Глава 52
30 января 2026 г., 14:22
Вскоре у Цинь Цэ не осталось времени на размышления.
В прошлый раз ему не удалось пробраться в город, потому что в столице было введено военное положение. На этот раз он возглавил группу беженцев, которые штурмовали городские ворота, что привело к ослаблению обороны и хаосу. Это была хорошая возможность проникнуть в столицу.
Он придумал предлог, чтобы покинуть семью Чжан, и переоделся в форму императорского стражника, чтобы беспрепятственно проникнуть во дворец.
У Императора было много верных министров при дворе. Если бы он умер, а молодой Наследный принц быстро последовал за ним, у министров неизбежно возникли бы подозрения, и это привело бы к большим неприятностям. Поэтому вдовствующая императрица не осмеливалась открыто угрожать наследнику престола. Она планировала дождаться, пока её сын взойдёт на престол, а затем медленно отравить Наследного принца, чтобы он мог пойти по стопам своего отца.
Цинь Цэ беспрепятственно связался с юным Наследным принцем, но, когда он покидал дворец, его случайно заметили патрульные стражники, и по всему городу начались поиски.
***
В то же время молодой слуга из семьи Чжу тоже принёс кое-какие новости. Генерал Дин Юань, заместитель главнокомандующего, и человек, которого искал хозяин, были очень похожи. Он был ростом 180 см, выглядел величественно, был хорошо сложен и каждый день курил табак, за что в армии его прозвали Дымок. Чжоу Юнь Шэн был вне себя от радости. Он тут же потратил кучу денег, чтобы подкупить стражу у столичных ворот, и пробрался в город, остановившись на постоялом дворе напротив резиденции генерала Дин Юаня, чтобы сторожить пень в ожидании кроликов. Прождав целый день и так и не увидев этого человека, он совсем расстроился и после позднего ужина с Твити и Лу-ши вернулся в свою комнату, чтобы отдохнуть. — Господин, ваша ванна готова, пожалуйста, проходите, — слуга налил в большую деревянную бочку за ширмой горячую воду и с поклоном протянул корзину с цветочными лепестками. — Что это? — Чжоу Юнь Шэн указал на корзину с цветами, и уголок его рта дрогнул. — Это приготовила ваша служанка. Она сказала, что после купания цветы будут источать сладкий аромат. Я помогу господину насыпать немного в бочку. Твити и Лу-ши думали, что их молодой господин приехал в город, чтобы встретиться со своим возлюбленным, поэтому, естественно, они всё себе представили. Чжоу Юнь Шэну было уже не до этого, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как бросить серебряную монету слишком внимательному работнику гостиницы, а затем в изумлении уставиться на парящие лепестки. Забудь об этом, он теперь даже может родить, так зачем ему беспокоиться о таких вещах? Он снисходительно улыбнулся, снял одежду и медленно погрузился в воду. Когда он уже наполовину погрузился в ванну, окно позади него внезапно распахнулось. Человек в чёрном с капюшоном на голове остановился у бочки и удивлённо уставился на него. Точнее, он уставился на синдур между бровей. — Что? Ты гер? — выпалил человек в черном. — Малыш Блэк? — Чжоу Юнь Шэн приподнял брови. Услышав внизу шумные шаги, он затащил ошеломлённого мужчину в бочку и прижал его ко дну, а затем быстро закрыл окно. К счастью, вода была наполнена лепестками, которые всё скрывали. Дверь распахнулась, и из-за ширмы выбежал отряд солдат с мечами. Все оцепенели при виде молодого человека, который в ужасе хватался за грудь. — Кто вы такие? Как вы смеете врываться в мою комнату? Знайте, я жених командующего Левой армией, лорда Фэя. Если вы меня обидите, вам не поздоровится! Чжоу Юнь Шэн сказал это не просто так. Родная семья вдовствующей Императрицы контролировала пять крупных отрядов Правой армии и пыталась привлечь на свою сторону Левую армию, чтобы та помогла ей в борьбе против Центральной армии Цинь Цэ. Разумеется, она не осмеливалась оскорблять командующего Левой армией. Кроме того, жена лорда Фэя действительно умерла, и он собирался жениться во второй раз. Мужчина в ванне и без того был необычайно красив, но от гнева его красота стала еще ярче, а синдур между бровями покраснел, словно из него сочилась кровь. Такой потрясающей красотой могли наслаждаться только богатые и знатные люди. Солдаты переглянулись и поспешно спрятались за ширмой. Обыскав кровать, шкаф и все остальные места, где мог спрятаться человек, они попросили прощения и ушли. Твити и Лу-ши быстро заперли дверь. Цинь Цэ вынырнул из воды и сквозь зубы спросил: — Ты помолвлен с Фэй Вэнь Хаем? — Это была уловка, — Чжоу Юнь Шэн равнодушно махнул рукой. Выйдя