крепче сжал ладонь Лины в своей руке и, глядя на нее, спросил: – Могу ли я пригласить тебя на танец? Каталина на секунду растерялась: и потому, что это вышло неожиданно, и потому, что как-то странно откликнулось в ее сердце, будто какой-то далекий, смутно знакомый момент, словно… из сна. – Но… – засомневалась она, – я плохо танцую бальные танцы. – Не страшно, я тоже, – сказал Вит. – Ведь в итоге главное не как, а с кем? Его слова вселили в нее уверенность, и Лина сжала его ладонь в ответ. Девушка почувствовала, что настал момент безумных поступков. Он звал ее за собой – как она могла отказать? Они поднялись на сцену вместе с несколькими другими тайскими парами и, казалось, забрали всё внимание на себя. Еще бы! Такой резонансный дуэт не мог не вызвать шепотки среди толпы. Музыка закружила их в танце. Атанавит вел уверенно, но мягко, поддерживая каждый ее шаг, и Каталина, уже представившая, что сейчас отдавит ему все ноги, с приятным удивлением обнаружила для себя, что двигалась очень легко. Наверное, занятия кавер-дэнсом не прошли даром – она тонко чувствовала ритм. Постепенно в ее маленьком мире остались только Вит и музыка. – Ты похожа на героиню из другого времени, – нагнувшись к ее уху, шепнул парень. – Может, это всё из-за атмосферы вокруг? – предположила Лина, улыбнувшись. Он подарил улыбку в ответ, но его глаза оставались серьезными. – Или потому, что так и должно быть. В этот момент в память Каталины врезался отрывок из снов: свет люстр, невидимое лицо и похожие слова. Только сейчас – фонарики и гирлянды, лицо Атанавита и его взгляд, устремленный на нее. У Лины сжалось сердце от переполняющих эмоций, что-то отчаянно-пронзительное сдавило грудь. Музыка затихла, танец закончился, но Вит по-прежнему держал одной рукой Каталину за талию, а другой – ее руку. Только мгновение спустя он опомнился и отпустил ее. Ведущий пребывал в восторге: – Какие потрясающие танцоры нам сегодня подарили свои выступления! Похлопаем же им! Толпа зааплодировала; пары начали спускаться со сцены. Каталина не могла прийти в себя после танца: сердце билось так, будто музыка всё еще звучала в ушах, и девушка чувствовала себя одновременно смущенной, взволнованной и счастливой. Она глубоко вздыхала, чтобы унять непослушное сердцебиение. – Ты чудесно танцуешь, – сказал Атанавит, когда они спустились с площадки. – Ты тоже, – парировала Лина, – а говорил не умеешь. – Ну, я же должен быть скромным? Девушка подумала, что он ее снова дразнит, и хотела было пнуть его в плечо и что-то сказать, как вдруг из ниоткуда к ним подошла Лалиса. Каталина сразу язык проглотила, безмолвно уставившись на нее. Между тем Лалиса сложила ладони в жесте «вай» и поздоровалась: – Саватди кха. Лина захлопала глазами. Это с ней только что лично поздоровались? Нужно было ответить тем же? Она очень растерянно пробормотала «хэллоу». – Это, кажется, твоя подруга? – спросила Лалиса Атанавита, глянув на Каталину с легким интересом, но без враждебности. Вит кивнул в ответ. Лалиса вежливо улыбнулась и на этот раз по-западному протянула Лине руку. – Приятно познакомиться. Я Лалиса. Каталина ощутила, как будто весь воздух вырвали из груди. Тон девушки был доброжелателен, но Лине всё равно казалось, что земля уходит из-под ног: она только что пережила сказочный танец, а теперь рядом с ней стояла девушка, которая идеально подходила в роль «официальной невесты». – А я – Каталина… – еле выдавила из себя Лина. После этого Лалиса снова обратилась к Атанавиту: – Твои родители хотят видеть тебя. Оставь свою подругу ненадолго. – Я скоро вернусь, – сказал Вит Каталине. Они ушли вдвоем, оставив Лину одну. Она смотрела им вслед, чувствуя