The Syntax of Things

Гарри ожидал обнаружить в доме профессора Снейпа самые ужасные вещи, которые только могли существовать в магическом мире. Он думал, что найдёт там множество летучих мышей и крыс, кошмарных привидений, сгнившую еду, разбитые окна и грязные нестиранные вещи. Гарри не удивился бы, если бы увидел огромных страшных пауков, расставленных повсюду всевозможных книг по темной магии и различным смертельным ядам, источающим неприятный запах. Но он оказался совершенно не прав, ожидая всего этого. Когда Гарри рылся в шкафу Снейпа, то думал, что найдёт там мантии Пожирателей Смерти, банки с запрещенными зельями, или даже ножи и кинжалы. Чего он точно не ожидал, так это внушительной стопки порножурналов. Гарри нашел их в пыльной картонной коробке — и вытащил оттуда, совершенно ошеломленный, своей находкой. Слово «шокированный» здесь не совсем подходит, потому что Гарри был скорее в ужасе, чем в шоке. Но ни один из этих журналов, похоже, явно не принадлежал Снейпу. Даты публикации указывали на то, что им было уже не менее тридцати лет. В той же коробке лежали многочисленные пустые пачки от сигарет, а сверху один осколок стекла. Гарри не знал, что и думать про это. Он только смог предположить, что все эти вещи, должно быть, принадлежали отцу Снейпа. Гарри разложил журналы на полу, стараясь не прикасаться к ним слишком часто. Он открыл первый журнал заклинанием и увидел, что там изображена обнаженная блондинка с длинными кудрявыми волосами и большой грудью. Она сидела верхом на мотоцикле и ветер развевал ее волосы, обнажая подтянутое тело. —Не может быть, — пробормотал Гарри себе под нос. Если бы только он мог рассказать про эту находку Рону. Тот бы никогда не поверил, что у Снейпа есть нечто подобное дома. Гарри тоже было трудно свыкнуться с этой новостью. На следующей странице было изображение той же женщины, но теперь она ласкала себя, сжимая свою грудь обеими руками. Гарри поспешно закрыл журнал, слишком смущенный, чтобы продолжить. Он посмотрел на часы. Снейп вот-вот должен был вернуться. Ему нужно было поторопиться, чтобы профессор снова не застал его там, где Гарри точно быть не следовало. Он быстро убрал журналы на место и уже собирался уходить, даже уже схватился за дверную ручку, но резко передумал. Гарри вбежал обратно и быстро схватил один из журналов, свернув его и засунув под рубашку. В любом случае, их там было слишком много, чтобы Снейп заметил пропажу одного. По крайней мере, он изо всех сил надеялся на это. Снейп, и в правду, вернулся раньше, чем ожидалось, и Гарри мысленно поблагодарил судьбу за то, что опять не оказался в глупой ситуации. Они сели за стол и стали молча есть суп, и Гарри старался игнорировать злобные взгляды, которые то и дело Снейп бросал на него. Гарри поднял голову когда Снейп в очередной раз налил себе стакан воды и с грохотом поставил его на стол. —Вас что-то разозлило? —Не лезьте в не своё дело, Поттер. —Я думал, вы расскажете мне про то, как прошёл ваш разговор с Дамблдором. —Мы обсуждали работу. И повторюсь, вас это не касается. —Вы обсуждали не работу. Вы обсуждали меня, — уверенно сказал Гарри.