Я хочу быть рядом

Дом встретил Эйба вкусным запахом, доносившимся с кухни. Родители, кажется, наконец помирились. Он быстро прошёл мимо, поднялся на второй этаж и заперся в комнате. Мокрая рубашка на спине задралась, когда он сполз по стене, пряча лицо в дрожащих коленях. Он чувствовал себя слабым. Перед своими чувствами, перед Майлсом, перед самим собой. Сидеть в промокшей одежде было чревато последствиями, поэтому шатен быстро сходил в душ, переоделся в пижаму и сел за стол. Дрожащие руки потянулись к скомканным рисункам. Снова он. Майлс, улыбающийся с закрытыми глазами. Эйбу хотелось взвыть, но лишние вопросы отца его не интересовали. Пришлось прикусить губу, которая вскоре щипнула, уведомляя о том, что он прокусил кожу.

***

Майлс лежал на кровати, уставившись в телефон на единственный контакт. Внутри всё бушевало. Тот поцелуй под дождём… Он корил себя за то, что вновь растерялся. Не ответил мягким губам, не смог успокоить, не объяснился. Но ещё больше ненавидел себя за то, что не заступился за Эйба, дав тем придуркам почву для издевательств. Зачем? Почему? Он и сам не знал. В его чувствах не было ничего ужасного. Это было нормально. Да, были люди, которые могли осудить, но кого это волновало? Видимо, его самого, раз он так глупо и трусливо поступил с парнем, которого хотел добиваться. — Какой же я идиот — прошептал он. Экран телефона погас, а руки упали на лицо, растирая глаза до красноты. В доме было тихо, как и всегда. Майлс привык к этой тишине. Привык к тому, что за пределами школы он один. Когда Эйб позвал его к себе, он был счастлив. Радовался, что наконец проведёт вечер не в одиночестве. Он был счастлив, когда их руки случайно касались друг друга, когда их колени соприкасались под столом, а младший, как ошпаренный, отодвигался и резко замолкал. Но почему он испугался, когда Эйб поцеловал его? Опять. Опять испугался. По щекам скатились первые солёные капли. Пальцы судорожно разблокировали телефон и начали печатать.