смятение. Атанавит зашел в дом, в одной из комнат его ожидали родители и бабушка, сидя на диване. Лалиса только проводила его, но не стала оставаться с ними в помещении. Вит мог предсказать заранее, о чем пойдет разговор. – Мы думали, что ты будешь танцевать с Лалисой, – обронил отец. «Танец едва закончился, а вам уже успели доложить?» – вздохнул про себя Вит. – Это проблема? – спросил он. – Нет, но… – заговорила мать, подбирая правильные слова. – Ты же знаешь, что это крупное мероприятие с нашими партнерами, и у всех на виду… танцевал с неизвестной иностранкой. – Потому что мне хотелось, – сказал Атанавит. – Разве я должен каждый шаг согласовывать? – После твоей выходки СМИ разнесут эту новость во всех социальных сетях, – посетовал Сомчай. Он не выглядел злым, просто немного раздраженным. – Или уже разнесли! – Ну и что? У тебя же есть знакомые журналисты, попроси их удалить, если тебе это так важно, – пожал плечами Вит. – Тем более, я скоро возвращаюсь на учебу, об этом скоро все забудут. – Для твоей репутации это не очень хорошо, – попыталась объяснить Вичитра. – Ой, да он всего лишь танцевал с симпатичной девушкой, что тут такого? – встряла в разговор бабушка Павини. – Для его блага лучше общаться с правильным кругом людей, – чопорно произнес Сомчай. – Пап, а ты вообще интересуешься моим мнением или хотя бы мнением Лалисы? – поинтересовался Атанавит. – Она тут, можешь у нее прямо спросить. Сомчай кашлянул. – Ты думаешь о чувствах? – уточнил отец. – Чувства приходят и уходят, а брак – это союз, который должен принести пользу обеим сторонам. Мы нашли для тебя хорошую партию и просто хотим, чтобы вы развивали свои отношения для своего же будущего. Почему ты бунтуешь? Вит тяжело вздохнул и подумал: «Хорошую партию для бизнеса, но не для сердца». Он уже устал от того, что его жизнь раз за разом превращают в «правильный проект», и впервые позволил себе высказаться резче: – Союз – это еще и выбор двух людей. Если это будет только выгодно, но не честно, ни я, ни Лалиса не будем счастливы. Почему ты думаешь, что можешь решать за меня или за нее, как нам будет лучше? Родители с удивлением посмотрела на сына – раньше он никогда так с ними не спорил, но в его глазах загорелся новый огонь. Впервые Атанавит ясно дал понять, что готов защищать собственные границы. На какие-то мгновения повисла тишина. Сомчай нервно потер переносицу, Вичитра тихо выдохнула, а Павини просто оставалась сторонней наблюдательницей, хотя чувствовала тяжесть на сердце. Вит впервые позволил себе не опустить взгляд. – Сынок, мы не против твоих друзей-иностранцев, – сразу спохватилась Вичитра. – Но ты ведь знаешь, что семья Лалисы – это серьезные связи и бизнес. Союз с ней укрепит обе стороны, а отношения с иностранной студенткой… не имеют будущего. – Я не хочу жить так, как будто всё уже решено за меня. Я же не отказываюсь работать в компании, но почему не могу выбрать хотя бы с кем мне встречаться? – возразил Атанавит. – Откуда вы заранее знаете, что мои отношения с ней не имеют будущего? – Ты скоро вернешься в Англию! – напомнил Сомчай. – Тогда из-за чего вы так испугались? – парировал Атанавит. – Дайте моему внуку наслаждаться молодостью и встречаться с тем, с кем он хочет, – запричитала бабушка. – Ему еще двадцати одного не исполнилось, а вы уже что-то говорите о браке! Не рановато ли поднимать такие разговоры? – До тех пор, пока это мимолетное увлечение, он может встречаться с кем захочет, но не на глазах у общества и камер, – заявил Сомчай. – А вдруг это не мимолетное увлечение? – серьезным тоном спросил Вит. – Ты – наш наследник, – сказал отец строгим тоном. – У тебя нет права на такие