Нефритовая игла

      Небесная Столица встретила Бай Сюаньцзи и Фулай зловещей тишиной. Новость о заключении под стражу Юй Шаньлина, уважамого Стража Восьми Небесных Врат, эхом разносилась по улицам, сея тревогу и недоумение. Единственной, кто мог пролить свет на происходящее, была Ян Сяо. Сегодня Старший Бог Литературы был слишком занят, и ей чудом удалось ускользнуть из Дворца Вэньтянь, где обычно она была по уши в делах. — Шицзунь! Наконец-то ты вернулась! — Ян Сяо с радостным восклицанием схватила ладони Бай Сюаньцзи, не сразу заметив присутствие Богини Очага. — О, госпожа Фулай, естественно, тоже с вами. Ай!       Легкий щелчок по лбу от Фулай заставил Ян Сяо отстраниться, сохраняя почтительное расстояние.       — Ян Сяо, что произошло? Почему так внезапно Юй-шисюна взяли под стражу? — встревоженная Бай Сюаньцзи вклинилась между ними.       — Этой ученице очень жаль, но она не смогла лично присутствовать на суде, — состроив недовольную рожицу, Ян Сяо указала на свое ухо. — Но с помощью «цветущего золотого орешка» я смогла незаметно подслушать то, что было за закрытыми дверями. Пришлось действовать очень осторожно и переключаться с Небожителя на Небожителя, чтобы не выдать себя.       Бай Сюаньцзи понимающе кивнула. Должно быть, у Вэньян-цзюня все же не хватило духа пытать на глазах у Ян Сяо ее шибо.       — Так что же тебе удалось узнать? — заговорила Фулай.       — Моих скромных способностей хватило, чтобы услышать, что суд созвал Шуй-цзюнь специально, чтобы обвинить Юй-шибо в сговоре с Демоном Вод. Он считает, что действовать нужно незамедлительно. Шибо и Повелительницу Облаков заключили под стражу, после этого Шуй-цзюня назначили главным в расследовании этого дела. Он намерен найти скрытую обитель Демона Вод и уничтожить ее окончательно.       — Почему Шуй-цзюнь решил, что за всем стоит Демон Вод? — за привычным спокойствием Фулай скрывалось убийственное намерение. — Прежде чем выносить подобное на суд, ему нужно было дождаться полного восстановления Вэйлун-цзюня. Он и госпожа Бай — основные свидетели явления Нефритового Демона.       Почувствовав колебания ее Ци, Ян Сяо вздрогнула и заметно напряглась.       — Все так. Однако Небесный Император лично навещал Нефритового Демона в его темнице, и он все еще там, поэтому этот вопрос можно считать закрытым.       — Только Небесный Император видел его в темнице? Кто-нибудь еще может навещать его? — продолжила давить Фулай, ее взгляд стал острым, как лезвие.       Все трое замолкли, будто задумавшись каждый о своем, но все равно придя к общему ответу.       — Нет оснований сомневаться в словах и намерениях Небесного Императора. Важно то, что Юй-шибо взят под стражу, и суд «Трех Золотых Стражей Истины» показал на его причастность к Демону Вод. Также было раскрыто, что, возможно, Повелительница Облаков — дочь этого демона или как-то связана с ним.       — И все же, почему именно Демон Вод? — Бай Сюаньцзи нахмурилась. — Когда-то они были врагами на одной территории, но сейчас их влияние в водах точно разграничено.       Она так и не озвучила появившуюся в ее голове мысль о том, что Шуй-цзюнь имеет собственные амбиции по овладению всеми водными территориями. Ее это волновало меньше всего. Одной перемены во взгляде Фулай заставило ее сердце наполниться беспокойством.       — Как известно, Шуй-цзюнь ненавидит всех демонов одинаково. Как я поняла, основная причина того, что он немедленно потребовал суда, заключается в смерти его Младших Божеств. На месте их гибели он нашел демонический лотос. Это растение также фигурировало во многих преступлениях последних лет, поэтому это считается основной уликой.       — Когда он собирается выступать на обитель Демона Вод? — спросила Фулай.       — К сожалению, госпожа Фулай, это все, что мне известно. Возможно, вам следует обратиться к Богине Дождя и Западному Ветру. Все же они имеют прямое отношение к этому делу и не откажут вам в помощи.       