Глава 73
3 февраля 2026 г., 17:16
Дворец Тянь Чэнь.
Гао Минь занимался боевыми искусствами, когда его личный слуга заметил, что чайник пуст, и пошел заварить еще.
На полке он нашёл любимый напиток Гао Миня, Лю Ань Гуа Пянь. Он на цыпочках подошёл к чайным банкам и обнаружил на дне прилипший клочок бумаги. Он осторожно огляделся, никого не увидел и быстро убрал бумажку.
Он развернул маленький листок рисовой бумаги и увидел всего четыре слова — «отправь Гао Миня домой».
Это было простое задание. Слуга с облегчением вздохнул и сжёг бумагу над печью.
Он вернулся в тренировочный зал и поднял чайник, показывая, что его господину следует немного передохнуть. Гао Минь действительно устал, поэтому он убрал меч в ножны, вытер пот и налил себе чаю.
— Господин, когда ваш слуга вышел из дворца, чтобы купить припасы, он встретил у лавки бабушку. Она сказала, что китайское фикусовое дерево у нее дома зацвело, оно такое ароматное и красивое. Господин, вы помните? Когда мы были маленькими, мы любили лазать по деревьям и собирать фрукты для бабушки, — слуга внезапно замолчал.
На лице Гао Миня появилось задумчивое выражение, и он улыбнулся:
— Конечно, я помню, что после того, как мы сорвали плоды китайского учёного дерева, бабушка не отпускала нас. Она заставляла нас сидеть и смотреть, как она режет приправы, а потом пекла нам булочки с этими плодами. Даже императорские булочки не сравнятся с ними.
Слуга улыбнулся и энергично закивал.
Гао Минь странно посмотрел на него, затем взмахнул рукавами и сказал:
— Отлично, теперь ты разбудил моего чан чонга. Давай скорее вернемся во дворец, чтобы собрать вещи, мы едем домой.
Слуга поспешно согласился, но по дороге вдруг сказал:
— Нам нужно зайти в императорский класс, чтобы забрать молодого господина. Он давно не видел своего дядю и дедушку.
Из-за снисходительности Ли Цзинь Тяня Гао Минь даже не задумывался об этом, поэтому он вывел сына и принца Ли из дворца. В тот же день шпион Ли Цзиня прислал секретный донос.
— Вы видели, как принц Ли входил в дом Гао?
Шпион кивнул.
— Что они делают? — выражение лица и тон Ли Цзинь Тяня были очень спокойными, но его рука, лежащая на столе, была сжата.
— Слуга не знает, — шпион опустил голову ниже.
— Ты не знаешь? Я потратил столько усилий, чтобы воспитать тебя, а ты не можешь узнать даже этой мелочи?
— Отвечаю Императору: дом семьи Гао окружен солдатами «Побратимами смерти», они патрулируют территорию 24 часа в сутки без перерыва. Боюсь, мы не сможем подобраться слишком близко.
Побратимы смерти? С древних времен только у Императора могли быть такие люди. А что же семья Гао? Да какая теперь разница между Гао Цзя и императорским двором? По сравнению с миллионами рядовых солдат в распоряжении Гао Цзя Побратимы смерти не стоят даже упоминания.
Ли Цзинь Тянь не разозлился, а просто рассмеялся над собственной глупостью. Когда-то, когда Ци Цзя считалась главной семьей в Да Юнь, они могли позволить себе только дюжину стражников и сотню слуг. Если такая семья считалась лучшей в стране, то что же тогда можно сказать о Гао Цзя?
Он лично натравил на свой дворец тигров! Ли Цзинь Тянь никогда не жалел о том, что уничтожил семью Ци, как не жалеет об этом сейчас. От одной мысли о том, что Гао Минь и принц Ли могут встречаться в доме Гао, у него ужасно разболелась голова.
Он помассировал ноющий висок, и острая боль немного утихла. Он продолжил:
— Продолжай наблюдать издалека, не расслабляйся. А что насчёт травмы Шестого Принца?
В качестве наказания он на полгода отстранил Шестого принца. У Ли Цзинь Тяня были свои соображения: во-первых, он хотел, чтобы тот спрятался от отца и сына Гао, а во-вторых, чтобы тот успел оправиться от ран.
— Врач, которого вы тайно послали, вернулся раньше времени и сказал, что у принца нет серьезных последствий и через два месяца он поправится.