капризы. – В будущем нам бы не хотелось иметь невестку-иностранку, – добавила Вичитра с легкой тревогой. – Я сам выберу, с кем мне быть, с кем встречаться и на ком потом жениться, – отчеканил Атанавит. – Кстати, забыл вам сказать, на магистратуру в Англии я не хочу оставаться – буду подаваться на дистанционный MBA. – Это что еще за резкие решения? – нахмурился отец. – Ты назло решил потрепать нам нервы? – Не резкие, а взвешенные, – поправил Вит. – Я просто наконец-то понял, чего хочу, и решил немного скорректировать свое будущее. – Сынок… – вздохнула мать. – Есть еще что-то, что вы хотите обсудить прямо сейчас или подождем до момента, как вернемся домой? – осведомился Атанавит. Сомчай махнул рукой. – С тобой просто невозможно разговаривать! Иди. Поговорим потом, когда остынешь. – Мне кажется, остыть нужно вовсе не мне. – Еще и дерзишь? Иди уже! Несмотря на то, что они разговаривали на повышенных тонах, Атанавит всё равно вежливо попрощался с жестом «вай» прежде, чем уйти. – Я провожу его, – вызвалась бабушка. – Вы, взрослые, совсем не понимаете своего ребенка! – Да что с ним такое… – не понимал Сомчай. – Это так иностранная учеба на него влияет? Другая культура, чужой менталитет… – Да ты просто хочешь от него слишком много, – сказала Павини. – Мальчик еще университет не окончил, а ты ему – невесту! На нем и так много давления. Разве не лучше, чтобы внук был счастливым, чем просто «правильным»? – Меня обеспокоили его слова про отношения с иностранкой, – пожаловалась Вичитра. – Конечно, я не против, чтобы он просто встречался, но не серьезно же? – А что в этом такого? – спросила бабушка. – В каком веке мы живем? Даже сто лет назад женились на иностранках и ничего. – Я все-таки надеюсь, это у него лишь временно… Мы же должны следовать нашим традициям. Надеюсь, он одумается. – В любом случае это тоже будет его путь, ошибочный или нет – покажет время, – произнесла Павини. – Но не держите его за уздцы, потому что мы не можем прожить его жизнь за него. – Мама, ты слишком его избаловала! – возмутился Сомчай. – В конце концов, кому в итоге жить в браке? – философски спросила бабушка. – Тебе повезло, что у вас с Вичитрой всё взаимно, но почему не хочешь счастливых отношений для сына? У него впереди еще много времени для принятия собственных решений, пусть получает опыт, растет и учиться. Сомчай кашлянул, но спорить не стал. Неужели его мать права, и он был слишком резок с Витом?.. Выходя из комнаты, Атанавит впервые позволил себе вдохнуть свободно. Он столкнулся с Лалисой в коридоре, которая явно поджидала его. – Тебя было слышно даже отсюда, – обронила она. – Мне жаль, что тебя втягивают в это, – извинился Атанавит. – Но ты, должно быть, слышала моего отца – он даже не хочет поинтересоваться, что мы сами об этом думаем… – Да брось, – отмахнулась Лалиса. – Я поговорю со своими родителями. По крайней мере, если твои не хотят учитывать твои интересы, мои ко мне прислушаются. – Хочешь сказать, что тебе повезло с понимающими родителями больше, чем мне? – хмыкнул Вит. – По крайней мере, мне никто не запрещает встречаться с иностранцем! А у тебя, кажется, уже появился тот человек, который тебе действительно нравится. Сейчас мы оба получаем шанс выбрать то, что хотим сами. – Ну хоть кто-то меня понимает. Спасибо. Лалиса улыбнулась и похлопала его по плечу. – Пойду развлекусь, и тебе советую, – напоследок сказала она и ушла. Атанавит остался в коридоре один, и вскоре к нему подошла бабушка. – Ну что, выпустил пар? – осведомилась она. – Твой отец всё еще дуется, поговори с ним потом, когда вы оба успокоитесь. – Кхун Яй, – вздохнул Вит. – Ну ты же слышала его? Как с ним