Глава 40
28 января 2026 г., 22:44
Когда Чжоу Юнь Шэн пришёл, Цао Мо Кунь сидел на диване и пил красное вино. Комнату освещала лишь тусклая настольная лампа, из-за игры света и теней его красивые черты лица казались ещё более выразительными.
— Иди выпей, — он махнул юноше рукой и произнес низким голосом.
Красное бургундское вино, 1997 год. Чжоу Юнь Шэн подошёл, и его нос затрепетал от аромата. Он поднял бокал и сделал глоток. Он пил очень элегантно, как настоящий аристократ, и это немало удивило Цао Мо Куня.
— Я хочу, чтобы ты остался со мной всего на три месяца, назови свою цену, — он саркастически улыбнулся и одним глотком допил оставшееся вино. В этом мире нет ничего, что нельзя было бы купить за деньги, — ни хорошее вино, ни красавца.
Чжоу Юнь Шэну захотелось вылить вино ему на голову, но он сдержался. Он на мгновение опустил глаза, делая вид, что размышляет, а затем тихо произнес:
— Я хочу триста тысяч.
— Ты уверен? — Цао Мо Кунь не мог не задать этот вопрос. Он уже был готов услышать от мальчика астрономическую цену, но тот запросил всего триста тысяч. На эти деньги даже приличные часы не купишь.
— Меньше не может быть; я должен получить триста тысяч, — Чжоу Юнь Шэн неправильно понял его мысли и снова подчеркнул это.
Цао Мо Кунь пристально посмотрел на него, затем подпёр лоб рукой и рассмеялся:
— Что ж, пусть будет триста тысяч, но сначала я должен всё проверить.
— Что проверять? — спросил Чжоу Юнь Шен.
Чжоу Юнь Шэн всё ещё пребывал в неведении, когда почувствовал, что мужчина перекинул его через плечо и бросил на большую кровать в соседней комнате. Он упал, у него закружилась голова, а затем его придавило сильное тело, и его губы оказались во власти чужих губ. Знакомое чувство головокружения мгновенно лишило его рассудка.
Через несколько минут мужчина наконец отстранился, но продолжал облизывать красные и влажные губы юноши. Он слегка рассмеялся:
— Малыш, ты гораздо слаще, чем я себе представлял.
— Ты закончил осмотр? — спросил Чжоу Юнь Шэн, тяжело дыша.
— Как такое возможно? Это же проверка, конечно, я должен тщательно осмотреть его снаружи и изнутри, — крупные руки мужчины многозначительно сжали ягодицы молодого человека.
— Подожди, сначала посмотри мне в глаза, — Чжоу Юнь Шэн быстро обхватил мужчину за щеки, заставив его смотреть в его бездонные зрачки. Его голос понизился, тон стал особенно успокаивающим: — Скажи, что ты видишь?
Цао Мо Кунь невольно уставился на его зрачки, и выражение лица постепенно стало рассеянным.
— Скажи мне, что ты видишь? — Чжоу Юнь Шэн долго ждал ответа, а потом переспросил.
— Я вижу звездный океан, — даже голос Цао Мо Куня стал рассеянным.
— Очень хорошо. А теперь отойди и мастурбируй, — Чжоу Юнь Шэн довольно улыбнулся и, словно королева, оттолкнул в сторону более высокого и сильного мужчину, который пытался его повалить. Этому навыку он научился в прошлой жизни — гипнозу. В той жизни он был психологом и использовал этот удивительный навык гипноза, чтобы обмануть героиню. В итоге он не только был «обманут» героиней, но и 10 000 раз погиб от руки героя. Он не любил вспоминать прошлое, но если вкратце, то это был важнейший навык для убийства, поджога и мошенничества. С его помощью он выполнял множество невыполнимых заданий.
Но рассеянность Цао Мо Куня длилась недолго. Когда молодой человек вырвался из его объятий и собрался встать с кровати, Цао Мо Кунь мгновенно пришёл в себя и усмехнулся:
— Малыш, что ты там сказал? Повтори.
