Глава 119
2 марта 2026 г., 16:49
Хотя Храм, построенный кланами эльфов и зверолюдов, был не таким красивым и красочным, как храмы людей, он выглядел более величественно. На месте, где изначально была статуя Отца, теперь стоял большой шезлонг, на котором восседал Бог Света, протянув руки, чтобы обнять медленно приближающегося к нему мальчика.
Он так сильно скучал по нему, так сильно, что хотел прижаться к тому, чтобы почувствовать все то, что чувствовал он.
— Малыш, что случилось? Ты меня не узнаешь? — от вида мальчика, который так нерешительно приближался, у него сжалось сердце.
Безмозглый Шэн наконец одержал победу в борьбе. Он использовал бесчисленные цепи, чтобы заточить Рационального Шэна в подсознании, а затем бросился вперед, словно птица, возвращающаяся в гнездо, и упал в объятия Отца. Он прижался к тому и посмотрел в лицо.
Беспокойство Бога Света мгновенно улетучилось, он крепко обнял его и удовлетворенно вздохнул.
— Отец, почему ты здесь? Я так скучал по тебе, моё сердце разрывалось от тоски! - Чжоу Юнь Шэн обхватил отца руками за талию и разрыдался. Он правда не хотел никуда уезжать, ему хотелось спокойно жить в Храме рядом с Отцом.
Бог Света был одновременно и рад, и огорчен: рад, что мальчик всегда дарил ему свою безграничную любовь, и огорчен тем, что тот так легко впадал в уныние. Он осушил его слезы поцелуями, а затем приподнял подбородок того, чтобы поцеловать в розовые и нежные губы.
Много дней неудовлетворенного желания поглотили этих двоих. Они лежали, переплетясь телами, на широком шезлонге, постанывая и вздыхая. Мальчик лежал на подлокотнике, выгнув спину, приподняв ягодицы, его щеки пылали, а глаза наполнились слезами, когда он умолял:
— Отец, не торопись, я больше не могу. Отец, я хочу видеть твое лицо.
Он попытался повернуть голову, но мужчина схватил его за подбородок и выдохнул приказ:
— Закрой глаза, малыш, я скажу, когда можно будет посмотреть, — он яростно задвигался, и на его лице читались одновременно удовольствие и тревога. Если бы мальчик оглянулся, он бы увидел, что золотистые волосы мужчины стали угольно-черными, а глаза наполнились бесконечной тьмой. На смену его доброму нраву пришли жестокость и насилие.
Страсть была необузданной, и сочетание духа и плоти надолго погрузило их в оцепенение.
Цвет волос и глаз мужчины постепенно вернулся в норму. Он укутал обмякшее тело мальчика своим священным одеянием и прижал его к себе, к самому сердцу. Иногда он целовал прядь платиновых волос, а иногда — мокрые глаза мальчика, и на его лице была нескрываемая нежность.
Чжоу Юнь Шэн уткнулся лицом тому в грудь и глухо произнес:
— Отец, ты знаешь, что даже среди эльфов, у которых самые чистые души, есть демоны?
— Демонический туман может осквернить любую расу, ни у кого нет абсолютно чистого разума, — прошептал Бог Света, целуя распухшие губы мальчика.
— Пока сердце стремится к свету, оно сможет противостоять тьме, — Безмозглый Шэн унаследовал от Джошуа стремление к свету и преданность ему. Он мог с чистой совестью сказать, что его разум и сердце абсолютно чисты. Конечно, это было возможно только в отсутствие Рационального Шэна.
— Джошуа, ты должен знать, что там, где есть свет, есть и естественная тьма, куда свет не проникает. Свет и тьма кажутся двумя крайностями, но на самом деле они неразделимы. Ты не можешь стремиться к абсолютному свету, потому что его не существует. Даже мы с тобой можем поддаться влиянию тьмы в любой момент.
— Это невозможно! — возразил Безмозглый Шэн. — Ты — Бог Света, тебя никогда не поглотит тьма. А если это я, то я лучше умру.
Бог Света на мгновение застыл, а затем спросил:
— Ты скорее умрешь, чем позволишь тьме осквернить себя? Но, любовь моя, Джошуа, что, если ты так долго пробыл во тьме, что уже не можешь выбраться?
— Но ведь я сейчас в объятиях Бога Света, верно? Отец, не говори больше ничего, мне не нравится эта тема, - Безмозглый Шэн не мог смириться ни с какими недостатками, его мысли всегда были чисты.