— Я попросил доктора передать кое-что Ци Гуй Цзе. Он понял? — Ли Цзинь Тянь напрягся. Он не хотел, чтобы Шестой принц привлекал к себе слишком много внимания, поэтому приказал Ци Сю Цзе сказать, что у Шестого принца повреждена коленная чашечка и в будущем ему нельзя будет выполнять интенсивные физические упражнения. Принц, который не сможет унаследовать трон, не будет привлекать внимание Гао Цзя, поэтому им нужно было сохранить всё в тайне.
Ли Цзинь Тянь был вынужден признать, что Ци Сю Цзе был прав: даже он, Император, не мог открыто выступить против Гао Цзя. Он мог терпеть высокомерие и властность Гао Цзя, но не мог смириться с тем, что Ци Сю Цзе его не понимает. Он боялся, что Ци Сю Цзе решит, будто он наказывает его, потому что хочет избавиться от Шестого принца. В конце концов, все знали, что он благоволит отцу и сыну Гао.
— Ци Гуй Цзе сказал, что, если вы прикажете, он и Шестой принц всегда подчинятся.
Услышав это, Ли Цзинь Тянь почувствовал, как у него увлажнились глаза. Он подумал про себя:
— Да, Ци Сю Цзе всегда уважал меня на протяжении двух жизней. Как он мог обижаться на меня и не понимать меня? Если бы я не потерял память после перерождения, если бы я любил Сю Цзе, насколько счастливыми мы были бы сейчас?
Подумав об этом, Ли Цзинь Тянь внезапно почувствовал себя изможденным. Он отослал шпиона, а сам спрятался в тени, погрузившись в свои мысли.
***
Гао Минь два или три года провёл на войне и больше не мог выносить заточение во дворце. Он почти не водил сына на прогулки, поэтому теперь часто брал его с собой к принцу Ли. Гао Минь знал, что принц Ли испытывает к нему глубокие чувства, но был благодарен ему за всю его доброту и не отказывался от его общества. Он также хотел, чтобы сын был ближе к нему. Принц Ли был влиятельным членом императорской семьи и мог бы оказать большую помощь его сыну. Если бы Гао Минь просто был близок к принцу Ли, Ли Цзинь Тянь, возможно, и приревновал бы, но теперь, когда он полностью утратил доверие Ли Цзинь Тяня, его близость к принцу Ли довела Ли Цзинь Тяня до безумия. После получения секретного донесения первоначальный гнев Ли Цзинь Тяня сменился коварством, и его настроение стало крайне опасным. Еще один толчок — и он окончательно потеряет рассудок. Что касается того, как подтолкнуть его к этому, Чжоу Юнь Шэн давно все продумал. Если бы Гао Мин оставил его в покое, он бы не смог воспользоваться этим приемом. Но Гао Мин ненавидел Ци Сю Цзе и явно собирался его спровоцировать. Однажды, когда Гао Минь был в казармах, в императорском классе никого не было. Ли Сюй Янь остался во дворце Ян Синь, чтобы составить компанию своему отцу-Императору. В полдень слуги принесли обед и почтительно обслужили двух господ. — Отец, ты недавно получил дань в виде красных ягод? — спросил Ли Сюй Янь, указывая на тарелку с сочными красными ягодами. — Да, две корзины. Возьми одну, если хочешь, — Ли Цзинь Тянь добродушно улыбнулся. — Хуан Шу тоже их любит, можно я ему тоже отправлю? — Как хочешь, — улыбка Ли Цзинь Тяня не изменилась, но взгляд стал чуть холоднее. Пятый принц вздохнул: — Хуан Шу много заботится обо мне в будни, так что я, конечно, должен отвечать ему взаимностью, — он знал, что отношения между отцом Минем и Императором были очень теплыми, поэтому между ними не было запретных тем. — Что ж, отправь ему что-нибудь попозже, — Ли Цзинь Тянь сжал палочки для еды и сказал: — Ешь быстрее, пока не остыло. Пятый принц кивнул, положил на свою тарелку ягоды и велел слуге: — Принеси мне горшочек соевого соуса. Слуга быстро подал соевый соус, и тот, налил его на ягоды, перемешал палочками и отправил в рот. Он с удовольствием жевал. Этому способу есть ягоды он научился у принца Ли. Ли Цзинь Тянь тоже с любопытством попробовал соевый соус. Он был кислым, сладким, солёным и терпким. Всевозможные вкусы обрушились на его язык, и его чуть не стошнило. Он нахмурился и уставился на мальчика, сидевшего напротив. В этот момент