Глава 109
28 февраля 2026 г., 01:28
Качество подношения Богу Света, естественно, должно было быть самым лучшим.
За Храмом Света располагался большой фруктовый сад, где можно было найти любые вкусные фрукты, выращенные на континенте. За садом тщательно ухаживали сильные маги растений. Каждые две недели они собирали самые лучшие и сладкие плоды и клали их на лед, чтобы храмовые служанки могли их выбрать.
Увидев, что к ним лично пришел священник, два мага-садовода удивились и поспешно поклонились.
— Мне нужны самые свежие фрукты, желательно те, что собрали несколько секунд назад, — молодой человек держался высокомерно и отстраненно со всеми, кроме своего Отца.
Впрочем, все жрецы света были такими, поэтому два мага растений не придали этому значения, быстро собрали несколько корзин с фруктами и поставили их перед ним.
Чжоу Юнь Шэн наклонился, чтобы посмотреть, выбрал несколько фруктов и, убедившись, что они хороши, положил их в корзину. Он вернулся в Храм, промыл фрукты водой из священного источника, отложил их в сторону и принялся готовить выпечку.
— Ваше Святейшество, насыпьте гречневую муку и налейте воды в глиняную миску, замесите тесто, затем слепите из него шарики размером с яйцо и раскатайте в лепешку, — служанка боялась, что он не справится, поэтому достала немного теста и положила его на поднос, чтобы показать, как это делается.
Чжоу Юнь Шэн недоверчиво уставился на служанку. Это и есть так называемая выпечка, которую приготовили для Отца? Ни приправ, ни брожения теста, ни формовки, ни подъема. После того как выпечка высохнет, она станет тверже камня. Как он мог отдать это Отцу? Это просто богохульство!
Безумный фанат пришел в ярость, оттолкнув служанку в сторону, он пустил в ход все свои кулинарные навыки. Он отмерил точное количество муки и воды, накрыл ладонью и силой света замесил тесто, пока оно не стало эластичным и мягким.
— Ваше Святейшество, зачем вам растрачивать свою силу священного света? — горничная увидела золотистый свет на его ладони и почувствовала сильную головную боль. Поскольку сила света в те дни встречалась все реже, странам часто приходилось тратить все свои ресурсы на воспитание сильных священников света, и те никогда не использовали свою силу, кроме как в экстренных случаях или в самом крайнем случае. Дело в том, что каждое использование силы напрямую истощало запас, накопленный за годы молитв. Одно заклинание могло стоить больше десяти лет поклонения.
Такой священник, как Джошуа, который использовал свою силу света, чтобы замешивать тесто, просто повредился рассудком.
Чжоу Юнь Шэн действительно был не в себе. Из-за того, что он каждый день гипнотизировал себя, он был без ума от Отца, страстно и безрассудно любил его и не мог вынести ни малейшего пренебрежения к своему Богу.
Даже свинья не стала бы есть эту выпечку, но они осмелились использовать ее в богослужении, и это было для него просто невыносимо.
Он поклялся, что должен приготовить самую вкусную и изысканную выпечку в мире и посвятить ее своему Отцу, и холодно ответил:
— Что за пустая трата сил? Все мои силы — это дар Отца, и я, естественно, должен с радостью вернуть его Отцу. В будущем ты не будешь готовить подношения для Отца, это моя работа.
Горничная увидела его холодный взгляд, поняла, что он зол, и в панике забилась в угол.
Чжоу Юнь Шэн пережил столько перерождений, что о приготовлении такой незначительной вещи и упоминать не стоит. Он любил поесть, и у него были очень привередливые вкусы, поэтому он отточил свои кулинарные навыки до совершенства.
Пока тесто поднималось, он не сидел сложа руки: собрал немного фруктов и бобов, размял их и выжал сок. Белое тесто показалось ему немного однообразным, и он подкрасил его фруктовыми соками в желтый, красный, фиолетовый и другие цвета.
Он двигался ловко и грациозно, как будто делал это тысячи раз, а двум служанкам оставалось только глупо пялиться.
