Глава 71
3 февраля 2026 г., 13:44
Шестой принц провёл с Ци Гуй Цзе меньше месяца, но его болезненно-бледная кожа уже приобрела здоровый пшеничный оттенок. Раньше, хотя он был ровесником Пятого принца, он был ниже его на голову, но теперь он вырос ему по уши. Через месяц или два он догонит его или даже превзойдёт.
Характер Ли Сю Дуна тоже изменился. Раньше он всегда втягивал шею и опускал голову, ведя себя очень робко, но теперь его глаза сияли, он всегда смотрел прямо перед собой. Его красивые черты лица стали более выразительными, а взгляд — гордым и высокомерным.
Ли Цзинь Тянь тоже начал уделять внимание другим принцам и время от времени заходил в императорский класс, чтобы проверить их домашние задания. Благодаря этому все узнали, что талант Шестого принца на удивление сопоставим с талантом Пятого. Какой бы вопрос Ли Цзинь Тянь ни задавал, Шестой принц всегда давал красноречивый ответ, и его мнение часто производило впечатление на Ли Цзинь Тяня и учителя.
— Император, Шестой принц действительно выдающийся, — учитель похвалил Ли Сю Дуна за пределами класса.
Ли Цзинь Тянь улыбнулся и кивнул:
— Ци Гуй Цзе хорошо его воспитывает. Он всегда хорошо заботился о детях.
У Ци Гуй Цзе никогда не было детей, что означает эта фраза? Учитель удивлённо взглянул на Императора.
Ли Цзинь Тянь понял, что думает о прошлой жизни. Он махнул рукой и с мрачным видом зашагал прочь. Он думал о прошлой жизни, когда Ци Сю Цзе лично воспитал Двенадцатого принца, сделав из него выдающегося правителя. От этой мысли у него защемило сердце. Двенадцатый принц мог бы в одиночку удержать на плаву рушащуюся империю, его талант был бы не меньше, чем у Пятого и Шестого принцев.
Если бы только он был жив…
Ли Цзинь Тянь вытер лицо и закрыл налитые кровью глаза, полные раскаяния.
В конце концов Гао Минь узнал, что Шестой принц затмевает Пятого в императорском классе, и разозлился. Несмотря на то, что он был занят с армией, он нашел время вернуться и лично провел занятия по верховой езде и стрельбе.
— Руки прямые, большие пальцы сцеплены, ноги расставлены, ты неустойчив, — он поправил позу Шестого принца, указал на мишень в 100 метрах и сказал:
— Стреляй.
Шестой принц явно был подавлен его строгостью, его бросило в холодный пот, пальцы слегка дрожали. Он ослабил тетиву, и стрела пролетела всего несколько метров и упала в грязь, даже не попав в цель.
Кто-то хихикнул, и лицо Шестого принца покраснело. Он опустил голову, не желая видеть выражение лица Гао Миня.
Гао Минь усмехнулся и тут же отвернулся, но в ушах Шестого принца прозвучало едва различимое «такой слабый». Хотя Шестому принцу следовало бы устыдиться, его губы скривились, а взгляд стал убийственным. Ты можешь выпендриваться сколько угодно, но рано или поздно я сниму с тебя кожу заживо, чтобы ты почувствовал ту же боль, что и отец Цзе, когда ты его отравил!
Когда занятия верховой ездой и стрельбой закончились, к Пятому принцу вернулась уверенность в себе. Увидев, что Шестой принц повесил голову, он нарочно подбежал к тому, чтобы утешить. Он сказал, что его отец предлагает дополнительные консультации, так что ему стоит прийти во дворец Тянь Чэнь. Отец играл роль дьявола, а сын — ангела, классические «пряник и кнут», они оба умели располагать к себе людей.
Шестой принц изобразил на лице благодарность и вместе с Пятым принцем направился к воротам дворца, а затем повернулся в сторону дворца Цзы Чэнь с холодным выражением лица. Хотя отец Цзе велел ему не прятаться, он понимал, что, если будет слишком усердствовать, навлечёт на отца Цзе много проблем, а на это у него не хватит духу. Он не хотел, чтобы отец Цзе его защищал, он хотел как можно скорее стать сильнее и опорой для него. В настоящее время он был очень слаб, но рано или поздно он станет сильнее любого, включая человека на троне. Он не был достоин быть его отцом.