из ванны, он накинул халат. Он никогда не считал себя кем-то иным, кроме как мужчиной, поэтому ничуть не стеснялся Цинь Цэ. Цинь Цэ уставился на его упругие ягодицы и стройные прямые ноги. У него перехватило дыхание, из носа неожиданно потекла кровь, а в паху стало болезненно тесно, как будто вот-вот что-то взорвется. Чжоу Юнь Шэн завязал пояс, босиком подошел к столу, чтобы налить себе чаю, и спросил: — Почему ты вдруг объявился здесь? За тобой даже солдаты гонятся? — Это сложно объяснить, — Цинь Цэ тут же смыл кровь из носа, но не осмелился встать из ванны, боясь, что юноша обнаружит огромное морское существо. Чжоу Юнь Шэн уже все знал и, естественно, не был заинтересован в дальнейших расспросах. Даже если бы он чего-то не знал, он бы все равно придерживался принципа «меньше слов — меньше ошибок». Он подошел к ванне и улыбнулся: — Как насчет сделки? — Какая сделка? — Цинь Цэ глубоко вздохнул, стараясь не смотреть на идеальное тело юноши, отчетливо проступавшее под влажной одеждой. — Я помогу тебе скрыться от преследования, а ты забудешь о том, что я гер. — Почему бы тебе не рассказать людям, что ты гер? — Цинь Цэ взглянул на него и быстро отвёл взгляд. Подавив внутреннее ликование, он добавил: — Раз уж я увидел твоё тело, я должен взять на себя ответственность. — Если ты возьмёшь на себя ответственность за меня, что будет с Чжан Шу Линем? Разве вы не помолвлены? Только не говори мне, что ты хочешь, чтобы один из нас был мужем, а другой — наложником? Откуда у тебя такое раздутое самомнение? — Чжоу Юнь Шэн усмехнулся и добавил: — «Мне не нужно, чтобы ты брал на себя ответственность, у меня уже есть возлюбленный. Честно говоря, я приехал в столицу только для того, чтобы встретиться с ним. Цинь Цэ изначально хотел объяснить свои отношения с Чжан Шу Линем, но после последней фразы в его голове всё померкло. Ему казалось, что кто-то пронзил его грудь, вырвал его бьющееся сердце, сжал его и ударил ножом. Боль была невыносимой. Он ненавидел себя за то, что опрометчиво согласился на просьбу Чжан Шу Линя, но ещё больше он ненавидел человека, в которого влюбился Чжу Цзы Юй. Он был готов на всё, чтобы найти этого человека и разорвать его на части. — Кто твой возлюбленный? Интересно, смогу ли я удостоиться чести с ним познакомиться, — в его сердце уже бушевала ярость, но на лице не было ни капли эмоций. — Подожди, пока я его найду, и тогда спроси еще раз, — Чжоу Юнь Шэн махнул рукой, чувствуя себя подавленным. Ты его ещё не нашёл? Хорошо, тогда он исчезнет навсегда. Цинь Цэ опустил веки, скрывая убийственный блеск в глазах. После долгого купания в холодной воде он выбрался из ванны и переоделся в чистую одежду, которую ему протянул молодой человек. У этих двоих было совершенно разное телосложение, поэтому ткань плотно облегала тело Цинь Цэ, подчёркивая его мускулистую фигуру, сформировавшуюся за годы командования войсками. Чжоу Юнь Шэн взглянул на него и быстро отвёл взгляд, почувствовав себя немного неловко. Как и его возлюбленный, этот мужчина был ходячей гормональной бомбой. — Я буду спать на кровати, а ты — на полу, — он достал из шкафа дополнительное постельное бельё и бросил его к ногам Цинь Цэ. — Разумеется, — Цинь Цэ быстро расстелил постель и низким голосом произнес: — Я должен кое-что исправить для господина. Меня зовут не Малыш Блэк, а Цинь Цэ, — Малыш Блэк — какое позорное прозвище! Неужели Чжан Шу Линь принял его, великого военачальника, за собаку? Чжоу Юнь Шэн злорадно усмехнулся: — Понял, Малыш Блэк. Глаза Цинь Цэ вспыхнули, но он неожиданно не стал возражать. Это было то же самое имя, но когда Чжу Цзы Юй назвал его, он действительно почувствовал удовлетворение от того, что готов пройти сквозь огонь ради него, не обращая внимания ни на что. Похоже, он действительно влюбился по уши. Разобрав постель, двое мужчин погасили свет и легли спать. Цинь Цэ немного нервничал, находясь в непосредственной близости от любимого человека. Он снова и снова вспоминал свои фантазии, и его дыхание постепенно становилось прерывистым. Он тут же перевернулся и горящим взглядом уставился на силуэт за балдахином. Нижняя часть его тела напряглась, готовая вот-вот взорваться, но когда он наконец достиг предела своих возможностей и уже собирался вырубить юношу и воплотить все свои идеи в жизнь, тот заговорил первым: — Ты всё ворочаешься, не можешь уснуть? — Да, я редко сплю в одной комнате с другими людьми, мне немного неловко, — Цинь Цэ замер, медленно переводя дыхание в спокойное состояние. — Я тоже. Просто потерпи, завтра