Тесто поднялось, и он начинил его разными начинками, придав ему самые разные формы: цветы, птицы, рыбки, всевозможные зверушки. Все они, аккуратно разложенные на протвине, выглядели очень мило.
Он отщипнул кусочек теста, оставив только одну часть. Мгновение он смотрел на нее, а потом, словно охваченный неведомыми мыслями, покраснел. Он взял тесто в руку, аккуратно размял его, опустился на колени в молитве, затем встал и положил его в центр протвиня.
Выражение лиц двух служанок сменилось с ошеломленного на восхищенное, и теперь они не могли вымолвить ни слова. Они видели, что привязанность священника к Богу Света переросла в одержимость.
***
На Девятом небе над ними Бог Света смотрел на мальчика, занятого работой, и его губы тронула легкая улыбка. При виде того, как мальчик собственноручно готовит подношения, его холодное сердце смягчилось, как тесто, и в нем зародилось что-то нежное.***
Чжоу Юнь Шэн вымыл руки и поставил поднос в духовку. Пока выпечка готовилась, он сходил в сад и нарвал цветов для отца. Согласно легенде, прекрасная белая роза была любимым цветком Бога Света. На языке цветов она означала уважение, благородство и чистоту, что было очень уместно в случае с Отцом. Чжоу Юнь Шэн весело улыбнулся и на цыпочках потянулся, чтобы сорвать самую красивую розу. — Ваша Святейшество, у роз есть шипы, вам лучше воспользоваться ножницами. К сожалению, служанка напомнила ему об этом слишком поздно. Чжоу Юнь Шэн нахмурился и посмотрел на свой палец, из которого медленно вытекала капля ярко-красной крови. На его белой коже она выглядела очень эффектно. Две служанки подошли, чтобы помочь ему перевязать рану. — Это просто небольшая рана, ничего страшного, — он покачал головой и пососал раненый палец, потом снова посмотрел на него — капля крови исчезла. Служанки, охваченные страхом, тут же протянули ему ножницы и велели не трогать шипы. Светлые жрецы были самым ценным достоянием Королевства, и даже если прольется всего капля крови, они не могли допустить, чтобы об этом узнал Епископ.***
На Девятом небе легкая улыбка Бога Света стала шире. Когда мальчик вынес из сада корзину с цветами, он поднял палец, и луч черного света проник сквозь водное зеркало и упал на стену из розовых, белых, красных и желтых ароматных роз.***
В мгновение ока распустившиеся цветы увяли, зеленые листья пожухли, и остались только стебли, которые со временем превратились в черную пыль, осыпавшуюся на землю. Проходивший мимо слуга увидел эту сцену, его глаза наполнились ужасом, и он тут же побежал в покои Епископа. В это же время Чжоу Юнь Шэн один за другим выкладывал на алтарь тщательно приготовленные подношения. Он взял пирожное в форме человечка, смущенно покраснел и положил его перед остальными. «Отец, пожалуйста, не отвергни эти скромные подношения. Я хочу посвятить тебе всего себя, но мое тело слишком ничтожно, слишком низко, как же мне заслужить твою милость? Если ты услышишь мою молитву, просто дай мне взглянуть на Девятое небо, и я буду доволен.» Он преклонил колени перед статуей, сложив руки в знак почтения, и его смущение сменилось горечью. В мире было так много существ, нуждающихся в спасении, как же Отец мог обратить на него внимание? Ответная любовь Отца была просто несбыточной мечтой. Подумав об этом, он нахмурился, ему захотелось плакать, он подполз к статуе Бога Света и, выглядя очень печальным, вцепился в лодыжку Отца.***
Бог Света потёр лоб, не зная, как заставить своего Маленького Верующего осознать его благодеяния. Он был таким очаровательным и милым, но в то же время очень чувствительным и ранимым. Он считал себя недостойным, чем одновременно забавлял и злил Бога Света. Неужели он думает, что каждый светлый жрец может получить дар от Бога Света после молитвы? Папа, человек, в чьей власти были все жрецы и храмы света, получил лишь проблеск света после тридцати лет преданного служения. Что касается его Маленького Верующего, то, если бы он не боялся, что его огромная божественная сила разрушит его тело, он бы с радостью вложил в него всю свою любовь и свет. Как он может думать, что Отец его не любит? Светлый Бог был очень расстроен. Он вытянул руку и осторожно указал на точку между бровями Маленького Верующего. Луч нежного золотистого света пронзил зеркало.***