Чжоу Юнь Шэн, который уже наполовину надел свитер, был совершенно ошеломлён. Придя в себя, он неуверенно произнёс:
— Ты, я… я сказал, что тебе стоит мастурбировать. Мастурбации достаточно, ты наверняка будешь счастливее с собой. Попробуй, и ты поймёшь.
Цао Мо Кунь был одновременно зол и заинтригован. Он повалил юношу обратно на кровать, легко стянул с него свитер и рубашку и накрыл его одеялом. Его голос звучал хрипло:
— Малыш, как мастурбация может сделать меня счастливее, чем секс с тобой? Мне не нужно пробовать, чтобы понять, — сказав это, он упёрся своим твёрдым гигантом в мягкий живот юноши.
Чжоу Юнь Шэн хотел вырваться из его объятий, но тот притянул его обратно за лодыжку. Одним движением он стянул с него штаны и прижал к мягкой постели, совершенно обнажённого.
***
Час спустя у обоих был довольный вид: один лежал, закутавшись в одеяло, и тяжело дышал, а другой курил, прислонившись к изголовью кровати. Чжоу Юнь Шэн исподтишка разглядывал мужчину. Неудавшийся гипноз всё ещё не давал ему покоя. Чтобы избежать чужого гипноза, нужно обладать духовной силой, равной или превосходящей силу гипнотизёра. Чжоу Юнь Шэн был единственным, кто выполнил тысячи заданий под руководством Господа Бога. Его сила души ещё не достигла верхнего предела, но было очевидно, что его духовная сила и потенциал ужасают. И этот мир был всего лишь миром класса E, в нём не было сверхъестественных сил, культивации, магии и других элементов фэнтези. Другими словами, в этом мире не должно было быть человека с более высокой духовной силой, чем у Чжоу Юнь Шэна, но здесь был Цао Мо Кунь. Каково было его происхождение? Была ли пропавшая энергия из пространства Синхай, которой на самом деле было больше половины, связана с ним? Чжоу Юнь Шэн нахмурился, затем взял подушку и накрыл ею голову, чтобы сдержать смех, который вот-вот готов был вырваться наружу. Он догадался, в чем причина. Сходство между людьми неизбежно, но если оно проявляется снова и снова, это точно не совпадение. Более того, его тело узнало этого человека задолго до того, как это сделал разум, но из страха разочароваться он отказывался слишком глубоко задумываться об этом. Поначалу он завёл отношения с этим человеком просто для того, чтобы не чувствовать себя одиноким, но после трёх воплощений в одной и той же жизни у него, естественно, появились более высокие ожидания. Сдерживая радость, он слегка приподнял подушку, чтобы посмотреть на мужчину через образовавшуюся щель. Цао Мо Кунь на самом деле постоянно следил за его реакцией. Увидев, что тот закрывает лицо подушкой, Цао Мо Кунь подумал, что его беспокоит запах сигарет, и быстро затушил сигару. Заметив, что Чжоу Юнь Шэн тайком наблюдает за ним, он не смог сдержать снисходительную улыбку, но тут же принял холодный вид. Он вдруг задумался: этот молодой человек был всего лишь игрушкой, которую он купил за триста тысяч, игрушкой, которая могла продать что угодно за деньги, развратной, легкомысленной и жадной до денег игрушкой, у которой не было силы воли. Так почему же его должны волновать чувства этого парня? Он ругал себя, но не мог избавиться от глубокого влечения к этому юноше, его настроение менялось, и он не мог разобраться в своих чувствах. Чтобы совладать с охватившими его противоречивыми чувствами, он сделал вид, что ему все равно, и равнодушно произнес: — Ты неплохо показал себя в постели, я очень доволен. Теперь, когда сделка заключена, нам нужно установить несколько правил. Радостное настроение Чжоу Юнь