Бог Света прикрыл глаза ладонью и поцеловал его в лоб. Его зрачки излучали холодный черный свет. Его малыш так боялся тьмы, что он просто не знал, что делать.
***
В то же время эльфы и зверолюды дрожали от сильного давления в воздухе. Даже зверолюдам, не обладавшим магическими способностями, и эльфам-воинам было трудно дышать, и чем выше был уровень воина, тем сильнее было это ощущение. У них подкашивались ноги, сердце бешено колотилось, и они преклоняли колени, поклоняясь Храму. Король эльфов и Король зверолюдов упали на землю, их лбы покрылись холодным потом. Впервые они ощутили силу Отца, который одним движением мог бы сотрясти весь континент, казалось, что он способен уничтожить его одним лишь прикосновением. — Это Отец? Это он? — Должно быть, это его сила. — Отец в Храме, великий господин, он пришел на нашу землю. — Но Боэль Бритт и этот демон здесь! — Пожалуйста, прости нас, Отец, пожалуйста, не отвергай эльфов и зверолюдов! Оба короля почувствовали себя очень плохо, услышав крики своих подданных. Это они навлекли беду на свой народ, но милосердный Отец мог дать им шанс все исправить. Давление продолжалось всего четверть часа, но световой круг вокруг Храма так и не спал. Стоявшие на коленях эльфы и зверолюды поднялись и обнялись, чтобы успокоиться. Увидев, что к ним подходит Боуэн с посохом в руках, Король эльфов прошептал: — Отец в нашем Храме? — Да, — Боуэн на мгновение задумался, а затем сказал: — Похоже, у Джошуа отношения с Отцом, они, кажется, любовники, — если бы это было в прошлом, он бы ни за что не поверил, что Верховный Отец может любить такого смертного. Но теперь, после того как он услышал их диалог, он мог прийти только к такому, казалось бы, абсурдному выводу. В нежном тоне Отца сквозила такая сильная любовь, что ее мог почувствовать даже такой сторонний наблюдатель, как он сам. Как мог тот, в кого влюбился Отец, оказаться презренным негодяем? Не было никаких сомнений, что Боэль Бритт лгал им, и даже его происхождение, как он начал подозревать, могло быть не таким благородным, как он утверждал. Выражения лиц королей стало мрачным. Какое-то время они молчали, затем Король эльфов снял корону и медленно произнес: — Чтобы уберечь нашу расу от беды, я все объясню Отцу. Я хочу, чтобы он наказал только меня, а не мою семью. Король зверолюдов прошептал: — Я с тобой. Они шли к Храму, но внезапно над ними вспыхнул золотой свет, из него вылетела фигура и тяжело рухнула на землю. Она дважды застонала, затем медленно поднялась и огляделась. Это был высокий юноша с утончёнными чертами лица. У него были белые волосы и голубые глаза, а стройное тело было облачено в белые одежды. На первый взгляд он был очень похож на жреца Джошуа, но в нём не было той святости и умиротворённости, которые присущи жрецу Джошуа. Он посмотрел на Короля эльфов и Короля зверолюдов, моргнул и спросил: — Простите, а где это я? — Кто ты такой? Почему ты вторгся на мою землю? — настороженно спросил Король эльфов, направив на него свой скипетр. — Вы эльфы? — спросил он, увидев заострённые уши Короля эльфов и Боуэна, и на его лице отразилось удивление. Но он уже бывал на континенте и помнил, насколько эльфы нетерпимы к чужакам, поэтому быстро добавил: — Пожалуйста, не причиняйте мне вреда, я из мира духов. — Ты оракул? — Боуэн тут же шагнул вперед и пристально посмотрел на него. Несмотря на то, что юноша был очень красив, одет он был очень просто и не излучал особой легкости. Он был беззащитным, обычным человеком. — Что? Нет, я не оракул! — мальчик вспомнил причину своего изгнания и с трепетом объяснил: — Я был смертным с континента, меня привели в Чертог Отца сотни лет назад. Но в Чертоге Бога Солнца нашелся отступник, он украл одно из священных колец Отца и отправился на материк, утверждая, что действует от имени Отца. Из-за того, что его поведение сильно разозлило Отца, Отец отверг всех нас и лишил наши тела света, изгнав на материк. Теперь я обычный человек. Я хочу вернуться в свой прежний дом в Королевстве Моро. Пожалуйста, старейшины, помогите мне. Мальчик заметил, что Король эльфов держит в руке корону, и догадался, что тот обладает необычными