***

Одно, два, три уведомления. Эйб оторвался от стола, перестав жалеть и одновременно добивать себя, и позволил отвлечься на разрывающийся телефон. Глаза шатена расширились, когда он увидел имя отправителя. «Эйб, умоляю, прости меня. Я знаю, что поступил как кретин» «Пожалуйста, Эйб, выслушай меня» «Мне плохо без твоего голоса рядом. Я так жалею» Сообщения сыпались одно за другим. Заблокировать. Красная кнопка прекратила мучения Эйба. Он не желал видеть эти оправдания. Но уже через секунду начал ненавидеть себя за то, что нажал её. Сон не шёл ни к одному из них. Эйб снова вглядывался в потолок, пытаясь выжечь там дыру и найти ответы. Майлс не отрывался от экрана, надеясь, что его всё-таки разблокируют. Что ему дадут шанс. Снова. Утром Эйба мог спасти только кофе. Тяжёлые веки так и норовили сомкнуться, а язык заплетался, когда он пытался объяснить маме причину бессонной ночи. — Тебе не нужно меня обманывать, — она мягко положила ладони ему на плечи. Увидев, что сын не хочет разговаривать, погладила его по щеке. — Хорошо. Поговори со мной, когда будешь готов. Ребекка улыбнулась и, поправив причёску, вышла. Эйб двинулся на кухню, включая кофемашину. Перед глазами снова крутились сообщения Майлса. Несколько раз за ночь он был готов разблокировать его, но сдержался. Кофе, завтрак, одежда, рюкзак. На улице снова пасмурно. Осознав вчерашнюю ошибку, Эйб всё-таки взял зонт. В школе, как всегда, толпа. К шкафчику не пробиться. Кажется, и не стоило. Протиснувшись сквозь людской поток, он увидел у своего шкафчика Майлса. Тот обеспокоенно рыскал глазами по коридору. Заметив Эйба, он улыбнулся, и по губам шатен беззвучно прочитал своё имя. Не желая разговаривать, Эйб развернулся. Лучше таскать рюкзак с собой, чем снова мучить себя надеждами. Старший, увидев, что его проигнорировали, двинулся следом, но безуспешно. Прозвенел звонок. Эйб уже сидел за своей партой, когда к соседней подошёл Майлс. — Давай поменяемся? Только на сегодня — он договаривался с одноклассником. Тот, помявшись, согласился. Теперь брюнет был ещё ближе. Эйб глухо промычал что-то, думая, что ещё чуть-чуть и он начнёт молиться, чтобы этот день поскорее закончился. Всё время урока его не покидало ощущение, что на него пристально смотрят. — Майлс Фэрчайлд, может, вы обратите внимание на что-то, помимо вашего одноклассника? — Учитель был прав. Майлс смотрел на него. Теперь стало ещё невыносимее. Эйб опустил голову, прячась за учебником на подставке. — Простите — пробубнил брюнет и наконец отвернулся. Но ненадолго. Через минуту на парту прилетела записка. Уговаривая себя, что это просто из любопытства, Эйб развернул её. «Давай поговорим после урока. Пожалуйста». Эйб бы соврал, если бы сказал, что не хотел говорить. Все те слова были сказаны на эмоциях, но забирать их обратно он не хотел. Шатен смял бумажку и закинул в пенал, оставляя без ответа. Затем прилетела вторая. «Эй, ну ответь». И третья. «Эйб, перестань меня игнорировать». Младший не выдержал и повернул голову. Майлс выглядел как брошенный щенок. На его лице мгновенно расцвела надежда, брови сложились домиком, а пальцы застучали по парте. Эйбу пришлось ответить. Коротко и ясно: «Нет». Майлс поник и сжал кулаки, но сдаваться явно не собирался. Не сейчас. Прозвенел звонок, и шатен впервые нарушил свою традицию, рванув из класса первым, чтобы успеть к шкафчику. Взяв учебник и тетрадь, он захлопнул дверцу и вздрогнул, увидев за ней Майлса. — Слушай, подожди! Я знаю, ты не хочешь меня видеть, слышать, дышать со мной одним воздухом и всё такое — он тараторил, пытаясь выговорить всё, пока Эйб не сбежал. Младший дёрнулся, не зная, куда деться, и его плечи оказались в чужой хватке. — Подожди, пожалуйста. Я пытаюсь извиниться, потому что я...— Майлс прокашлялся, подбирая слова. К ним подошли Метью и Тревор. — Чё ты опять возишься с этим гомиком? — Метью рассмеялся, но выпрямился, встретив холодный взгляд Фэрчайлда. — Эй, ты чего, Майлс? Я что-то не так сказал? — Ты вообще много лишнего болтаешь. Свали, пока я не выбил тебе пару зубов, если не хочешь картавить — брюнет отпустил Эйба, полностью разворачиваясь к "друзьям". — Да что не так? Чё ты так за него вцепился? — подал голос Тревор, стоявший сзади, но быстро затух, не желая враждовать. — Мет, давай уйдём, он не в духе... Метью откинул руку друга и оценивающе посмотрел на Фэрчайлда. — Ты тоже пидор, что ли? Как и этот, да? — он брезгливо ткнул пальцем в сторону Эйба и скорчился от боли, когда кулак пришёлся точно в челюсть. — Проваливайте. Оба — брюнет потряс отбитой рукой, пока двое быстро ретировались. Эйб не знал, как реагировать. Всё это время он смотрел то на Майлса, то на убегающих, пытаясь осмыслить происходящее. Из ступора его вывело теплое прикосновение: ладонь мягко провела по щеке и так же быстро исчезла. — Я не... — Я не хочу разговаривать, Майлс. Я всё это уже слышал