Match

Остаток пути прошел в благословенной тишине. Деннис смотрел, как за окном мелькают огни ночного города, но его взгляд то и дело возвращался к рукам Робби. К тому, как уверенно и спокойно он вел машину, как его пальцы постукивали по рулю в такт какой-то тихой джазовой мелодии, едва слышной из динамиков. Джип плавно заехал на парковку и двигатель затих. Подъем на лифте прошел как в тумане, Деннис чувствовал, как адреналин, державший его на ногах весь вечер, начинает отступать, уступая место свинцовой усталости. Когда они вошли в квартиру, Робби первым делом запер дверь на все замки. В квартире было прохладно и темно, пахло тем самым домом Робби. Мужчина не стал включать верхний свет, ограничившись мягкой подсветкой в прихожей. Он повернулся к Деннису и, подойдя вплотную, медленно стянул с его плеч пиджак. — Ты дрожишь, — тихо заметил Робби, вешая пиджак на вешалку, но не отходя. Он задержал взгляд на лице Денниса, снова сканируя его состояние. — Виски? Чай? Или сразу в душ? Деннис повернулся к Робби, и его ладонь почти неосознанно скользнула по предплечью мужчины. Он неопределенно пожал плечами, медленно окидывая взглядом квартиру, по которой, как оказалось, невыносимо скучал всё это время. Каждый знакомый предмет в полумраке казался теперь чем-то бесконечно ценным. Робби проследил за его взглядом, чувствуя тепло ладони Денниса на своей руке, почти невесомое касание. Деннис смотрел на стены, на мебель, на игру теней в гостиной так, словно вернулся домой после долгой, изматывающей войны.       — Ничего никуда не делось, Деннис, — тихо произнес Робби, правильно истолковав этот, тоскующий взгляд. — Всё на своих местах, стены, книги... я. Мы никуда не исчезли, пока тебя не было. Он накрыл пальцы Денниса своей ладонью, слегка сжимая их, возвращая его внимание к себе.       — Понял, решать ты сейчас не в состоянии, — констатировал мужчина с легкой, уже не злой усмешкой. — Значит, действуем по моему плану, сначала виски, а потом душ. Он мягко, но настойчиво потянул Денниса за руку в сторону гостиной, усаживая его на уже знакомый Деннису диван.       — Сиди. Робби отошел к барному шкафчику, звякнуло стекло, послышался звук льющейся жидкости. Деннис остался сидеть, чувствуя, как знакомая атмосфера квартиры обволакивает его, успокаивая расшатанные нервы. Через минуту Робби вернулся, протягивая ему тяжелый стакан с янтарной жидкостью.       — Пей, — он сел рядом, не слишком близко, чтобы не давить, но достаточно близко, чтобы их колени почти соприкасались. — За возвращение блудного сына. Робби салютовал своим стаканом и сделал глоток, внимательно наблюдая за Деннисом поверх стекла. Последний в свою очередь позволил себе короткий смешок, прикладывая к губам гранёный стакан и делая осторожный глоток. Деннис нарочито медленно смаковал напиток, именно так, как когда-то учил Робби.       — Навевает... воспоминания, — протянул он. Наверное, в кровь всё ещё били остатки адреналина, но, оказавшись с Робби наедине в тишине этой квартиры, Деннис позволил своим внутренним чертятам наконец-то выбраться наружу. Он начал открыто заигрывать, словно и не было тех тяжелых минут полчаса назад, когда они на грани выясняли отношения на балконе. Робби заметил эту перемену мгновенно. Тень затравленного, испуганного зверька исчезла из глаз Денниса, уступив место тому самому лукавому блеску, который когда-то и зацепил Робби, это была искра жизни, по которой он скучал не меньше, чем по самому Деннису. Он медленно опустил свой стакан на столик, не сводя глаз с влажных губ Денниса, касающихся стекла.       — Рад видеть, что мои уроки не прошли даром, — низко проговорил Робби, и уголок его губ дрогнул в ответной, чуть хищной усмешке. — Ты ещё помнишь, как правильно обращаться с... хорошими вещами, чтобы получить от них максимум удовольствия. Робби вальяжно откинулся на спинку дивана, раскинув руку так, что она легла позади плеч Денниса, почти обнимая, но не касаясь. Его пальцы лениво поигрывали обивкой дивана совсем рядом с шеей Денниса.       — Воспоминания, говоришь? — переспросил он, чуть склонив голову набок и изучая лицо Денниса с нескрываемым интересом. — И какие же именно? В воздухе снова повисло напряжение, оно было тягучим и соблазнительным. Робби принимал игру, ему нравилось, что Деннис, несмотря на всё произошедшее, находит в себе смелость дразнить его. Работа в неотложке приучила его абстрагироваться от паршивых вещей, заставляя чувства отступать перед чем-то более осязаемым и живым. Иначе в этом стерильном аду можно было бы просто сойти с ума. Деннис знал, он еще успеет отрефлексировать всё, что произошло сегодня, как и Робби. Им всё еще предстояло о многом поговорить и заново узнать друг друга, но прямо сейчас всё это не имело значения. Сейчас единственным, что имело смысл, было желание наконец оказаться в этих сильных руках.       — В хронологическом порядке, — тихо ответил Деннис. В его голосе зазвучала та самая мягкая нотка, которая выдает улыбку, даже если человек изо всех сил пытается её сдержать. Робби тихо рассмеялся, низким, бархатистым звуком, ему понравился этот ответ. В нём был тот самый Деннис Уитакер, которого он выбрал.       — Хронологический порядок... Как методично, доктор Уитакер, — промурлыкал Робби, оценив игру. — Мне нравится твой подход к... систематизации данных. Он медленно, не разрывая зрительного контакта, забрал стакан из пальцев Денниса и поставил его на столик рядом со своим. Стекло глухо звякнуло о дерево, ставя точку в первом пункте их программы. Виски сыграл свою роль, согрев их, но теперь он был лишним.       — Если память мне не изменяет, — продолжил Робби, поворачиваясь к нему всем корпусом и наконец-то сокращая последние сантиметры дистанции, — то согласно хронологии, сразу после первого бокала следовало это. Его рука скользнула со спинки дивана на шею Денниса. Ладонь была горячей и тяжелой, именно такой, какой сейчас так не хватало Деннису. Робби не стал сразу целовать его, вместо этого он с силой притянул Денниса к себе, заставляя того податься вперёд и уткнуться лицом в изгиб своей шеи. Деннис оказался именно там, где хотел, в коконе из тепла, запаха Робби и ощущения полной безопасности, которое давали эти руки. Он шумно вдохнул родной запах Робби и крепко сжал пальцами его белую рубашку на спине, словно боясь, что тот может отстраниться.       — И что... было дальше? — прошептал он. Его ладонь медленно скользнула вверх по позвоночнику к шее. Деннис аккуратно накрыл щеку Робби рукой, а большим пальцем нежно очертил контур скулы, ловя каждое мимолетное движение. Робби на мгновение прикрыл глаза, подаваясь навстречу этому прикосновению. Он словно впитывал тепло пальцев Денниса, позволяя себе на секунду показать, насколько сильно он нуждался в этом простом физическом контакте. Затем он чуть повернул голову и прижался губами к самому центру ладони Денниса. Это был долгий, горячий выдох прямо в кожу, от которого по руке Денниса побежали мурашки.       — А дальше... — прошептал Робби прямо в его ладонь, и его голос упал до низкого, вибрирующего тембра. Он медленно открыл глаза, и Деннис увидел в них то самое выражение, которое помнил слишком хорошо.       — Дальше, согласно протоколу, я обычно терял остатки терпения, — честно признался Робби, убирая руку Денниса от своего лица, но не отпуская его запястье. Его большой палец накрыл пульс Денниса. Робби подался вперед, так близко, что их губы почти соприкасались, но не целовал, он дразнил.       — И мы переходили из гостиной туда, где есть кровать, — закончил он, глядя прямо в расширенные зрачки Денниса. — Ты готов к этому этапу, Деннис? Потому что если мы сейчас встанем с этого дивана и пойдем в спальню... я тебя оттуда не выпущу до самого утра. Деннис кивнул и сам подался вперёд, наконец-то целуя Робби, на этот раз осознанно, по собственной инициативе. Шумно выдохнув прямо в поцелуй, он медленно отстранился и поднялся с дивана, выпрямляясь во весь рост перед сидящим мужчиной. Теперь он смотрел на Робби сверху вниз, чувствуя странный прилив смелости. Протянув руку, Деннис игриво зацепил пальцами воротник белой рубашки. Потянул на себя, затем резко отпустил и переключил внимание на верхнюю пуговицу, задумчиво прокручивая её между пальцами. Робби не сводил с него глаз. В этом взгляде снизу вверх было что-то почти гипнотическое, смесь обожания и чего-то собственнического. Он позволил Деннису этот момент контроля, позволил ему возвышаться над собой, позволил играть с пуговицей, наблюдая за движениями тонких пальцев. Уголок рта Робби дрогнул в ухмылке, ему нравилась эта новая смелость. Мужчина не стал медленно вставать, напротив, он действовал быстро, его ладони метнулись вперед, жёстко обхватывая бедра Денниса, притягивая его ближе к краю дивана, а затем он поднялся одним плавным, мощным движением, вторгаясь в личное пространство Денниса и заставляя того сделать шаг назад, чтобы сохранить равновесие. Теперь они снова поменялись ролями, Робби снова был выше, снова доминировал, нависая над ним всей своей массой. Он перехватил руку Денниса, которая всё ещё теребила его воротник, и прижался губами к запястью, не отрывая взгляда от глаз Денниса.       — Ты сам это начал, Уитакер, — хрипло предупредил он. Не выпуская его из кольца рук, Робби подтолкнул его в сторону коридора, ведущего в спальню. Он не просто шел рядом, он вел его, теснил, буквально конвоировал, не давая ни сантиметра пространства, чтобы передумать или остановиться. В спальне царил полумрак, разбавляемый лишь светом уличных фонарей, пробивающимся сквозь жалюзи. Робби подвел его к широкой кровати, но не толкнул на неё сразу. Он остановил Денниса спиной к себе, развернув лицом к зеркалу шкафа-купе, и обнял сзади, прижимаясь грудью к его спине. В зеркале отразились две фигуры, Деннис, с растрепанными волосами и горящими глазами, и Робби за его спиной, уверенный, с руками, по-хозяйски лежащими на его талии.       — Посмотри, — шепнул Робби ему на ухо, встречаясь с ним взглядом в отражении. — Посмотри на себя, ты именно там, где должен быть. Робби крепко держал его за плечи, медленно опускаясь лицом к шее парня, пока сам Деннис завороженно наблюдал за ними в зеркале. Большие ладони Робби уверенно сжимали его плечи, то скользя ниже к предплечьям, то снова поднимаясь вверх, очерчивая контуры тела. Мужчина на мгновение отвлекся и вновь поднял взгляд, встречаясь с глазами Денниса в отражении. Его пальцы, не глядя, поднялись к воротнику рубашки и нащупали первую пуговицу. Робби не спешил, он действовал с той же завораживающей точностью, с которой работал в больнице, уверенно, без лишних движений. Он расстегнул вторую пуговицу, затем третью, его взгляд в зеркале оставался прикованным к глазам Денниса, гипнотизируя, не позволяя отвести глаза. Ткань рубашки подалась, открывая ключицы и впадинку у горла, Робби тут же наклонился, оставляя влажный, горячий след поцелуя на обнажившейся коже, но при этом продолжал следить за реакцией Денниса в отражении.       — Не закрывай глаза, — тихо, почти на грани слышимости приказал он, заметив, как ресницы Денниса дрогнули, желая спрятаться в ощущениях. — Смотри. Я хочу, чтобы ты это видел. Его ладони скользнули под расстегнутую ткань, оглаживая теплую кожу груди, очерчивая ребра, присваивая каждый сантиметр. Контраст между прохладным воздухом спальни и жаром шершавых ладоней Робби заставил кожу Денниса покрыться мурашками.       — Видишь? — шепнул Робби, медленно разводя полы рубашки в стороны и стягивая её с плеч Денниса, позволяя белой ткани беззвучно соскользнуть на пол. — Здесь нет никого, кроме нас, и нет никакого греха. Есть только ты и я. Теперь в зеркале отражался обнаженный по пояс Деннис, и Робби за его спиной, чьи руки на светлой коже выглядели вызывающе правильно. Крестик на шее Денниса тускло блеснул в полумраке комнаты, но, на удивление, это не вызвало привычного укола совести. Этот символ, как и звезда Давида на шее Робби, перестал быть просто знаком конфессии. Они казалось, стали чем-то большим? Памятью, связующим звеном с той самой верой, с которой у них обоих сложились весьма непростые и странные отношения. Деннис шумно выдохнул, когда ладонь Робби, продолжая своё движение, случайно задела его грудь. От этого неожиданного контакта он едва заметно вздрогнул всем телом, чувствуя, как по коже пробежала волна мурашек. Робби почувствовал эту дрожь, не от холода, а от его прикосновения, пронзившего тело Денниса. Он ощутил, как судорожно вздымается грудная клетка под его ладонью.       — Тише... — прошептал Робби, и его губы тронула легкая улыбка. Пальцы Робби, оглаживавшие грудь, намеренно задели цепочку, а затем накрыли сам крестик, прижимая холодный металл к горячей, бешено пульсирующей коже. Он не пытался снять его или отодвинуть. Робби поднял взгляд на их отражение, встречаясь глазами с Деннисом.       — Ну что? — тихо, с хрипотцой спросил он. — Небо не рухнуло, и молния не ударила. Робби подался вперед, прижимаясь щекой к виску Денниса, так что его собственная цепочка со звездой Давида скользнула по плечу парня.       — Бог молчит, Деннис, — выдохнул он, целуя пульсирующую жилку на шее. — Или, может быть... он просто наконец-то оставил нас в покое. Руки Робби скользнули ниже, к пряжке ремня на брюках Денниса.       — Повернись ко мне, — уже не попросил, а потребовал Робби, желая видеть его глаза не через стекло зеркала, а вживую. Деннис наконец повернулся к Робби, решительно поднимая на него взгляд, в котором больше не осталось страха. Он приподнялся на носках, ловя губы мужчины в порывистом, чуть смазанном поцелуе. Его пальцы крепко, почти до боли, впились в плечи Робби, прямо туда, где под тканью скрывались его татуировки. Деннис накрыл их ладонями, словно пытаясь присвоить и навсегда запечатать эту связь между ними. Робби глухо выдохнул в поцелуй, отвечая на него с удвоенной страстью. Ему не нужно было больше вести или направлять, Деннис сам шел навстречу, и это сводило с ума. Не разрывая контакта губ, Робби перехватил Денниса за талию, и его руки скользнули ниже, на бедра. Одним резким, но уверенным движением он оторвал Денниса от пола, заставляя того инстинктивно обхватить ногами его пояс. Теперь они были на одном уровне, Робби больше не нужно было наклоняться, а Деннису тянуться. Робби сделал пару слепых шагов назад, пока его ноги не уперлись в край кровати. Он медленно опустился на матрас, увлекая Денниса за собой, нависая над ним, накрывая его своим телом, как тяжёлым одеялом. Кровать прогнулась под их весом. Робби наконец разорвал поцелуй, чтобы глотнуть воздуха, и уперся руками в матрас по обе стороны от головы Денниса, запирая его в клетку из собственных рук. Взгляд скользнул по раскрасневшемуся лицу Денниса, по блестящим губам и разбросанным по подушке волосам.       — Теперь ты не сбежишь, — хрипло констатировал Робби. Он чуть сместил вес, прижимаясь бедром к бедру Денниса, давая почувствовать, насколько сильно он его хочет.       — Не сбегу, — сбивчиво выдохнул Деннис, подтверждая свои слова делом. Его ладони опустились к поясу брюк. Пальцы, всё еще заметно подрагивая, нащупали пряжку ремня и коротким уверенным движением расстегнули её, высвобождая кожаную ленту из тугого обхвата. Робби накрыл дрожащие пальцы Денниса своими широкими ладонями, останавливая их суетливые движения, и мягко отвел их в сторону, прижимая к матрасу по бокам от бедер парня.       — Спокойно, — прошептал Робби, — Я сам, позволь мне. Робби действовал быстро, но без той медицинской отстраненности, с которой он обычно касался тел. С Деннисом всё было иначе, каждое движение было пропитано жадностью и собственничеством. Он стянул с Денниса брюки, отбросив их куда-то в темноту комнаты, следом отправилось бельё. Когда Деннис остался абсолютно нагим, открытым перед ним, Робби на секунду замер, скользя взглядом по его телу. В этом взгляде было столько неприкрытого восхищения, что Деннис почувствовал, как краска снова заливает его щеки, но в этот раз ему не хотелось прятаться. Робби привстал и за пару движений стянул с себя уже свою рубашку. Когда мужчина опустился обратно, накрывая Денниса своим телом, ощущение горячей кожи к коже выбило из легких Денниса весь воздух. Это было ошеломляюще, контраст между гладкой кожей Денниса и жесткими волосками на груди Робби, тяжесть его мускулов, жар, исходящий от него, всё это было слишком реальным и правильным. Татуировки на плечах Робби, теперь были прямо перед его глазами. Деннис не удержался и провел по ним кончиками пальцев, очерчивая контуры чернил на напряженных мышцах. Робби перехватил его руку, сплетая их пальцы в тугой замок, и прижал его ладонь к подушке над головой Денниса, полностью раскрывая его перед собой. Робби осыпал тело Денниса поцелуями, пока тот лихорадочно путал пальцы в его волосах, притягивая ближе. Дорожка обжигающих прикосновений спускалась всё ниже по груди. Борода Робби дразняще щекотала соски, когда он наклонялся, чтобы поцеловать их. Каждое движение вырывало у Денниса глухой, надрывный стон. Постепенно поцелуи сместились к животу, ещё ниже, намеренно огибая самое сокровенное, но настойчиво давая понять, к чему всё идет. Деннис, тяжело дыша, приподнялся на локтях, глядя на Робби сверху вниз затуманенным взглядом. — Майкл… тебе не обязательно… Его имя, с уст Денниса звучащее так интимно и серьёзно в этот момент заставило Робби замереть, но фраза, последовавшая за ним, вызвала в нём вспышку того самого собственнического раздражения, Деннис всё ещё не понимал, он всё ещё думал, что любовь Робби это одолжение. Робби медленно поднял голову, не разжимая рук, которые крепко удерживали бёдра Денниса, фиксируя его на месте. Его взгляд из-под упавшей на лоб челки был тёмным, затуманенным желанием, но предельно серьёзным.       — Не обязательно? — переспросил он низким, вибрирующим голосом, от которого у Денниса по спине побежали мурашки. — Ты думаешь, я делаю это из вежливости, Деннис? Или из чувства долга? Робби криво ухмыльнулся.       — Ты всё ещё плохо меня знаешь, — просипел он. — Я никогда не делаю того, чего не хочу. Он одной рукой властно надавил Деннису на грудь, заставляя его лечь обратно на подушки, пресекая любые попытки отстраниться или спрятаться.       — Ляг, — это был приказ, мягкий, но не терпящий возражений. — И заткнись, позволь мне показать тебе, как сильно я этого хочу. Мужчина не стал ждать ответа или разрешения, Робби вернулся к прерванному занятию, но теперь в его движениях появилось ещё больше настойчивости. Он развёл ноги Денниса чуть шире, устраиваясь удобнее, всем своим видом показывая, он никуда не спешит, и он не остановится, пока Деннис не потеряет связь с реальностью. Деннису оставалось только откинуть голову на подушку и сдаться. Деннис сдавленно выдохнул, едва ладони Робби коснулись его плоти. Властные и горячие, они уверенно сомкнулись вокруг него, лишая последних капель самообладания. Но не успел он даже наполовину прочувствовать это касание, как мозг атаковала новая, сокрушительная волна. Горячий влажный рот Робби мягко окутал его, выбивая из легких остатки воздуха и заставляя мир вокруг окончательно перестать существовать. Все мысли, страхи, религиозные догмы и попытки самоанализа всё это выгорело в то же мгновение, уступая место чистой, ослепляющей физиологии. Деннис запрокинул голову, и из его горла вырвался уже не сдержанный стон, а хриплый, отчаянный вскрик. Его пальцы, до этого просто лежавшие на голове Робби, теперь судорожно сжались, зарываясь в тёмные волосы, не то пытаясь оттолкнуть, потому что чувствительность была запредельной, не то прижимая ближе, умоляя не останавливаться. Робби знал, что делает, он чувствовал каждое дрожание бедер Денниса, каждый судорожный вдох, и это лишь подстегивало его. Он не торопился к финишу, он смаковал реакцию Денниса, заставляя того балансировать на грани, то замедляя темп, то усиливая напор языка и вакуума. Деннис выгнулся дугой, отрывая поясницу от матраса, перед глазами плясали цветные пятна.       — Майкл... Боже... — бессвязно шептал Деннис, теряя остатки самообладания. — Пожалуйста... Он сам не знал, о чём просит, остановиться или продолжать вечно, но Робби, кажется, понимал его тело лучше, чем он сам. Мужчина на секунду отстранился, только чтобы вдохнуть и тут же вернуться, усиливая давление, ведя Денниса к пику, которого тот так долго себя лишал. Деннис порывисто дернулся вперед, но тут же в изнеможении откинулся обратно, буквально вбивая голову в мягкие подушки.       — О боже… Майкл… я сейчас… блять… я сейчас кончу… — сорванным голосом прохрипел он, теряя всякую связь с реальностью. Бедра пронзила характерная судорога, он почувствовал, как всё тело натянулось. Реакция была мгновенной, плоть в горячем рту Робби требовательно дрогнула, сигнализируя о неминуемой разрядке. В последний момент Робби плавно отстранился, перехватывая его основание ладонью. Робби не собирался отпускать его, он хотел видеть лицо Денниса в этот момент, хотел видеть, как тот окончательно теряет контроль. Он сжал член Денниса в кулаке, двигаясь в быстром, безжалостном ритме, доводя его до самой грани.       — Давай, Деннис... — хрипло выдохнул Робби, глядя на то, как искажается удовольствием лицо парня. Последние движения руки стали последней каплей. Деннис застонал громко, вжимая затылок в подушку и его тело выгнулось, сотрясаемое мощными волнами оргазма. Горячие толчки семени выплеснулись на руку Робби и на живот Денниса, пачкая их обоих. Деннис тяжело, судорожно дышал, хватая ртом воздух. Его сердце колотилось так сильно, что казалось, оно сейчас пробьет грудную клетку, мышцы мелко подрагивали, расслабляясь после предельного напряжения. Робби не стал сразу убирать руку, он размазал влагу по животу Денниса, почти первобытный жест, а затем подался вперед, нависая над ним. Он склонился к лицу Денниса, убирая мокрые от пота волосы с его лба, и накрыл его губы мягким, тягучим поцелуем.       — Вот так... — шепнул Робби, отстраняясь лишь на сантиметр и глядя в помутневшие, счастливые глаза Денниса. Деннис шумно дышал, судорожно хватая ртом воздух и всё ещё зажмурив глаза от вспышек удовольствия. Наконец, заставив себя разомкнуть веки, он хрипло просипел.       — Ты всё ещё в брюках. Деннис лениво, почти по-хозяйски ткнул пальцем в колено Робби и расплылся в сонной, но довольной ухмылке. Напряжение ушло, оставив после себя лишь приятную тяжесть в теле и желание восстановить справедливость. Робби перехватил этот наглый палец, поднес его к губам и легонько прикусил подушечку, не сводя с Денниса потемневших глаз.       — Какая врачебная наблюдательность, — хрипло фыркнул он. — Я был немного... занят тем, что приводил тебя в чувство. Он неохотно отстранился от тепла разморенного тела Денниса и поднялся на коленях, возвышаясь над кроватью. В полумраке спальни его широкие плечи и мощная фигура выглядели внушительно. Робби не стал отворачиваться или прятаться. Он смотрел прямо на Денниса, пока его руки быстро и без лишней суеты расправлялись с остатками одежды. Брюки и боксеры полетели на пол, присоединяясь к остальному хаосу вещей. Теперь он стоял перед Деннисом абсолютно нагой, и скрыть то, насколько сильно он возбужден, было невозможно. Он был твердым, готовым, и его выдержка, с которой он довел Денниса до финиша, не позаботившись о себе, теперь казалась подвигом. Робби снова опустился на матрас, но теперь уложился рядом, тут же притягивая Денниса к себе, сплетаясь с ним ногами. Ощущение его горячей, эрегированной плоти, прижавшейся к бедру Денниса, было красноречивее любых слов. Деннис порывисто поднялся, развернулся и устроился сверху, оседлав бедра Робби. Его взгляд на мгновение метнулся к тумбочке, где стоял заветный флакон с маслом. Он отчаянно хотел бы взять всё в свои руки прямо сейчас, но тот случай с Робби в марте был последним разом, когда он чувствовал мужчину так близко. С тех пор у Денниса никого не было, и тело, изголодавшееся по ласкам, требовало бережного подхода, хорошего разогрева и неспешной растяжки. Робби проследил за его взглядом и, поняв безмолвную просьбу, сам потянулся к выдвижному ящику тумбочки. Ему не нужно было ничего объяснять, он был врачом, и он прекрасно понимал физиологию, но куда важнее для него было другое. Тот факт, что Деннис признался, пусть и косвенно, одним лишь взглядом, что с того самого марта он ни с кем не переспал. Этот факт отозвался в Робби волной глубокого, собственнического удовлетворения, это означало, что всё это время, пока они играли в кошки-мышки, Деннис принадлежал ему. Никто другой не видел его таким, никто другой не слышал его стонов. Эта мысль возбуждала едва ли не сильнее, чем вид обнаженного Денниса, сидящего на нем верхом. Робби достал масло и вылил немного на ладонь, согревая холодную жидкость теплом своей кожи, прежде чем коснуться Денниса.       — Значит, спешить не будем, — низко пообещал он, глядя снизу вверх в глаза парню. Робби скользнул промасленной рукой меж ягодиц Денниса. Его прикосновения были уверенными, но предельно осторожными. Он начал с расслабляющего массажа, давая телу вспомнить ощущения, которые оно успело забыть за эти долгие месяцы одиночества.       — Расслабься, Ден, — тихо скомандовал Робби, когда почувствовал, как мышцы Денниса инстинктивно сжались от первого проникновения пальца. — Я не сделаю тебе больно, просто дыши. Он двигался медленно, методично подготавливая Денниса, растягивая его, добавляя масла, и внимательно следил за малейшими изменениями в его лице. Для Робби это тоже был момент интимности, заново открывать это тело, заново приучать его к себе.       — Скажи мне, когда будешь готов, — выдохнул Робби, добавляя второй палец и чувствуя, как жар внутри Денниса начинает плавиться и поддаваться. Деннис согласно закивал, опираясь ладонью о грудь Робби. Сначала он просто замер, привыкая к забытому чувству заполненности, палец за пальцем, пока тело не адаптировалось и он не начал сам подаваться навстречу, насаживаясь на них всё смелее, стараясь взять глубже, заполниться полностью. Опустив голову ему на плечо, Деннис глухо простонал.       — Да… пожалуйста. Я хочу тебя внутри... сейчас. Он опустил руку вниз, цепляясь за запястье Робби и медленно, с неохотой извлекая его пальцы из себя. Деннис болезненно зашипел, чувствуя резкий контраст пустоты, но тут же приподнялся на коленях. Нащупав горячую плоть Робби, он направил её к себе. Вскинув голову и закусив губу, Деннис начал медленно, миллиметр за миллиметром, насаживаться, принимая его в себя. В голове на мгновение мелькнула мысль о презервативе, но Деннис уже опустился на добрую половину длины, глухо и протяжно выдохнув. Волноваться, по сути, было не о чем, перед ним был не какой-то случайный парень из бара. И он, и Робби были врачами, к тому же в последнее время Деннис сдавал анализы чаще, чем за всю свою прошлую жизнь. Тем не менее Деннис на секунду замер и вопросительно посмотрел на Робби, отчаянно желая подтвердить догадку что не только у него одного за эти месяцы никого не было. Робби, словно телепатически прочитав этот немой вопрос в затуманенных глазах, отрицательно качнул головой. Он уверенно накрыл бедро Денниса ладонью, притягивая его ближе и без слов подтверждая их обоюдную верность этой долгой разлуке. Робби стиснул челюсти до скрипа, наблюдая за этим зрелищем. Вид Денниса, который, закусив губу от напряжения и удовольствия, медленно опускался на него, был самым прекрасным и мучительным, что Робби видел за последнее время. Он чувствовал, как трудно это дается Деннису. Длительный перерыв давал о себе знать, тело сопротивлялось, будучи непривыкшим к размеру и вторжению. Робби положил свои большие, горячие ладони на талию Денниса, крепко сжимая её, не чтобы торопить, а чтобы дать опору.       — Тише, Ден... не спеши, — прохрипел Робби, хотя всё его тело требовало обратного — вбиться в него до упора, заклеймить, присвоить. Но он сдерживал себя усилием воли, позволяя Деннису самому контролировать глубину и темп. Деннис замер на полпути, привыкая к растяжению, шумно втягивая воздух сквозь зубы. Внутри было тесно, горячо и невероятно наполнено. Масло облегчало скольжение, но ощущение чужеродности сменялось чувством правильности лишь постепенно. Сделав глубокий вдох, Деннис медленно опустился до конца, их тела столкнулись, пах к паху. Робби глухо выдохнул, запрокидывая голову, когда горячие стенки Денниса плотно обжали его у самого основания.       — Боже... — вырвалось у Робби. Он поднял голову, глядя в лицо Деннису, который возвышался над ним, тяжело дыша, с влажным от пота лбом и расфокусированным взглядом. — Ты такой чертовски тугой... Он переместил одну руку с талии на бедро Денниса, поглаживая напряженную мышцу, помогая расслабиться в этой позе.       — Посиди так секунду, — попросил Робби, давая им обоим привыкнуть к этой ошеломляющей близости. Деннис облегченно выдохнул и наклонился вперёд, чтобы осторожно коснуться губ Робби коротким поцелуем. Из-за этого наклона произошло невольное, медленное движение, которое Деннис тут же подхватил. Он начал двигаться медленно, постепенно привыкая к ощущениям, которые дарила не только глубокая заполненность, но и этот размеренный темп. Поцелуй, начавшийся как осторожное касание, быстро стал глубоким и тягучим, под стать тому ритму, который задавал Деннис. Робби чувствовал, как каждое движение бедер Денниса отзывается во всём теле. Это была сладкая пытка, позволять парню вести, чувствовать, как тот скользит по нему, то насаживаясь до упора, то почти полностью извлекая его, дразня чувствительную головку. Внутри было тесно, влажно и невыносимо горячо. Мышцы Денниса, привыкая к размеру, сжимали его с каждым движением, словно пытаясь удержать внутри, и от этого у Робби перехватывало дыхание. Его руки, до этого лежавшие на талии Денниса, скользнули вверх по гладкой спине, очерчивая позвоночник, прижимая парня ближе к себе во время поцелуя. Робби сам начал едва заметно подаваться бедрами навстречу каждому толчку, инстинктивно ища более глубокого контакта, помогая Деннису найти тот самый угол, от которого у обоих потемнеет в глазах.       — Чёрт... Ден... — выдохнул Робби прямо в губы Деннису, когда тот попал в особенно чувствительную точку. — Ты меня убиваешь... Он слегка сжал ягодицы Денниса, направляя его, подсказывая ритм, который был нужен им обоим. Робби был на грани того, чтобы забыть о своем обещании не спешить и просто вбиться в него со всей силой, но он держался, упиваясь видом Денниса, который стонал ему в рот, наконец-то получая то, в чем отказывал себе месяцами. Деннис разорвал поцелуй и снова выпрямился, находя опору в широкой груди Робби. Темп нарастал, он начал двигаться быстрее, активно приподнимаясь на бёдрах и с силой опускаясь вниз. Комнату наполнили характерные влажные хлопки, смешавшиеся с хриплыми стонами и сбитым, рваным дыханием. Бёдра Денниса заметно подрагивали от напряжения, ритм иногда сбивался, а взмокшая чёлка намертво прилипла ко лбу. Робби сходил с ума от этого вида. Деннис, мокрый, растрепанный, закусывающий губу от напряжения, двигался на нем с такой самоотдачей, словно от этого зависела его жизнь. Робби чувствовал, что силы Денниса на исходе, с непривычки мышцы ног начали подводить, ритм стал рваным, но он не мог позволить этому прекратиться.       — Я держу тебя... — прорычал Робби, его большие ладони крепко обхватили бедра Денниса, пальцы впились в мягкую плоть, оставляя отметины. Робби взял управление на себя, теперь он задавал темп, направляя движения Денниса, помогая ему опускаться глубже и резче, чем тот мог бы сам. Одновременно с этим Робби начал подаваться тазом навстречу каждому падению Денниса, вбиваясь в него, доставая до самых чувствительных глубин, выбивая из него уже не стоны, а откровенные вскрики. Свободной рукой Робби скользнул между их телами, находя напряженный член Денниса.       — Смотри на меня, Ден, — потребовал он хрипло, начиная ритмично двигать рукой, добавляя к глубокому проникновению еще и эту стимуляцию. — Не закрывай глаза, я хочу видеть, как ты кончишь. Двойная стимуляция, внутри и снаружи, в сочетании с горящим взглядом Робби подвели Денниса к краю почти мгновенно. Парень открыл глаза что бы найти взгляд Робби, он почти повис в его хватке, наконец-то позволяя Робби перенять управление вбиваясь в него отчаянными толчками. Локти подогнулись когда Денни почувствовал подступающую дрожь где-то внизу позвоночника.       — Мх...я сейчас снова...ах- Ощущение того, как внутренние мышцы Денниса начали судорожно сжиматься вокруг члена Робби в преддверии оргазма, лишило его возможности думать.       — Давай... — прохрипел Робби. Робби резко подался бедрами навстречу, вбиваясь глубоко и жестко, попадая в ту самую точку, которая заставляла Денниса плавиться. Его рука на члене юнца ускорила темп, работая в унисон с толчками бедер. Деннис застонал, запрокидывая голову, его тело выгнулось, сотрясаемое мощнейшим оргазмом, который прошил его от макушки до пят. В этот раз разрядка была сухой, болезненно-сладкой, высасывающей последние силы. Почувствовав эти спазмы, Робби больше не мог держаться. Он глухо простонал, вдавливая Денниса в себя, и излился внутрь горячими, пульсирующими толчками, заполняя его и отдавая ему всё, что накопилось за эти месяцы разлуки. Несколько секунд они существовали только в этом ритме затухающих пульсаций и судорожных вдохов. Затем силы окончательно оставили Денниса. его локти подогнулись, и он безвольно рухнул вперёд, прямо на грудь Робби. В комнате повисла тишина, нарушаемая только их тяжелым, рваным дыханием и бешеным стуком двух сердец, которые бились словно одно целое, грудь к груди. Кожа прилипла к коже, мокрая от пота, горячая, липкая, но сейчас это было самое комфортное ощущение в мире. Робби тяжело выдохнул, глядя в потолок, постепенно возвращаясь в реальность. Его руки, всё ещё лежавшие на спине и ягодицах Денниса, теперь двигались медленно, успокаивающе поглаживая вздрагивающее тело.       — Ты живой? — тихо спросил Робби через минуту, целуя мокрую макушку Денниса, уткнувшегося ему в шею.       — Да… да, порядок, — лениво хохотнул Деннис, всё ещё пребывая в приятном оцепенении. Он нехотя приподнялся на дрожащих, ставших ватными руках и чуть подался вверх. Шумно, со свистом вдохнув сквозь стиснутые зубы, Деннис окончательно отстранился. Из-за разницы температур и резкого контраста он невольно вздрогнул. Когда плоть Робби медленно покинула его, по бёдрам полупрозрачной струйкой вытекло семя, оставляя на коже горячий след.       — Ах… вау… — выдохнул Деннис. Робби не отводил взгляда, мужчина лежал расслабленно, закинув одну руку за голову, и наблюдал за этим зрелищем с нескрываемым, почти порочным удовольствием.       — Вау это мягко сказано, — хрипло отозвался Робби, и в его голосе слышалась сытая, ленивая удовлетворенность. Он протянул руку и большим пальцем провел по внутренней стороне бедра Денниса, ловя стекающую каплю, размазывая её по разгоряченной коже, словно подписываясь под своей работой.       — Ты весь в мне, Деннис, — констатировал он с той самой глубокой, собственнической интонацией, от которой у Денниса всегда подгибались колени. — Внутри и снаружи. Робби тяжело вздохнул, понимая, что, как бы ни хотелось остаться лежать так вечно, вдыхая запах секса и наслаждаясь видом поверженного любовника, реальность требовала гигиены.       — И как бы мне не нравился этот вид... — он с неохотой убрал руку и сел на кровати, спуская ноги на пол. — Нам всё-таки нужен душ, о котором мы говорили. Он встал, чувствуя приятную усталость в мышцах, подошел к Деннису, который всё еще балансировал на коленях посреди смятой постели, и протянул ему руку.       — Вставай, помогу тебе дойти, пока ты не рухнул лицом в матрас.       — Да… мы опять забыли постелить что-то, — Деннис лениво усмехнулся, но тут же спохватился. Он быстро соскочил с кровати, стараясь успеть до того, как капли, стекающие по бёдрам, коснутся чистого постельного белья. Робби лишь негромко рассмеялся, глядя на его суету, и они оба, сонные и расслабленные, направились в душ. Когда они вернулись в спальню, Деннис первым же делом окинул взглядом шкаф. В его глазах читалась неприкрытая радость и предвкушение, он ждал момента, когда сможет наконец стащить одну из футболок Робби. Робби перехватил этот взгляд, выжидающий, направленный на полки с одеждой. Ему не нужно было быть великим диагностом, чтобы понять этот взгляд, Деннис хотел его футболку. Робби усмехнулся, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло. Деннис в его одежде было одним из тех воспоминаний которыми он жил эти недели. Мужчина подошел к шкафу, открыл дверцу и, недолго думая, выудил с полки простую тёмно-серую футболку с логотипом какой-то рок-групы.       — Лови, — вместо того чтобы кинуть, Робби подошел вплотную и сам натянул футболку через голову Денниса. Ткань скользнула по еще влажной после душа коже. Футболка, конечно же, была чуть велика, превращая Денниса в нечто трогательно-уютное и домашнее. Робби кивнул на кровать.       — А теперь спать, Уитакер. Ты едва на ногах стоишь. Снова ощутить на себе футболку Робби было почти физическим облегчением. Деннис приподнял воротник, утыкаясь в него носом и вдыхая знакомую смесь аромата стирального порошка и этой квартиры. Он уже было забрался под одеяло, но Робби перехватил его руку, не давая лечь и они сели друг напротив друга.       — Деннис, я хочу, чтобы ты мне пообещал, завтра ты останешься здесь. И даже когда тебе всё же придётся уйти, ты не пропадёшь без вести, перестав отвечать на мои сообщения и звонки. Робби заботливо поправил выбившиеся пряди его волос и нежно погладил большим пальцем скулу, заставляя Денниса смотреть себе прямо в глаза.       — В прошлый раз ты улыбнулся, переступил порог этой квартиры, а потом сделал вид, что ничего не было. Я просто хочу, чтобы в этот раз наш сценарий пошёл по-другому, ты согласен? Этот вопрос прозвучал неожиданно серьезно в мягкой тишине спальни. Деннис вспомнил тот день марта, свой панический страх догнавший его в стенах квартиры Тринити, после казалось, самого счастливого дня в его жизни. Сейчас, глядя в глаза Робби, в которых читалось не требование, а скрытая тревога, он понимал, насколько жестоко это было. Робби боялся потерять его снова. Деннис перехватил руку Робби, которая гладила его скулу, и прижался к теплой ладони щекой, на секунду прикрывая глаза.       — Согласен, — тихо, но твердо произнес он, снова открывая глаза и встречая взгляд Робби. Он чуть сжал пальцы Робби, переплетая их со своими. Деннис подался вперед и коротко, почти целомудренно коснулся губ Робби. Уитакер осмотрелся по сторонам, пытаясь отыскать взглядом свой телефон. Тот выпал из кармана брюк ещё тогда, когда Робби нетерпеливо стаскивал их с него, и теперь сиротливо лежал на полу неподалёку. Деннис свесился с кровати, подцепил гаджет пальцами и открыл список контактов. Он заблокировал Робби в ту самую ночь, когда в полном одиночестве сидел в баре после провального плана переспать с той девушкой, кажется, её звали Клер. Деннис нажал «Разблокировать» и перешёл в настройки. Секунду помедлив, он стёр официальное «Доктор Робби» и заменил его лаконичным «М❤️». Робби, который лежал рядом, подперев голову рукой, с ленивым интересом наблюдал за этими манипуляциями. Синеватый свет экрана выхватил из темноты его лицо, на котором играла легкая, умиротворенная улыбка. Он, конечно, не мог не заметить этот жест. Когда Деннис сохранил изменения и смущенно улыбнулся экрану, Робби протянул руку и аккуратно забрал телефон из его пальцев, Деннис даже не успел возразить. Робби взглянул на экран, который еще не успел погаснуть, мужчина перевел взгляд на Денниса, и в его глазах блеснуло тепло.       — Гораздо лучше, чем «Доктор Робби», — хмыкнул он, блокируя экран и небрежно бросая телефон на тумбочку со своей стороны кровати, подальше от Денниса. Робби откинул одеяло, приглашая Денниса обратно в тепло.       — А теперь иди сюда. Он обнял Денниса со спины, притягивая его вплотную к себе, так, что спина Денниса прижалась к его широкой груди. Робби закинул тяжелую руку на его талию, поверх футболки, и уткнулся носом в его затылок, вдыхая запах шампуня.       — Спи, — шепнул Робби уже сонным голосом, окончательно расслабляясь.