Чжоу Юнь Шэн застонал от божественной силы. Его нахмуренные брови разгладились, бледные щеки порозовели, он воспрял духом и со спокойной улыбкой поцеловал ноги Отца. Когда он наконец очнулся от ощущения, что его любят, то обнаружил, что все подношения на алтаре исчезли. Он был так потрясен, что тут же выбежал и спросил у двух служанок, куда они делись.***
На Девятом небе Бог Света с беспомощной улыбкой наблюдал за тем, как он торопливо бегает взад-вперед, а затем поднес к глазам пирожное в форме человечка. Пирожное еще не остыло, в воздухе витал белый дымок, источающий неповторимый аромат гречихи. Даже не попробовав, Бог Света уже представлял, насколько оно сладкое. Фигурка была очень реалистичной, но из-за высокой температуры немного расплылась, из-за чего мальчик выглядел очень округлым и милым. Бог Света долго смотрел на нее, осторожно поворачивая в руках. По его сердцу словно пробежал электрический разряд, вызвав приятное покалывание. Поглядев на малыша минут 10, он поднес его личико к своим губам и осторожно и нежно поцеловал, затем посмотрев на Бога, стоявшего рядом, спросил: — Ну разве он не прелесть? Бог сразу понял, что маленький человечек, вылепленный из теста, скорее всего, был создан по образу и подобию смертного, за которым недавно подглядывал Отец. Кроме того, в тоне Отца слышались гордость и удовольствие, как у тех аристократов с нижних равнин, которые любят хвастаться своими сокровищами. Это был не просто интерес, а сентиментальная привязанность. Сердце Бога дрогнуло от страха, и он поспешил ответить с улыбкой: — Очень милый. Я никогда не видел такого прекрасного мальчика. Боюсь, никто из служителей Чертога не сравнится с ним. Изогнутые губы Бога Света сжались в суровую линию, а глаза потемнели. Бог тут же опустился на колени, чтобы попросить прощения, и попытался вспомнить, что он сказал не так. — Разве эти смиренные слуги могут сравниться с моим любимым чадом? — он взял пирожное в форме человечка и, взмахнув рукавами, небрежно наложил на Бога запрет на разговоры. Бог не испытывал обиды, только облегчение. Боги, которые в прошлом досаждали Богу Света, были повержены, так что ему очень повезло, что он остался жив. Казалось, любовь Отца к тому жрецу из низших миров была безграничной. Он и представить себе не мог, каким красивым и утонченным был тот человек. Если эта любовь продолжится, он боялся, что Отец отдаст мальчику божественные сущности, которые он отнял у других богов. Эти божественные сущности были сокровищами, о которых мечтали все боги и даже их слуги.***
Чжоу Юнь Шэн долго искал подношения, но так и не нашёл их. Он был раздосадован, но тут увидел, как Епископ и его заместитель в сопровождении группы воинов, владеющих боевыми искусствами, спешат по залу. Он тут же поклонился двум старейшинам. Епископ не попросил его встать, а просто уставился на него странным, слегка настороженным взглядом. Заместитель Епископа не смог сдержаться и с надменным видом вздёрнул подбородок: — Слуга только что доложил, что после того, как вы сорвали несколько роз, появился демонический туман и погубил растения. Всем известно, что там, где есть демонический туман, должен быть и демон. Он может жить как паразит в любом человеческом теле, в том числе и в теле светлого жреца. Мы пришли сюда, чтобы вы доказали свою невиновность. Поскольку ему нужно было отправиться в путь вместе со Вторым принцем, ему хотелось избавиться от Джошуа, иначе через два года, когда тот достигнет совершеннолетия, он унаследует должность Епископа. Это очень беспокоило заместителя Епископа, поэтому, получив известие, он тут же придумал коварный план. Чжоу Юнь Шэн терял самообладание только в присутствии Отца, со всеми остальными он держался непринужденно и спокойно спросил: — Прежде чем я докажу свою невиновность, могу я попросить Епископа и его заместителя доказать обратное? Демоны очень хитры, и их любимое занятие — стравливать другие расы. — Мы все выпили святой воды, — Епископ протянул белоснежную фарфоровую бутылку и тихо произнес: — Сын мой, выпей. Если бы вы были заражены демоном-паразитом, то после употребления святой воды все ваше тело покрылось бы болезненными язвами, а демон был бы отравлен и изгнан из тела. В редких случаях это могло привести к его гибели. Но святая вода должна была настаиваться не менее ста лет в лучах чистейшего света, чтобы из прозрачной жидкости превратиться в жидкость ярко-золотистого цвета. Поскольку священников света становилось все меньше, а тех, кто обладал силой изгонять демонов, — еще меньше, церковь считала святую воду бесценным сокровищем. За свою жизнь Епископ успел создать всего три бутылки и собирался оставить их королевской семье, но теперь ему пришлось ими воспользоваться. Светлые жрецы были важнейшим ресурсом, который позволял не допустить, чтобы континент погрузился во тьму войны, особенно Королевство Сагья, где было всего три светлых жреца и они не могли позволить себе потерять ни одного. Чжоу Юнь Шэн поджал губы и уже собирался потянуться к фарфоровой бутылке, как вдруг слуга Епископа пошатнулся и упал, сильно вывернув руку, из-за чего фарфор разбился. Золотая жидкость пролилась на пол, и собрать ее уже было невозможно. Слуга упал на колени и стал просить прощения, но ему никто не ответил. Это явно было спланировано заранее. Что они хотят сделать? Чжоу Юнь Шэн повернул голову и посмотрел прямо на заместителя Епископа. Епископ тоже подумал о такой возможности и мгновенно побледнел. — Это была последняя бутылка со святой водой. Уровень паразитического демона, способного противостоять силе света и проникать в тело светлого жреца, должен быть очень высоким. Даже если мы с Епископом объединим наши силы, мы можем не справиться. Чтобы доказать свою невиновность, пожалуйста, пройдите испытание в главном зале, — вежливо сказал заместитель Епископа. — Нет! — хрипло возразил Епископ. Тысячу лет назад испытательный бассейн мог значительно ускорить процесс совершенствования жрецов света. Пока они находились в воде, их тела и души закалялись и становились сильнее. Тысячу лет назад жрецы света обладали огромным авторитетом и силой, им не нужно было прятаться за спинами магов и воинов, как сейчас, а их световые круги были прочными и нерушимыми. Логично было бы предположить, что тренировочный бассейн — самое подходящее место для практики, но по неизвестной причине всякий раз, когда светлый жрец заходил в бассейн, если в его душе был хоть малейший изъян или эгоизм, вода сжигала его дотла, словно магма. В этом мире, за исключением богов, ни в чьей душе не было чистоты, в каждом сердце были скрытые мотивы. Жрецы света не понимали, почему их Отец стал таким суровым, но ничего не могли с этим поделать, поэтому им пришлось отказаться от испытательного бассейна и вместо этого молиться. Божественная сила, которую можно было получить с помощью молитвы, была очень слабой, и зачастую требовались десятилетия, чтобы накопить хоть немного энергии. Именно поэтому общая сила жрецов света ослабевала. Заместитель Епископа крутил во все стороны, но его конечной целью было избавиться от Джошуа! Когда Епископ наконец понял это, было уже слишком поздно что-то предпринимать. Возможно, он мог бы убедить всех проигнорировать сообщение о демоне, но чувство ответственности не позволяло ему этого сделать. Он взмахнул рукой, словно желая взять свои слова обратно, и на мгновение замолчал, прежде чем с трудом вымолвить: — Джошуа, дитя моё, ты же знаешь, что такова моя роль как Епископа Королевства Сагья. Я не могу отпустить ни одного демона, даже если он прячется в теле Короля. — Я понимаю, как пожелаете, — Чжоу Юнь Шэн поклонился и размеренным шагом направился в глубь зала. Если бы он не черпал энергию из мира класса B, чтобы утолить свою жажду, он бы