Нефритовая игла

      Наступил Час Змеи, когда вдали, на горизонте, показались силуэты всадников. Военный лагерь замер в ожидании. Цзань Ванхэ стоял у въезда, его взгляд был прикован к приближающейся процессии, а конь начал нетерпеливо топтаться на месте.       Наследный принц прибыл в сопровождении своей личной стражи и отряда солдат. Их лица были скрыты под шлемами, а доспехи потеряли свой блеск, покрывшись дорожной пылью. С первого взгляда было ясно: с этими людьми лучше не связываться. Только сам принц, облаченный в роскошные, золотом расшитые шелка, выглядел безупречно, но в его глазах читалось высокомерие, а на губах играла едва заметная улыбка. Цзань Ванхэ поприветствовал его:       — Ваше Высочество, добро пожаловать в лагерь. Мы ждали вашего прибытия.       Принц лишь кивнул, не удостоив генерала даже взглядом.       — Веди меня к пленникам, генерал. Я хочу взглянуть на этих мятежников.       Генерал, сжав челюсти, повел своего господина вглубь лагеря. Их лошади мерно ступали по утоптанной земле, поднимая легкие клубы пыли. По пути Цзань Ванхэ бесстрастно начал свой доклад.       — Ваше Высочество, я должен доложить, что эти люди… они не мятежники. Это обычные деревенщины из близлежащих поселений. Они не имеют никакого отношения к армии мятежного второго принца. А та, кого они называют Богиней Войны, — всего лишь молодая девушка, которая, по всей видимости, немного знает о травах. У них нет никакой полезной информации.       Принц резко остановил свою лошадь, его взгляд устремился на генерала.       — Генерал, ты забываешь, кто здесь принимает решения. Все, кто против меня, — мятежники. Их деревня кормила вражеский лагерь и позволяла им находиться на их земле. Никто из них не выступил против армии второго принца, а значит, они на его стороне. Они все будут казнены.       Внутри Цзань Ванхэ бушевала буря противоречивых чувств. Отвращение к этому человеку, к его жестокости и безразличию, смешивалось с отвращением к самому себе. Отметины на теле слабо покалывали. После того как он выпил то снадобье, его состояние было ужасным, но терпимым. Тело ощущалось иначе, будто бы тяжелый груз упал с плеч. Несмотря на это, воля принца еще ощущалась.       Всю его молодость его растили с твердым убеждением о преданности Императору и принцессе. Нет ничего важнее — чем Императорская семья и Империя. Его долг, его честь, его жизнь — все это было связано с верностью трону. Однако пустая чаша не может держать в себе вино.       Смог бы он сейчас взглянуть в глаза своим родителям? Что сделал бы с ним император Чжэнгуань, если бы оказался сейчас здесь? Цзань Ванхэ терзал себя этими мыслями уже многие месяцы. Будь у него возможность встретиться с ними снова, он бы не посмел поднять головы и разогнуть колени. Он считал себя недостойным сыном и слугой.       В центре лагеря, на голой земле, собрали пленников, заранее обездвижив, связав руки и ноги, и поставили на колени, чтобы принц мог полюбоваться ими. Дряхлые старики, испуганные женщины и дети замерли, побелев от страха.       Принц спешился с лошади. Его взгляд скользнул по рядам пленников, словно по бездушным предметам. На его лице не дрогнул ни один мускул. Он медленно прошелся вдоль линии, его сапоги бесшумно ступали по земле. Цзань Ванхэ, спешившись, следовал чуть позади, его руки были сжаты в кулаки. Он чувствовал, как его сердце сжимается от боли и гнева, но внешне оставался невозмутимым.       Принц остановился.       — Кто из них так называемая «Богиня Войны»?       Один из солдат встал за спину Бай Сюаньцзи и вышвырнул ее из стройного ряда пленных. Ударившись о землю, ее челюсть окрасилась кровью. Принц приподнял бровь, он с любопытство скользнул по пленнице взглядом, оценивая и насмехаяясь одновременно. Мужчина подошел и приказал солдату поднять ее. Бай Сюаньцзи ощутила, как ее потянули вверх за волосы и грубо схватили за руку. Она подчинилась, но так и не подняла взгяляд на принца.       — Этот принц в самом деле удивлен. О красоте девы не лгали.       Солдат за ее спиной все еще сжимал ее волосы и крутил ее голову из стороны в сторону, чтобы наследный принц мог рассмотреть ее как следует, не испачкав руки.       —  Однако этот принц ожидал встретить врага, а видит лишь побитую дворнягу в золотых доспехах. Видимо, правы мудрецы: как бы высоко ни взлетела ворона, нацепив перья феникса, она все равно будет пахнуть падалью.       