Шэна было испорчено его словами. Отбросив подушку, он недоверчиво спросил: — Ты хочешь установить правила для меня? — Все, кто следует за мной, должны соблюдать правила, — тон Цао Мо Куня был строгим, но сердце его трепетало. Он вдруг почувствовал себя очень виноватым за то, что делал. — Люди, которые за тобой следуют? И сколько их у тебя уже было? — спросил Чжоу Юнь Шэн. Цао Мо Кунь почувствовал себя еще более виноватым и возразил: — Какое тебе до этого дело? Какое ты имеешь к этому отношение? Я твой возлюбленный! Эта фраза чуть не сорвалась с его губ, но Чжоу Юнь Шэн сдержался. Он чувствовал, что ситуация Цао Мо Куня полностью отличается от его собственной: каждый раз, когда он перевоплощался, его данные форматировались, другими словами, у него не было никаких воспоминаний о прошлых жизнях. Но это было нормально, ведь он всё равно следовал за ним из мира в мир. При мысли об этом гнев Чжоу Юнь Шэна утих, и он безучастно спросил: — Хорошо, давай поговорим о твоих правилах. ао Мо Кунь погладил красные отметины на шее юноши и сказал серьёзным тоном: — Первое правило: в течение трёх месяцев ты не должен позволять Хань Юю прикасаться к тебе. Второе правило: приходи, когда я зову, не избегай меня без причины. Чжоу Юнь Шэн был готов послушно внимать, но, не дождавшись продолжения, спросил: — И это всё? — А ты думал, я буду зачитывать тебе правила поведения в доме? — ухмыльнулся Цао Мо Кунь. Чжоу Юнь Шэн кивнул, затем взял одежду, брошенную в изножье кровати, и стал одеваться. Цао Мо Кунь нахмурился и спросил: — Что ты делаешь? — Мне нужно идти домой, иначе Хань Юй позвонит и спросит. У меня тоже есть правило, и я надеюсь, что ты его будешь соблюдать. Ты не должен рассказывать Хань Юю о нашей сделке», — когда он наклонился, чтобы подтянуть штаны, Чжоу Юнь Шэн прищурился и усмехнулся. Ты думал, что я не сведу с тобой счёты, раз ты меня обыграл? Я заставлю тебя страдать в будущем! Конечно, Цао Мо Кунь чувствовал себя очень неловко, ему хотелось схватить его и безжалостно отыметь. Но он сдержался, раздраженно провел рукой по волосам и насмешливо спросил: — А это обязательно? Раз его семья уже разорилась, почему бы тебе просто не порвать с Хань Юем? Что ты выиграешь, тратя на него время? — Потому что я люблю его и никогда с ним не расстанусь, — сказал Чжоу Юнь Шэн, беря свою куртку и надевая её. — Ты любишь его? Ты показываешь свою любовь к нему тем, что забираешься в мою постель? — глаза Цао Мо Куня мгновенно налились кровью, а в голосе послышались яростные нотки. — Да, потому что я люблю его, я пересплю с тобой, — Чжоу Юнь Шэн надел ботинки и направился к двери, но, словно что-то вспомнив, обернулся и спросил: — Ты помнишь Чжоу Юнь Шэна? Цао Мо Кунь все еще злился из-за его непонятного ответа. Услышав это имя, он непонимающе уставился на него, но, поразмыслив, покачал головой. — А Вэй Си Янь? Шэнь И Бинь? Ду Сюй Лан? Нин Си Нянь? Чжу Чжао Тин (наследный принц)? Задав несколько вопросов подряд, Цао Мо Кунь в замешательстве покачал головой. Чжоу Юнь Шэну ничего не оставалось, кроме как подавить разочарование и поспешно уйти. После его ухода Цао Мо Кунь всё ещё размышлял над именем «Чжоу Юнь Шэн». Выражение его лица было слегка удивлённым, а затем у него резко разболелась голова. Он закурил сигару и с силой втянул дым.***