Бай Сюаньцзи почувствовала, как холод пробежал по ее спине. Слова Ян Сяо, хоть и были полны деталей, оставляли больше вопросов, чем ответов. Она взглянула на Фулай, во взгляде которой горели пугающие языки пламени. Величественный образ Старшей Богини Очага внушал трепет до мелких мурашек по коже.       — Спасибо, Ян Сяо, — тихо произнесла Бай Сюаньцзи. — Ты очень помогла. Теперь нам нужно поторопиться.       Ян Сяо поклонилась и поспешила обратно во Дворец Вэньтянь, где ее, вероятно, уже искали.       — Госпожа Фулай, что ты думаешь? — Бай Сюаньцзи повернулась к Богине Очага.       — Я думаю, что Шуй-цзюнь слишком поспешен, — ответила она, стараясь не скрипеть зубами и случайно не спугнуть белый лотос. — И его мотивы не так чисты, как он пытается показать. Как-то все складывается слишком удобно.       — Почему я слышу столько уверенности в твоих словах? — Бай Сюаньцзи почувствовала, как ее собственное беспокойство усиливается.       Фулай задумалась на несколько мгновений.       — Мы похожи. Причина, по которой я стараюсь избегать его в том, что в отличие от большей части пантеона, такие, как он, способны тонко чувствовать Ци. Будь у него возможность, то он бы сразу вычислил меня. Я ощущаю схожесть между нами и будто могу предположить ход его мыслей. Будь на его месте я… Кто знает, возможно, я действовала бы так же, — рассуждала Богиня Очага, поглаживая подушечками пальцев спрятанные в широких рукавах каштаны. — Хотя я не могу точно сказать: действует он из чистой ненависти или слепой веры в свою правоту. В любом случае, мы не можем сидеть сложа руки.       — Сначала мы навестим Богиню Дождя и Западного Ветра, как предложила Ян Сяо. Они могут знать больше. А после... — Сюаньцзи сделала паузу, осторожно каснувшись пальцами ее ладони. — Что госпожа Фулай хочет потом?       — Потом? — она усмехнулась, склонившись к самому ее уху. — Потом мы отправимся к моему дагэ, Цяньтань-цзюню, и из первых уст узнаем, что за игры он устроил за нашими спинами.       У Бай Сюаньцзи едва не подкосились ноги — ни то от смущения, ни то от удивления. Как так вышло, что таинственный и злобный Старший Демон Цяньтань-цзюнь — ее дагэ!?              Прибыв во Дворец Трех Ветров, Сюаньцзи обнаружила его величественным, но пустынным, словно гора, обдуваемая теплыми ветрами. Они направились в западную часть многоуровневого дворца, чтобы встретиться с Юй Фань. К их счастью, в небольшом павильоне уже находились Богиня Западного Ветра и Богиня Дождя.       Обменявшись приветствиями, Ган Лин сразу поняла цель их визита: — Разделяю Ваше беспокойство после случившегося, сяомэй. Полагаю, Вы хотите узнать об истинной связи Юнь-эр и Цяньтань-цзюня?       — Надеюсь, наша настойчивость не обременит дацзе и госпожу Юй, — Бай Сюаньцзи вежливо улыбнулась, стараясь не звучать слишком требовательно. — Мы оказались в одной лодке и просим Вашей помощи, чтобы переплыть эту реку вместе.       — Если мы сможем разобраться во всем, то сделаем все возможное, чтобы очистить имя не только Нефритового Цилиня, но и Повелительницы Облаков. Старшим не о чем переживать, — Фулай учтиво склонила голову.       Ган Лин и Юй Фань обменялись взглядами. Богиня Дождя уже была знакома с Бай Сюаньцзи и не сомневалась в ее искреннем желании помочь. Юй Фань же питала благосклонность к Богине Очага. Спустя несколько мгновений Ган Лин ответила:       — В смертной жизни я была настоятельницей в Храме Трех Ветров, где и встретила Юй Фань.       — Я никогда не была связана узами брака с Цяньтань-цзюнем и даже сейчас не имею с ним никаких связей, — призналась Юй Фань. — В прошлой жизни я потеряла свою дочь совсем крошкой. Долго не могла смириться с этой потерей и нашла утешение лишь в Храме Трех Ветров. Однажды седой старик привел за руку маленькую девочку. Ей было столько же лет, сколько могло быть моей дочери. Он сказал, что не может дать ей ни еды, ни крова, и оставил ее на пороге храма. Я воспитала ее как родную.       — Как же Западный Ветер тогда прошла проверку техникой Вэньян-цзюня? — озадачилась Бай Сюаньцзи. — Вы ведь не кровные родственники.       Юй Фань мягко улыбнулась.       — Техника не может читать наши мысли и воспоминания, иначе допрос не был бы нужен. Я была искренна в своих словах, но и не солгала, называя себя ее матерью. Я также точно знаю, что Юнь-эр не дочь демона. Но что касается ее нынешних поступков... Конечно, я всегда буду на ее стороне, но не могу быть полностью уверена, что она не скрывает от меня что-то.       — Юнь-эр наивна и не умеет врать, но не глупа. Вероятно, под давлением она не смогла отличить правду от лжи, и ее сердце поддалось смятению, — пояснила Ган Лин.       Лицо Юй Фань потемнело. Она направила ничего невыражающий взгляд в сторону цветущего сада и задумалась. Сложив пальцы, она сжимала веер, застыв подобно чарующей статуе.       — Западный Ветер вспомнила что-то еще? — от Фулай не ускользнула тонкая перемена в ее настроении.       — Ох, прошу меня простить. Я просто вспомнила... — она ненадолго замолчала, словно подбирая слова, прежде чем продолжить: — После моего вознесения я иногда присматривала за делами храма и маленькой Юнь-эр. Моя душа не могла найти покоя, зная, что я оставила ее одну. Однажды я заметила, что в Храм Трех Ветров каждые десять дней стал приходить одинокий мужчина. Я узнала, что у него умерли жена и ребенок, и храм стал для него утешением. Я не могла не проникнуться к нему сочувствием, ведь наши ситуации оказались так похожи.       Воспользовавшись ее короткой паузой, Сюаньцзи спросила:       — Вы не упоминали вашего мужа ранее. Что с ним произошло?       — Он умер от тяжелой болезни, когда наша дочь только родилась, — Юй Фань произнесла это легко, но тень боли отразилась в ее глазах.       Бай Сюаньцзи понимающе кивнула. Даже столетия не излечат боль утраты.       — Но потом я заметила, что этот пожилой мужчина сблизился с Юнь-эр. Я не могла оставить это без внимания. Однажды я услышала, как он сказал ей, что она напоминает ему его дочь. Тогда я решила лично встретиться с ним и узнать, кто он такой. Не знаю, что мной двигало в тот момент. Я сорвала с него человеческую маску и узнала, что под ней скрывался Цяньтань-цзюнь.       — Вы уверены в этом? — Фулай сильно нахмурилась, и между ее бровями залегла тень.       — Да. В тот день мы сразились, но по неизвестной мне причине демон отступил. С тех пор я не видела его в Храме Трех Ветров, а Юнь-эр строго наказала больше не приближаться к незнакомцам.       — Цяньтань-цзюнь, должно быть, по-настоящему поверил, что Юнь-эр его дочь, несмотря ни на что. Каждый год темные воды наполняются сиянием тысячи золотых лотосов только в определенный день. — Ган Лин неуверенно посмотрела в сторону Богини Ветра.       — Что это за день?       — В этот день родилась Юнь-эр, госпожа Фулай, — призналась она. — Вероятно, Юнь-эр тоже заметила эту особенность и могла заподозрить, что как-то связана с этим демоном. Золотой Страж Истины почувствовал ее сметение и ложь.       От подобных признаний Бай Сюаньцзи ощутила легкое головокружение. Если эта история правдива, то легенда «О горном Цилине и Демоне Глубоких Вод» полностью искажает истинные отношения между главными героями. Цяньтань-цзюнь никогда не видел в Повелительнице Облаков объект романтического интереса. Может быть, это было проявлением заботы строгого отца, который стремился защитить свою драгоценную дочь от неподходящего жениха, словно пряча жемчужину в ладони? Хотя Юй Шаньлина трудно было назвать недостойным зятем. Он был из тех мужей, кто скачет на драконе, держа в руках золотую черепаху. Но зачем тогда ему понадобилось создавать образ романтического героя? Даже если бы его чувства к Повелительнице Облаков были искренними, он не из тех, кто стал бы громко давать клятвы морям и обеты горам. Здесь должно быть что-то еще.       