Потеряв к ней интерес, наследный принц развернулся, направившись в сторону своего шатра, чтобы иметь обзор на всех пленных сразу. Только после этого солдат отпустил Бай Сюаньцзи, позволив ей опуститься на колени. Пройдя мимо Цзань Ванхэ, он услышал, как тот к нему обратился:       — Ваше Высочество, — он сложил руки перед собой. — Ваш подданный желает обратиться.       — Говори, — бросил ему в ответ наследный принц.       — Этот ничтожный генерал просит Ваше Высочество пересмотреть свое решение о казни.       — Этот генерал и в правду ничтожен, — усмехнулся наследный принц, продолжив путь, пока не остановился у своего шатра, теперь он мог наблюдать за ними сверху вниз. — Разве генерал не лучше всех знает, что перед хорошей трапезой нужно пролить немного крови? Этот принц ужасно голоден после длинной дороги.       На его лице проскользнул пугающий оскал. Цзань Ванхэ молча кивнул ему. Принц подозвал солдата из своей свиты, выбрав его в качестве сегодняшнего палача. Пока мужчина подготавливал меч, наследный принц задумчиво провел пальцами по небольшой бородке и продолжил:       — Хотя генерал Цзань в чем-то прав. Сегодня я в добром расположении духа и помилую одного из них. Как насчет того, чтобы после казни уважаемой Богини мои верные солдаты немного развлеклись? — раскатистый смех мужчины разнесся по лагерю, солдаты осторожно переглянулись между собой. — Я отпущу всех пленников, и пусть они бегут до самого города Фэнфу, пока мои солдаты будут поторапливать их стрельбой из лука? М-м? Моя идея подуше генералу Цзаню? Все честно! Судьба решит, кому выжить, а потом этот выживший объявит всем жителям Фэнфу о смерти их любимой Богини.       Цзань Ванхэ до боли сжал челюсть и взглянул на Бай Сюаньцзи. Она не двигалась, едва дышала, будто была самим воплощением коленнопреклонной статуи. Маленькая Ян Сяо, опустив голову, мелко дрожала, ее лица не было видно.       — Как пожелает Ваше Высочество, — он сомкнул веки и тяжело вздохнул. — Ваш ничтожный слуга исполнит любой Ваш приказ.       — Этот принц не позволит своему генералу пачкать руки перед тем, как сесть со мной за обеденный стол.       Наследный принц снова залился хохотом. Солдат, назначенный палачом, уже зашел за спину Бай Сюаньцзи. Мужчина занес меч над ее головой, лезвие ярко блеснуло на солнце. Кровь дождем окропила землю. Руки солдата дрогнули, а меч выскользнул из его пальцев, упав на землю вместе со своим хозяином.       Пронзивший его насквозь клинок Цяньсюнь, подобно ивовому листу на ветру, описал дугу над головами солдат, а затем вернулся в руку Цзань Ванхэ.       — Ничтожный пес, как ты посмел меня ослушаться?! — взревел наследный принц.       Цзань Ванхэ вышел вперед, став преградой между пленниками и принцем. Он крепко сжимал в руке меч, пока его сердце окутывало пламя. Непослушание снова потревожило проклятую метку, оставшиеся кровавые паразиты в его теле впивались в его мышцы и меридианы, особенно сильно они вгрызались в золотое ядро его духовных сил.       — Этот генерал верен только одному хозяину, — процедил Цзань Ванхэ. — И готов отдать жизнь, чтобы доказать свою преданность.       Наследный принц задыхался от ярости, его лицо исказилось в пугающей возмущенной гримасе. Он поднял руку, и на его ладони вспыхнула кровавая метка, пульсирующая зловещим красным светом. Используя свою волю, он попытался сломить генерала, пожелав, чтобы проклятая метка начала медленно разрывать его тело.       Отметины на теле Цзань Ванхэ начали жечь, но боль, к удивлению, была уже не такой невыносимой, как прежде. Он вспомнил о вчерашнем старике и усмехнулся. Ванхэ сопротивлялся чужой воле, чувствуя, как внутренний огонь растекается по его меридианам. Сила разожглась в нем, подобно последнему полету феникса. Его глаза зловеще вспыхнули, а темная Ци окутала его тело, придав ему образ яростного демона, а не человека. Окружавшие их солдаты лагеря содрогнулись, попятившись.       Наследный принц, видя, что его попытки сломить Цзань Ванхэ потерпели неудачу, пришел в еще большую ярость. Его глаза сузились, а губы искривились в злобной усмешке.       — Солдаты! — взревел он, указывая на генерала. — Атаковать! Этот предатель осмелился бросить вызов вашему принцу! Убить его!       