Нефритовая игла

      Урок полета на мечах проходил на открытой площадке у самого большого из пяти озер. Ученицам раздали тренировочные мечи с потускневшими лезвиями, которые могли взять под контроль даже те, у кого духовная энергия едва развилась. Сюаньцзи, притворяясь Мин Вань, изо всех сил старалась казаться беспомощной: меч то и дело выскальзывал из-под ее ног, она падала, с трудом поднималась, снова вставала на лезвие и снова падала, причем так натурально, что несколько стоявших рядом учениц начали насмешливо перешептываться. Невысокая круглолицая девушка подбежала к ней, когда Бай Сюаньцзи в очередной раз рухнула на землю, и с искренней тревогой воскликнула:       — Мин-цзе, как же так? Полет на мече был единственным, что у тебя получалось хорошо. Не ушиблась?        Сюаньцзи, потирая ушибленное бедро, выдавила виноватую улыбку и пробормотала что-то про наказания на Ледяном Озере, от которых у нее тело все еще болит. Девушка, растрогавшись, тут же предложила помощь, от которой было трудно отказаться. Фулай, напротив, чувствовала себя превосходно. Притворяться талантливой ученицей оказалось легко и даже приятно. Она парила над озером выше и быстрее всех, ловко управляя тренировочным мечом. Шицзунь, наблюдавшая за уроком, одобрительно кивнула, когда Ляо Сяо, сделав сложный разворот в воздухе, грациозно приземлилась обратно на площадку.       После тренировки ученицы направились к Озеру Персиковых Деревьев, которое использовалось как горячий источник и имело особую популярность среди девушек. Из воды выступало множество скалистых островков, на которых можно было отдохнуть или спрятаться за ними от чужих взглядов. Над горячей водой клубился пар. Круглый год здесь цвели персиковые деревья, осыпая розовые лепестки прямо на воду и на влажные камни. По словам учениц, вода в этом озере очищала разум, восстанавливала тело и дух после долгих тренировок. Шицзунь настаивала приходить сюда хотя бы раз в несколько дней.       Бай Сюаньцзи испытывала неловкость перед тем, как раздеться. Несмотря на свою прожитую жизнь, она не привыкла к такой степени открытости, тем более в присутствии Фулай, чей взгляд, как она чувствовала, уже скользил по ее спине. Однако Сюаньцзи вспомнила, что ее нынешний облик принадлежит совсем другому человеку. Мин Вань наверняка ничего не знает о смущении, а значит и ей не стоит о таком заботиться. Когда девушки опустились в воду, туман над озером сгустился, окутывая их плотной белой пеленой и создавая ощущение приватности.       — Завтра мы заглянем на Озеро Небесного Оружия, — заговорила Бай Сюаньцзи, заплывая за небольшое каменное укрытие, затем обернулась и удивленно замерла. — Мне кажется, мы найдем там что-то интересное. А потом мы пойдем к Главе... Что ты делаешь?       Фулай, отбросила облик Ляо Сяо так же легко, как сбрасывают надоевшую одежду, и вернулась к своему истинному облику. Ее черные волосы опустились в воду, как пролитые чернила. Влажная кожа начала розоветь там, где край воды касался ее особенно нежно.       — Кажется, я устала держать без перерыва это воплощение, — притворно ответила она, расчесывая пальцами длинные пряди и позволяя им упасть на грудь, прикрывая то, что вода и так скрывала не слишком надежно. — Разве тебе тоже не нужен отдых?       Бай Сюаньцзи состроила недовольное выражение лица. Опять эта коварная демоническая уловка. Однако ее недовольство было недолгим, и взгляд сам собой опустился ниже, отчего лицо густо покраснело. Капли воды медленно стекали по коже, очерчивая плечи, изящные ключицы и спускаясь прямо между…       Она отвернулась, встряхнув головой, и сделала вид, что рассматривает персиковые лепестки, плавающие на поверхности воды, игнорируя то, как Фулай смотрела на нее с прищуром и легкой улыбкой. Она прекрасно знает, какое впечатление производит. Честно говоря, Бай Сюаньцзи была очень смущена, ведь по сравнению с пышными формами Фулай, ее собственное тело, скрытое сейчас чужим обликом, казалось ей угловатым и плоским, как у подростка. Она была уверена, что ничего интересного там нет и быть не может.       — Син-эр, — Фулай подплыла к ней совсем близко, вода колыхнулась, и горячие волны коснулись Сюаньцзи, а затем пальцами она аккуратно обхватила ее подбородок и развернула лицом к себе, не давая отвернуться. — Чего ты стесняешься?       — Боюсь не впечатлить госпожу Фулай, — буркнула Сюаньцзи, не поднимая глаз и не демонстрируя кокетливую скромность, а сквозя искренней и болезненной уверенностью в собственной непривлекательности.       Фулай вскинула брови, от удивления растеряв весь свой игривый настрой.        — Разве такое возможно? — спросила она тихо, и ее большой палец медленно провел по нижней губе Сюаньцзи, задержавшись на мгновение у уголка рта. — Син-эр, прими свой облик хотя бы на минуту. Прошу, не заставляй меня целовать чужое лицо.       — О, раньше тебя это не останавливало, — парировала Сюаньцзи.       Фулай вместо ответа больно ущипнула ее за бок так, что Сюаньцзи тихо вскрикнула и отпрыгнула. Однако их спор прервался внезапным окликом шицзунь:       — Ляо Сяо! Ляо Сяо, ты здесь?       Они мгновенно отпрянули друг от друга. Фулай, не теряя ни секунды, снова приняла лицо Ляо Сяо:       — Эта ученица здесь, шицзунь!       Женщина, услышав ответ, скользнула по поверхности воды прямо к их каменному укрытию. Густой туман, до этого укрывавший девушек от посторонних глаз, рассеялся перед ней.       — Главе Ляо стало резко хуже, — тревожно сказала она без предисловий. — Она зовет тебя. Идем, не мешкай.       Фулай наспех натянула ханьфу и выскочила на берег.       Шицзунь провела ее в покои Главы Школы. Глава Ляо лежала почти без сознания, ее губы шевелились, но из них вырывался лишь бессвязный, лихорадочный бред, а тело буквально полыхало изнутри.       — Тетя, Ляо Сяо здесь, — тихо сказала Фулай, подходя к кровати и беря женщину за руку.       Глава не ответила, только застонала и сжала ее пальцы с силой. Возле кровати суетились лекари, а шицзунь стояла у открытого окна. Ляо Сяо была всего лишь ученицей, пусть и племянницей Главы. Ее привели только потому, что Глава в бреду назвала ее имя, и шицзунь решила, что это может ее успокоить.       Фулай, держа руку женщины, осторожно направила в нее тонкий поток Ци. Картина открылась неприятная: паразиты, до этого дремавшие в крови, проснулись и теперь рвали меридианы изнутри, золотое ядро, давно истощенное, трещало под их натиском, а тело Главы полыхало жаром, который не могли сбить никакие отвары.       Фулай сделала несколько плавных движений рукой, и комната в мгновение наполнилась ее божественной Ци. Все присутствующие осели на пол, погрузившись в глубокий, непробудный сон. Фулай провела ладонью вдоль тела женщины, которое продолжало сотрясаться в конвульсиях, и сосредоточилась.       К сожалению, эти твари были настолько древними, возможно даже старше первых богов, что совершенно не поддавались воздействию божественной силы. Уничтожить их можно было только тремя способами. Первый — если тот, кого они считают хозяином, прикажет им покинуть тело жертвы. Второй — выжечь их демоническим огнем, но только если они еще полностью не срослись с ядром, в ином случае оно может расколоться. Третий — уничтожить их вместе с жертвой, когда паразиты уже срослись с ее телом настолько, что разделить их невозможно. В случае Цзань Ванхэ уничтожение ядра было единственным шансом на выживание. Он готов был сжечь себя изнутри, чтобы больше не причинять другим вред. Но у него было тело полубога, а сейчас перед ней смертная женщина. В случае Главы Ляо подходил только третий вариант. Это значило только одно: она заражена достаточно давно, чтобы паразиты успели срастись с ее плотью так, что отделить их могла только смерть.       