способностями. Он опустился на колени и протянул руку, чтобы они увидели его слабое тело. В нем не было ни магии, ни злобы, даже эльфы и зверолюды не причинили бы вреда беспомощному детенышу. Короли и Боуэн застыли на месте, словно три статуи. Они помнили, что сказал Боэль, когда впервые прибыл в их земли: «Я — Посланник, которого Отец отправил в мир смертных, чтобы я путешествовал по его любимому континенту и нес свет…» «Отец очень любил меня. Он часто просил меня спеть для него. Он часто хвалил мой певческий голос, говоря, что я пою прекраснее эльфов. Но сегодня, услышав твою песню, я понял, что Отец просто утешал меня, ведь я не так хорош, как ты…» «О, я бы очень хотел остаться с тобой навсегда, но однажды за мной придет Отец. Я даже представить себе не могу, как горько-сладко будет биться мое сердце в тот день…» «…» Некогда такие милые слова теперь вызывали лишь тошноту. Король эльфов и Король зверолюдов переглянулись и увидели в глазах друг друга ту же печаль. Они ревновали Боэля, проводили с ним страстные ночи, но теперь все это казалось кошмаром. Только Боуэн сохранял спокойствие. Он взял мальчика за руку, влил в него немного светлой силы, чтобы убедиться, что он безвреден, а затем поднял его и спросил: — Того отступника, о котором ты говорил, зовут Боэль Бритт? — Да, это он! Вы знакомы? — глаза мальчика расширились, он внимательно вгляделся в лица двух королей, а затем прикрыл рот рукой и воскликнул: — Вы двое — любовники Боэля, — перед тем как покинуть мир духов, Отец показал всем историю Боэля, и хотя многие стыдились смотреть на то, что было на экране, мальчик явно не был в их числе. Он не просто смотрел, он был в полном восторге, конечно же, он узнал двух из многочисленных любовников Боэля. Вены на лице Короля зверолюдов вздулись, когда он спросил: — Ты нас знаешь? Разве ты не из мира духов? Мальчик сочувственно посмотрел на него и тактично напомнил: — Ты же знаешь, что Отец всеведущ и всемогущ, ни одно деяние существа не ускользнет от его взора. Так что о твоем прелюбодеянии хорошо известно в духовном мире. Короли поняли, что он имел в виду. Раньше они могли набраться смелости и пойти к Отцу, чтобы молить о прощении, но теперь им хотелось найти какую-нибудь яму, чтобы закопаться в ней. Король эльфов вспомнил, как однажды Боэль случайно съел фрукт с очень сильным эффектом афродизиака, и, чтобы спасти его, они с Королем зверолюдов работали вместе… втроём… Они больше не могли об этом думать, кровь прилила к горлу, и оба короля молча проглотили соленую жидкость и отвернулись, их шаги были нетвердыми и тяжелыми. Боуэн на мгновение закрыл глаза и вздохнул, а затем протянул руку: — Пожалуйста, пойдемте со мной, я провожу вас до вашего родного города в целости и сохранности. — О, спасибо, — мальчик быстро поклонился, а затем понимающе добавил: — Я никогда ни кому не расскажу об этом. По крайней мере, короли смогут сохранить лицо. — Нет, пожалуйста, проповедуйте. Лучше, чтобы все знали, что их обманули, — искренне сказал Боуэн. — Ладно, если ты так хочешь, я сделаю все, что в моих силах. Кстати, ты чуть не стал одним из любовников Боэля, — мальчик наконец узнал Боуэна. У него была хорошая память, и он помнил, как этот мужчина чуть не занялся сексом с Боэлем, но их прервал внезапный визит Папы. — Необязательно, чтобы об этом знали все, — Боуэн с трудом сдерживал стыд, ему не терпелось наложить на себя несколько очищающих заклинаний. Вскоре мальчик присоединился к эскорту Королевства Сагья и Великого герцогства Дорадос. Когда он узнал, что они сопровождают жреца Джошуа по материку, его лицо покраснело от волнения, и он настоял на том, чтобы отправиться с ними. Он был очень умен: когда Отец показал всем, что сделал Боэль, он заметил, что, когда Боэль впервые вошел в Храм Света в Королевстве Сагья, розы перед жрецом Джошуа расцвели и из белоснежных превратились в огненно-красные. Боэль подумал, что это подарок от Отца, но, пожалуйста, не смешите меня, Отец даже не знал, кто он такой, как он мог послать ему подарок? Должно быть, этот подарок предназначался священнику Джошуа. Его фигура лишь на мгновение возникла перед