—И могу поспорить, вы говорили Дамблдору, что я раздражаю вас своими плохими результатами и вы больше никогда не хотите меня здесь видеть. И, разумеется, вы не забыли добавить, какой я дурак. Мы же оба знаем, что вы меня ненавидите, не нужно притворяться. Я точно уверен в этом. Гарри быстро добавил более спокойным тоном: —Я бы здесь не был, если бы меня не вынудили, понимаете? —Не понимаю. Вы всегда можете сбежать, пока я не смотрю. Я же тогда скажу, что это была чистая случайность. Эти слова были произнесены с присущей Снейпу издевкой, но в них каким-то образом проскальзывало что-то ещё, более глубокое для понимания. —Здесь лучше, — признался Гарри. Ему тут же пришло в голову, что этого не стоило говорить. Зачем он произнес эти слова? Гарри быстро засунул в рот ложку отвратительного пресного супа, и только проглотив её, понял, что слишком напряжен. —Ну, понимаете. По крайней мере, здесь я хоть чему-то учусь, когда вы не запираете меня в комнате. —Я вас и не запираю, — выплюнул Снейп. Как же глупо. Глупо. —Я знаю. —И вы тут ничему не учитесь. —Ну, я совершенно не разбираюсь в зельеварении и окклюменции, двух единственных предметах, которым меня обучаете исключительно вы. Это точно должно что-то значить. —Это значит, — зло прорычал Снейп, — что у вас нет никакого желания учиться. Защита разума предполагает в первую очередь его наличие. —Да уж, оскорблять своих учеников — это явно не совсем то, что нужно для их хорошей учебы. Кстати, в «Зонко» ищут новый талисман, может, вам стоит сменить профессию? С большим удовольствием Гарри представил Снейпа в красных штанах и подтяжках, продающего приворотные зелья и желейные конфеты. —Пожалуй, я так и поступлю, — прошипел Снейп. —И, кстати, о работе… Я слышал, что сейчас все мечтают стать мракоборцами, не так ли? Гарри пожал плечами. —Думаю, да. —Вы так думаете… Вся эта ваша жажда славы… она просто не позволит вам уйти из центра внимания.—Снейп так резко опустил ложку в тарелку, что чуть не опрокинул её.—Вам придётся сильно удивить меня на уроках зельеварения, если вдруг тоже захотите им стать. Считаете ли вы, что это вообще возможно? —Да, — произнес Гарри немного торопливо, хотя и сам был в этом не уверен. — Нет, — парировал Снейп. — Забудьте про мракоборцев. Оправдайте свою самоуверенность и продолжайте идти по пути славы. Станьте актером. Или танцором. Может даже моделью? — Небольшая пауза. — Ах. Но я совсем забыл. У вас слишком низкий рост для этого. Чёрт возьми, Снейп точно знает, какие у него комплексы. —Некоторым женщинам нравятся невысокие мужчины, — сказал Гарри защищаясь. —А сколько женщин уже отдали вам предпочтение? — Снейп вопросительно приподнял бровь. Гарри почувствовал, как начало гореть его лицо и упрямо опустил взгляд на свою тарелку с супом. —Я так и думал. Гарри прикусил язык, решив промолчать. Он, конечно, мог бы спросить Снейпа, скольким женщинам нравился он сам. Гарри был уверен, что ответ будет «ни одной». С другой стороны, это был риск, пойди он на который, возможно, пожалел бы, учитывая вероятность того, что Снейп встречался с его матерью. Но Гарри не мог позволить себе снова и снова прокручивать эти мысли в голове. Это была ужасная пытка. Что же такого могла найти его мама в нём, что сделало бы Снейпа хоть сколько-нибудь привлекательным? Гарри наблюдал за ним, как тот поднес салфетку к лицу и осторожно вытер тонкие губы. Он явно не был красавцем. У него был длинный нос и бледная кожа. Только разве что руки не были уродливыми. Даже наоборот. Длинные пальцы, с короткими чистыми ногтями, а когда он не носил пальто, было совершенно очевидно, что у него крепкие плечи. Гарри задавался вопросом, осталась ли у него Темная Метка. Должно быть, что да, подумал он. Снейп