Чжоу Юнь Шэн услышал торопливые шаги волчонка, поэтому отбросил праздное выражение лица и напустил на себя серьезный вид. Он отложил книгу и спросил:
— Я слышал, ты сегодня опозорился перед Гао Минем?
Ли Сю Дун кивнул, его щёки покраснели.
— Ни на что не годный, ты что, за полмесяца тренировок не смог попасть в яблочко с расстояния в 100 метров? Куда только девается вся еда, которую ты каждый день запихиваешь в свой волчий желудок? — Чжоу Юнь Шэн подошёл к сыну и оттаскал его за уши.
Ли Сю Дун сделал вид, что ему больно, но на самом деле он был очень рад. Ему нравилось, когда отец отчитывал его и даже дергал за уши своими теплыми пальцами. Это была их семейная любовь. Отец Цзе ругал и наказывал его, потому что любил и хотел, чтобы он стал лучше. Ли Сю Дуну это очень нравилось.
Чжоу Юнь Шэн не знал, что превратил своего сына в мазохиста. Он отпустил его ухо и махнул рукой:
— Пойдём. Я снова научу тебя стрелять из лука.
Ли СюДун быстро побежал, чтобы не отстать.
— Внимательно следи за моей позой, — Чжоу Юнь Шэн взял лук весом в 10 камней и легко натянул тетиву до предела. 10 камней — это около 140 фунтов, и чтобы держать и натягивать такой лук, требовалась огромная сила. Ци Гуй Цзе уже не в первый раз лично обучал Шестого принца, но стоявшие рядом стражники всегда дрожали от страха. Они и представить себе не могли, что в хрупком на вид теле Ци Гуй Цзе таится такая невероятная сила.
Однако Ци Гуй Цзе уже давно обуздал их, поэтому они не осмелились доложить об этом Императору.
Ли Сю Дун горящими глазами смотрел на отца Цзе. Он чувствовал, что отец Цзе слишком очарователен, и от одного взгляда на того у него кружилась голова.
Чжоу Юнь Шэн отпустил тетиву, и стрела с резким свистом взмыла в воздух. Она попала точно в центр мишени, оставив торчать лишь несколько хвостовых перьев.
Отец Цзе, вероятно, использовал лишь треть своей силы, он всегда сдерживался. По предположениям Ли Сю Дуна, если бы Чжоу Юнь Шэн выстрелил в полную силу, новая стрела попала бы в центр старой и расколола бы ее пополам. При таком мастерстве в стрельбе из лука расстояние в 100 метров было просто оскорбительным.
Стражники выпрямились. Некоторые из них были свидетелями того, как Гао Минь стрелял из лука, и тогда они восхищались им, но теперь, по сравнению с Ци Гуй Цзе, Гао Минь был ничтожеством. Ци Гуй Цзе был просто непостижим.
— Отец очень силен! — Ли Сю Дун подбежал к нему и схватил за руку, на его лице играла льстивая улыбка.
— Не пытайся мне льстить. Бери лук и начинай тренироваться, — Чжоу Юнь Шэн щелкнул волчонка по лбу.
Ли Сю Дун кивнул, взял самый обычный роговой лук и натянул тетиву.
— Ты неправильно держишь лук!
Чжоу Юнь Шэн сделал ему замечание, но после нескольких исправлений, каждый раз, когда он собирался уйти, Ли Сю Дун допускал новую ошибку. Чжоу Юнь Шэну пришлось остаться и учить его на практике.
Их тела были плотно прижаты друг к другу, и тонкая ткань легко пропускала тепло. Тело Ли Сю Дуна начало нагреваться, даже кровь забурлила. Ему очень нравился этот тесный контакт, от которого ему хотелось прижаться к отцу Цзе еще сильнее.
— Не нервничай, чем больше ты нервничаешь, тем сложнее целиться. Расслабься, повторяй за мной и дыши ровно, — теплое дыхание мужчины коснулось его мочки уха и шеи, и Ли Сю Дун почувствовал невыносимый зуд. Он попытался выровнять дыхание, но сердце продолжало биться чаще.