цветами, но его облик, сияющий ярче солнца, запомнился мальчику. Он наконец понял, почему Отцу нравились его волосы и цвет глаз, но сам он был для него ничтожеством. Все они были ущербными по сравнению со священником Джошуа. Безопаснее всего было держаться рядом со священником Джошуа, потому что Отец всегда присматривал за ним. Думая об этом, мальчик изо всех сил старался подружиться со стражниками Сагьи. В то время к нему подходили эльфы и зверолюды, чтобы расспросить о происхождении Боэля, и он без утайки рассказывал им, а потом, увидев их бледность, проникся к ним сочувствием. Статус Боэля в Чертоге Бога Солнца был очень низким, поэтому он не ожидал, что, сбежав на материк, подвергнет две расы такому риску.***
Боэль охотился в лесу с несколькими эльфами и зверолюдами. Он стоял под деревом, чтобы поймать дикие плоды, которые собирали эльфы. Хьюберт ушел четверть часа назад, а когда вернулся, вид у него был очень довольный, как будто случилось что-то интересное. Он был магом двойного атрибута ветра и огня, и его уровень уже достиг начала пути святого, так что он мог летать. Он взлетел на самую высокую ветку и сорвал для Боэля самый сладкий дикий фрукт. Увидев беззаботную улыбку Боэля, он усмехнулся. Внезапно в воздухе распространилось невероятно мощное давление. Хьюберт и эльфы упали на землю и с трудом пытались подняться. Конечно же, Монарх должен быть там же, где и Джошуа. Хьюберт лежал на земле в неуклюжей позе, дав волю своему воображению и ожидая, когда спадет напряжение. Боэль теперь был обычным человеком, поэтому чувствовал лишь легкое дуновение ветерка. Он подбежал, чтобы помочь Хьюберту, обеспокоенный странным поведением окружающих. — Со мной всё в порядке, дорогой. Думаю, мне пора идти, так что тебе придётся вернуться с ними. Когда буря утихнет, я за тобой приду, — он погладил Боэля по щеке, с трудом поднялся и скрылся в лесу. Боэль с тревогой вернулся в деревню, и его лицо застыло, когда он увидел белокурого голубоглазого подростка в окружении людей. Он пытался придумать, как убедить мальчика не выдавать его тайну, но тут подросток заметил его и бросился на него, яростно пиная и колотя. — Будь ты проклят, Боэль Бритт, ты нас погубил! Лжец, презренный негодяй! Ты украл кольцо Отца и не только сбежал на материк, но еще и расхаживал с важным видом, прикрываясь именем Отца. Ты разрушил порядок в Чертоге и запятнал честь Отца. Ты разозлил Отца, и он обрушил свой гнев на нас, изгнав всех из мира духов. Отвратительное создание! Гнев, который мальчик копил в Чертоге Божьем, был нешуточным. Он знал, что, встретив Боэля на материке, задаст ему хорошую взбучку. Теперь, когда его желание сбылось, он не собирался сдерживаться, поэтому бил очень сильно. Теперь Боэль был обычным человеком, и у него не было сил сопротивляться. Его тело болело, но еще сильнее его терзали паника и страх. Он посмотрел на эльфов и зверолюдов и увидел, что все, кто раньше был добр к нему и любил его, теперь смотрят на него с отвращением, как на самое грязное существо на свете. Он не осмелился снова поднять глаза и, застонав, закрыл голову руками. Принц зверолюдов выдержал паузу, а затем подошел к черноволосому мальчику и притянул его к себе. — Не бойся, я никому не позволю причинить тебе вред. Даже если ты не Посланник Бога, я все равно люблю тебя, — прошептал он тому на ухо, сверкнув алыми глазами, полными ненависти. Если бы не Джошуа, Боэль никогда бы не опустился до такого. Боуэн подошел к Принцу зверолюдов и приказал своим людям увести того, чтобы Боэля можно было поместить в домике на дереве. У эльфов, конечно, не было ничего похожего на темницу, и они не применяли пытки в качестве наказания. Они изолировали Боэля и расспросили его о том, кто такой Хьюберт на самом деле и зачем он пришел в их земли. Если бы он ответил четко, его бы не убили, а просто сослали в Темный лес. Но для обычного человека это был бы тупик. В то же время во многих странах континента стали появляться подростки, возникавшие буквально из ниоткуда. Их появление было очень похоже на появление Боэля, но никто из них не осмеливался называть себя посланниками Бога. Они сами рассказывали о своем происхождении и причинах изгнания. Новость быстро распространилась по всему континенту, вызвав новую волну скандалов. Короли, которые когда-то устраивали пышные церемонии в честь Боэля, были опозорены и возненавидели его всей душой. Если бы Боэль снова появился на их территории, его бы арестовали и сожгли заживо. Больше всех был смущен правитель Королевства Сагья, который чуть было не сделал Боэля своим Епископом и даже оскорбил истинного Любимца Бога Света, «Иисуса Навина». Он был одновременно самым удачливым и самым несчастным Королем на континенте.***