также был высокого роста, намного выше самого Гарри. И ещё у него была такая удивительная особенность — он всегда привлекал к себе внимание. Иногда было трудно понять, был ли Снейп высокомерным и злым, как все думали, или же просто несчастным человеком. Гарри знал, что несчастье может сделать человека злобным и агрессивным, даже если единственное, чего он хочет, это чтобы его оставили в покое. Гарри слишком хорошо было известно это чувство. Он понял это, когда Рон и Гермиона слишком сильно опекали его. Или когда это делал Дамблдор. Или Римус. Или все остальные. Гарри вспомнил, как Дамблдор говорил, что его мать всегда умела видеть красоту в других. Настолько она была доброй. С чем согласились и Сириус и Римус. Что же она тогда увидела в Снейпе такого, чего до сих пор не увидел Гарри? Наверное, он так и не смог понять своего профессора. Гарри никогда не любил его, не доверял ему и даже не видел причин для уважения Снейпа. Но, с другой стороны, он тоже никогда не пытался этого сделать и, поэтому их ненависть всегда была взаимной. Снейп не заслуживал никакого доверия и любви, ведь именно из-за него погибли родители Гарри. Совершенно запутавшись, Гарри отбросил эти мысли. Это было невозможно. Его мама не могла любить Снейпа, с какой бы добротой она к нему ни относилась. Никто и никогда не мог желать Снейпа. По крайней мере, Гарри так казалось. Может быть… может быть, Снейпу просто нужно было чаще мыть голову? Может быть, дело было именно в этом? Вопреки себе, Гарри вдруг загорелся надеждой, что у Снейпа всё-таки есть девушка, и что он просто скрывает её от него. Было бы печально, если бы он никогда в жизни не чувствовал себя красивым или желанным. Но, как Гарри понял, его мысли зашли слишком далеко. Он поднял взгляд на Снейпа, который, казалось, тоже был погружен в свои мысли. —О чём вы думаете? — спросил Гарри. Он пожалел об этом, как только понял, что это тот самый вопрос, который легко можно задать Рону или Гермионе, но не профессору. И что на самом деле, ему скорее всего, совсем даже и не хочется знать, о чём думает Снейп. Мужчина растерянно заморгал. —О расписании по зельеварению на предстоящий год. Его следует подготовить заранее. В июне? —Вы явно не об этом не думали. Он подождал несколько мгновений, тяжело дыша, прежде чем ответить: — И в самом деле. —Значит, вы не собираетесь мне рассказывать о чём думали. —Нет. Глаза Снейпа были не просто темными. В них было что-то нечеловеческое, какая-то глубина, в которой легко можно было утонуть. Когда он внимательно посмотрел на него, они замерцали смутным любопытством, и по спине Гарри пробежал холодок. —А о чём вы думаете, мистер Поттер? При слове «Мистер» самообладание Гарри рухнуло и рассыпалось на мелкие кусочки у его ног. Он открыто посмотрел на Снейпа в ответ. Легилименция. Черт. В последний момент Гарри выдавил из себя бесстыдную ухмылку. —Конечно о вашем расписании. Мне интересно, будет ли в нём хоть какое-нибудь занятие, которое, я, возможно, смогу освоить. Но Снейп не рассмеялся. Он все еще пристально смотрел на Гарри, медленно поглаживая длинными пальцеми стакан с водой. —Думаю, вы устали. Возможно, вам стоит пойти в свою спальню. Гарри кивнул. —Хорошо. Он с трудом сглотнул странный комок в горле и быстро поднявшись, ушел прочь. В своей комнате, он рухнул на кровать, все еще одетый, в носках, и отбросив на тумбочку очки, забылся в мучительном, печальном сне без сновидений.

