All The Nights

Глава 5 Река Вода казалась безгранично черной, леденящей и глубокой. Она тут же схватила его и потащила за собой в каком-то мощном глубинном течении. Не было ни малейшей подсказки, где верх; ни проблеска неба, ни намека на свет. Дин понимал, что его, скорее всего, затягивает еще глубже. Одежда стала гораздо тяжелее. Его и тянул на самое дно океана. Он отчаянно пытался избавиться от лишних слоев одежды: сумел сбросить куртку, затем скинул один ботинок, следом - второй. Теперь он мог плыть, но куда? Легкие горели огнем. В какую сторону? Где верх? Наконец в одной стороне мелькнул серебристый отблеск. Луна? Он рванулся к ней изо всех сил, сердце колотилось в ушах, горло сжалось, и наконец, он пробил поверхность воды, с хрипом заглатывая воздух.  Снаружи шум был оглушительным - шум реки не уступал грохоту поезда. Дин смотрел по сторонам в полном замешательстве, пытаясь сориентироваться, пока ловил дыхание, все случившееся не хотело складываться в его голове.  Его несло в огромном темном потоке. Река оказалась гораздо быстрее, чем выглядела с моста; то, что сверху казалось обычной водой, теперь было страшнее и мощнее Амазонки. Все еще задыхаясь, Дин лихорадочно крутил головой, крича о помощи и пытаясь понять, какой берег ближе, но было уже так темно, что он не видел толком ни того, ни другого. Последние лучи заката гасли, и единственным источником света была луна, низко висевшая над горизонтом. Дин умудрился обернуться и с ужасом осознал, что больше не видит ни моста, ни водяного колеса - течение уже унесло его далеко вниз. Город еще виднелся, но казался крошечным, и он исчезал прямо на глазах. Через несколько секунд не осталось ни домов, ни света - только темные берега, которые теперь выглядели слишком далекими. Поверхность воды не подчинялась ему. «Вот дерьмо!», - подумал Дин. Когда шок от падения прошел, а холод начал сковывать мышцы, он начал крутить руками, что бы оставаться на поверхности. До него стало доходить: это ни разу не спокойная река. Это горный поток. А значит, где-то впереди будет пороги. И действительно: начали появляться провалы воды, поток перекатывался через валуны, и закручивался в воронки. Дин удвоил усилия, но до ближайшего берега было не меньше двадцати ярдов. Он смог преодолеть лишь половину пути, когда его подхватила пугающе быстрая струя, потащив мимо скрытых под водой препятствий. Мимо пролетали стоячие волны над подводными камнями. Дин пролетел мимо трех таких бугров слишком быстро, чтобы успеть сделать хоть гребок - сейчас он боролся просто за то, чтобы держать голову над водой. Его несло как опавшую ветку. Насколько все будет плохо? Дин задыхался. На коротком спокойном участке он снова поплыл к берегу - все предыдущие усилия пошли прахом, его опять вынесло на середину. Но руки стали тяжелыми, река - шире, а берег - еще дальше. «Ладно, теперь мне реально страшно.», - подумал он. Больше чем страшно. Это было смертельно опасно. Он чувствовал, как силы покидают его, гребки замедляются. Телефон утонул вместе с курткой, надежды позвать Сэма не было, а все живое осталось далеко позади. «Вот так и погибли все те люди», - промелькнуло в голове. «Будь здесь Кас, - подумал он следом, - будь он здесь и умей он летать, он бы вытащил меня... но Каса нет, и летать он все равно не может, и силы его угасают, и...» Пороги не заканчивались. Впереди вырос новый бурный участок, и на этот раз Дина перекатило прямо через волну, а в лицо прилетел шквал ледяной воды. За ней не было ничего - лишь дыра, глубокий колодец пустоты. Дин успел вдохнуть прежде, чем влететь в этот провал, где его затянуло глубоко на дно. Сила потока была невероятной: Дин даже не пытался плыть, его просто крутило на месте и трясло, как тряпичную куклу. Он отчаянно задерживал дыхание, не понимая где он, пока легкие не начали взрываться. Внезапно поток отпустил его, и он вынырнул, но впереди был новый горб воды и новый провал, и еще один, и еще. Дин понял, что шансов выплыть точно нет - он едва держался что бы окончательно не провалиться. Он ушел под воду, вынырнул, жадно хватая ртом воздух; волна ударила в лицо, он поперхнулся; ушел вниз снова, на этот раз дольше, и когда вынырнул - уже кашлял, измотанный настолько, что почти не мог пошевелить руками. А впереди виднелись те же самые проблемы.  