С того дня Цао Мо Кунь каждую неделю забирал юношу из дома и приводил его в свой клуб, чтобы тот помог ему расслабиться. Ощущения от близости с юношей были слишком приятными, и он часто не хотел отстраняться от него, ему хотелось разорвать его на части и поглотить. Постепенно встреч раз в неделю стало ему недостаточно, и он стал встречаться с ним раз в три дня, потом раз в два дня, потом каждый день, пока наконец ему не захотелось привязать юношу к себе. Сегодня он пытался пригласить мальчика на ужин, но после десятка безуспешных попыток дозвониться ему так и не удалось. Он нетерпеливо ждал полчаса, но когда уже собирался отправить своего помощника на поиски мальчика, тот сам перезвонил ему. — Что ты делаешь? Почему так долго не брал трубку? — раздраженно спросил Цао Мо Кунь. — Праздник уже почти наступил, у нас экзамены, я только что сдал один. Телефон был на беззвучном, поэтому я не слышал. Четкий голос мальчика мгновенно унял тревогу и гнев Цао Мо Куня. Он потянул себя за галстук и медленно спросил: — Как прошел тест? — Хорошо, — Чжоу Юнь Шэн небрежно собирал вещи в рюкзак, его изящный и безупречный профиль отражался в лучах теплого солнца, и его красота казалась нереальной. Не только Цзи Хань Юй не мог отвести от него глаз, но и лучший друг Цзи Хань Юя, Ван Цзе, смотрел на него с благоговением, чувствуя, как у него сжимается сердце. На другом конце провода Цао Мо Кунь сказал: — Я добавляю новое правило: с этого момента твой телефон должен быть всегда доступен, и если возникнут особые обстоятельства, из-за которых тебе придётся его отключить, ты должен сначала сообщить мне. — Почему бы тебе просто не установить на меня устройство слежения? — Чжоу Юнь Шэн закатил глаза, подумав про себя: неужели это «сильное желание контролировать» — неизлечимая болезнь? А ещё курение: после нескольких жизней, в течение которых он следил за этим человеком, ему так и не удалось заставить его бросить. В прошлой жизни этот человек пристрастился к курению. Может быть, эти врождённые черты, записанные в его базе данных, невозможно изменить даже после форматирования? Подумав об этом, он тихо рассмеялся. Цао Мо Кунь услышал его смех, и его сердце чуть не растаяло, превратившись в лужу. Он тихо сказал: — Это хорошая идея, завтра я куплю тебе часы с функцией отслеживания, чтобы не бояться потерять тебя. Я возьму тебя с собой куда-нибудь во время каникул, куда ты хочешь пойти? — Спроси меня, когда я получу оценки, — Чжоу Юнь Шэн взял сумку, поманил Цзи Хань Юя и первым вышел из класса. — Хорошо, я заеду за тобой, поужинаем вместе, — Цао Мо Кунь тут же взял ключи от машины и вышел из дома. Чжоу Юнь Шэн пообещал и повесил трубку, а затем отослал Цзи Хань Юя, который шёл за ним. Лучший друг Цзи Хань Юя, Ван Цзе, часто оглядывался на подростка, стоявшего на закате, и дразнил его: — А-Юй, разве ты не встречаешься с его лучшим другом? Почему бы тебе не одолжить его нам, чтобы мы с ним поиграли? — Если вы, ребята, хотите поиграть, то вперед. Если у вас достаточно денег, он для вас все сделает, — Цзи Хань Юй презрительно рассмеялся. — В последнее время он нас игнорирует, ведет себя очень холодно. Не мог бы ты помочь нам его пригласить? — Я могу. Если он попадётся на удочку, не забудь оставить улики. Иначе, если я внезапно брошу его, Юй Ран подумает, что я безжалостный и непостоянный. Из-за него Юй Ран в последнее время чувствует себя виноватым, у него проблемы с едой и сном. У меня сердце разрывается, когда я вижу, как сильно он похудел. Короче говоря, виноват не я и не Юй Ран, а Линь Чэн Цзе, который добровольно унижает себя, понимаешь? — Понял, понял, ты действительно плохой парень! — Ван Цзе поспешно кивнул.