Солдаты, до этого момента колебавшиеся, пришли в движение. Их мечи зазвенели, когда они вытащили их из ножен, и они двинулись на Цзань Ванхэ, готовые выполнить приказ своего принца. Однако те, что долгое время были под командованием генерала, продолжали колебаться. Начался хаос.       Пока внимание всех было сосредоточено на противостоянии принца и генерала, Бай Сюаньци сконцентрировала духовную силу в руках и разорвала связывающую ее веревку. Она притянула к себе Ян Сяо. Два сложенных вместе пальца, подобно лезвию ножа, разрезали веревку на запястьях девочки.       — Быстро, освободи всех! — скомандовала Бай Сюаньцзи.       Ян Сяо всегда соображала довольно быстро и, не промедлив ни секунды, принялась ловко развязывать путы остальных. Бай Сюаньцзи вскинула руку, и из ее ладони со скоростью стрелы вылетела яркая вспышка света. Затем она ловко возвела барьер вокруг себя и пленных, который в солнечных лучах сверкал подобно серебру. Когда опасность извне больше им не угрожала, Бай Сюаньцзи присоединилась к своей ученице, освобождая пленников.       Много лет она использовала свою божественную силу с осторожностью, чтобы не привлечь внимание Небес. Она лечила тяжелобольных и раненых, уничтожала демонов и защищала людей. Сегодня настал день, когда она не сможет уйти от насилия, направив меч против людей.        Наследный принц нередко видел, как Цзань Ванхэ терял над собой контроль и дрался на поле боя с жестоким сердцем и беспощадной рукой. Тогда он был на его стороне, теперь же его собственный зверь обнажил против него клыки. Принц, унаследовавший кровь дракона, не боялся никого, но сейчас сила отступала от его ног.       — Ты был моей верной собакой, пока была дичь. Теперь охота окончена, а бешеному псу место в котле, — прорычал первый принц, натягивая тетиву и целясь в голову Цзань Ванхэ, но руки его дрожали.       Внезапно под рукавом он почувствовал холодное, скользкое движение. Взгляд упал вниз: из-под ткани выползала бледная змея. Ее чешуя, почти прозрачная, мерцала на свету, а глаза были мертвецки холодными и хищными. Мужчина вздрогнул, сердце пропустило удар, а лук и стрела выпали из его ослабевших рук.       Змея распахнула пасть, обнажив острые клыки, и с яростным движением впилась в его запястье. Принц взревел от боли, его крик эхом разнесся над лагерем. Яд мгновенно начал распространяться по его венам, обжигая изнутри. Стражники попытались ему помочь, но мужчина дергался и уклонялся от них, словно безумец.       Он попытался самостоятельно освободить руку, но змея держалась крепко. Услышав шум и возгласы стоявших за его спиной солдат, он огляделся. Бледные, черные, зеленые змеи извивались и шипели, образуя живой ковер, подбираясь все ближе и ближе. Принц пытался отбиться, но их было слишком много. Они набрасывались на него со всех сторон, их клыки впивались в его плоть. Боль была невыносимой, но еще сильнее был ужас перед такой ничтожной смертью. Он, наследный принц, потомок дракона, погибнет от рук этих мерзких тварей.       Его тело сотрясалось в конвульсиях, а взгляд затуманивался. Последнее, что он увидел, было лицо Цзань Ванхэ, который даже не заметил его гибели, продолжая свою яростную битву. Солдаты, стоявшие рядом с ним, тоже были атакованы змеями. Их напуганные крики смешались с предсмертными хрипами принца. Расправившись с ними, змеи, словно услышав чей-то зов, поспешили отступить.       Узнав о смерти принца, паника среди солдат начала распространяться, как зараза. Кто-то посчитал своим долгом казнить генерала-предателя и присоединиться к битве, а кто-то посчитал свою жизнь дороже и не идти против Бога Войны, намереваясь сбежать из военного лагеря.       Именно в этот момент, когда хаос достиг своего апогея, вспыхнуло пламя. Огненная стена отрезала солдат от пленников, она ревела, пожирая воздух, не давая никому ни приблизиться, ни отступить. Огонь расступился лишь перед двумя повозками, появившимися будто из воздуха. Они также беспрепятственно прошли сквозь барьер Бай Сюаньцзи.       Первую повозку вел молодой офицер Линь У, не сомкнувший глаз этой ночью, а во второй сидела сама Бай Сюаньцзи.       Ян Сяо переводила взгляд с нее на свою шицзунь, рукав которой она крепко сжимала. Понимая ее смятение девушка, с запекшейся на челюсти кровью, заговорила, указывая на себя:       — А-Сяо, эта шицзунь — клон. С этой минуты следуй за настоящей шицзунь и слушайся ее, — сказав это, она мягко подтолкнула девочку ближе.       — Всем подняться в повозки! — скомандовала настоящая Бай Сюаньцзи.       