несколько раз. Прошу — он прислонился плечом к шкафчикам, закусив губу. — Я не готов к разговору. Даже после этой сцены, — младший был непреклонен, прижимая вещи к груди. Майлс кивнул, и Эйб на секунду расстроился, подумав, что тот отступает. Шатен сам его оттолкнул. Он же этого добивался, разве нет? — Я подойду позже. Прошу, нам надо поговорить — старший не улыбался. Он сделал шаг вперёд, но затем обошёл Эйба, оставляя ему пространство и время. На следующих двух уроках Майлс снова сидел рядом, но теперь не пялился и не кидал записок. Очередная перемена. Эйб оставил всё в шкафчике и, взяв только ланч, направился в столовую. За дальним столиком уже сидел Майлс, грыз яблоко, уставившись в стену. Садиться больше было не к кому. Да и не хотелось. Эйб сел напротив, не глядя и не говоря ни слова. Просто молча открыл контейнер с сэндвичами. — А сейчас? — Майлс наклонил голову набок, пытаясь поймать его взгляд. — Нет — с набитым ртом ответил Эйб, стараясь не реагировать. Фэрчайлд опустил руки на стол и поставил на них подбородок, чтобы оказаться в поле зрения шатена. — Ну пожалуйста, Эйби... — он протянул последний слог, расплываясь в улыбке. Младший закатил глаза и выпрямился. Майлс резко подался вперед, надеясь на положительный ответ, и открыл рот, но его заткнули вторым сэндвичем. — Дай мне поесть. Угомонись — Эйб смотрел на растерянного брюнета, с трудом скрывая улыбку. — Ты уже кормишь меня? Это так мило с твоей стороны, Эйби — Фэрчайлд откровенно дразнил, с удовольствием пережёвывая еду. Но теперь он молчал. До скрежета в зубах довольный, он доел сэндвич и не произнёс ни слова. Эйб выдохнул с облегчением. Идя по коридору, он прекрасно осознавал, что Майлс идёт за ним по пятам. Многие ученики перешёптывались, не понимая, что творит Фэрчайлд. Опять урок, опять блокнот, опять его лицо на листе бумаги. Усталость из-за бессонной ночи взяла своё, и к середине скучной лекции Эйб положил голову на руку, прикрыв глаза. Его разбудили аккуратные прикосновения к волосам. Он сладко потянулся, издал невнятный звук и открыл глаза. Опять Майлс. Эйб отстранил его руку, но не успел среагировать быстрее старшего, который с любопытством выхватил его блокнот. — Это так красиво. Неужели в твоих глазах я и правда такой? — Фэрчайлд таял от радости, разглядывая каждый штрих. — Майлз, ты снова берёшь мои вещи без спроса. Отдай — Эйб встал и потянулся, но брюнет поднял руку вверх. — Ну ответь, я и правда такой? — В глазах Майлса читалось искреннее восхищение. — Что за детский сад? Верни! — Верну, если согласишься поговорить со мной. Прямо сейчас — улыбка с его лица наконец сошла, в глазах вновь застыл щенячий взгляд. Эйб устало кивнул, и ему немедленно вернули блокнот. Он прижал его к себе, быстро собрав остальные вещи. Они вышли в коридор, но Эйба резко дёрнули за пояс, затягивая в мужской туалет. — Я не могу больше ждать — прошептал Майлс, втягивая его в кабинку. В ту самую, где когда-то до чёртиков напугал младшего. Теперь он снова прижал Эйба к стене, но по бокам от его головы опёрся ладонями. Он был близко. Слишком близко для человека, который просто хочет извиниться. — Эйб, я знаю, говорил это уже тысячу раз,но мне жаль. Мне безумно жаль, что я так с тобой поступал — его дрожащие руки потянулись к мягким волосам шатена. Тот не сопротивлялся, отчасти из-за вещей в руках, отчасти из-за собственного нежелания отталкивать. — Продолжай — спокойно ответил Эйб, изучая лицо напротив. — Я долго думал. По крайней мере, для меня это долго... И я понял, понимаешь? Почему я так веду себя — он снова терялся, глаза бегали по кабинке и наконец зацепились за губы. Майлс потянулся вперёд, слившись в поцелуе. Вещи выпали из рук Эйба, а его ладони потянулись к шее брюнета, обвили её и притянули ближе, отвечая взаимностью. — Я понял, что что-то чувствую к тебе. И когда ты ударил меня тогда — Майлз оторвался, чтобы договорить, и усмехнулся, вспоминая ту пощёчину. — Я понял, что люблю. Понял, что все эти дни я неосознанно пытался добиться тебя. Узнать тебя, быть рядом. По веснушчатым щекам Майлса потекли слёзы. Эйб бережно стёр их пальцами. — Я хочу быть рядом. С тобой — он дрожал всем телом, а затем обнял младшего, чтобы успокоиться. Убедиться, что это не сон. Что Эйб здесь, рядом, настоящий. — Хорошо, Майлс. Хорошо, — Эйб успокаивал его, поглаживая мягкие кудри. Наконец-то он мог прикоснуться к ним. Его ладони опустились на спину, нежно прижимая брюнета ближе. — Не самое романтичное место, конечно — шатен рассмеялся, разряжая обстановку. Он приподнял со своего плеча заплаканное лицо Майлса и поцеловал его в щёки и лоб. — Ты... ты позволишь мне быть твоим парнем? — Фэрчайлд, заплаканный и невероятно нежный, опустил ладони на талию Эйба. — Да — младший с трудом проглотил ком в горле, обуздывая нахлынувшие чувства. А брюнет радостно уткнулся носом в его шею, смеясь и плача одновременно.