***

—Режьте вот так, — сказал Снейп. Он выхватил нож из рук Гарри и сам нарезал овощи. —Нужно работать более резкими движениями, иначе вы их испортите. Гарри кивнул, но когда Снейп подошел к духовке, он изменил движения и продолжил резать, как делал это в начале. —У тети Петунии я постоянно готовил, — сказал он. — Я точно знаю, как это нужно делать. Снейп достал из шкафа пару тарелок и положил картошку на разделочную доску. —В пятницу утром мне нужно будет кое-куда сходить. Сможете ли вы остаться в этот раз в своей комнате? Гарри испуганно замер. Неужели Снейп догадался, что Гарри что-то у него украл? — Что вы имеете в виду? Снейп сердито посмотрел на него. —Крошки от вашего печенья по всему дому. —А. Значит, Снейп этого ещё не узнал. —Вы собираетесь снова встретиться с Дамблдором? —Нет.—Он забрал у Гарри овощи и дал ему картошку.— Нарежьте её. Нет, не так, Поттер. Вы меня совсем не слушаете. —Но так лучше. Я имею в виду кубиками, а не ломтиками. Так они меньше подгорят и в то же время останутся хрустящими. Снейп пристально посмотрел на него. —Если бы у вас было такое же богатое воображение на уроках зельеварения, как и в удовлетворении желаний своего желудка, у вас, возможно, всё-таки был бы шанс стать мракоборцем. Гарри усмехнулся. —Знаете, в следующем году вы всегда можете разрешить мне изучать продвинутое зельеварение. —Я ещё не сошёл с ума. К тому же, в следующем году всё будет иначе. Гарри заметил, как Снейп выпрямился. Он явно чем-то гордился. —Что вы имеете в виду? — Гарри непонимающе нахмурил брови. —Увидите, — усмехнулся Снейп. Он положил овощи в форму для запекания и закрыл дверцу духовки. —Вы всё ещё надеетесь получить должность профессора Защиты от темной магии, не так ли? — Гарри случайно раздавил картошку и отложил её в сторону, поморщившись. —Скажем так, что с большей вероятность, я, скорее всего, буду преподавать Защиту от темных искусств, а не Зельеварение. Снейп облокотился спиной о стол и скрестил руки на груди. —Понятно, — пробормотал Гарри. Дамблдор ни за что не мог позволить Снейпу получить эту должность. Гарри был в этом точно уверен. —Так куда вы идете в пятницу? Гарри закончил нарезать картошку и открыл духовку, чтобы положить её поверх овощей. Снейп смотрел на него, ничего не говоря в ответ. Гарри открыл рот, чтобы ещё что-то сказать, но не смог подобрать нужные слова. На мгновение перед его глазами вспыхнула бессмысленная злость, а затем она так же внезапно исчезла. Он не думал, что действительно хочет, чтобы Снейп опять рисковал собой. Как и кто-либо ещё. Или по крайней мере, делал это не из-за Гарри. —С вами всё будет хорошо? — спросил он. Снейп ещё долго просто смотрел на Гарри. Потом он резко оттолкнул его в сторону и подошел, чтобы увеличить температуру в духовке, а затем направился к раковине вымыть руки. —Сомневаюсь. Вы ужасно готовите, но я надеюсь, что смогу это пережить. Снейп не собирался прямо говорить ему ни о чём. Но сейчас Гарри решил не настаивать на правде. —Конечно переживёте, вы же так прекрасно справляетесь с должностью преподавателя зельеварения. —Зельеварение, — выплюнул Снейп, — это тонкое искусство, которое, как я мог заметить, подвергалось такому издевательству, какое только могли совершать ученики Хогвартса. Я терпел это только потому, что ничего не мог с этим поделать. Похоже, что невозможно никого обучить, если у них нет ни малейшего зачатка интеллекта. —Вы действительно так ненавидите свою работу, —тихо сказал Гарри. Он тоже вымыл руки и сел на стул. —Так почему вы остаётесь в Хогвартсе? Могли бы открыть свой бизнес или что-нибудь ещё в этом роде? Снейп сел напротив Гарри и положил свою палочку на стол. Он всегда носил её с собой по дому, что казалось Гарри немного странным. —Помимо