В трансе он выпустил стрелу, и она едва задела край мишени. Чжоу Юнь Шэн был очень недоволен, но он также понимал, что не может слишком сильно давить на ребёнка. Он отступил на несколько шагов и погладил сына по голове, а затем сказал:
— Хорошо, есть небольшой прогресс. Ты помнишь правильную стойку? Оставайся здесь и тренируйся, не останавливайся, пока не выпустишь четыреста стрел. За каждую промазанную стрелу добавляй ещё десять. А вы останьтесь и присмотрите за ним.
Он повернулся к стражникам и отдал приказ.
Стражники склонили головы.
Чжоу Юнь Шэн ушёл.
Стоило Ли Сю Дуну лишиться теплых объятий отца Цзе, как его нежный взгляд тут же стал жестким. Он взял лук из 10-каменного дерева, которым пользовался его отец, натянул тетиву до предела и прицелился в мишень. Он отпустил тетиву, и стрела вонзилась точно в центр мишени, разнеся предыдущую стрелу в щепки. Такой меткой и мощной стрельбой он не уступал отцу.
Стражники были ошеломлены, а затем почтительно склонили головы. Несмотря на то, что перед Ци Гуй Цзе мальчик вёл себя как преданный пёс, наедине с собой он был очень кровожаден, и те, кто его злил, боялись за свою жизнь. К тому же ему было всего тринадцать, но он был достаточно силён, чтобы обращаться с десятикаменным луком, и даже притворялся беспомощным перед отцом. Этот отец и сын были поистине необыкновенными. Что будет с Гао Минем и Пятым принцем в ближайшие несколько лет, если эти двое станут их врагами?
Подумав об этом, стражники еще больше укрепились в своем решении не предавать их.
***
Гао Минь добился своего и отправился на войну. Когда он уезжал, Ли Цзинь Тянь лично проводил его до ворот дворца и, не хотя возвращаться обратно, проводил его еще десять миль. Гао Минь прибыл на границу и всего через несколько дней одержал победу в сражении. Когда эта новость дошла до столицы, все придворные были в восторге и даже восхваляли мудрость и дальновидность Императора. Чем больше Гао Минь прославлял имя Ли Цзинь Тяня, тем больше уважения он вызывал у Императора. Ли Цзинь Тянь скромно улыбался, но его сердце было полно гнева, тревоги и печали. Если бы события развивались так, как было задумано, то примерно через год Гао Минь вторгся бы вглубь приграничных территорий и нанёс бы серьёзный ущерб Западному И. Армия подчинялась бы ему и была бы непобедима, поэтому его престиж достиг бы небывалых высот. На границе люди знали только о генерале Гао, но не знали Императора. А поскольку Император благоволил генералу Гао, пограничные чиновники полностью подчинялись ему и поддерживали Пятого принца как будущего Императора. Но в данный момент Ли Цзинь Тянь по-прежнему любил Гао Миня, но не доверял ему. С другой стороны, он больше не мог любить Ци Сю Цзе, но доверял ему больше, чем кому-либо другому. В чем важность любви и доверия? Чжоу Юнь Шэн скажет вам правду: доверие важнее любви. Чувства поддерживаются не столько силой любви, сколько прочностью доверия. Глубокое доверие не поколеблют внешние обстоятельства, и оно является самой мощной опорой для отношений. Изначально Гао Минь полагался на это доверие, чтобы разделить мир с Ли Цзинь Тянем, но теперь их доверие было полностью подорвано Чжоу Юнь Шэном. Ли Цзинь Тянь боялся, что Гао Минь свергнет его с трона, поэтому тайно связался с доверенным лицом в армии и попросил его задержать доставку провианта. Когда их нынешние запасы иссякнут, битва, несомненно, закончится поражением, и Гао Минь познает горечь неудачи. Тогда он поймет, как хорошо было оставаться на его стороне. Получив донесение, Чжоу Юнь Шэн насмешливо улыбнулся. Неспособный правитель действительно заслужил свой титул. Несмотря на то, что он был Императором, собственные желания для него были важнее интересов государства, и он даже был готов пожертвовать сотнями тысяч солдат, лишь бы приструнить Гао Миня. Стоит ли восхищаться его преданной любовью? Но Ли Цзинь Тянь просчитался, потому что Гао Минь не только пользовался поддержкой семьи Гао, но и заручился поддержкой ещё одного человека, который глубоко его любил и был готов тайно помогать ему, — принца Ли.