До Дина дошло: он тонет. Он умрет в этой реке. По-настоящему умрет. И убьет его в итоге не Чак, не Люцифер, не демоны или монстры, а его собственная глупость - то, что он решил приложиться к бутылке во время охоты на призрака. Его убьет обычная холодная вода. Его поразило это осознание. Он всегда верил, что сам выберет момент смерти. Что ему дадут право на решение. На какой-то итог. Возможно, это будет достойная жертва; возможно, останется время даже на короткую речь. Но здесь не было выбора, не было решения и уж точно не было места драме - только беспомощное ожидание пока очередной поворот реки не погрузит его в борьбу с холодом. Здесь не помогут ни клинки, ни заклинания, не поможет ничто. Он слабее. Он проиграл.  Он подумал о Сэме, который останется один.  Хотя... не совсем. У Сэма теперь есть Эйлин. Дину уже давно стало ясно, к чему все идет; они проводили кучу времени вместе в бункере. Между ними была своего рода связь. Они оба прошли через Ад; они понимали друг друга. Сэм больше не будет одинок. С Сэмом все будет в порядке. Затем Дин подумал о Касе. Кас останется один. Нет, не так. Кас уже остался один. Дин сам об этом позаботился. «Кас», - подумал он. Но что бы он сказал ему, если бы мог? Извинения уже не помогут, верно? Новые пороги. Он был готов нырять. Но на этот раз звук был глубже. И тут Дин вспомнил, что на этой реке есть водопад. Они с Сэмом видели его с дороги. Он выглядел очень высоким. И он вспомнил, что несколько жертв погибли, сорвавшись именно оттуда, а тела некоторых так и не нашли.  «Нет, - подумал он. - Я еще не закончил. Не закончил». Нельзя позволить течению унести его на смерть; это было глупо. Он не был готов умирать, потому что кое-что осталось незавершенным. Дин снова поплыл. Неуклюже, медленно, но он плыл. Он греб к берегу изо всех сил, собирая в себе последние искры энергии. Этого не хватило, чтобы достичь земли, но удачный поток вынес его к темному силуэту, торчащему из воды. Валун. Дин продолжил плыть, выжимая из ноющих рук еще один гребок, и еще, и сумел попасть в струю, идущую прямо на камень. Сработало даже слишком хорошо: вода с огромной силой впечатала его в валун, и Дин почувствовал, как внутри что-то хрустнуло. Он чуть не отключился, и течение чуть не протащило его мимо, но он успел закинуть одну руку на камень и упереться коленом в расщелину внизу. Благодаря этому, он наконец остановился. Он висел, тяжело дыша и стараясь игнорировать резкую вспышку боли в правом боку. Он не двигался - и это хорошо; но он все еще был в воде - и это плохо; и боль в боку была слишком сильной - и это тоже было плохо. «Отдышись, - приказал он себе. - Отдышись и успокойся. Все не так уж плохо. Ты смог остановиться. Теперь осталось выбраться на берег». Он заставил себя оценить ситуацию: он висел на валуне, вцепившись левой рукой, а правую прижимая к ребрам. Левое колено застряло в расщелине, пока вторая нога болталась в потоке. Сил, чтобы подтянуться и залезть наверх, не было, но он хотя бы держался. Смахивая с глаз воду (или кровь?), он огляделся. Ярдах в пятидесяти впереди река, в которой отражалась луна, уходила вниз чередой этих странных волн. Пять или шесть серебристых бугров, дальше река просто обрывалась. Оттуда и доносился тяжелый звук. Водопад был там. Несколько долгих минут он просто висел, глядя вниз по течению и пытаясь придумать план. Осторожно и неглубоко вдыхая, чтобы унять боль в ребрах, он по очереди посмотрел на оба темных берега, надеясь заметить поваленное дерево или камни, по