Бай Сюаньцзи и Фулай покинули Дворец Трех Ветров, держа в руках мерцающую печать перемещения. Мир вокруг них исказился, и они растворились в вихре сияющих частиц. Следующий миг они оказались в совершенно ином месте.       Их взору предстал город, заключенный под огромным, пульсирующим водным куполом. Он простирался глубоко под землей, освещенный мягким, призрачным светом. Вокруг них, куда ни глянь, тянулись причудливые светящиеся водоросли и кораллы всех мыслимых оттенков — от нежно-голубого до глубокого пурпурного. Они образовывали целые сады, переливающиеся и мерцающие, словно живые драгоценности. В толще воды над ними плавали водные демоны с чешуйчатыми телами и плавниками, похожие больше на гигантских рыб. Рядом с ними проносились стаи мелких, искрящихся рыбок, а вдали виднелись силуэты морских и речных тварей, некоторые из которых были настолько причудливы, что Бай Сюаньцзи никогда бы не поверила в их существование. Среди этого подводного великолепия сновали демоны, лишь частично напоминающие людей. Воздух здесь был влажным и прохладным, наполненным легким запахом соли и свежести.       Пораженная этой неземной красотой, Бай Сюаньцзи невольно выдохнула: — Это место гораздо больше, чем обитель Шуйлянь.       Фулай, стоявшая рядом, мягко улыбнулась. Только сейчас Бай Сюаньцзи обратила внимание, что Фулай успела сменить облик. Перед ней стояла уже Шэнь Мосинь, ее длинные черные волосы ниспадали по спине, а в глазах плясали искорки лукавства. Ее строгие божественные одеяния сменились струящейся черной тканью, украшенной красной вышивкой.       — Несомненно. Дагэ приложил немало усилий, чтобы построить новую обитель Фэнлин.       Мосинь жестом пригласила Бай Сюаньцзи следовать за ней. Они двинулись по широкой, извилистой тропе, вымощенной гладкими, отполированными камнями. Над ними, в водном куполе, продолжали грациозно скользить морские обитатели, создавая ощущение живого, постоянно меняющегося пейзажа. Наконец, они подошли к величественному поместью, а у входа их уже ждал Старший Демон Вод.       Цяньтань-цзюнь был высок и статен, его красивое аристократическое лицо излучало холодное раздражение. Он был одет в темные, струящиеся одежды, украшенные серебряными нитями, напоминающими бушующие воды.       — Приветствую, Фэнлин-цзюня, — Шэнь Мосинь натянуто улыбалась. — День разлуки с тобой равен трем осеням.       — Ты не появлялась несколько месяцев, чтобы заявиться без предупреждения, приведя на мою территорию Небожительницу? — выплюнув свое раздражение, он обвел взглядом Бай Сюаньцзи. — Что произошло наверху?       — Небесная Столица обвиняет тебя в сговоре против них, — сразу же перешла к делу Мосинь. — Уничтожение городов, храмов, убийство Небожителей и смертных, а также подстрекательство мелких демонов — все это собираются повесить на тебя. Говорят, что везде был найден демонический лотос. В сговоре с тобой обвинили Нефритового Цилиня и Повелительницу Облаков. Мы пришли сюда, чтобы разобраться, в чем дело. Ты действительно собираешься развязать войну с Небесами? Что в конце концов произошло между вами тремя?       — Цяньтань-цзюнь, прошу, простите нашу грубость, — заговорила Бай Сюаньцзи. — Мы прибыли сюда не обвинять Вас, а разобраться в произошедшем. Если Вы поделитесь с нами своей историей, то, объединившись, мы сможем очистить Ваше имя и вытащить невиновных из-под стражи.       — Наивно полагать, что я буду с вами честен, — резко ответил он, а затем развернулся, направившись внутрь поместья.       Бай Сюаньцзи не решалась последовать за ним, в то время как Шэнь Мосинь была более чем спокойна.       — Не переживай. Хотя внешне он и правда похож на Цяньтань, но сердце у него подобно Фэнлин, — она улыбнулась, но уже искренне и осторожно обхватила ее запястье пальцами. — Пойдем, он не любит долго ждать.       — Должно быть, мы задели его. Следовало быть осторожнее.       Оказавшись внутри, демон приказал им сесть за стол, после чего несколько слуг подали свежий чай. Бай Сюаньцзи не знала, что было лучше: снующие неупокоенные призраки в поместье Шуйлянь-цзюня или ледяные марионетки в поместье Фэнлин-цзюня.       Демон прожигал их взглядом, на дне его зрачков пылало яростное пламя гнева. Ни один из них не обронил ни слова. Он взял со стола приготовленный чай и залпом влил в себя содержимое чашки. Обжигающее горло чувство будто выдернуло его из пучины собственных мыслей, и он вдруг заговорил:       — Значит, Повелительницу Облаков взяли под стражу?       Получив подтверждение, его лицо стало еще более мрачным, а пространство будто покрылось коркой льда. Сюаньцзи неосознанно придвинулась ближе к Мосинь, найдя укрытие в исходящей от нее теплой Ци.       — Этот ублюдок Цилинь должен был ее защищать… — процедил демон, устремив тяжелый взгляд в пол.       — Ну… отчасти. Если бы не твое, У Янь, участие во всем этом, то, возможно, она бы не попала под удар, — праздно ответила Шэнь Мосинь. — Почему он должен был его защищать? Давай по порядку.       У Янь вздохнул, не в силах спорить с этой наглой девчонкой. В сердцах он все же признавал свою вину в этом вопросе.       — Ты должна это помнить, но твоя подруга, вероятно, не в курсе. Несколько столетий назад ко мне на порог явился Нефритовый Цилинь. Он просил меня о помощи, чтобы спасти жизнь близкого ему человека. Болезнь оказалась куда серьезнее, чем я предполагал, и мне пришлось потратить немало сил, чтобы ослабить влияние паразитов в его теле и найти того, кто сможет ему помочь, — У Янь встретился взглядом с Шэнь Мосинь, ее раздражение заставило его усмехнуться.       Бай Сюаньцзи сосредоточенно слушала, сдерживая себя от того, чтобы перебить его, обрушив на него все зародившиеся в голове вопросы. Вспоминая события тех дней, горечь осела на ее языке.       — Тогда моя обитель Фэнлин располагалась на поверхности, и ее местоположение давно было известно Небесной Столице. Шуй-цзюнь не мог жить с мыслью, что она существует, и подвергал старую обитель Фэнлин постоянным нападениям. Она была почти разрушена к тому моменту. Я предложил Нефритовому Цилиню сделку: он отдает мне часть своих горных территорий, чтобы я смог построить в них свою обитель, а взамен я исцелю его человека. На мое счастье, этот Горный Бог сам был в бедственном положении. В Небесной Столице стало известно о том, что он отпустил Небесного Чиновника в мир смертных. С щедрого дозволения вашего Императора Дворец Вэньтянь пустил множество слухов в мир смертных о том, что цилинь — это истинный облик Горного Бога. Множество храмов тех времен стоят и по сей день. Когда я встретил его снова, он уже медленно терял человеческие черты. Мне гораздо больше лет, чем вам, но даже моих знаний не хватило, чтобы найти для него исцеление. Мы с ним долго не могли прийти к согласию. В то время одна из нынешних Богинь Литературы была еще Чиновницей. Кажется, ту девушку звали Ян Сяо, так? Тогда даже до мира демонов дошло, какой переполох она устроила во Дворце Трех Ветров. Небольшой грубый стих заставил людей снова вспомнить об этих Богах, в том числе и о связанных с ними легендах. Было много споров о том, существовала ли дочь Богини Западного Ветра или нет. Разговоры не утихали и породили за собой еще больший резонанс. Дошло до того, что стали находиться женщины, называющие себя Дочерьми Ветра.       Услышав его слова, Бай Сюаньцзи почувствовала себя крайне неловко. Она вежливо улыбалась, хотя алые бутоны смущения уже расцвели на ее ушах.       — Мне довелось о них слышать, — произнесла Сюаньцзи, чувствуя, что должна сказать хотя бы что-то. — Кажется, сейчас они составляют основную часть верующих Повелительницы Облаков.       У Янь утвердительно кивнул, уголок его рта едва заметно поднялся вверх.       — Благодаря этим обстоятельствам вера в нее возросла настолько, что Минъюнь перешла в статус Старшей Богини и должна была выйти из-под крыла своей матери и шицзу. Я размышлял о том, как я мог бы облегчить ее жизнь и при этом решить проблему Горного Бога. Мне не хотелось терять своего человека в Небесной Столице. Я предложил им создать легенду про защитника Богини Облаков, в которой подробно описывалось бы его благородный лик и нрав. Однако у этой девушки Ян Сяо было свое видение истории, и она сделала то, что сделала. В конечном итоге это сработало, и Нефритовый Цилинь в глазах людей стал воплощением любви и благородства, а я стал главным отрицательным героем. Его обращение прекратилось, после чего он хотел отдать мне долг. Как вы уже поняли, я пожелал, чтобы он оберегал Повелительницу Облаков от собак, живущих в Столице.       Выслушав его, многое в глазах Сюаньцзи обрело смысл. Она закачала головой, размышляя, а затем решилась задать вопрос:       — Одно остается неясным: почему Вы так стремитесь оберегать Повелительницу Облаков? Неужели она, в самом деле, Ваша дочь?       — Мне бы хотелось, чтобы это было так, — хотя на лице У Яня появилась улыбка, она была пропитана горечью. — Она не моя дочь. Моя дочь умерла почти сразу после рождения, а моя жена не выдержала сложных родов. Минъюнь очень похожа на нее и даже родилась в тот же день.       — У Янь, — перебила его Шэнь Мосинь. — Демонический лотос и все остальное — твоих рук дело?       — Демонический лотос — мои глаза во внешнем мире. Они могут прорости практически где угодно.       — О, мы заметили.       — Однако какая-то тварь посмела нарушить мой покой и уже продолжительное время вырывает демонические лотосы, предварительно выкалывая им глаза, — игнорируя ее попытки разжечь конфликт, продолжил он. — Сколько бы я ни пытался, но мне не удалось увидеть, кто это или отследить его Ци. Будто бы бестелесный призрак. Как ты сама думаешь, какой смысл мне давать улики прямо вам в руки? Очевидно, что меня хотят подставить.       — У меня не было сомнений насчет тебя.       — Лжешь.       — Возможно.       Неожиданно их прервал ворвавшийся в комнату слуга. На удивление Бай Сюаньцзи, слуга был живой, из плоти и крови.       — Фэнлин-цзюнь! — он в страхе упал на колени. — Только что доложили, что несколько демонов в Вашем подчинении были убиты. Один из выживших был отправлен, чтобы донести до Вас предупреждение от Небесной Столицы. Они требуют, чтобы течение суток Вы сдались добровольно иначе, они атакуют первыми.       Вены толстыми канатами обвили ладони У Яня, вздувшись от едва контролируемого гнева. На его лице расплылся оскал.       — Они должны быть очень осторожны, если не хотят пролить кровь невинных людей, которые живут над нашими головами. Это может запачкать их божественные одеяния.       В этот момент сфера в ухе Бай Сюаньцзи засверкала. Она быстро прослушала послание, и на ее лице отразился шок. Казалось, она полностью лешилась дара речи, что заставило Шэнь Мосинь забеспокоиться.       — Что случилось?       — Ян Сяо… Она сказала, что только что стало известно о побеге Юй-шисюна.       Мосинь не знала, что ответить, растерявшись. У Янь издал тихий смех, поднимаясь со своего места, он произнес:       — Значит, скоро стоит ожидать Цилиня на пороге. Этому божку больше некуда бежать. Он приведет их за собой. Нам следует подготовиться.       Он и Юй Шаньлин не были самонадеянными глупцами, чтобы не предположить, что когда-нибудь их раскроют. В таком случае Горный Бог мог искать убежище только в обители демона.