рано утром мы уедем из города. — Как мы выберемся из города? — Конечно, переодетые. — В кого? «…» Цинь Цэ вовлёк юношу в разговор, одновременно мысленно лаская его нижнюю часть тела. Перед его взором предстали раскрасневшиеся щёки юноши и его затуманенные слезами глаза. Он обладал сильным самоконтролем, и даже несмотря на то, что его тело и душа трепетали от страсти к юноше, его дыхание оставалось ровным. Чжоу Юнь Шэн наметил план на завтра и незаметно для себя погрузился в глубокий сон. Цинь Цэ наконец успокоился, но его волчий взгляд еще долго не отрывался от юноши, словно не желая его отпускать. На следующий день Чжоу Юнь Шэн приказал Твити купить косметики. Благодаря своим превосходным навыкам в области макияжа он превратил Цинь Цэ в шестидесятилетнего мужчину. Его красивое лицо теперь было покрыто морщинами, а кожа на шее и тыльной стороне ладони обвисла. Его волосы, брови и борода поседели, а сгорбленное тело шаталось при каждом шаге, как будто он одной ногой был в могиле. Даже если бы перед Цинь Цэ стояли родные отец и мать, они бы его не узнали. Они выехали из города в карете. На этот раз Чжоу Юнь Шэн не стал скрывать синдур между бровями. С такой суммой денег и таким обаянием стражники у городских ворот не смогли ему отказать. Они лишь слегка пожурили их и отпустили. Когда они приблизились к деревне Чжу Цзя и убедились, что за ними никто не следит, Цинь Цэ снял маску и потянул Чжоу Юнь Шэна за руку, настаивая: — Скрой свой синдур. Он не хотел, чтобы кто-то узнал об этом секрете до тех пор, пока ситуация при императорском дворе не стабилизируется. Чжу Цзы Юй мог принадлежать только ему. — Не нужно мне об этом напоминать, — холодно фыркнул Чжоу Юнь Шэн. — А теперь заткнись, — Цинь Цэ и не думал расслабляться. Чжоу Юнь Шэну ничего не оставалось, кроме как достать пудру телесного цвета, чтобы скрыть пятно. Цинь Цэ наконец-то остался доволен, он выскочил из кареты и направился прямиком к казармам, расположенным в десяти ли от них. Обсудив план спасения с заместителем, он вернулся к семье Чжан под утро. Чжан Шу Линь был очень рад его видеть, но не бросился к нему, как обычно, а просто стоял и смотрел на него с растерянным выражением лица. Чжан Цзя Жуй прямо спросил: — Брат Малыш Блэк, ты восстановил свою память? Кто ты такой? Кто-то только что тайно прислал нам несколько сотен килограммов риса и пачку банкнот, сказав, что это в благодарность за нашу доброту. Эту доброту можно расценивать только как спасение Малыша Блэка — Вы можете принять рис и банкноты. Мне неудобно раскрывать свою личность, но вы, естественно, узнаете её в будущем. Кроме того, не распространяйтесь об этом среди других, вы можете спровоцировать катастрофу, которая положит конец роду, — взгляд Цинь Цэ был зловещим, как будто прежнего честного и открытого Малыша Блэка никогда не существовало. Чжан Шу Линь побледнел от страха и тут же кивнул, показывая, что готов держать язык за зубами. Но Чжан Цзя Жуй кое о чём догадался и спросил с лёгким блеском в глазах: — Значит, твой брак с моим старшим братом всё ещё в силе? — если этот человек действительно был пропавшим без вести Шэнь Вэй Хоу Шицзы, то семья Чжан будет процветать, а он сам взлетит по карьерной лестнице как ракета. — Естественно, это не считается, — Цинь Цэ без колебаний отверг это предложение. Все надежды Чжан Цзя Жуя рухнули в одночасье, и он гневно воскликнул: — Кто бы мог подумать, что этот достойный военачальник окажется презренным человеком, который не держит слово. — Ты очень умен и любишь хвастаться своей сообразительностью. Странно, что такие люди, как ты, всегда умирают первыми, — бесстрастно ответил Цинь Цэ. — Я, Цинь Цэ, действительно дал обещание, но я не стану жертвовать счастьем всей своей жизни ради обещания. Есть много способов отплатить за добро, и не стоит использовать в качестве компенсации собственное тело. Я потерял память, но не рассудок. Если вы не лишены здравого смысла, то примете мою благодарность и вернете долг. Если ты неразумен, у меня есть множество способов сделать тебя разумным. Чжан Шу Линь впервые осознал, что перед ним стоит неприкасаемый Шэнь Вэй Хоу Шицзы, пугающе могущественный военачальник, а не честный и простой Малыш Блэк. Он беспомощно кивнул, его глаза покраснели. Как бы не злился Чжан Цзя Жуй, он понимал, что из этого ничего не выйдет. Ему ничего не оставалось, кроме как отказаться от богатства и почестей, которые, казалось бы, уже были в его власти. Цинь Цэ попрощался с семьёй Чжан и растворился в ночи, ничего не взяв с собой.