забеспокоился, но теперь испытательный бассейн был для него пустым местом. Он знал, что его душа очень чиста, что она способна противостоять разрушительному воздействию воды, и после глубокого гипноза его ничто не отвлекало, кроме безумной любви к Богу. Его любовь к Богу Света напугала бы даже его самого, если бы он дал ей волю. Он снял обувь и халат и медленно вошел в бассейн, оставшись в одном тонком шелковом белье. Вода в бассейне была угольно-черной, бурлящей и невероятно холодной. Если в ней оказывалась нечистая душа, она тут же вскипала и становилась кроваво-красной. Ее невероятная температура плавила смертных, и, вероятно, даже боги не смогли бы ее вынести. Заместитель Епископа спрятал руки под просторной мантией и задрожал от волнения. Если Джошуа умрет, не оставив наследника, он сможет занять трон Епископа и стать некоронованным правителем Королевства Сагья. С тех пор как стало известно о его внебрачном ребенке, он вынашивал план убийства Джошуа, и сегодня его желание наконец сбылось. Казалось, он видит перед собой сияющий путь.***
На Девятом небе Бог Света взирал на смертных в зале. Его зрачки то становились темно-золотыми, то чернели, а его несравненная божественная сила на мгновение вышла из-под контроля, разрушив его великолепную божественную колесницу. Если бы ему не нужно было защищать своего Маленького Верующего, когда тот вошел в воду, он бы уже сошел с ума от гнева. Так называемый испытательный бассейн на самом деле представлял собой сгусток демонического тумана в жидком состоянии. Демонический туман мог искать тьму, скрытую в сердце человека, и использовать ее в качестве питательной среды для выращивания демона в человеческом теле. Проще говоря, демоны рождались не в Темной бездне, а в сердцах людей. Но даже кромешная тьма может порождать свет, поэтому тысячу лет назад, когда Бог Света еще не был таким жестоким, он наложил запрет на тропу, ведущую к озеру, чтобы демонический туман только усиливал мощь жрецов света, а не ослаблял ее. Но однажды он внезапно почувствовал, что устал от этого мира, снял запрет и убил всех остальных богов. За многие века Бог Света так и не нашел по-настоящему чистого сердца. Однажды он взял сердце весенней нимфы и погрузил его в воду, но с удивлением обнаружил, что через секунду красное сердце почернело и превратилось в грязь. Ему было очень интересно наблюдать за тающими смертными, и он улыбался, глядя на них, но теперь он жалел, что не уничтожил все испытательные бассейны в храмах Света. Если бы он это сделал, его Маленькому Верующему не пришлось бы терпеть такое жестокое обращение. Душа его Маленького Верующего была очень чиста, он мог выдержать первую волну разрушения, но что дальше? Как только в его сердце поселятся хоть тень сомнения или страх, на него нападут. Бог Света собрал луч золотого света на своем пальце, готовый окутать им своего Маленького Последователя. Но прежде чем его золотая сила успела проникнуть в зеркало, он был потрясен и изумлен. Его Маленький Верующий излучал кристально чистый белый свет, отталкивая от себя черную пучину. Такой силой могло обладать только самое чистое сердце. Что делало его разум таким ясным и сосредоточенным? Преданность Отцу? Бог Света проник в сердце Маленького Верующего, чтобы прочесть его, что для него не составило труда, но не смог прочесть его мысли. Он не счел это странным и не испугался. Напротив, он был доволен уникальностью своего Маленького Верующего. Ему впервые пришлось гадать о чьих-то мыслях, и его давно мертвая душа затрепетала от безудержной радости. Он подпёр щеку рукой и с улыбкой смотрел на мальчика. Он видел, как тот сложил руки, и понял, что тот молится. Жаль, что из-за посторонних он не мог произнести свои милые молитвы вслух. В бурлящей черной воде виднелись только его голова и руки, он выглядел таким хрупким и жалким. Светлому Богу захотелось войти в воду, обнять его своим высоким и могучим телом и поделиться с ним своей силой. Подумав об этом, он отделил частичку своей сущности и