главный евнух вдруг пошутил: — Пятый принц, неужели вы научились так есть у Его Императорского Высочества Ли? У вас не только схожие вкусы, но и глаза одинаковые. Вы словно слеплены по его образу и подобию. Племянник похож на дядю — эти слова как нельзя лучше подходят к вам. Пятый принц безмолвно рассмеялся, не заметив, что эти слова можно истолковать иначе. Они с принцем Ли были кровными родственниками, неудивительно, что они похожи. Но Ли Цзинь Тянь внезапно погрузился в тревожные мысли. Он даже не мог понять, что втайне делают Гао Минь и принц Ли, хотя тщательно следил за ними. Что, если они были знакомы до того, как попали во дворец? Когда Гао Минь прибыл во дворец, Императрица-мать была еще жива, а принц Ли был ее любимым сыном, поэтому он довольно часто бывал во дворце. Они вполне могли тайно встречаться. Ли Цзинь Тянь почувствовал нарастающий ужас, палочки для еды в его руке едва не сломались пополам. Если Пятый принц не мой сын, то у Гао Миня и принца Ли действительно есть причина убить меня, ведь я мешаю воссоединению их семьи из трёх человек. Неудивительно, что принц Ли сказал: «Наконец-то настал день, которого мы так ждали», неудивительно! Обнаружив это критически важное недостающее звено, Ли Цзинь Тянь сознательно придумал собственное объяснение. Его внутренности горели, боль была невыносимой. Главный евнух заметил, что с ним что-то не так, и быстро спросил, в чем дело. — Со мной всё в порядке, просто проблемы на юге в последнее время обострились, так что я часто не сплю по ночам, — он попытался махнуть рукой. Пятый принц подошёл к нему и похлопал по спине, утешая: — Отец, не волнуйся, дядя готовится напасть на тех, кто стоит за восстанием. С дядей они не смогут натворить ещё больше бед. Ли Цзинь Тянь не только не почувствовал облегчения от этих слов, но и ощутил жар в душе. Он кивнул и отправил Пятого принца обратно во дворец. Затем он позвал своего шпиона. — Принеси мне каплю крови Пятого принца. Этот приказ был довольно странным, но шпион не стал задавать вопросов и через мгновение принес Императору каплю крови. Ли Цзинь Тянь отослал шпиона, а затем приготовил чашу с водой. Он капнул в воду кровь принца, а затем укусил себя за палец и тоже капнул кровью в воду. Две капли крови встретились, но даже спустя долгое время не слились. Вместо этого над водой постепенно поднялся красный туман, который в конце концов рассеялся. Ли Цзинь Тянь наконец сдался. Он отодвинул императорский стол и безудержно расхохотался, смеялся и смеялся, а потом расплакался. Он не мог поверить, что человек, которого он любил больше всего на свете, оказался лжецом, и даже его тщательно взращённый наследник был ублюдком. Почему Гао Минь пошёл с ним на смерть в прошлой жизни? Ах да, принц Ли предложил Гао Миню бежать в другом направлении, чтобы сбить преследователей со следа, пока Император будет прятаться. Но он упрямо хотел остаться с Гао Минем. В тот момент они собирались сбежать вместе? И он им помешал. Ли Цзинь Тянь продолжал убеждать себя в том, что его объяснение было разумным, и от этого злился еще сильнее. Ли Цзинь Тянь выбежал из дворца Ян Синь с налитыми кровью глазами и инстинктивно направился ко дворцу Цзы Чэнь. Ци Сю Цзе стоял у стола и рисовал. Шестой принц прижался к нему, обхватив свободной рукой плечо отца Цзюня, словно не мог ни на секунду оторваться от того. Шестой принц вырос, черты его лица стали более выразительными, и он стал очень похож на Ли Цзиня в подростковом возрасте. От этой теплой сцены Ли Цзинь Тянь замер на месте. Затем он подбежал, пнул ногой стол, перекинул Ци Сю Цзе через плечо и зашагал в сторону внутреннего зала, хрипло произнося: — Все, оставьте нас в покое! Как Ли Сю Дун мог уйти? Он уже собирался броситься за ними, когда увидел, что отец Цзюнь слегка махнул рукой с таким невозмутимым видом, словно разъяренный Ли Цзинь Тянь был всего лишь беспомощным клоуном. Ли Сю Дун стиснул зубы, но не стал бежать за ними.