Чжоу Юнь Шэн пробыл в Храме три дня и три ночи. Они с Богом Света не вставали с шезлонга, и их тела почти всегда были соединены. Если бы он осмелился вспомнить некоторые сцены, ему стало бы неловко. Эта затянувшаяся любовная игра закончилась, когда он наконец не выдержал и взмолился о пощаде. Бог Света посадил его на подлокотник кресла, завязал ему глаза и целовал больше десяти минут, после чего превратился в облачко света и исчез. Чжоу Юнь Шэн почувствовал, как внешний световой круг полностью исчез, и Безмозглый Шэн погрузился в подсознание, чтобы отдохнуть, уступив контроль над телом Рациональному Шэну. Он надел белоснежное жреческое одеяние и с мрачным видом вышел из храма. Была поздняя ночь, и из-за светового круга, окружавшего Храм, эльфы и зверолюды не осмеливались подходить слишком близко, поэтому вокруг царила тишина. В кронах деревьев светились несколько светлячков, а из травы доносился стрекот мелких насекомых. Чжоу Юнь Шэн замедлил шаг и пошёл не спеша. Он был очень озадачен. Джошуа должен был быть смертным, но после трёх дней и трёх ночей, проведённых в объятиях Бога Света, он не чувствовал физической усталости, хотя его дух был измотан. Как ни крути, это было очень странно. Он задумчиво наморщил лоб, а потом вдруг застыл. — Кто здесь? — он почувствовал, что его окружил мощный барьер, но этот барьер был наполнен демоническим туманом, подавлявшим его силу. Не раздумывая, он призвал свой скипетр и атаковал, используя огромную силу света, чтобы разрушить еще не до конца сформированный барьер, а затем отпрыгнул в сторону и побежал. Он оглянулся и увидел, что на том месте, где он стоял, образовалась огромная яма, разъеденная демоническим туманом. Он положился на свою интуицию, уклоняясь от атак невидимого существа, убрал скипетр и сконцентрировал свою световую энергию в две острые рапиры, чтобы в ближнем бою сразиться с невидимым врагом. Мужчина, казалось, был очень удивлён и время от времени прищёлкивал языком. Он знал, что магия Джошуа очень сильна, и собирался вырубить его и схватить, но не ожидал, что Джошуа окажется таким умелым бойцом и его движения будут безупречными. Мужчина оказался в затруднительном положении, потому что не осмеливался причинить ему вред. По его непрерывному шипению было понятно, что он весь в ранах, а по земле проявлялась золотистая кровь, выдавая его местонахождение. Золотая кровь? Глаза Чжоу Юнь Шэна расширились от удивления. Согласно легенде, только у богов была золотая кровь, так что напавший на него был не демоном, а Богом? Каким Богом? С какой целью? Из-за сомнений он на мгновение замедлил движения, а затем услышал позади себя стук и свист. Мужчина крикнул ему, чтобы тот был осторожен, но было уже слишком поздно: стрела, пропитанная демоническим туманом, с огромной силой вонзилась ему в плечо и пригвоздила к колонне перед Храмом. Чжоу Юнь Шэн посмотрел в сторону, откуда прилетела стрела, и увидел злобное выражение на лице Принца зверолюдов. Он быстро сломал древко стрелы, оттолкнулся и спрыгнул со столба. Он уже собирался убить Принца зверолюдов, но внезапно почувствовал сильный удар в затылок и потерял сознание. Перед Храмом сгустился темный туман, скрыв Чжоу Юнь Шэна от глаз, а когда туман рассеялся, перед Храмом никого не было. Принц зверолюдов не поленился обойти Храм несколько раз, чтобы убедиться, что Джошуа действительно исчез, и только потом направился к домику на дереве, в котором был заперт Боэль. Он заберёт Боэля, даже если им придётся уйти из клана. Мир так велик, что они всегда смогут найти, где укрыться.