которым можно было бы перебраться на сушу, или хотя бы крошечный пятачок земли. Но оба берега представляли собой скользкие скалы футов десяти в высоту. Он присмотрелся к скале слева: она была не так уж далеко, но его отделяла полоса быстрой воды футов четырех в ширину. У него не было ни единого шанса пересечь этот жуткий поток. А даже если бы он смог, на гладкой скале не за что было зацепиться. Его бы сразу смыло к водопаду. Он снова посмотрел вниз, почти в отчаянии. Наступила глубокая ночь, и серебряная луна висела прямо над водопадом. Это было красиво, слишком красиво для сцены смерти, и Дина внезапно пронзило острое сожаление. Все еще цепляясь за валун, он посмотрел на деревья на вершине скалы. До них было всего футов двенадцать, но они могли бы с тем же успехом находиться на расстоянии мили. Дин был в ярости на самого себя. За все. Он подумал: «Это...я…виноват». «Я...» «...во...» «...всем...» «...виноват». Он начал понимать, что мысли текут все медленнее. Вода была ледяной, и он пробыл в ней слишком долго - холод пробрался до костей. Тело стало вялым, зубы начали выбивать дробь, и, судя по всему, они стучали уже давно - все то время, пока он тупо пялился на реку. Но он еще мог соображать, и главной мыслью была: «Я не закончил. Я буду жить». Кое-что осталось незавершенным, и дело было не в Сэме - за Сэма он мог не переживать. Дело было в другом. В Касе. В том, как Кас уходил с этим блеском в глазах. Все не могло закончиться вот так. Кое-что было сломано, не доделано, и Дин еще не мог позволить себе умереть. «Еще не все», - подумал он. Его рука соскользнула с валуна, вода снова потянула его вниз, но теперь Дин начал бороться. Он заставил себя закинуть вторую руку на камень. Попытался высвободить левую ногу - сначала положение казалось устойчивым, но теперь колено заклинило. Наконец, он вырвался и каким-то чудом, медленно, неуклюже, дюйм за дюймом в течение времени, которое показалось ему часами, втащил себя на валун. Камень был крошечным, три на четыре фута, и едва возвышался над бурлящими волнами. Он был покрыт мхом, мокрый, скользкий и холодный - лежать на нем было немногим лучше, чем в самой реке. Слева был поток воды, который все еще казался неодолимым. За ним - скала, по которой невозможно взобраться. А над скалой - деревья, луна и звезды, бесконечно далекие. «Еще не все. Дыши». Дин лежал, свернувшись на боку, одна рука судорожно скребла мох в поисках опоры, пока он пытался сделать полный вдох, через колющую боль в боку. Он долго пролежал там, глядя на звезды, которые одна за другой гасли, скрываясь за тучами. Облака выглядели зловеще, и Дин, дрожа от холода, понимал: времени мало. Он ранен, он слаб, и он в ловушке. Сэм наверняка его ищет, но Дин не переживет эту ночь. Что то обязательно должно забрать его.  Есть лишь один выход. Он может помолиться. В последние недели его правилом было никогда не молиться Касу. Даже когда дела шли хуже некуда. Молитвы были бессмысленны, и Дин прокручивал в голове причины - каждый раз, когда искушение становилось слишком сильным (то есть почти через день). Во-первых, Кас, скорее всего, даже не услышит - он сам сказал, что его силы угасают. Во-вторых, даже если услышит - у него нет крыльев, он не может летать, а значит, не успеет на помощь. В-третьих, даже умей он летать, он бы понятия не имел, где Дин находится. И в-четвертых... Причин было много. ...в-четвертых, было сомнительно, что Кас вообще захочет помогать. Но выбора не было. Может, Дин хотя бы успеет отправить последнее сообщение. Дин закрыл глаза, склонил голову и прижался лбом к тыльной стороне ладони. Он попытался унять бурю в голове, собрал мысли и начал молиться: «Кас, где бы ты ни был, если ты меня слышишь...» - Прекрати, - прорычал знакомый голос откуда-то сверху, с поросшей деревьями скалы. - Ты меня отвлекаешь. И вообще, ты молишься почти все это время, ты в курсе? Веревку хоть поймать сможешь?