защиты и заработка, которые мне даёт школа, я не хочу оказаться бесполезным для общества. Гарри попытался понять тайный смысл этих слов. Снейп был шпионом — по крайней мере, так считал Дамблдор, думал Гарри с некоторым недоверием, — но Волан-де-Морт тоже думал, что шпионит за Дамблдором, а не наоборот. Это означало, что если он перестанет находиться рядом с Дамблдором, у Волан-де-Морта не будет причин держать его на службе. Но это была далеко не вся правда. —Вы остаётесь там ещё и для того, чтобы защищать меня? Гарри задумался, ожидал ли он сейчас от Снейпа признания своей правоты или яростного отрицания этого. Впрочем, это и не имело бы значения. Он уже должен был привыкнуть к всеобщей лжи. Тот факт, что Снейп и Дамблдор скрывали это от него, не столько беспокоил его, сколько больно ранил. Гарри никогда не считал Дамблдора обманщиком или лгуном. Однако, похоже, тот не считал его достаточно взрослым, чтобы делиться с ним всей правдой. Желания Снейпа, вероятно, были важнее прав самого Гарри. —Да. —Даже несмотря на то, что вы меня ненавидите, — настаивал Гарри. Снейп задумался лишь на мгновение. —Мой долг — защищать вас, как и всех других своих учеников. Чушь собачья. —Значит, вы меня ненавидите? Взгляд Снейпа вывел его из равновесия: сосредоточенный, тихий, бесстрастный — почти такой, словно он пытался понять, что от него хотят. —Но на самом деле вы меня не ненавидите, — продолжил Гарри.—Вы ненавидите моего отца. И хотите чтобы я был в безопасности ради моей матери. Поэтому для вас я даже не существую как отдельный человек. Вы просто используете меня, как проекцию моих родителей и поступаете соответственно. Вот. Он всё-таки сказал это. —Уверяю вас, вы сами заслужили все мои негативные чувства к вам. —Это потому, что вы видите только то, что хотите видеть. Гарри взглянул на палочку Снейпа и, чувствуя себя совершенно безрассудным, аккуратно провел пальцем по ней. Он пододвинул ее поближе, чтобы лучше рассмотреть. Это была красивая палочка, вся черная и очень простая. Снейп недовольно следил за движениями Гарри. —Вы постоянно отвратительно ведёте себя на моих занятиях. И это крайне негативно сказывается на успеваемости остальных учеников, особенно тех немногих, кто прилагает хоть какие-то усилия для достижения успеха. —Дело явно не в этом. Попробуйте что-нибудь другое — сказал Гарри. —Что вы хотите этим сказать, Поттер? Что я питаю необоснованную ненависть именно к вам? Кем вы себя воображаете? Одной только вашей наглости более чем достаточно, чтобы люди сильно уставали от вас. Гарри кивнул, широко округлив глаза. Именно таким выражением лица, он всегда давал понять Рону, что не воспринимает всерьез ни единого сказанного им слова. Снейп недовольно поджал губы и наклонился ближе. —Вы высокомерный глупый ребенок, жаждущий всеобщего внимания и восхищения. Вы упорно всем хвастаетесь, притворяясь невинной маленькой жертвой, и все же в глубине души получаете огромное наслаждение от этого. Его голос напоминал шипение змеи. —Как и мой отец. —У вашего отца не было такой истории как у вас. Люди верят в ваши предполагаемые мифические способности, которые, я сильно сомневаюсь, являются чем-то большим, чем просто совпадением, а вы, в свою очередь, поощряете их ложные представления, намеренно попадая в неприятности при каждой возможности. —Как и мой отец. —Да, — снова прошипел Снейп.—Вы нарушаете школьные правила с того самого момента, как переступили порог Хогвартса, цепляясь за убеждение, что они на вас не распространяются или что вы слишком особенный, чтобы следовать им. —Как и мой отец. Гарри больше не мог скрывать улыбку. Снейп от злости сжал губы до побеления. Он выглядел почти как ребенок, которого отругали. —Ради Мерлина, сотрите эту отвратительную ухмылку с лица. Вы ничего этим мне не доказали. —Снейп поднял руку.