Линь У и Бай Сюаньцзи быстро спрыгнули, помогая пленникам взбираться. После этого они вернулись на места и без промедления тронули лошадей. Пламя снова расходилось перед ними, оберегая от мечей и укрывая от стрел. Люди не могли объяснить это иначе, кроме как истинной силой их покровительницы — Богини Войны. Сама же Бай Сюаньцзи не имела к огню никакого отношения. Две повозки стремительно удалялись в сторону города.       Клон Бай Сюаньцзи обернулась, и ее взгляд упал на Цзань Ванхэ, который, несмотря на ранения, все еще сражался. Она бросилась к нему, но было уже поздно. Цзань Ванхэ пронзила острая боль, он пропустил удар, затем еще один, и еще. Несколько солдат разом вонзили в него свои мечи.        Прорвавшись сквозь толпу жаждущих мести солдат, Бай Сюаньцзи стала свидетелем ужасного зрелища: вонзившие в Цзань Ванхэ клинки солдаты вспыхнули и сгорели заживо, подобно сухой траве. Никто даже не успел издать предсмертный крик. Одежда генерала полностью пропиталась кровью, он едва стоял на ногах, и Цяньсюнь в его руке рассыпался в тысячи искр. Бай Сюаньцзи подхватила его, не давая упасть, но в этот же миг рядом с ними появился демон. Ее сердце дрогнуло, а глаза широко распахнулись.       Шуйлянь-цзюнь подхватил обоих на руки и взмыл ввысь. Всего пара стремительных прыжков — и они уже оказались далеко от лагеря.       — Что Вы делаете?! Он ранен! — едва коснувшись земли, Бай Сюаньцзи попыталась грубо оттолкнуть демона и закрыла собой Цзань Ванхэ. — Это Вы тот демон, заключивший с принцем контракт? Объяснитесь!       — Объяснениям нет времени. Я здесь, чтобы помочь, — спокойно ответил Шуйлянь-цзюнь. — Если я посмею обмануть, то нюй-лан может пронзить мое сердце.       — И как Вы собираетесь помочь?       Вместо слов, Шуйлянь-цзюнь вытянул руки, и на его ладонях вспыхнуло пламя. После этого клон, отбросив гнев, присоединился к исцелению. Используя свою духовную силу, она сделала все, чтобы ускорить регенерацию ран, заблокировав несколько точек на теле Цзань Ванхэ и остановив кровопотерю насколько это было возможно. Бай Сюаньцзи внимательно наблюдала за действиями демона, но тот, как и обещал, не причинял вреда. Напротив, Шуйлянь-цзюнь восстанавливал и поддерживал циркуляцию Ци Цзань Ванхэ, делясь собственной энергией. Внутренний огонь в его теле медленно утихал, концентрируясь в одном месте — его ядре.       Несмотря на все их усилия, генерал, бледный как полотно, продолжал быть без сознания. Бай Сюаньцзи ощутила, как его сердце забилось чаще, а жар в груди усилился и вот-вот расплавит его внутренности. Шуйлянь-цзюнь нахмурился. Раны, полученные в бою, оказались куда серьезнее, чем он предполагал. Паразитов удалось уничтожить, но внутренний огонь вышел из-под контроля. Даже тело полубога не выдержит потери ядра без последствий, особенно с пятью сквозными ранами. Шуйлянь-цзюнь не собирался жертвовать собой, но он всегда держал свое слово и собирался пойти до конца.       В панике Бай Сюаньцзи прижала ладони к его груди, вливая всю свою духовную силу без остатка. Силы клона исчерпались, и она не смогла остаться дольше. С последним вздохом она растворилась в воздухе, оставив после себя лишь легкое мерцание.       Тем временем, настоящая Бай Сюаньцзи уже была далеко. Узнав о происходящем, получив воспоминания клона, внутри нее что-то оборвалось. Глаза заволокли слезы, а руки похолодели.       — Шицзунь? — осторожно спросила, сидевшая рядом Ян Сяо. — Что-то случилось?       Бай Сюаньцзи крепче сжала поводья лошади, и обернулась. Она хотела вернуться прямо сейчас, но ее остановил внезапный столб света, выросший из земли в том месте, где был ее клон. Он пульсировал, разрастаясь, и в его сиянии превосходил даже солнце.       — Кажется… мы стали свидетелями появления нового Божества, — произнесла она, не веря собственным глазам.       Этот свет Бай Сюаньцзи не могла перепутать ни с чем другим. Она уже была свидетелем его появления дважды, но не думала, что сможет увидеть вознесение еще одного Божества в третий раз. Цзань Ванхэ выжил. Ее сердце успокоилось, но слезы все равно скатились по щекам.       Одна вещь омрачила ее разум: Шуйлянь-цзюнь находился так близко к Цзань Ванхэ, что такое количество божественной силы не могло не задеть его. Такой удар даже Старший Демон не перенесет бесследно.       — Что? О чем Вы? — до ее уха донесся возглас Линь У. — Что с генералом Цзанем!?