разговаривать? Он будто живет в каких-то своих иллюзиях! Лалиса прямо здесь, но он даже не захотел спросить, чего хочет она. Придумал что-то в своей голове. – Может, сериалов пересмотрел, книжек перечитал, кто его знает, – усмехнулась Павини. – Нам показали видео твоего танца с той иностранкой. Она очень красивая. Атанавит слегка засмущался. – Ты видела ее? И… что думаешь? – Что я могу думать? Если она тебе нравится, почему я должна быть против? – Но мама так часто говорит о традициях… Разве вместо нее не ты должна больше всего об этом переживать? – осторожно спросил Вит. – Будь я помоложе и, если бы до сих пор жила в другой эпохе, наверное, я бы переживала, – ответила Павини. – Но смотри, сколько я уже на своем веку всего повидала. Раньше твой дед сетовал на мою импульсивность, но со временем перестаешь слишком остро реагировать на те или иные вещи. Главное, чтобы человек был счастлив, ты так не считаешь? Атанавит взял бабушку за руки. – Спасибо, ты у меня всегда самая мудрая. – Чтобы достичь этой мудрости, пришлось разменять седьмой десяток! – ухмыльнулась она, а потом, сжав ладони внука, продолжила: – Если ты настроен серьезно, приведи ее как-нибудь к нам домой. Не сейчас, потом, когда вы оба будете уверены друг в друге. – Тогда у отца точно повысится давление… – уже представил Вит. – Ничего, оно у меня тоже повышается, но у меня есть таблетки, – нравоучительно сказала Павини. – Может быть, тот кулон, который я тебе показывала, ждал сто лет, чтобы вернуться к своей владелице… и рано или поздно дождется ее. – Ты правда думаешь, что родители сменят гнев на милость? – Ну, со временем, конечно, сменят! Куда они денутся? Сейчас всё вышло неожиданно, неудивительно, что они оба растеряны. Ничего, переживем. Атанавит улыбнулся, думая о том, что хорошо, что рядом все-таки были люди, которые его понимали и поддерживали. Он знал, что родители любят его по-своему, и что им нужно время, но, в конце концов, они уступят. Может быть, Каталина была для них слишком простая, слишком иностранка, но в груди зрело странное, упрямое чувство: с ней Вит впервые за долгое время не играл роль «наследника с обязанностями». С ней он был просто собой. – Ну, чего ждешь? – вывела его из размышлений Павини. – Иди к своей подружке и развлекайтесь на ярмарке. Не стоит забивать голову всякими серьезными вещами. Атанавит обнял бабушку на прощание. – Я пойду. Каталина ждала в саду и с тревогой посмотрела на него, когда он вернулся. – Родители… сильно ругали тебя? – спросила она. – Нет. Всего лишь поспорили. Ничего необычного, – отмахнулся Вит. – Пойдем. – Куда? – Я хочу отвезти тебя в одно место. Он взял Лину за руку и повел за собой. Девушка в растерянности последовала за ним, а потом вспомнила: – А как же Аю… – Пу за ней присмотрит. Атанавит вызвал такси, чтобы доехать до парковки, где у него стоял мотоцикл. Сначала Лине показалось, что здесь какая-то ошибка, но когда Вит протянул ей шлем, она, не скрывая своего удивления, спросила: – У тебя что, есть мотоцикл? – Да, просто я нечасто им пользуюсь, – пожал плечами Атанавит, иронично объяснив: – Пробки. Но сейчас уже поздний вечер, должно быть нормально. Каталина глубоко вздохнула, принимая в руки шлем. – Я еще ни разу не каталась. Вит улыбнулся ей – на этот раз не мягко, а как будто немного дерзко. – Значит будет твой первый раз. Лина быстро надела шлем, чтобы скрыть смущение, а потом села за его спину. Вначале она положила руки на его плечи, но Атанавит переложил их к себе на талию. – Держись крепче, – предостерег он, сцепляя ее ладони на своем животе. И они помчались по ночным дорогам Бангкока сквозь яркие огни куда-то в неизвестном направлении.