Фулай сконцентрировала на кончиках пальцев огненную Ци и едва коснулась лба женщины. Глава Ляо громко вскрикнула, выгнулась на постели и широко распахнула глаза.       — Л-Ляо Сяо? — прохрипела она.       — Я здесь, тетя, — Фулай не убирала руку, удерживая ее в состоянии между сном и явью.       Глава Ляо медленно закрыла глаза, намереваясь снова провалиться в беспамятство, но Фулай не дала ей этого сделать. Она влила в женщину еще немного своей Ци, чтобы паразиты, боявшиеся огня, зашевелились и напомнили о себе. Глава закричала снова.       — Тебе лучше рассказать мне, — Фулай не повышала голоса, но и не оставляла возможности для отказа. — Как давно ты болеешь?       — С Люйчжоу! — вырвалось у Главы, и ее пальцы вцепились в простыни с такой силой, что побелели суставы. — Я заразилась в Люйчжоу!       Фулай нахмурилась.       — Как же ты заразилась? Болезнь в Люйчжоу не была похожа на то, что у тебя сейчас.       Вместо ответа она расстегнула ворот Главы. Тело женщины, от шеи до самой груди, было покрыто багровыми, воспаленными отметинами. Она осмотрела руки, спрятанные под длинными рукавами, и подняла подол одежды, взглянув на ноги — все было в таких же отметинах. Хотя паразиты долго были неактивны, стоило хозяину приказать, и они проснулись все разом, завладев ее разумом и телом без остатка. У нее уже не было ни малейшего шанса на сопротивление.       — Я не знаю! — Глава заметалась на кровати, ее голос сорвался на крик. — Правда, не знаю, Ляо Сяо! За что ты так со мной?!       — Тетя заразилась одна в Люйчжоу или другие заклинатели тоже? — Фулай не обращала внимания на ее отчаяние, хотя внутри у нее что-то неприятно кольнуло.       — Мы... мы держались тогда вместе и работали сообща, — Глава дышала чуть легче, когда Фулай ослабила давление огненной Ци. — Мы осматривали больных, помогали, чем могли... но потом... потом я ничего не помню. Я помню только, что уже вернулась в Школу Пяти Озер. Не знаю, что произошло, но что-то внутри не позволило мне вернуться туда снова... будто что-то держало меня здесь, не отпускало. Потом мое здоровье и разум…все только ухудшилось.       — М-м-м, как увлекательно, — протянула Фулай с почти профессиональным любопытством.       Она снова вырубила Главу своей Ци, заставив ту обмякнуть на подушках, и тут же ударила по телу огненной силой, выжигая треть паразитов, чтобы облегчить боль от их активности. Она отряхнула руки и покинула павильон, сняв по пути контроль над остальными смертными. Ей нужно было снова увидеть Бай Сюаньцзи, чтобы сообщить ей об услышанном. Это могло значить, что Чэн Цзыюй проснулась от спячки еще во время эпидемии в Люйчжоу, однако все это время не давала о себе знать, скрывалась в тени.              После того как Фулай сообщила об этом, Сюаньцзи надолго замолчала, перебирая в голове услышанное и примеряя его к тому, что уже знала.       — Выглядит так, будто Чэн Цзыюй была в сговоре с поддельным Духом Оазиса и Нефритовым Демоном, скрывающимся под именем Божества Сновидений, — наконец сказала она, не поднимая глаз. — Однако в Небесной Столице все уверены, что Нефритовый Демон все еще запечатан, более того, сам Император лично следит за ним. Шуй-цзюнь и остальные считают, что в этом деле был замешан Фэнлин-цзюнь в сговоре с шисюном. Если Повелительницу Облаков можно оправдать, выставив жертвой обстоятельств, и смягчить наказание, то известие о том, что в этом замешана еще одна Старшая Демоница, только усугубит положение шисюна. Тогда к этому делу привяжут еще и превращение заклинателей семи школ в марионеток при помощи паразитов. А то, что Школа Нефритового Цилиня не принимала участия в помощи городу, только все усложняет — этот факт перестанут воспринимать как заботу о своих подопечных и перевернут в попытку взять под контроль смертных заклинателей.       — Не вяжется, — сказала Фулай, качнув головой. — В Небесной Столице должны понимать, что Цилин и так имел власть над всеми Восемью Вратами, ему не нужно было устраивать такой сложный план, чтобы просто открыть их для демонов. Он мог сделать это в любой момент.       — Это уже неважно. Он уже обвинен, никто не будет разбираться в нюансах. Будут использовать его и дальше, как жертвенного ягненка, чтобы сбросить на него все свои и чужие грехи.        — Что предлагаешь?       — Нам в любом случае нужно доложить сведения в Небесную Столицу. Если будем утаивать, то приплетут как соучастниц. Император и так уже имеет ко мне особое отношение, не стоит давать ему повод сомневаться в моей лояльности.       На ее пальцах расцвел маленький розовый лотос с золотой сферой внутри, мягко мерцающий в сумеречном свете.       — Я сообщу Ян Сяо о том, что тут происходит. Попрошу ее преподнести все так, чтобы огородить шисюна от этого дела, — сказала Сюаньцзи, поднося цветок к губам.       Фулай перехватила ее ладонь, не давая отправить послание.       — Ты ей доверяешь?       — Да, — Сюаньцзи нахмурилась, не понимая, к чему этот вопрос. — Почему вообще должно быть наоборот? Ян Сяо умна, она не будет намеренно вредить нам.       — Хорошо, если так.       Фулай убрала руку, и Бай Сюаньцзи, помедлив мгновение, отправила послание. Цветок вспыхнул золотом и рассыпался искрами, растворившись в воздухе. Она снова взглянула на Фулай.       — Что госпожа Фулай намерена делать дальше? Мы вернемся в Столицу?       — Завтра наш третий день здесь. Давай все же отправимся к Озеру Небесного Оружия. Хочу взглянуть на него.       — Хочешь попытаться спасти Главу Ляо?       Фулай кивнула, не отводя взгляда.       — Кем бы она ни была, она не заслужила быть марионеткой Чэн Цзыюй, если в этом озере найдется оружие или артефакт, который может помочь... — она не закончила фразу, но Сюаньцзи и так все поняла.       — Хорошо. Тогда мы отправимся вместе со всеми. Ян Сяо передаст информацию, которую мы добыли, и предупредит остальных коллег, чтобы были осторожны. У нас есть немного времени, чтобы попытаться.              На следующее утро они вместе с остальными ученицами отправились к Озеру Небесного Оружия. Старейшины, собравшие девушек на берегу, принялись монотонно объяснять правила: не паниковать, не пытаться взять больше, чем положено, не мешать другим, уважать силу озера и прочее. Каждая ученица по очереди медленно опускалась в воду, чтобы проверить свои силы. Кто-то выходил на поверхность с сияющим мечом, кто-то с простым кинжалом, а кто-то вообще с пустыми руками и красным от стыда лицом.       Когда очередь дошла до Фулай и Бай Сюаньцзи, они переглянулись и шагнули в воду вместе. В следующий миг все вокруг перевернулось. Вместо того чтобы погрузиться в толщу воды, они оказались в зеркальном мире, где под ногами была прозрачная гладь, отражающая смутные силуэты учениц, Старейшин, берег и деревья. Вокруг зеркального озера простирался цветущий сад, а в центре этого сада росло большое дерево с белыми цветами и светло-голубыми листьями, которые мягко светились изнутри.       Они молча проследовали к нему и у подножия увидели девушку необычайной утонченной красоты. Ее волосы, совершенно белые, были распущены, глаза красные, а сама она казалась полупрозрачной, как призрак. Сквозь нее виднелись очертания древесной коры за ее спиной. Она сидела на большом передвижном механическом кресле, ее ноги сковывал доспех с крутящимися шестеренками. Тело девушки опоясывала энергия Ци, холодная как вода, которая лишь поддерживала ее в этом состоянии. Вокруг нее летали оружия самой разной формы: мечи и кинжалы, копья и секиры, и всех их объединяло несравненное качество и мощь.       — Приветствую небесных коллег. Довольно редко встретишь здесь кого-то из Небесной Столицы, но вы не кажетесь враждебными. Что привело Вас в мою обитель?       — Приветствуем, — сказали они почти одновременно, поклонившись. — Простите за грубое вторжение. Мы не знали, что потревожим Вас. Я — Младшая Южная Богиня Войны, Бай Сюаньцзи, а это госпожа Фулай, Старшая Богиня Очага. А Вы...?       — Прошу простить за проявление невежливости, — она склонила голову, и ее полупрозрачные волосы скользнули по плечам, почти сливаясь с воздухом. — Меня зовут Шуан Жэнь. Я Богиня Оружия.       Фулай скрестила руки на груди и чуть прищурилась:       — Не сочтите за проявление грубости, госпожа Шуан, но мне доводилось слышать о Боге Оружия, который избрал жизнь за пределами Небесной Столицы, как и Бог Грома, госпожа Бай или некоторые другие Божества.       Бай Сюаньцзи косо на нее посмотрела, ведь Фулай говорила так, будто та сама не провела столетия, притворяясь мужчиной только для того, чтобы вести дела в своей обители, но возражать не стала.       — Не стоит беспокоиться, Ваши слова нисколько меня не обидели. Моя жизнь довольно долгая. Я еще помню лики старых Божеств, помню, как нынешний Небесный Император обрел титул и власть, помню и пламя Сожжения Небес, — она опустила взгляд на свои обездвиженные ноги, скованные металлом, и голос ее стал чуть тише. — Я стала такой после тех печальных событий. Смертные и тогда не могли смириться с мыслью, что Божество Оружия — женщина, а после того как я получила эти травмы, то и вовсе потеряла всякое уважение. Они стали верить, что Божество Оружия Шуан Жэнь — мужчина, и это очень прижилось в легендах. Даже новое поколение Божеств не знает правды.       — Что же с Вами случилось? — сочувственно спросила Бай Сюаньцзи. — Неужели демоны настолько Вас искалечили?       — Если госпожу Шуан почитают как мужчину, то почему бы Вам не сменить облик? — вмешалась Фулай. — Тогда бы Вы смогли восстановить свои силы через их веру. Это не вопрос гордости, а вопрос выживания.       — Госпожа Фулай говорит правильные вещи, но в молодости я была очень гордой, — Шуан Жэнь покачала головой и печально улыбнулась. — Даже будучи калекой, я не хотела идти на поводу у ожиданий других. Я не воспользовалась своим шансом, а когда ослабла еще больше, став похожей на призрака, я уже не смогла сменить облик. Мои силы настолько незначительны, что я могу только создавать оружие для учениц этой школы.       Она сделала паузу, посмотрев на Бай Сюаньцзи, и продолжила:       — Что же касается Вашего вопроса… это со мной сделали не демоны и не Владыка Демонов. Во время Сожжения Небес мне пришлось столкнуться… я была вынуждена сразиться со своей подругой. Наши силы были неравны, и я проиграла, едва выйдя из этого поединка живой. После того я была вынуждена покинуть Небесную Столицу и скрыться здесь. Только Небеса ведают, остался ли кто-то еще из старых Божеств, кроме меня и Небесного Императора.       — Владыка Демонов? — переспросила Бай Сюаньцзи, нахмурившись.       — Должно быть, госпожа имеет в виду Нефритового Демона, — уточнила Фулай. — В каком-то смысле его можно было в то время считать таковым.       — Верно… верно. — Шуан Жэнь кивнула, и ее полупрозрачные пальцы слабо сжали подлокотник кресла. — Простите, я ведь практически не контактирую с внешним миром. Должно быть, сейчас его имя — Нефритовый Демон.       — Тогда почему Вы сразились со своей подругой? — спросила Бай Сюаньцзи, не в силах удержаться от вопроса. — Почему скрылись здесь, а не вернулись в Небесную Столицу после того, как все утихло?       — Небесные коллеги задают столько вопросов, — твердо ответила Шуан Жэнь. — Но так и не ответили на мой единственный. Зачем Вы прибыли в мою обитель?       — Простите нашу грубость, — сказала Фулай, слегка склонив голову в знак примирения. — Мы прибыли сюда, потому что Глава Школы страдает от кровавых паразитов. Знает ли госпожа Шуан способ избавиться от них?       — К сожалению, я не могу Вам помочь, — Шуан Жэнь покачала головой. — Не существует такого артефакта, который избавил бы от кровавых паразитов. Даже те оружия, что Вы видите вокруг меня, бессильны перед ними. Возможно, Вас может интересовать что-то еще?       — Ци вокруг Вас кажется знакомой, — сказала Бай Сюаньцзи, вглядываясь в прозрачные очертания гостьи.       — Ох, вы об этом, — Шуан Жэнь вдруг стала выглядеть смущенной, и всплеск живого чувства на ее призрачном лице выглядел трогательно. — Юэ Хай усовершенствовал броню на моих ногах, чтобы я могла передвигаться самостоятельно, но пятьсот лет назад даже на это у меня уже не осталось сил. Тогда он соорудил для меня это подвижное кресло. Он часто приходит сюда, чтобы скрасить мой досуг и помочь в создании нового оружия или артефакта. Он достаточно талантливый оружейный мастер для Бога Вод.       Шок отразился на их лицах. Фулай первой пришла в себя, но ее голос прозвучал с таким откровенным недоверием, будто она услышала, что рыбы научились летать.       — Юэ Хай? Госпожа, Вы уверены?       — Да. Некоторое время назад он приходил ко мне. Был так взволнован, постоянно говорил о каком-то задании, с которого тогда только что вернулся. Говорил, что нашел способ вернуть мне божественную Ци и что я снова смогу ходить, — от ее движений белые волосы плыли, как туман над водой. — Ну что за глупый ребенок? Кстати, о Вас он тоже говорил.       Фулай и Сюаньцзи переглянулись.       — Госпожа Шуан, Вы случайно не знаете, как именно он собирался вернуть Вам силу? — Бай Сюаньцзи насторожилась.       — Юэ Хай много столетий искал способ вернуть мне силу. Я просила его отбросить эту идею, но он меня не слушал. Упрямец, не знающий гибкости, хотя с виду кажется холодным и безразличным. Однажды он пришел ко мне и поделился своими мыслями. Он обнаружил, что один блуждающий дух, поселившийся в оазисе, возникшем на месте вознесения Старшего Бога, смог поглотить остатки божественной Ци и стать чем-то средним между духом и Божеством. Поэтому на этого духа действовала вера смертных, так же как и на нас, и усиливала его.       Она замолчала, и в наступившей тишине было слышно, как тихо позвякивают шестеренки в механизме кресла.       — Юэ Хай говорил, что какое-то время наблюдал за этим духом. Должно быть, он все же нашел что-то интересное для себя.       — Госпожа Шуан, Дух Оазиса, о котором Вы говорите, был убит другим яогуаем, — сказала Бай Сюаньцзи, стараясь говорить мягко, но без лишних прикрас. — Яогуай, вероятно, вселился в тело этого духа и захватил его. Когда мы были на задании, нам пришлось устранить его, однако тело мы так и не получили. Шуй-цзюнь забрал его, и мы не знаем, где оно сейчас.       — Должно быть, та божественная Ци, о которой идет речь, все еще осталась в том теле, поэтому он и забрал его. Сначала мне казалось это бессмысленным, но теперь все встало на свои места. Шуй-цзюнь проводит над ним эксперименты, чтобы извлечь божественную Ци и найти способ передать ее госпоже Шуан. Тогда у нее будет достаточно сил сменить облик и полностью восстановиться через какое-то время, — без лишней мягкости подытожила Фулай.       — Вы… Вы уверены? — растерянность и ужас отразились на лице Шуан Жэнь, ее пальцы вцепились в подлокотники кресла. — Разве Юэ Хай мог сделать нечто подобное? Нет, нет, должно быть, другое объяснение. Он всегда был таким... честным и правильным.       — Госпожа Шуан, я Вас понимаю, — сказала Бай Сюаньцзи. — Но у нас нет цели Вас обманывать.       — Если позволите, — Шуан Жэнь опустила голову, белые волосы упали вперед, скрывая лицо, — я бы хотела остаться одна на какое-то время. Если в будущем у Вас возникнут вопросы, я постараюсь на них ответить, но... не сейчас.       Они вежливо поклонились и уже собрались уходить, когда за их спинами раздался надломленный голос Шуан Жэнь:       — И прошу Вас об одолжении. Не говорите никому в Небесной Столице, что разговаривали со мной.       В следующее мгновение сад развеялся, как утренний туман, дерево с голубыми листьями растаяло в воздухе, а их обоих выбросило на берег.