—Я не виноват, что у вашего отца были такие сильные гены. Гарри прислонил руку ко лбу. —Вы невыносимы. Я сдаюсь. Краем глаза Гарри показалось, что Снейп слегка приподнял губы в подобие улыбки. Однако это ему могло просто показаться. —Ваш отец бы так легко не сдался. Гарри фыркнул, глядя на стол. Что ж, это было уже начало. Может быть, когда-нибудь он сможет поговорить со Снейпом, не превращая обычный разговор в скандал. Пока мысли Гарри блуждали по всем его сходствам с отцом, ему в голову вдруг пришел случайный вопрос. —Вам нравится квиддич? Снейп забрал у него из рук свою палочку и спрятал её обратно в рукав. Было удивительно, как палочка держалась на месте без мантии, поэтому Гарри предположил, что он заколдовал её так, чтобы она всегда прилипала к коже. —В студенческие годы меня это не особо интересовало. Теперь я могу только надеяться, что Слизерин хотя бы выиграет Кубок по квиддичу, ведь Кубок факультетов, несомненно, достанется Гриффиндору за все ваши впечатляющие навыки, которые только существуют. Гарри поднял голову. —Это справедливо, что Дамблдор даёт нам дополнительные очки! Учитывая, что вы постоянно у нас их отнимаете без всякой причины. Иначе без него мы бы никогда не победили. —Как жаль. —И наша команда по квиддичу лучше вашей. —Вашу команду по квиддичу возглавляет девушка, которая выглядит как мужчина, а также ваш староста разрешает вам тренироваться ежедневно, хотя это противоречит школьным правилам, а у ловца вашей команды зрение минус десять. —Всего минус шесть! — возразил Гарри.—И я лучший ловец в команде за долгое время. По крайней мере, я не покупал себе место! —Моя команда в любом случае очень компетентна. Мои студенты способны совмещать все важные для них занятия. —Ваша команда отстой, — сказал Гарри. — Ваши загонщики, должно быть, самые толстые парни в Хогвартсе. Чудо, что метлы их вообще держат в воздухе. —Вы проявляете неуважение к моим… —Но вы же знаете, что это правда! —Студентам, вы, избалованный и наглый… —Но это правда! Если вы думаете, что я буду уважать ваших маленьких Пожирателей Смерти… —Ребёнок, даже если мне приходится заставить вас… —Которые только и тренируются, чтобы. —Заткнуться, когда это необходимо, то это совершенно невозможно! Теперь они вдвоём стояли, их лица находились всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Гарри вдруг почувствовал сильный запах дыма, он сморщил нос, но его взгляд по-прежнему был прикован к Снейпу, который тоже поморщился. —Еда, — сказал Гарри. Они оба быстро подбежали к духовке и опустились на колени. Стоило им только приоткрыть дверцу, как оттуда тут же пошел густой черный дым, который окутал всю кухню. Глаза Гарри защипало, и он сильно закашлялся. Снейп прикрыл рот и нос нижним краем рубашки, и Гарри заметил тёмную линию волос, тянущуюся от пупка и уходящую дальше под штаны. Он на пару секунд замер, а затем тоже прикрыл свой нос рукой. Вся комната была как в тумане. —Вот черт! — зло воскликнул Гарри. Снейп заколдовал духовку и вытащил из неё их неудавшийся ужин. Что ж. Могло быть и хуже. Овощи превратились в пепел, но картошку еще было немного видно. Гарри с довольной улыбкой повернулся к Снейпу. —Видите? Кубики вместо ломтиков. Они выжили. И тут Снейп громко, по-настоящему, рассмеялся. Он сунул тарелку со сгоревшей едой ему на колени. —Тогда попробуйте. Гарри так и сделал. И через мгновение он выплюнул всё обратно и печально посмотрел на Снейпа, но тот снова рассмеялся. Гарри посмотрел на испорченный противень, решив, что и его тоже придётся выбросить. Снейп, наконец-то перестав смеяться, мягко положил руку на голову Гарри. А затем встал и, уже уходя в гостиную, произнёс: —Пойдемте. Закажем сегодня пиццу.