отправил ее в зеркало. В зале возникла высокая величественная фигура, и пока все в ужасе смотрели на нее, она подошла к Маленькому Верующему и погладила того по теплым щекам. Маленький Верующий, погруженный в молитву, не открыл глаз, чтобы посмотреть на него, и Бог Света почувствовал легкое сожаление. Он хотел продолжить гладить его платиновые волосы, но боялся, что, если прервет молитву, черная вода поглотит того, поэтому ему пришлось сдержаться. Обычным людям было трудно представить, сколько энергии света требуется для того, чтобы оставаться в тренировочном бассейне и практиковаться там после снятия запрета. Но что еще важнее, те, кто мог это выдержать, значительно улучшали свой потенциал. Тело жреца света было подобно сосуду, и его потенциал определял количество света, которое мог вместить этот сосуд. Маленький Верующий уже обладал выдающимися способностями, но после закалки в воде его потенциал еще больше возрос. Другими словами, в будущем он сможет вливать в тело Маленького Верующего больше энергии, не опасаясь причинить ему вред. Такова была цель Бога Света, поэтому, даже если бы он хотел обнять своего Маленького Верующего, он бы ни за что не прервал его практику. — Кто ты? Бог Темной Бездны? — в ужасе воскликнули Епископ и его заместитель, одновременно начав читать заклинание «Стрела Святого Света». Чем выше уровень демона, тем прекраснее его облик, а красота внезапно появившегося мужчины превосходила все, что могли себе представить люди. Если он был демоном, то по рангу должен был превосходить святых. Бог Света поднес палец к губам и сделал жест, призывающий к тишине. Внезапно Епископ и его заместитель потеряли дар речи и не смогли произнести заклинание, с помощью которого собирались атаковать демона. Они хотели бежать за помощью, но обнаружили, что не могут пошевелиться. Насколько же велика должна быть его сила, чтобы он мог мгновенно обездвижить двух высокопоставленных жрецов света? Мужчины в отчаянии расширили глаза. Но вскоре страх прошел, и они просто смотрели на происходящее с недоверием. Блондин молча подошел к Джошуа, и в этот момент его тонкие и изящные черты лица были особенно заметны. Затем он наклонился и поцеловал Джошуа в лоб. Его взгляд был таким нежным, таким ласковым, словно он смотрел на своего ребенка, но в то же время и на своего возлюбленного. Он долго смотрел на мальчика и целовал его снова и снова. От неуёмной радости в его сердце его тело начало излучать золотистый свет. Свет излучал мощную божественную силу, обжигая кожу Епископа и его заместителя, но Джошуа не причинял ни малейшего вреда. Свет постепенно проникал в его тело. Губы Джошуа слегка приоткрылись, и на его лице появилось довольное выражение, отчего блондин обрадовался еще больше. Он рассмеялся, и его энергичный и сексуальный голос разнесся по залу. Он приподнял прядь волос Джошуа и намотал ее на палец, с наслаждением поглаживая. Джошуа вздрогнул, и на лице Бога Солнца отразилось пробуждение. Он вспомнил о своем втором «я» и внезапно почувствовал неожиданную робость. Он вспомнил, что не был таким добродушным, каким представлял его Джошуа. Он отпустил Джошуа и принялся беспокойно расхаживать по Храму, проходя мимо пятиметровой статуи. Но когда он поднял глаза и увидел обычного на вид мужчину средних лет, так называемого Бога Света, он вздрогнул и застыл, словно пораженный молнией. «Это не я!» Стоило ему подумать о том, что Джошуа каждый день изливает на это свою любовь, произнося его имя, как ему захотелось уничтожить все статуи Бога Света, а заодно и Храм Света в Королевстве Сагья! Но пока его Маленький Верующий находился в Храме, он не мог причинить ему вред, поэтому сдержал свой гнев и взмахнул рукавами, превратив статую в свою прекрасную копию, сидящую на богато украшенном троне. Он вернулся в бассейн, указал пальцем на заместителя Епископа, высвобождая световую энергию, накопленную в теле того, затем наклонился, чтобы снова поцеловать Джошуа в лоб, наполняя чистой божественной силой, и медленно исчез.
